Пятнадцать друзей Дубощита

Утром меня разбудили очень изощренно, лязгом металла. Оказалось, Кили и Фили под руководством Торина разминались на мечах. - Воспитательный процесс в самом разгаре? – зевая, уточнила я у Бофура. - Он иногда любит выбить из ребят дурь, - кивнул тот, вручая мне завтрак. - Судя по их виду, они всегда знают, где достать еще, – потянулась я. Бофур так и не понял, что имелось в виду, но мне было безразлично, очень уж хотелось спать. Не зря Торин приглядывал за своими балбесами: это был больше, чем спарринг. Оба бросались друг на друга с неожиданной яростью, которая, как известно, слепит глаза. К всеобщему удивлению, первым уступил гораздо более умелый мечник Фили. - Давай, Кили! Сделай из него сестру! – хохотали гномы, но братья ни на кого не обращали внимания. Кажется, из всех присутствующих только я одна испугалась, что они действительно нанесут друг другу серьезные раны. И все же, Торин очень вовремя остановил бой: еще чуть-чуть, и Фили потерпел бы сокрушительное поражение от брата. Затем оба дрались против Торина. Племянники старались пробить защиту дяди, но никакими приемами этого сделать не удавалось. Да и не очень слаженно они работали, хотя, казалось бы, здесь стоит объединить усилия и драться сообща.Они даже начали ему уступать. Торин с видимым удовольствием загнал Фили по колено в ручей и отправил Кили, с которым они сошлись в борьбе, коротким броском в ближайшие кусты шиповника. Сидя по-турецки лицом к резвящимся дяде и племянникам, я совмещала полезное с приятным: завтракала и любовалась на оголенный торс Торина. Душу грела мысль о том, что в фильме его таким если и покажут, но не скоро. Вот это я понимаю, эстетика мужского тела! Хотя гораздо интереснее смотреть на гномов после купания: все тринадцать, в штанах, без рубашек, блаженно обсыхали на робком майском солнце (и как им не холодно?), любуйся на них, сколько угодно! От приятных воспоминаний отвлек голос Торина: - Все позавтракали? Шевелитесь, пора отправляться, - как всегда с самым мрачным видом скомандовал он, одеваясь. Фили и Кили за его спиной, корчась и стеная, делали неуверенные попытки подняться с земли. Зато эта тренировка странным образом сбросила напряжение между братьями, и сбылись слова Балина: Фили и Кили, забыв разногласия, снова отравляли жизнь своими выходками не только друг другу, но и всему отряду. Эта утренняя сцена навела меня на одну мысль. Когда все двинулись, я заставила своего пони подобраться поближе к лошади Гэндальфа. - Гэндальф, а далеко ли до разрушенного дома фермера недалеко от Раздола? – «… где мы столкнемся с тройкой злобных троллей и перетерпим немало неприятных минут, а затем хоббит с тобой на пару всех спасет…» - Если мы продолжим двигаться с той же скоростью, то примерно пятнадцать дней, - охотно отозвался волшебник, хитро блеснув глазами. Вот старый прохиндей! Он догадался, что я спрашиваю не просто так. Что ж… Я понятливо кивнула и придержала пони, дожидаясь Фили и Кили. Вид у них был отстраненный, но мне именно сейчас было жизненно важно узнать… - Кили, а ты долго учился владеть мечом? - Порой мне кажется, что я до сих пор так и не научился им владеть, – болезненно поморщился гном, потирая ушибы, оставленные заботливым наставником. – Спроси у Фили, я больше по части стрельбы. - С детства учусь, почти семьдесят лет, - предваряя мой вопрос, ответил Фили, щурясь на майское солнышко и сияя синяками. – И неплохо умею драться. Не надо на меня так смотреть, Торин вообще непобедим, я тут ни при чем. - Семьдесят лет? – присвистнула я. – Сколько же тебе сейчас? - Восемьдесят два, кажется, - пожал плечами тот. – Не помню точно. Годы надо не считать, их нужно проживать. - Их нужно прожигать, - поправил брата Кили. - А ты младше? - Всего лет на пять. - Ну да, а иногда кажется, что на все пятьдесят! – хохотнул Фили. - Ну, рядом с тобой, старичок, я и вправду выгляжу ребенком, - тряхнул челкой Кили. Может, ссорятся они и редко, но подкалывать друг друга могут до бесконечности, так что я сочла за благо перевести тему: - А другие? Тоже такие старые? - Старые? – не понял Фили. – Это мы-то старые? Да Кили, вон, вообще впервые в жизни покинул Синие горы, до сих пор по ночам к маме просится… - И не прошусь я! – возмутился Кили. – Сам-то, наверное… - А Торин? Сколько ему лет? – если их не остановить, орки услышат нас еще за неделю до полагающихся приключений. - О… Да уже где-то лет двести, - прикинул Фили. – Дряхлый уже, сидел бы себе, да и правил мирно, а все походы, разъезды, вот, теперь на дракона пошел… - Фили и Кили дежурят сегодня до полуночи, - послышался сзади голос Торина. Странно, обычно он едет впереди отряда. И что за привычка подкрадываться со спины, когда говорят именно о тебе? Гномы тоже любят посплетничать, не стоит лишать их этой радости. - Да, Ваше величество, - хором протянули братья, страдальчески подняв глаза к небу, а Кили добавил: - Он хотел сказать, что ты совсем себя не бережешь, дядя… - И завтра тоже. Я тоже почувствовала себя неуютно, но не преминула шепотом заметить, что гномий король очень неплохо сохранился. Сзади послышалось недовольное сопение, но, видимо, он решил отложить свою месть. Или рассчитывал на то, что за мелкие гадости в его адрес на эту месть набегут проценты, и он сможет с легкой душой меня убить. Ледяной взгляд пронзал меня где-то в районе лопаток. Интересно, он сам себя не боится, когда в зеркало смотрится?

