Притяжение.

      Следующие несколько дней мы с Владом пересекались только мимолётно. Ничего не значащие приветствия и обоюдные кивки друг другу. В паре мы с ним больше не работали.       Я ещё несколько раз снялся в женском обличии, но уже в одиночку, а потом тоже стал позировать в мужских шмотках, как и все остальные парни.       О Владе старался думать поменьше и поприличнее, мне только тут односторонней влюблённости не хватало.       В один из дней случайно познакомился с его другом, Максом, которого мне недавно так разрекламировали. Оказалось, что он довольно симпатичный парень, с нормальным, не чёрно-рокерским чувством юмора и добрыми глазами.       Так же несколько раз сталкивался с другим субъектом из их группы, кажется, Иваном. Этот оказался грубым и обозлённым, хотя я подозревал, что такое отношение было только к моей персоне. Проходя мимо, он смотрел на меня как на мусор под ногами и кривил брезгливо лицо. А я старался сильно не вникать: виной тому моя ориентация или что-то другое.       Сегодняшний день был последним, и завтра поутру мы готовились собрать всю технику, шмотки и кое-какие декорации и наконец-то вернуться в город. Наверное, поэтому он оказался таким напряжённым и нервным для всех.        Я едва дождался вечера, чтобы добраться до своего трейлера и освежающего душа, потом по-быстрому оделся, натянул тонкую куртку поверх майки и вышел подышать. На улице опять собирался дождь, и в воздухе чувствовалась приятная прохлада.       Я обошёл наше импровизированное поселение из трейлеров и немного прогулялся по кромке ближайшего леса, метрах в трёхстах от асфальтированной площадки. Посидел у небольшой речушки, которая больше походила на ручей, о наличии которой я даже не подозревал раньше. Просто сидел в высокой траве и курил, наблюдая за бликами на воде и шустрыми водомерками у берега.       Первые крупные капли дождя заставили меня поёжиться и засобираться обратно.       Уже подходя к своему трейлеру, я понял, что что-то не так. Во-первых, горел свет внутри. А ещё жалюзи на окнах были опущены, и сами окна прикрыты, хотя я точно помню, что оставлял их нараспашку. Может Светочка заглянула и закрыла всё, чтобы дождь не попал внутрь?       Нажимаю на ручку двери, и та бесшумно подаётся под пальцами, как раз в тот момент, когда с неба хлынул поток.       Первое, что я увидел — это голую худую спину девушки и затылок с ровным чёрным каре. Потом руки в татуировках на талии этой самой девушки, то подкидывающие её вверх, то опускающие вниз на… О, Господи! Да он совсем охренел! — Влад! Какого чёрта?! — Привет, дру-у-уг, — Влад немного изворачивается на кровати, и я имею возможность узреть его раскрасневшееся, довольное лицо. — Друг?! Ты что тут устроил?! — с силой захлопываю за собой дверь, чтобы не налило за порог. — Мы с Катюшей отдыхаем. Ты с нами? — и подмигивает мне. — Эй! — Катя беспардонно поворачивается, так и сидя на бёдрах Влада, в мою сторону. — Мы так не договаривались! — Куколка, я доплачу… — стонет под ней этот придурок, видимо, поворот на члене был ощутимым. — Ну, если… — девушка улыбается мне, а у меня волосы на затылке шевелятся, как представлю. — Катя… — прочищаю горло для убедительности. — Я бы попросил вас уйти, причём прямо сейчас. Я вызову вам такси. — Эй! Парень, ты что? Мы не закончили! — Влад упирается на локти и смотрит на меня с обидой. — У себя закончишь, урод! — набираю номер и под удивлённые взгляды этих двоих вызываю нашего водителя, который только недавно привёз Свету из города. — Игорёк? Ничего, что поздно и в такую погоду? — злобно зыркаю на эту парочку. — Тут одну даму нужно подвезти… Правда? Ты супер! Буду должен. — Давид, я не понял? — Влад осторожно ссаживает голую брюнетку со своего члена и садится на кровати, а мне приходится отвернуться, потому что для меня это слишком. — Чего ты не понял? — смотрю на закрытое жалюзи окно. — Ты притащил ко мне… Катю… В мою кровать, без моего разрешения и ещё чего-то не понимаешь? — А ты бы разрешил? — хмыкает. — Ты издеваешься?! — нервно разворачиваюсь и натыкаюсь взглядом на голого Влада, стоящего у кровати и снимающего презерватив. — О, Боже! — опять резко