Ничья (Deadheat)

      - Так это и есть Шелгерская тюрьма? – изумленно воскликнул Роб, сжимая руль. – Она огромна…       Сидевший на пассажирском сидении Юто молча провожал взглядом бесконечно тянущуюся полосу ограждения. Странное чувство им овладело: что-то среднее между ностальгией и приступом глубокого отчаяния.       В первый раз попав сюда, он тоже вот так глазел на сетчатый забор из окна тюремного автобуса. Рядом сидел Мэтью. Переступив порог тюрьмы, Юто в первый же день испытал на собственной шкуре злобу и насилие, которые царили в этом месте. Конфликты на расовой почве были здесь обыденным делом. Омерзительная пища, которую трудно было назвать едой… Антисанитарные условия… Сводящая с ума камера изолятора…       Но тяжелее всего было вспоминать день, когда Би-Би, один из главарей Черных Солдатов, изнасиловал его. Тогда несколько мужчин скрутили его в душе, и, будучи не в силах даже оказать достойное сопротивление, Юто вынужден был только терпеть надругательства насильника, который грубо брал его сзади. После того трагичного инцидента он почувствовал, что его воля дала слабину. С первого дня заключения Юто дал себе слово: не сдаваться несмотря ни на что! Он упорно вел эту внутреннюю борьбу с собой изо дня в день, но в тот раз пострадало не только его тело. Гордость Юто получила сокрушительный удар, оставив его опустошенным и подавленным.       Окончательно сломаться не дал ему Дик. Мужчина поддержал Юто, который винил себя в слабости и глупости. Он нежно поцеловал его в лоб и утешал, позволяя сдерживаемой горечи выйти наружу. А затем…       - Мы на месте.       Голос Роба вырвал его из плена воспоминаний. Автомобиль уже затормозил на месте, отведенном для парковки.       - Пойдем?       - Да…       Юто хотел открыть дверь, но его рука даже не шевельнулась. Он ненавидел свое тело, которое отказывалось подчиняться его воле. Оно просто не хотело вновь возвращаться в это ужасное место, хранившее столько болезненных воспоминаний.       - Юто… В чем дело?       Роб с беспокойством всматривался в его лицо.       - Ни в чем.       Юто против воли встал и вышел из машины.       - Если тебе плохо, то мы можем сначала немного передохнуть…       - Нет, со мной все хорошо. Идем.       Легонько похлопав Роба по плечу, Юто прошел вперед. Трудно было придумать место хуже, чем Шелгер, но любое событие в жизни человека имело определенный смысл. У него не осталось ни одного приятного воспоминания об этой тюрьме. Но Юто приобрел здесь нечто важное.       - Я представил тебя, как агента ФБР. Ты не против?       Узнай администрация тюрьмы, что Роб не имел никакого официального отношения к расследованию, его могли не пропустить внутрь.       - Да нет… А я похож на агента ФБР?       - Об этом можешь не беспокоиться, - сказал Юто, взглянув на Роба.       На том сегодня был стильный дорогой костюм, а волосы были безупречно уложены. Когда Юто увидел его, он даже на секунду подумал, что перед ним был совершенно другой человек – настолько разительным было отличие. При виде такого Роба никто из охранников точно не усомнится, что перед ними сотрудник ФБР.       - Кстати, а твой брат всегда такой?       - Пако? Что ты подразумеваешь под «такой»?       - Он сверлил меня таким взглядом, будто я какой-то маньяк-убийца. Кажется, я ему не слишком понравился.       Юто вспомнил утренний эпизод и горько улыбнулся.       - Все не так. Просто Пако беспокоится из-за того, что я решил отправиться в тюрьму с незнакомцем. Обычно он очень дружелюбен.       Прошлым вечером они ужинали вместе, и тогда Юто рассказал брату о Робе. Пако все допытывался, что тот из себя представлял и можно ли было ему доверять. Даже узнав всю подноготную профессора, он все равно не мог успокоиться. А когда Юто наутро привел Роба в полицейский участок, Пако недобро смотрел на него и следил чуть ли не за каждым его шагом.       - Прости, если он тебя ненароком обидел. После того, как меня подставили, Пако стал слишком остро реагировать на некоторые вещи.       Пако всегда очень трепетно относился к своей семье, и с тех, пор, как отец Юто умер, он возложил на себя еще большую ответственность и заботу о своих родных. Когда Юто арестовали, он, ни секунды не мешкая, оставил работу и примчался в Нью-Йорк.       - О, понимаю. Заботливый старший брат, который волнуется о своей младшем брате. Но почему тогда ты не живешь с Пако?       - Он приглашал меня к себе, но мне было неудобно. Он сейчас живет со своей девушкой, так что я не хочу им мешать.       Пако сердился на Юто, но тот был непреклонен и снял номер в отеле. На самом деле, он просто не мог ужиться с подругой брата. Та была соблазнительной красоткой-чикано, и хоть она и улыбалась, но ей явно было не по душе, что Юто поселился у них. Ему ясно давали понять, что он был помехой.       - Тогда почему бы тебе не пожить у меня? Места полно, а в гараже стоят два автомобиля. Можешь выбирать любой.       Роб так беспечно делал подобное предложение человеку, которого он, по сути, знал всего ничего.       - Ты ко всем так добр?       - Нет. Зависит от человека.       Роб подмигнул, но Юто холодно проигнорировал его заигрывание.       - Уверен, у тебя есть скрытые намерения.       - Ни в коем случае! Нет… вообще-то, есть.       - Так да или нет? – хмыкнув, потребовал ответа Юто.       - Это дело меня крайне заинтриговало. Я пригласил тебя, потому что у меня есть профессиональный интерес. А свои личные интересы я пока буду держать при себе и не сделаю ничего, что бы тебе не понравилось. Можешь не беспокоиться.       - Я не могу не беспокоиться. Ты подозрительная личность.       Перебрасываясь шутками, они дошли до главного крыла. Юто представился охране, как агент ФБР, и попросил встречи с начальником тюрьмы. Через некоторое время их провели в кабинет директора Картера. Это был худой мужчина, возрастом около пятидесяти лет. В отличие от Корнинга, нынешний комендант был довольно дружелюбным.       - Прошу прощения за беспокойство. Я агент ФБР Юто Ленникс, а это детектив Коннорс.       Картер улыбнулся и пожал руки обоим. После этого они сели на диван, и директор заговорил первым.       - Вы, должно быть, приехали в связи с убийством Корнинга? Скажу по правде, я был шокирован. До сих пор не верится, что его убили.       - Вы знали Корнинга?       - Ну, как-никак, мы из одной компании. До того, как приехать сюда, я был начальником государственной тюрьмы в Юте, и нам двоим доводилось перекидываться парой словечек на корпоративных мероприятиях.       Шелгер официально называлась государственной тюрьмой, но на деле ей заведовала Smith’s Bucks Company. Это была крупная корпорация, в собственности которой находилось несколько десятков тюрем в США.       - Прошу прощения, но когда вы начали работать здесь?       - Примерно две недели назад.       - Ясно… На самом деле, мы приехали сюда не в связи с расследованием убийства бывшего директора. Мне необходимо кое-что разузнать о Нейтане Кларке – местном заключенном, который сбежал во время недавнего бунта.       - А, Нейтан Кларк… Но я не думаю, что вам удастся обнаружить здесь что-то, что поможет вам найти местонахождение беглеца.       - Я хочу узнать как можно больше деталей о нем, даже самые незначительные. Мне бы хотелось поговорить с охранниками и заключенными.       Картер с недоумением посмотрел на него, но все же согласился. Юто заявил, что вначале хочет побеседовать с начальником охраны, Гатри. Все еще с подозрением глядя на агента, директор вызвал по селектору указанного человека.       Гатри появился минут через пять. Раньше он отвечал за Блок А в западном крыле. Увидев Юто, он несказанно удивился. Но когда Картер представил его, как агента ФБР, начальник охраны и бровью не повел.       