чЧч

М-да, поздновато я спохватилась об оружии: до встречи с троллями оставалась всего две недели. Когда я заявила, что хочу держать в руках меч, гномы рассмеялись, а Двалин добавил: - Тебе незачем: до Ривенделла совсем недалеко. Да и к тому же… - … не женское это дело, я знаю, но, пожалуйста, мне необходимо уметь хотя бы защищаться. - У тебя ведь нет своего оружия? - А может, мне в Ривенделе сделают безвозмездный подарок? - Дружишь с эльфами? Да что он постоянно подкрадывается со спины в самый неподходящий момент?! Специально же завела речь как раз, когда гномий король отлучился. Я прикусила губу и обернулась. - Я пока с эльфами даже не знакома, но… - И не стоит с ними знакомиться. Они коварны и хитры, от них всегда можно ожидать предательства. - Это приглашение в путь до Одинокой горы? Торин смерил меня недовольным взглядом и нахмурился. Ну и подозрительный же тип! - Это совет. – Он отвернулся и бросил: - Фили, объясни ей, с какого конца нужно браться за меч. Молодой гном вздохнул, но взялся за дело не откладывая. - Не знаю, найдется ли у нас подходящий для тебя… Такой меч нашелся. Кили дал попользоваться своим, но решил присутствовать на первой тренировке, чтобы следить за сохранностью оружия. От нечего делать он согласился даже помочь. Вы когда-нибудь держали в руках настоящий меч? Я – нет, и первые впечатления были… - Но он тяжелый! - Это самый легкий из тех, что у нас есть. - А ножи? - Ты не сможешь ими фехтовать. Не привередничай, бери, что дают. И слушай. Гномы расселись вокруг, ожидая зрелища, и я их не разочаровала. Стойки у меня получались на редкость неуклюжие, меч чуть не вываливался из онемевших рук, я ничего толком не могла повторить за своим учителем. Фили снова и снова безнадежно качал головой.

