Часть 6
21 апреля 2020 г., 15:10
Все, что ты можешь вообразить — реально. Пабло Пикассо
В огромном замке было непривычно тихо. Приглушённый свет факелов подчеркивал неровности кирпичных стен. От малейшего дуновения ветра огонь нервно трепетал, устраивая дикую пляску теней, искажавшую до неузнаваемости очертания привычных предметов. Здесь произошло слишком много изменений. Даже когда в замок приезжал Войт, атмосфера была более подвижной. Стало меньше учеников. Хотя, нет. Он ошибся. Учеников было столько же. Меньше стало живых… Примаро чувствовал неприятную дрожь, проходя мимо прекрасных статуй. Застывшие печальные лица, тонкие узорчатые крылья, одухотворенный, немного отсутствующий взгляд, направленный вникуда. Многих из них он знал лично. Со многими общался. Некоторых даже чему-то учил. Парень не зря обладал змеиным хладнокровием, но даже он в последнее время стал вздрагивать слишком часто. И хоть, чисто теоретически, опасность ему не грозила, в этом мире ничто не могло быть постоянным. В нем правили смерть и боль. Они ощущались уже почти на осязаемом уровне. Чтобы это прочувствовать, достаточно было спуститься в нижние этажи замка или отправиться ночью в большой мир — так после столкновения теперь все называли Осталу. Примаро поежился и ускорил шаг. Самым неприятным во всей этой ситуации было то, что он знал, что она произойдёт. Он знал, что будут десятки тысяч жертв, что будет слишком много страдания и несправедливости. Он это знал. Но верил, что все это происходит не зря. У него был единственный шанс. И все свои надежды он возлагал на одну маленькую девочку, которая не имела права на ошибку. На ещё одну ошибку. Ведь она стала бы последней для них для всех. Миновав парадную лестницу, Примаро очутился в просторном каридоре. Вместо статуй зачасованных детей, его стены были украшены дорогими картинами в тяжёлых рамах и старинными гобеленами. Огромные панорамные окна показывали безмятежные клочки ночного неба. Звёзд не было. Луны тоже. Она либо только зарождалась, либо была скрыта за тучами. Примаро не хотел заморачиваться на такие вещи. Он стоял перед дверями из тёмного дерева с коваными медными ручками. Глубоко вдохнув, Драгоций постарался принять наиболее расслабленный вид, но прежде, чем он собрался постучать, из-за двери раздался приглушенный голос, приглашающий его войти.***
Астрагор сидел за большим дубовым столом и читал что-то в большом старинном фолианте, лежащем на своеобразном возвышении. Немногим удавалось видеть старика в таком домашнем виде: вся его поза говорила о спокойствии, белая сорочка была заправлена лишь на половину, каштановые волосы растрепаны, но глаза, как всегда, были нечитаемы и холодны. Заставляли держать метку и все время быть начеку. Ему нельзя забывать, к кому он пришёл. — Доброй ночи, отец. Мне надо с тобой серьезно поговорить. Примаро выдержал тяжёлый взгляд усталых глаз, явно говоривший о том, что тема должна быть действительно важной, раз сын после оторвать его от важных дел. — Это касается Василисы, — а затем, немного помолчав, добавил — и Маркуса. Астрагор улыбнулся уголками губ и узказал на кресло напротив. Его черные глаза стали чуть более внимательней и настороженней: — И что же ты хотел мне сказать? — Пророчество дополнилось, отец. — Вот как… — Первая часть гласила, что девушка, окруженная огненным ореолом и владеющая черным сердцем, сможет найти Дитя Времени только взаимодействуя с воспитанником холодной королевы, сердце которого против его воли опутали паутиной ненависти к огненной девушке. В день цветения Алого цветка, я смог разгадать первую часть и понять, что подростки о которых идёт речь, это Огнева и Ляхтич. Буквально несколько минут назад появилось продолжение. — Примаро достал из внутреннего кармана мантии записную книжку в серебристом переплете, открыл, и, пробежав глазами несколько строк, закончил свой монолог, смотря прямо в глаза отца — Они сделают это только тогда, когда с его глаз упадёт пелена, а она сочетается с ним узами брака. Астрагор засмеялся. — Вот уж бы никогда не подумал, что Мортинова — холодная Королёва. Не достойна она этого звания. Скорее, она эгоистичная интригантка и авантюристка. Но Примаро знал, что этот смех не искренен и позволил себе лишь приподнять уголки губ из элементарной вежливости. Впрочем это было лишним. Астрагор уже не смотрел на него, он небрежно махнул рукой, показывая, что приём закончен. Парень поклонился и направился к двери. Выходя из кобинета, услышал задумчивые, непонятно к кому обращенные слова: — Устроить им свадьбу, это не проблема, проблема будет когда с его глаз спадает пелена. Это будет опаснее. Намного опаснее... Примаро вошёл в свои покои и облокотился на стену, в изнеможении закрыв глаза. Как много надо было всего успеть как мало он мог и как сильно рисковал. С каждым днём взягляд отца становился все более подозрительным, а игра ещё только начиналась.