Втроем они вышли из кабинета директора и пошли по коридору центрального крыла. Гатри шел немного впереди остальных.       - Давно не виделись, Гатри.       - Ага. Что за дела творятся! Ты – и агент ФБР!       - Ты ведь знал, так? Дик сказал тебе.       ЦРУ поручило Дику следить за Юто, считая того агентом конкурирующего ведомства. Гатри, который сотрудничал с разведывательным управлением, вполне мог быть в курсе всех подробностей.       - О чем ты?       Юто попросил поговорить в каком-нибудь уединенном месте, и Гатри нехотя повел его в комнату для свиданий.       - Ты пособничал Дику и должен был знать о его задании.       - Я вообще не понимаю, о чем ты сейчас говоришь.       - Не прикидывайся. Я знаю, что ты сотрудничаешь с ЦРУ.       - Сотрудничаю с ЦРУ? Я? Что за глупая шутка…       Гатри уперся и явно не собирался признаваться. Юто стал обдумывать, каким же способом заставить охранника раскрыть карты, но стоящий рядом Роб остановил его.       - Бесполезно, - пробормотал он. – Даже если ты начнешь пытать его, он все равно ничего не расскажет. Пособники ЦРУ не отличаются болтливостью. Кроме того, если он расскажет что-то, что ему рассказывать не велено, руководство быстро спишет его со счетов… Я прав?       Гатри молча сверлил Роба глазами. Юто решил подойти к нему с другой стороны.       - Хорошо, оставим в покое твои гипотетические связи с ЦРУ. Отвечай мне, как начальник охраны. Охранник же может знать некоторые вещи, разве не так?       - Что ты хочешь знать? – вздохнув, произнес Гатри.       Похоже, он принял компромиссное решение, которое предлагал ему Юто.       - О директоре Корнинге и Нейтане Кларке. Они часто встречались наедине, но каковы были их истинные отношения? Они знали друг друга раньше?       Гатри снял кепку и потрепал волосы.       - Подробностей я не знаю. Когда его посадили, комендант попросил меня присмотреть за ним, объяснив, что это был сын его друга.       - Ты поверил ему?       - Нет. Я сразу понял, что это был просто предлог. Директор Корнинг ненавидел Нейтана до глубины души. Но он многое позволял ему, будто боялся. Я решил, что Нейтан мог что-то разузнать о директоре и держал его этим на привязи.       Нейтан шантажировал Корнинга? Стало быть, бежать он ему помог, тоже подчиняясь приказу? Был ли он в чем-то замешан?       - Гатри, ты знаешь, что это был ненастоящий Нейтан?       - Что? Как это – ненастоящий?       Изумление на лице Гатри было неподдельным, и интуиция подсказывала Юто, что он действительно ничего не знал. ЦРУ не раскрывало своим пособникам особо важную информацию. Скорее всего, Гатри просто получил указание от начальства выполнять непосредственные поручения Дика.       - Ладно, допустим… Среди охранников есть люди, которые покровительствуют азартным играм среди заключенных, за что получают взятки в виде процента с выигрыша.       - У меня с ними нет ничего общего.       - Я знаю, что ты порядочный охранник. Но ведь они существуют, так? Если Корнинг считал Нейтана угрозой, то он мог применить к нему дисциплинарные взыскания, пользуясь своей властью. Или просто запереть в карцере.       - Полагаю, что так.       - Предположим,Нейтан действительно обладал некой информацией, которая могла навредить положению Корнинга. Но у директора было множество способов пресечь его контакт с внешним миром, так что вряд ли он бы так легко повелся на подобную угрозу.       Роб, который внимательно слушал чужой разговор, вмешался.       - Может быть, он боялся не самого Нейтана, но тех, кто стоял за ним?       Юто посмотрел на него. Что ж, логично. Если Корнинг знал о существовании Белых Небес, то он вполне оправданно боялся, что до него доберутся и за пределами тюрьмы, если он ослушается Нейтана.       - Доктор Спенсер на месте?       Как и Гатри, тюремный врач тоже сотрудничал с ЦРУ. Дик помогал ему в лазарете в качестве ассистента, но Юто предполагал, что эту работу он выбрал себе лишь за тем, чтобы постоянно быть в контакте со своим посредником, который осуществлял связь с ЦРУ.       - Да. Мне позвать его сюда?       - Нет, не стоит. Пойдем вместе до лазарета.       Они вновь вышли в коридор, и Роб стал с нескончаемым интересом глазеть по сторонам, пока не получил предупреждение от Гатри.       - Эй, не советую тебе так пялиться на зэков. Народ здесь на удивление чувствительный, и любой косой взгляд может их спровоцировать. За последствия я не ручаюсь, так что не создавай лишних проблем.       - Понял, - ответил Роб.       Из нагрудного кармана он достал солнцезащитные очки и нацепил их на нос.       - Теперь я могу спокойно смотреть на окружающих, и никто ничего не поймет. Верно?       Гатри только сокрушенно покачал головой.       - Гатри, были какие-нибудь происшествия с тех пор, как меня выпустили?       - Несколько мелких стычек, но в целом, сейчас все относительно спокойно. Ах да, Риверу на прошлой неделе выпустили. Вы ведь были близки, если не ошибаюсь?       - Ривера? Ясно. Стало быть, он уже на свободе…       Эрнесто Ривера был харизматичным лидером тюремной группировки чикано, именующей себя Безумными Братьями. Он старался избежать войны между бандами и пользовался невероятным авторитетом среди заключенных. С Юто они познакомились совершенно случайно, когда в изоляторе их поселили в соседних камерах. Даже не зная друг друга в лицо, они тут же нашли общий язык. Юто звал Риверу Нето, а тот признал японца своим товарищем. Выйдя на свободу, он все думал о своем друге и несколько расстроился из-за того, что не мог сейчас встретиться с ним лично. Но Юто был несказанно рад, что Нето, наконец, выпустили.       Поскольку сегодня все визиты пациентов были назначены на утро, сейчас приемная была пуста. Попросив Гатри подождать за дверью, Юто с Робом вошли в кабинет.       Спенсер сидел за своим столом и что-то писал. Подняв голову и увидев Юто, он широко улыбнулся.       - Ну и ну!       Глядя на его вечно взлохмаченную шевелюру и неизменную щетину, Юто испытал острое чувство ностальгии.       - Юто, неужто это ты? Что на этот раз? Снова температура? К сожалению, прием больных на сегодня окончен.       - Какая жалость. Поставите мне капельницу в следующий раз.       Юто протянул руку, и Спенсер с готовностью пожал ее.       - Давно не виделись.       - Да уж. Но я рад видеть тебя здоровым. А кто это с тобой?       Роб снял очки и с напускной невозмутимостью ответил:       - Агент ФБР Роб Коннорс.       Юто показал свое удостоверение.       - Правда, что ли?       Спенсер переводил изумленный взгляд с одного мужчины на другого.       - Ты теперь работаешь на ФБР?       В удивлении доктора не было ни капли наигранности. Трудно было сказать, притворялся он или нет.       - Я разыскиваю Нейтана Кларка.       - А, тот парень, который сумел сбежать. А как насчет Дика? Он ведь теперь тоже беглец.       В небрежно заданном вопросе слышался явный подтекст.       - Диком займется полиция. У нас же есть все основания полагать, что за Нейтаном стояла некая преступная организация. Вы ведь знали, что Дик был очень близок с ним? Он вам ничего не рассказывал?       Юто понимал, что упоминание ЦРУ ничем ему не поможет. Давлением он не добьется правдивого ответа от добродушного доктора. Поэтому Юто решил придерживаться той же тактики, что и с Гатри – допросить Спенсера исключительно как тюремного врача.       - Увы, тут я тебе не помощник. Дик мне ничего не рассказывал о Нейтане. Ты и сам знаешь, что он не отличался разговорчивостью. На слова он не скупился только тогда, когда начинал честить меня.       Спенсер был куда опытнее Гатри. Вряд ли Юто стоило рассчитывать на какую-нибудь важную информацию от него. Поэтому он не стал больше ничего спрашивать.       - Вот как? Ясно… Что ж, не буду больше вас беспокоить.       - Пустяки! Было приятно вновь увидеть тебя. Кстати, Дик однажды сказал мне нечто любопытное.       