Волчий язык

Ровный, тихий вой Диппера, легко перетекающий в песню специально для трудново восприимчивого слуха мужчины, был прерван другим. Слов в нём Билл не разобрал, как секундой назад понимал Диппера, и обеспокоенно взглянул на мальчишку. Тот застыл, не дыша, поставив уши на звук, раздавшийся где-то вдалеке за, множеством деревьев, и так и не прикрыв рот. В его глазах промелькнуло что-то странное, чего Сайфер понять не мог, и это терзало его душу любопытством и тревогой. Чей это был вой? — Диппер? Без ответа. — Диппер. Оборотень потянул нос выше, к небу, будто сгорая от желания что-то провыть в ответ, обозначив себя. Вот он я. Я здесь. — Диппер, блять! Чёрный ворон взмахнул крыльями, оттолкнувшись цепкими лапами от плеча парня и, громко гортанно урча, полетел в сторону стихшего воя. Диппер опомнился и повернулся к мужчине, который уже был впритык рядом, собираясь встряхнув залипшего оборотня, но он вовремя отозвался. — Да? — тихо буркнул мальчишка. — Кто это был? Диппер молча отвёл взгляд в другую сторону, в направлении к дому охотника. — Ты меня не слышишь? — Билл не кричал и не планировал ругать его, но почему-то в груди начинало что-то закипать и бурлить, когда Диппер не отвечал сразу, обдумывая, нужно ли говорить правду. — Он же что-то сказал? — продолжал давить мужчина, нависая над мальчишкой, но тот не поднимал на него взгляд. — Диппер. — Нет, не сказал. — Ты врёшь мне! — Не вру! — огрызнулся Диппер. — Почему? Я же понимал тебя только что! Почему я не понимаю, что сказал тот волк? — Потому что это волчий язык! Не всё так просто переводится на человеческий! Животные разговаривают жестами и действиями, а не словами! Речь — отличительная черта человека, не животного. Диппер поджал губы и опустил глаза. Он о чём-то умалчивал и по-любому сам не признается. Билл смерил его пристальным нагруженным взглядом, пока между ними провисла тишина. Они оба о чём-то лихорадочно размышляли: Сайфер с подозрением и любопытством, Диппер с тревогой и сомнениями, носящимися в голове, как обезумевшие мошки. — А это случаем был не оборотень? Диппер вздрогнул и испуганно вскинул голову. Как же забилось его сердце от этих слов, а как загорелся страх в глазах. — Отлично. Вставай, — холодно бросил мужчина, уже не дожидаясь ответа, быстро собирая вещи и поднимаясь с земли. — Билл, нет, подожди! — Диппер вынужденно поднялся с земли и потянулся за охотником, что целеустремлённо направился глубже в лес. — Вечно прячешь своих дружков по всему лесу! Как же это раздражает! — Я не знаю кто это! Честно! — У тебя всё на лице написано. И кто из нас ещё лжец? — Я просто удивился! Я никогда не встречал других волков-оборотней! — Так значит это точно оборотень. Замечательно, уж из этого я точно сделаю шапку с носками! Диппер страдальчески застонал и обратился в волка, не желая больше пытаться переубедить этого упрямого барана. Постепенно мужчина успокоил шаг, но продолжал целенаправленно двигаться дальше, в сторону давно стихшего воя. Для Диппера вокруг витали прохладные запахи, чувство тепла и принятия леса постепенно блекло и исчезало с каждым шагом, сухая земля шуршала и пылила под ногами. Через какое-то время меж стволов стал виднеться край. Из-за сумрака было плохо видно, но деревья там явно редели. Когда они достаточно приблизились, чтобы оглядеться, оба поняли, что это вовсе не край. Это больше походило на то, словно канцелярским ножом вырезали узкую полоску леса, чтобы обозначить границы. Деревья заканчивали расти на одной и том уже уровне, будто кто-то их так высадил; что с одной стороны, где стояли Билл и Диппер, что с другой, напротив, где царила дикая тишина. Это выглядело до жути странно, ведь