немой Paris

One Republic – Lullaby Мы весь день смотрели фильмы – пицца давно была съедена и забыта, остались после неё лишь пустая тарелка и вкусный запах, всё ещё летающий по комнате. В перерывах между кино Билл предлагал попить чай или перекусить – я пару раз намекал, что чувствую себя неловко, будто навязываюсь, и что мне уже пора возвращаться, хотя я этого совершенно не хотел, но мальчишка не отпускал меня. Говорил, что за окном всё ещё дождь, и что мои вещи до сих пор не высохли. Да я даже был бы рад, если бы они век не высыхали! Мне так хорошо здесь и спокойно, так нравится это сладкое молчание, порой прерываемое напечатанными сообщениями парня, который комментировал фильм или же интересовался, не хочу ли я чего-нибудь. А я не хотел. Лишь бы находиться рядом с ним, с тем, к кому меня безумно тянуло, и я, наверное, сходил с ума от всего, что творилось у меня в душе. Я сам не понимал, что со мной, почему я вот так запросто готов проводить время с совершенно незнакомым мальчишкой. Никогда и ни с кем мне не было так хорошо, как с Биллом. И я боялся, что это может закончиться. Резко, неожиданно, внезапно. Я боялся, что не смогу пережить этого. И теперь, когда за нашими плечами было четыре фильма, несколько кружек кофе с пирожными и ужина из китайского ресторана, который я решил заказать прямо домой к Биллу и, конечно же, оплатить теми деньгами, которые я успел прихватить с собой из номера (признаться, мальчишка немного повозникал, мол, не хочет, чтобы я платил, но всё-таки нашёл мне номер и согласился на такое «благородство» с моей стороны), я лежал поперёк кровати, подперев голову рукой, и досматривал очередной фильм. Я никогда в жизни не проводил целый день за телевизором, наверное, я поставил для себя новый рекорд. Билл сидел передо мной, немного откинувшись назад и облокотившись спиной о мой живот, словно о спинку дивана. Он немного стал смелее к середине дня и уже не одёргивал руку, когда случайно задевал меня своими пальцами. Парень выглядел так мило, так невинно… И я боялся спугнуть это чувство своими нелепыми движениями. Шёл уже девятый час, а за окном дождь так и не прекращался. Из-за туч было темно, отчего пришлось занавесить шторы и включить ночник. Мы досматривали очередной фильм с печальным концом и, кажется, даже не дышали, потому что когда последний кадр сменился титрами, Билл как-то шумно выдохнул и расслабился, сползая чуть ниже, так, что его голова оказалась на моём боку, словно на подушке. Я немного улыбнулся, переводя на него взгляд, затем приподнял руку и невесомо погладил мальчишку по голове, отчего тот чуть улыбнулся, прикрывая глаза. Я начал перебирать его волосы, зарываясь в них пальцами, и мне даже казалось, что Билл вот-вот замурлычет от удовольствия. Но тут мой взгляд упал на настенные часы, и я вздохнул. - Пора мне, наверное… - тихо сказал я. – Поздно. Мальчишка приоткрыл веки, покосившись в мою сторону, затем притянул к себе телефон и что-то напечатал. Помедлив, всё же показал мне. «Если хочешь, можешь переночевать у меня. Твои кроссовки ещё сырые…» Моё сердце вдруг подпрыгнуло от какой-то радости, но я не мог просто так взять и воспользоваться таким заманчивым предложением. Меня совесть замучает потом из-за того, что я навязался ему. - Да, нет, спасибо, - улыбнулся я, продолжая касаться его мягких волос. – Я как-нибудь доберусь. Билл прикусил губу, как-то расстроено набирая сообщение. «Но ты можешь заболеть. Оставайся. Я не против)». Я вздохнул, никак не решаясь согласиться. Я же его стесню, тут итак квартирка маленькая, а ещё и я со своей тушей… - Ты уверен, что я не помешаю? – переборов себя, спросил я. Мальчишка улыбнулся и кивнул, немного откидывая голову назад навстречу моей руке и взглянув на меня. Я покривился, мысленно прикидывая, должен ли я оставаться и дальше пользоваться его добротой, ведь это как-то неправильно. Я же спокойно мог вызвать себе такси и поехать в отель… Но, чёрт возьми, мне так хотелось ещё с ним побыть. Хотя бы немного. - Хорошо, - сдался я. – Можешь постелить мне в ванне, только разбуди, когда в душ пойдёшь, - рассмеялся я. Он стукнул меня по животу и перевернулся, ложась на мой бок лицом ко мне, а правой рукой набирая: «Никакой ванны! Будешь спать тут со мной». Я вскинул бровь, тут же представляя, как это «спать с ним тут». Парень снова стукнул меня по животу, мол, нечего так улыбаться, пошляк! - Ладно, ладно, я ни о чём таком и не подумал, - улыбнулся я. Билл не ответил, продолжая разглядывать меня с какой-то полуулыбкой на губах, мои пальцы всё ещё перебирали его пряди, иногда почёсывая, словно кота, отчего мальчишка только блаженно прикрывал