Юто мгновенно встрепенулся, но то, что далее сказал Спенсер, не имело ровным счетом никакого отношения к делу.       - В детстве у него была собака.       - Собака? Но Дик вырос в сиротском приюте, разве нет? Он ведь был сиротой.       - Да. Собака жила при приюте. Это был черный недружелюбный пес, который убегал каждый раз, когда Дик пытался погладить его. Но когда тот игнорировал его, пес украдкой следил за ним из-за какого-нибудь укрытия.       - И… что?       - Дик сказал, что ты напомнил ему этого пса.       - Я… собака?       Юто даже не знал, как ему следовало отреагировать на подобные слова. Стоявший рядом Роб разразился громким смехом.       - Роб?!       - Прости-прости… Но я его понимаю!       Юто бросил на него негодующий взгляд, искренне не понимая, над чем тут было.       - Когда тебя привезли сюда раненого, Дик был по-настоящему обеспокоен. Еще ни разу я не видел его в таком отчаянии. Много чего случилось, и сейчас ваши жизни никак не связаны, но вне всякого сомнения, для Дика ты был по-настоящему важен.       Глаза Спенсера искрились добротой. Сказанные слова заставили сердце Юто сжаться.       - Доктор Спенсер, как по-вашему, что он за человек?       - Ты спрашиваешь, как агент ФБР?       - Нет, это личный вопрос.       - Ну что ж, - Спенсер окинул комнату блуждающим взглядом. – Он холоден и за словом в карман не лезет, но в глубине души это очень добрый человек. Все пациенты в лазарете хоть и жаловались на него, но были очень благодарны Дику. Ему приходилось ухаживать в основном за тяжелобольными, и когда их страдания становились невыносимыми, они всегда звали именно Дика. Как дети, зовущие свою мать. Они будто чувствовали, что Дик был в состоянии понять их мучения. Загадочный человек.       Юто тоже это почувствовал. Дик казался отстраненным и нелюдимым, но что-то в нем было такое, что побуждало других полагаться на него. Что-то, что заставляло полностью доверить ему всего себя и прижаться к широкой груди…       Воспоминания о Дике причиняли боль. Отогнав эмоции, Юто поблагодарил Спенсера и направился к выходу.       Гатри ждал их за дверью. Когда они все вместе вышли из лазарета, по дороге им попалось знакомое лицо.       - Мэтью? – воскликнул Юто.       Парень в замешательстве посмотрел в его сторону. Ошибки быть не могло: невинное лицо, покрытое россыпью веснушек, и худощавое тело подростка. Вне всякого сомнения, это был Мэтью Кейн.       - Юто? Это и правда ты?       Когда Мэтью узнал Юто, его лицо просияло. Он чуть ли не вприпрыжку подбежал и изо всех сил обнял Ленникса.       - Он самый, - радостно ответил Юто, обнимая его в ответ. – Сколько лет, сколько зим. Когда ты вернулся?       Мэтью в прошлом жестоко изнасиловал заключенный по имени Бернар, из-за чего парня отправили в госпиталь. Его не было здесь, когда Юто выпустили, поэтому им и не удалось попрощаться.       - Где-то дней десять назад. Я очень удивился, не найдя никого из вас. Слышал, твою невиновность доказали и выпустили на свободу. Поздравляю.       - Спасибо. А ты? Ты в порядке?       - Да, в полном. Теперь я помогаю доктору в лазарете.       - Правда? А с другими заключенными проблем нет?       Юто опасался, что после изнасилования у Мэтью могла остаться и психологическая травма.       - Ага. Не знаю, почему, но один чикано по имени Алонсо приглядывает за мной. Так что извращенцы больше ко мне не лезут.       Алонсо был одним из главарей Безумных Братьев и доверенным человеком Риверы. С чего бы это чикано помогать белому мальчишке? Но интуитивно Юто понял, с чьей подачи это было. Нето. Перед самым освобождением Юто попросил друга приглядеть за Мэтью, когда тот вернется из больницы.       Отличительной чертой Риверы было его острое чувство долга. И глядя на счастливое лицо парня, Юто был искренне благодарен Нето за то, что он сдержал обещание.