в окно. — Я просто подумал… У меня там места мало и Вано ещё, не хотелось с ним делиться. А у тебя пусто оказалось, — проходит совершенно голым прямо передо мной и выбрасывает презерватив в мусорное ведро. — Я думал, ты уже уехал, — улыбается. — Куда я, блять, уехал? Если все мои тут, — поднимаю глаза в потолок. —И, ради Бога, оденься! — Прости. Я забыл, что ты голубой, — уходит мне за спину, и слышу как шуршит одеждой. — Твой друг гей? — подаёт голос брюнетка. — У меня с такими ещё не было. — И не будет, — бурчу так, чтобы меня слышали. — И не друг я ему и даже не хороший знакомый. — А как же то, что мы спали вместе?! — нарочито возмущённо спрашивает Влад. — Так вы оба геи?! — удивлённо вставляет девушка. — Нет, только он! — слишком резко выговаривает Влад, можно сказать, обиженно даже. — Тогда что получается: если у него на мужиков стоит, то он тебя… — Катюшенька! Одевалась бы ты, деточка, быстрее! — рявкает татуированный, вызывая у меня улыбку.        Начинаю по—тихому ржать и мысленно представляю, как возмущён голубоглазый таким заявлением.       Минут через пять подъезжает водитель, и я благополучно выпроваживаю внезапную гостью. Игорь смотрит на меня с интересом и, кажется, не верит своим глазам. Девушка, и в моём трейлере!        Пиздец! Завтра эту Катю, явно проститутку, припишут мне, прям задницей чувствую. Только этого мне и не хватало! Наши девочки и так стараются обцеловать и облапить меня, хоть и знают, что они мне в этом смысле не интересны. А после такого феерического представления, как проститутка в трейлере Давида, начнётся… В принципе, можно будет соврать, что это был трансвестит… Да ну нахрен! Ещё хуже выходит.       А всё из-за этого урода, который, кстати, так и не свалил к себе.       Захлопываю дверь и злобно оборачиваюсь к Владу. Но не тут-то было: в маленькой комнатке пусто, а из душа слышится шум воды. Нет, ну я, конечно, знал, что он наглый, но чтобы до такой степени!       Начинаю собирать по комнате его вещи и понимаю, что футболка, в которой он пришёл — моя, красная с гитарой. Оглядываюсь и замечаю то, что не увидел раньше: мои джинсовые кеды, пропавшие несколько дней назад, преспокойно стоят у порога, на вид, правда, пыльноватые. А я-то думал, куда они запропастились? — Влад?! — ору так, чтобы меня услышали сквозь шум воды. — Я за него! — Слушай ты, юморист, у тебя что, душа нет, в вашем вонючем вагончике? — Душ есть… Только у меня проблема образовалась… — Какая ещё проблема? — вздыхаю и сажусь на край кровати. — Стоячая… — А по-нормальному? — Ты что, блять, маленький?! Стояк у меня тут! Ты же у нас умный, не мог на улице подождать? Припёрся в самый разгар, ещё и не дал…       Слышу, как он закашливается, и злорадно думаю о том, что мало ему захлебнуться водой. Утопиться, нахрен, лучше!       И тут же мне на ум приходит одна очень заманчивая мысль… Ну, а что, чем чёрт не шутит! — Влад?! — Ау! — Может, тебе помочь?! С твоей проблемой!       Минутная тишина и негромкий вопрос: — Как?.. — Не бойся, твоя задница останется нетронутой! Это даже не по-гейски будет! Просто помощь другу! — А мы друзья? — Ну ты же сам сказал этой Ксюше, что мы друзья, — начинаю раздеваться, мысленно надеясь, что он согласится. — Кате… — Без разницы. Так что?! — Ну… — и затянувшееся молчание.        Он не сказал «нет», и это уже хорошо.       Снимаю с себя трусы и, пока сам не передумал, ныряю за дверцу душа. Кабинка совсем маленькая, и мы оказываемся почти впритык. — Привет… — улыбаюсь в его ошарашенное лицо, не злое, что уже хорошо. — Ты… Как… Блять… — Ты боишься, что ли? — встаю под струи горячей воды и чувствую, как мурашки разбегаются под кожей. — Нет… — мотает мокрой головой и смахивает с лица воду, случайно чиркая рукой меня по груди. — Ну вот и хорошо, — облизываю губы, и он залипает на них. Правильно, главное, чтобы вниз не смотрел, туда, где у меня тоже проблема начала образовываться. — Глаза закрой и представь, что это Ксюша. — Катя… — Да пофиг…       Влад прикрывает веки и вздрагивает, когда я кладу руки ему на талию. Я тоже дрожу от предвкушения и от собственной смелости. Тесно, но места, чтобы встать на колени, достаточно…