чЧч

Мое упорство тоже поначалу всех веселило. Во время пути я слезала с пони, брала меч и шла сечь высокую траву и кусты, или просто скакать с ним, поражая невидимых врагов. Потом угрюмо сидела вдали от костра и оттирала меч от засохшей зелени. Все просто покатывались со смеху, Гэндальф многозначительно дымил трубкой, Бильбо переживал, а Торин… Он почти всегда оставался равнодушен к тому, что не касалось Эребора. Так мне казалось. После обеда Фили всегда руководил тренировкой, растянувшись на земле. Вставать ради пустой возни, которую я через пару дней брошу, он не собирался. Только Кили иногда вскакивал и объяснял, почему так меч держать надо, а так – не надо, и куда лучше поставить ногу. - Что ты так машешь мечом? – недовольно комментировал мои потуги Торин, проходя мимо. – Расставь ноги шире и согни колени. - Мне тяжело! - Дело тренировки. Зато так ты не упадешь из-за того, что тебя перевесило собственное оружие… «Случайно» он проходил мимо несколько раз за тренировку, и пользы от его коротких и ироничных советов было едва ли не больше, чем от Фили, Кили и Бофура вместе взятых. В первый вечер тренировок мне едва хватило сил торопливо окунуться в речке. Спать я устроилась рано и в одиночестве. Вдруг на глаза мне попалось спальное место Торина, где лежала его длинная меховая жилетка. Надо сказать, что почти всю дорогу меня преследовало странное желание потрогать этот мех, но попробуй подойти с такой просьбой к Торину! Сейчас же все гномы, Бильбо и даже Гэндальф плескались в речке. Я такой шанс упустить не могла, и со сдержанным стонами и чертыханием подползла к вожделенной жилетке. Разве может что-нибудь сравниться с ощущением от прикосновения к мягкому меху? Жилетка как будто сохраняла тепло хозяина. Я гладила ее до умопомрачения, зарывшись в густой мех лицом, и не заметила, как заснула. Проснулась в обнимку с ней же, на том же месте, когда все завтракали и собирались в путь. Никто мне ни слова не сказал, а где ночевал сам Торин, так и осталось для меня загадкой. И все же попадаться Торину на глаза я в это утро не рисковала и затесалась в середину колонны, поближе к Гэндальфу. Мы завели с ним разговор, как будто несерьезный, но, как только я случайно заикнулась о будущем, он нахмурился. Мы переместились в конец колонны и чуть-чуть приотстали. - Снежик, ты хочешь что-то мне рассказать? - Я хотела спросить: вы тоже видите будущее? Волшебник загадочно усмехнулся. - Не то чтобы я вижу… Я иногда его предчувствую. - Так откуда вы знали, что ваш совет пригодится Бильбо? - Какой совет? Я выпрямилась в седле, и выразительно продекламировала: - Храбр тот, кто найдет в себе силы не отнять чью-то жизнь, а пощадить ее. - Прекрасно звучит, - похвалил Гэндальф, - но при чем тут я? - В фильме эти слова вы говорите Бильбо после того, как вручаете ему меч Жало, найденный в пещере. - Какой меч? И пещера? Моя дорогая, ты очень непоследовательна… - Вы не хуже меня знаете, что открывать будущее без крайней нужды рискованно. Если честно, то у меня было такое ощущение, что эти слова говорю не я. В смысле, я ведь сначала не хотела ничего никому рассказывать? Но если Гэндальф и правда не видит будущего, то откуда он знал про Голлума? Тут меня будто осенило. - Гэндальф, пообещайте мне, что вы скажете это ему. От себя. Волшебник проницательно заглянул мне в глаза. - Ты что-то еще хочешь рассказать мне, дитя? Я замялась. - Может быть, вам пригодится: в Ривенделле состоится Белый совет. Вам следует знать, что на рассвете гномы двинутся в путь. И еще одно. Скоро на некоторое время всем придется расстаться с Бильбо. Простите, я не могу сказать вам точнее…. В общем, когда он снова явится, Торин потребует, чтобы Бильбо рассказал, как он выбрался из западни. Не допустите этого. Есть тайны, которые пока лучше не открывать. Хорошо? Гэндальф снова заглянул мне в самую душу. Не знаю, что уж он там разглядел, но от дальнейших расспросов воздержался. - Хорошо. Спасибо, Снежик, я уверен, ты знаешь, что делаешь. А я, между тем, совсем не была уверена.