для чего это? Неужели кому-то и впрямь нужны были эти границы на карте? Для чего тут вырубали деревья? И внутри Диппера, что-то заворчало и перевернулось, когда Сайфер уверенно повёл их через эту просеку к другому краю леса. Высокая трава под ногами зашелестела, раздвигаемая мужчиной и неуверенно плетущимся позади волком. С каждым шагом, оборотня всё сильнее тянуло назад, в преддверии чего-то опасного. Волчья сущность предугадывает без промахов. Его задача — лишь правильно истолковать её предупреждения. На данный момент Диппер не мог обосновать взбесившуюся внутри него чуйку, предупреждающую не ходить дальше, потому что видимого повода не было. Вернее, его не было сейчас в поле его зрения, что усугубляло ситуацию. Как объяснить это Биллу? Диппер остановился, игнорируя тянущий его дальше поводок, прислушиваясь. Его уши беспокойно заходили взад-вперёд, выискивая шорохи в округе. — Диппер, идём, — потянул мужчина, но волк только коротко на него взглянул и вернул своё внимание к окружению. Оборотень повёл носом и принюхался, приоткрыв пасть. Ни-че-го. Но что-то определённо было. Чуйка взвилась и заскулила, утягивая Диппера обратно, в свой лес. Этот чужой. Не его. Волк оступился на пару шагов и умоляюще взглянул на охотника. — Только не говори, что испугался. Диппер издал совсем по-щенячьи жалобный и короткий писк, переминая с лапы на лапу, настойчиво подтягивая мужчину обратно. — Боже, прекрати! Что тут страшного? Это точно такой же лес! — Сайфер не ощущал ничего из того, что мерещилось Дипперу. Ветер прогоняюще нашёптывал оборотню в уши, а земля под ногами предостерегающе шуршала. Дикая, холодная. Прислушавшись, он вдруг испуганно дёрнулся, задрав голову к небу, и попятился назад спиной к Биллу. В небе показалась пара огромных крыльев, но почти сразу же скрылась в густых тёмных облаках. Таким большим размахом не обладала ни одна хищная птица из тех, что знал Билл. Но если бы это была птица… Интригующее выжидание того, кого Сайфер ни разу в жизни не видел — лишь только на картинках больших старинных книг — неожиданно разбудило в нём воспоминания из далёкого-далёкого детства. Что-то захватывающее стиснуло грудь мужчины, когда он увидел, как из-за облаков вынырнуло большое животное с орлиной головой и телом льва, едва различимое на фоне ночного неба, словно из старых сказок. В голове стали всплывать те моменты прошлого, когда Билл в объятиях матери с восхищением рассматривал большие страницы с нарисованными твёрдой и уверенной рукой художника существами. Густые шерсть и перья их лоснились и блестели в свете луны, крепкие сильные мышцы лап плавно перекатывались под шкурой, хоть и были на картинках совсем не подвижны; а в глазах у каждого из них было по звезде, самой яркой и самой большой. Вот только как же они… — Грифоны? — шёпотом предположил Сайфер, полагая, что ему не ответят. Диппер стоял совсем рядом, прячась за Сайфером, но так же заворожённо и настороженно наблюдая. Животное вновь скрылось в облаках, но вслед за ним показалась ещё пара блестящих серебряных крыльев, затем ещё одна, и ещё… Пока из-за тёмных густых облаков не выбралась целая стая разноцветных существ. Наблюдая, как они птичьим караваном пролетают мимо, Диппер немного расслабился и отвлёкся, зачарованно наблюдая за плавными взмахами крыльев. Только вот Билл вдруг схватился за ружье и направил его в сторону животных, прицеливаясь. По телу оборотня пробежал ужас и страх. Вот оно. Угрозой были не они. Угрозой был Билл. Твёрдая рука мужчины дрогнула перед тем, как нажать на курок. Диппер резко дёрнул его за штанину, помешав тем самым. Раздался выстрел. Сайфер был на сто процентов уверен, что промазал. — Какого