глаза, наслаждаясь моими прикосновениями. Он действительно любил мои руки, а я даже не подозревал, за что их можно любить. Всё это казалось мне какой-то сказкой. Титры продолжались, музыка не переставала играть на их фоне, было ощущение, что мы сами находимся в каком-то фильме и что на нас сейчас все смотрят. Мы так лежали несколько минут, а потом Билл что-то написал в своём телефоне, чуть покраснел и протянул его мне. «Поцелуй меня». Я удивлённо посмотрел на парня, а потом он отобрал телефон и дописал что-то. «Поцелуй меня сейчас». - Ты, правда, этого хочешь? – тихо спросил я, приподнимаясь на локтях. Билл отстранил телефон в сторону, наблюдая за мной, а потом, наверное, не выдержав, привстал с меня и приблизился настолько близко, что я почувствовал его дыхание. Однако мальчишка так и не коснулся моих губ – я лёг обратно на спину, смотря ему в глаза, и приобнял за талию. Наши губы были так близко, дыхание обжигало, сердце сходило с ума от одной только мысли о его близости. Он навис надо мной – его волосы защекотали мою шею, его талия такая тонкая, я так боялся её сломать, боялся, что она переломится в моих руках, которые он так любит. И, наконец, долгожданный поцелуй. Я так и не понял, кто первый подался вперёд, но мне показалось, что мы оба, одновременно, словно магниты. И его губы такие мягкие, такие податливые, что хотелось бы их сминать каждую секунду, чувствовать эти прикосновения, это дыхание, эти руки на своей груди. Это быстро бьющееся сердце. Этот горячий язык и пирсинг в нём… А потом он немного отстранился и внимательно посмотрел на меня, словно чего-то ожидая. И снова поцелуй, запустил руки под мою футболку, скользя пальцами по талии, отчего я шумно выдохнул, не понимая, откуда в этом мальчишке столько решимости. Он поднял ткань выше, пытаясь снять с меня футболку в таком положении, а я, не выдержав, перевернул нас, оказываясь сверху, и стянул с себя вещь. Секунду помедлив, я снова припал к его губам, проникая в рот языком. Его проворные руки спустились к моим штанам, немного стягивая спортивки чуть вниз, а я перехватил его руки и прижал к кровати, начиная осторожно целовать его щёки и шею, боясь причинить вред. Я думал, что на его коже могут остаться синяки от любых прикосновений, и это меня пугало. Он казался таким хрупким, но в тоже время таким решительным. Он выпутался из моих пальцев, когда я их расслабил, и обвил мою шею руками, притягивая ближе. И снова поцелуи, руки скользят по его груди, заползают под футболку, начинают тоже тянуть её наверх, отчего Билл приподнимается и помогает мне избавиться от одежды. Я вижу две татуировки: на боку и на животе, но у меня нет времени разглядывать их. Я понимаю, что не могу остановиться. Скольжу поцелуями по его шее к груди, целую сосок, играя с ним языком, попутно начинаю стягивать его шорты с боксерами, отчего мальчишка выгибается и шумно выдыхает. Мы оказываемся без одежды. Я целую его, не в силах поверить в то, что происходит. Скольжу рукой по его талии к бедру, чтобы растянуть его, но Билл перехватывает мою руку и подносит к лицу, целуя пальцы и качая головой. - Сразу? – непонимающе спрашиваю я. Он кивает. Я недоверчиво лёгким движением раздвигаю его ноги и нависаю, чуть сильнее прижимаясь к его тонкому горячему телу. Мальчишка уверенно смотрит мне в глаза, а я даже не знаю, был ли у него секс вообще. Наверное, был, раз он просит без растяжки. Осторожно пристраиваюсь, начиная медленно входить, наблюдая за его эмоциями, но его лицо абсолютно спокойно. Он немного откидывает назад голову, приоткрывая губы, смотрит на меня затуманенным взглядом, а я снова целую его, входя полностью и замирая. Я двигался медленно, касаясь губами его шеи и подбородка, гладил пальцами горячую кожу, ловил его дыхание. И мне хотелось вечно смотреть на него, на его губы и глаза. И родинку, и пушистые подрагивающие ресницы. И его тихие стоны… Я не знал, что немые могут стонать, и от этой мысли мне сразу становится ужасно стыдно, словно я первоклашка, провинившийся на уроке. Я отгоняю её прочь, стискиваю его в объятиях, продолжая двигаться, а потом Билл выгибается, прижимая меня к себе за шею, и кончает со стоном, и от этого у меня мурашки по коже, да такие сильные, что я кончаю следом, сгребая его в охапку. Он прижимается ко мне, когда я переворачиваюсь на спину и притягиваю его к себе, накрывая нас одеялом, и утыкается носом в мою ключицу. Титры давно закончились, на экране заставка с меню диска, а я засыпаю в объятиях мальчишки которого знаю всего пару дней, но без которого не представляю свою дальнейшую жизнь. Я засыпаю с мыслью о нём. С мыслью, что я, кажется, влюбляюсь…