чёрта ты делаешь, глупый щенок?! В ответ волк очень зло и грозно рявкнул, недовольно скалясь, но покорно прижимая уши к затылку. Сайфер мог бы просто отпихнуть его и выстрелить снова, но что-то упорно его тормозило. Билл опустил ружьё, но всё ещё сверля оборотня напротив полным грозности взглядом. Диппер всё так же был непоколебимо зол на мужчину за бездумную выходку на чужой земле, а тот никак не ожидал, что уступит какому-то щенку. В небе раздался громкий гортанный вопль. И Диппер, и Билл посмотрели в сторону удаляющейся стаи грифонов. Затем они увидели, как один из них, летящий впереди — видимо вожак — резко и быстро стал снижаться под слишком крутую диагональ, всё ещё взмахивая крыльями и пытаясь смягчить своё неизбежное падение. — Не может быть… — прошептал Билл. — Я уверен, что промахнулся! Диппера вновь накрыло волной дурного предчувствия, отчего он невольно заскулил. Билл же, охваченный азартом, сжал ружьё по-крепче и ломанулся в ту сторону леса, в которую подстреленное животное стремительно падало. Как бы оборотень не упирался, не ворчал и не фырчал, Сайфер, не обращая внимания, волочил его за собой к чужой стороне леса. Стоило лапам коснуться зернистой почвы чужой территории, как в голову ударил холод. Лес устрашающе сгустился и помрачнел, настойчиво гоня прочь, на другую сторону. Но Дипперу пришлось оставить попытки утянуть прущего, как танк, охотника обратно и подтянуться к его боку, всё ещё опасливо озираясь по сторонам. В какой-то момент деревья стали расступаться, но стволы и верхушки вокруг были обломаны, а некоторые и вовсе были выдернуты с корнем, намекая, что именно здесь пронеслось что-то большое и тяжёлое, неудачно приземлившееся. Диппер увидел взрытую землю, когда мужчина рядом восхищённо выдохнул: — О, Господи, Боже! Волк быстро поднял взгляд и наткнулся на львиную тушу, огромные крылья которой всё ещё богато блестели золотом в редком свете луны. Животное лежало к ним спиной, не шевелилось и, кажется, не дышало. И Билл с уверенностью двинулся к нему, в то время как Диппер буквально вкопался в землю и отчаянно рявкнул, привлекая к себе внимание. — Да успокойся уже. Труп тебе ничего не сделает! — гаркнул мужчина, расцепив карабин с пояса и бросив поводок на землю, оставляя Дипперу полную свободу действий. Волк затрясся ещё больше, осознав свою возможность унестись прочь со всех лап, но почему-то не мог сдвинуться с места. Сайфер же, повесив ружьё на плечо и достав из чехла охотничий нож, приблизился к полульву-полуптице и совершенно спокойно перешагнул через орлиную голову. В густом сумраке рыжая пламенная шерсть блестела там, где её касался лунный свет, ласково приглаживая и перебирая огромные маховые перья. Сайфер пристально осмотрел животное и напрягся, не увидев ни раны, ни крови. В голову закрались сомнения, ведь даже если бы он прострелил тот бок, на котором лежало животное, то на земле должны были остаться следы крови, оставленные во время падения. Сердце Билла вдруг резко упало в пятки, когда он наткнулся на открытый птичий глаз, что со всей внимательностью наблюдал за охотником. — Блять… Грифон, не видя смысла больше притворяться раненым, вдруг зашевелился, поднимаясь на лапы и расправляя крылья. Нет раны. Нет крови. Блеф… Животное поднялось во весь свой немалый рост, во много раз превосходящий обычного почти домашнего волчонка. Из глотки донеслось гортанное рычание. Биллу не оставалось ничего, кроме того, чтобы решиться бежать. Мужчина сорвался с места в тот момент, когда грифон клацнул мощным клювом у него над головой. Разозлённое сопротивлением животное истошно завопило и бросилось следом. Как будто назло, деревья расступились перед ними и вытащили свои корни из-под земли, тут же цепко хватая охотника за ноги и валя на землю. Сайфер попытался встать, но корни будто нарочно переплелись, удерживая и не давая ему возможности выдернуть застрявшую стопу. Билл раздражённо чертыхнулся после нескольких рваных попыток высвободиться, попытался достать ружьё, но то отбросило слишком далеко во время падения — дотянуться не выходило. В тот момент, когда идей для спасения своей жизни уже не осталось, грифон нагнал его слишком быстро, готовый разорвать его на части в качестве мести. И почему он только не послушал Диппера…? Животное сделало выпад, готовясь к броску на свою жертву, но вдруг что-то бросилось на него в ответ, вгрызаясь в орлиную шею у самой головы. Он завопил и замотал головой, сбрасывая источник боли с себя. Взъерошенный и грозно рычащий клок шерсти тут же вскочил на лапы перед Биллом, и охотник с трудом узнал в нём Диппера. Шерсть стояла дыбом и особенно щетинилась в холке, придавая ему видимость крупного объёма, хвост его грозно стоял пистолетом, не смея опуститься и показать слабость. Мощные мышцы лап были напряжены и рельефно выглядывали из-под шкуры. Тело Диппера было словно заведённая пружина, поджидающая момента, чтобы броситься в атаку. Сайфер не видел, но слышал, как опасно и властно доносилось рычание из его глотки сквозь оскалившийся ряд длинных клыков, готовые кусать и рвать плоть за него. За него. Диппер ведь мог просто убежать. Грифон оступился, пятясь назад и встряхиваясь, отходя от человека и заступившегося за него волка, но, видимо, просто анализируя ситуацию, а не отступая от боя. Через какое-то время животное выразительно фыркнуло и двинулось к Дипперу, раздумывая подойти сбоку. Волк на это вызывающе клацнул зубами и тоже двинулся в сторону, не давая подобраться близко. Они совсем не долго кружили вокруг друг друга перед тем, как собравшийся оборотень кинулся на врага первым. Диппер вцепился в переднюю лапу грифона, ощущая вкус чужой крови на языке. Тот, не ожидавший столь скорого нападения, болезненно зашипел и в ответ впился острым клювом в чужую холку, вынуждая оборотня разжать челюсти на орлиной лапе, но, извернувшись, мгновенно заметил ему в прямо в глаз. Диппер, прежде ударив лапой по крупной птичьей голове, вновь бросился на него с клыками, но схватил лишь воздух, так как животное резко отцепилось от его шкуры и вздёрнуло голову, уходя от удара. Заведённый болью и гневом волк утробно зарычал, снова кидаясь на открывшуюся шею врага. Грифон завертелся и заметался, сбрасывая оборотня с себя и отбиваясь от острых клыков, вновь и вновь прокусывая шкуру и полося по ней длинными когтями. И не смотря на существенную разницу в размере и силе, прихлопнуть противника всё никак не удавалось: Диппер вертелся и юлил, снова и снова нападая, снова и снова игнорируя чужие атаки, только заводясь от них ещё больше. Было страшно наблюдать, с какой силой и яростью смыкалась волчья пасть на чужой шкуре, окрашивая рыже-золотистое оперение в цвет крови. Таким одичавшим и безумно злым Билл его ещё не видел; будто это был вовсе и не его маленький волчонок, что прижимался к нему, когда было страшно, или легко уступал, когда понимал, что сопернику — не ровня. Словно это был совершенно чужой волк, большой и сильный, впивающийся острыми клыками в самые чувствительные точки, заставляя своего противника извиваться и вопить. Когда животное в очередной раз сбросило с себя волка, то тут же отступилось назад, уходя от атак. Диппер, хоть и был опьянён азартом и вкусом крови, в дурь не попёр и замер на месте, но готовый в любой момент броситься вновь. Пыль, грязь и листья поднялись в воздух, теперь плавно оседая обратно на землю, пропитанную кровью. Вокруг лежали перья и шерсть, потерянные во время драки. Оборотень чуть склонил голову в знак готовности принять отступление противника. Он ощущал, как ныли от напряжения мышцы, как жгли раны под шерстью, как теряется фокусировка в глазах, но не позволял себе проявить слабость. Диппер знал, что чтобы тебя услышали — нужно заслужить чужое внимание. Иначе ты просто его не стоишь. Грифон принял жест и ненадолго прикрыл глаза, склонив голову, в знак признания того за достойного противника, и уступая ему человека, что напал на его стаю. Затем янтарные глаза вновь открылись и взглянули в глаза напротив с глубокой мудростью и уважением. Диппер понимал, что тот лишь защищал свою семью от таких, как Билл, и оборотню было стыдно за жадность мужчины. Но грехи Сайфера, за которые пришлось расплачиваться волку, — не его грехи, но кровью он платил своей. Грифон снова отступил на пару шагов назад, а затем взмахнул мощными крыльями и взлетел ввысь, легко огибая высокие деревья. Волк проследил за тем, как он удаляется в сторону своей стаи, постепенно исчезая в непроглядной тьме, а затем обернулся, встретив полностью ошарашенный и испуганный взгляд Билла. — Диппер… — едва произнёс он одиними губами. Волк чуть тряхнул тяжёлой головой, отгоняя густую пелену с глаз, и подобрался к человеку ближе, переставляя болезненно ноющие от перенапряжения лапы. Диппер, не долго думая, оглядел сухие корни деревьев, которые оплетали ногу охотника, и ровно под ними вдруг быстро-быстро стал вскапывать землю. Ему она поддалась почти сразу, и, ощутив свободу, Билл подтянул ранее схваченную стопу, поднимаясь на ноги. Сайфер глубоко вдохнул полной грудью, ощущая, как отлегло от души. Диппер спас его, да. Но это было его собственное решение. Билл ведь ему всё равно ничем не обязан, да? В особенности он не обязан его отпускать, если мальчишка потребует? Диппер принадлежит ему. Как игрушка, вещь, домашнее животное или как очередная пассия — не важно. Не важно же? Мужчина подобрал ружьё с земли и двинулся по направлению к дому. — Прости, приятель. Я… Кажется, был не прав, не стоило этого делать. Мы оба едва не погибли из-за моей глупости. Пойдём домой, Диппер, — ласково и осторожно позвал его Сайфер. Но когда он понял, что никто за ним не следует, обернулся, обнаружив, что оборотень стоит на месте весь какой-то осунувшийся. — Всё нормально? Диппер вновь как-то нетрезво встряхнул головой, немного пошатнувшись от этого, но устояв на лапах. Взор его был какой-то мутный, туманный, невидящий, а сам он как-то подрагивал и нетвёрдо покачивался. В глазах была слепая покорность и бессилие, манящее его опуститься на землю и ненадолго прикрыть глаза. — Эй, малыш… Волк совсем поник, попытавшись двинуться к мужчине по его требованию, но измученные лапки совсем подкосились, и Диппер медленно поддался тяжести, сковавшей тело. Виновато прижав уши к затылку и подогнув болящие лапы под себя, оборотень опустил голову, приникнув к земле. «Я прилягу ненадолго. Всего на чуть-чуть…» — донеслось до ушей Билла с ветром. Его резко бросило в холод. Тут в груди Сайфера что-то очень больно ударилось о решётку рёбер, заходясь в бешенном темпе, вновь и вновь болезненно толкаясь в груди. Билл бросился обратно к оборотню, опускаясь рядом с ним на колени, и опуская руку ему на бок, чтобы растормошить. Но мужчина тут же отдёрнул её, когда ощутил липкую и влажную под пальцами шерсть и увидел, что ладонь его в чужой крови. В волчьей крови. В крови Диппера. Как он мог не заметить? — Диппер! Чёрт возьми! Малыш, не смей отключаться! Но глаза, в которых стремительно тускнел янтарь, медленно закрывались под тяжестью свинцовых век.