Mianhae?

***

Чону обожает совместное утро. Даже если оно с похмелья. Даже если оно не у себя в квартире, а в большом загородном доме Ёнхо. Им выделили отдельную комнату, как новобрачным года. И Юту не волновало, что они отмечали не свадьбу, а всего лишь помолвку, да и та неофициальна, а так, на словах, на простом «почему бы и нет». Пьяный японец вовсю радовался их скорой свадьбе, будто она через неделю уже, и просил назвать будущего ребёнка в честь него. Но Чону, как и Юкхэй, не относится к этому всему с должной серьёзностью. В основном из-за проблем с заключением брака между людьми одного пола. Безусловно, окажись они в другой ситуации, то и реакция была бы иной, и кольца украшали пальцы обоих. Но пока, Чону просто очень греет сама мысль о том, что Юкхэй готов провести с ним всю жизнь. Донён правда саркастично подмечает, что в этом нет ничего удивительного – любой бы согласился провести с Чону всю жизнь, он же золото, а не парень. А вот собственноручно подписаться на совместное неразделимое будущее с Юкхэем, это конечно надо иметь стальные яйца и крепкую сильную любовь к этому придурку. Чону и не отрицает. Он сонно моргает, тут же отмечая, что в комнате светло, хоть лучи солнца и не лезут им в глаза, как это часто бывает в их квартире. В спальне Ёнхо шторы тёмные, не пропускающие свет совсем, и парень задумывается о том, чтобы приобрести такие же – удобно ведь, солнце по утрам не будит. Юкхэй обнимает его со спины, сопит в макушку, и наверняка захочет умереть от похмелья, когда проснётся. Чону в принципе тоже не самого лучшего самочувствия, но пока лежит неподвижно - чувствует себя вполне сносно. Он кладёт ладонь поверх руки Юкхэя, которой тот обнимает его поперёк талии, и слегка поглаживает пальцами тёплую кисть. Его парень горячий, как печка, и Чону на самом деле жарко, душно, но при этом так уютно и хорошо, что даже лишний раз высовывать ногу из-под одеяла не особо хочется. Вместо этого Чону думает о любви. О том, насколько она неожиданна и проста в те моменты, когда её меньше всего ожидаешь. Не ищешь даже, потому что других дел полно, да и устал порядочно уже от отношений. Бдительность снижается до её полного отсутствия, а желание близости просыпается исключительно когда телом, вместо разума руководит алкоголь. Чону залипает конкретно, уходит в себя, когда вспоминает самое начало их с Юкхэем отношений.

***

Чону понимает, что оказался в ловушке и бежать некуда, когда обнаруживает себя стоящим возле магазина с цветами в ожидании Юкхэя. Это их первое свидание и желание Чону свалить домой, пока не спалили, превышает свой максимум. Ему страшно, неловко, неуютно и вообще. А учитывая их знакомство, парень не понимает, что Юкхэю от него надо и почему он просто не послал странного парня куда подальше. О нет, вместо этого младший написал ему на следующий же день, обеспокоенно интересуясь его самочувствием после пьянки. Чону в тот момент ощущал себя действительно хреново, потому без раздумий сразу же ответил на незнакомый номер, что всё плохо, хочется сдохнуть, а Донён рядом тролит, вместо поддержки. Только потом уже он интересуется вежливо кто это ему пишет, а когда получает ответ, в панике заносит номер в чёрный список. Естественно это не помогло. Оказывается у Юкхэя два телефона с двумя симкартами, а так же полная общага друзей, готовых прийти ему на помощь. Сдался Чону в тот момент, когда настойчивый младший встретил его после пар. Весь из себя роскошный, с розой в руках, он стоял на улице возле крыльца, игнорируя восхищённые взгляды проходящих мимо девушек, и смотрел на Чону влюблённо, как смотрит на кумира преданный фанат. Позже Юкхэй признался, что позаимствовал этот приём из прошлого опыта, так как не знал, чем ещё можно привлечь внимание парня, но помнил, что девчонки ведутся на цветы и прочую романтичную чепуху, так почему бы не попробовать, как говорится. - Прости, что опоздал, давно стоишь? – Юкхэй запыхавшийся, взъерошенный, но смотрит с такой же нежностью и обожанием, как и тогда на крыльце университета, от чего Чону в миг тушуется и краснеет. - Нет, только пришёл тоже, - врёт в ответ, потому как собственная врождённая пунктуальность не позволила бы опоздать ему на целых двадцать минут. Они идут в одно из любимых кафе Чону – тихое, скромное место, спрятанное дворами и парком аттракционов. Старший думает, что Юкхэю там не понравится, надеется даже, что он поймёт насколько они разные и остудит уже свой влюблённый пыл. Но Юкхэй заказывает себе половину меню, находит там почти все свои любимые блюда, и без устали трещит о том, насколько всё вкусно и что идея ходить сюда каждый день вообще теперь лучшая идея в его жизни. - Я здесь часто читаю, - рассказывает Чону, продолжая демонстрировать перед парнем свои, как он сам считает, скучные и неинтересные качества, - здесь очень тихо, к учебе можно готовиться спокойно. - О, надо Сычену посоветовать, а то жаловался, что в общаге учиться невозможно, хотя было бы желание, как говорится, ахах, а то он только ноет, а стоит одного оставить, как тратит всё время на видеоигры. Юкхэй продолжает рассказывать весёлые истории, связанные с лучшими друзьями, а Чону слушает всё, улыбается, кивает и ударить себя хочет за то, что падает в большие глаза напротив, словно в большое и глубокое озеро. И тонет там без единого шанса на спасение. Отношения сейчас не нужны, на них даже банально времени нет. А шумный и весёлый Юкхэй явно не подходит скучному и спокойному Чону. Он никогда не позволил бы себе опоздать на свидание с человеком, которого долго добивался. Не позволил бы себе жевать с открытым ртом, восторженно отзываясь о еде каждые две минуты. Юкхэй привлекает внимание к их столику своим громким смехом и голосом, а еще чересчур активной жестикуляцией в разговоре, потому что корейский язык не самая сильная его сторона. Однако Чону вместо того, чтобы почувствовать неприязнь и отторжение, наоборот залипает на красивую улыбку, пухлые, на его взгляд, идеальные губы, и на эти, черт бы их побрал, длинные пальцы. Юкхэй часто забывается и обращается к старшему «Чону~я», но парень не поправляет, а наоборот тихо млеет от того, как сладко звучит его имя чужим хриплым голосом. - Хён? – Чону выныривает из своих немного не туда зашедших мыслей и смотрит на Юкхэя, который в этот момент точно так же смотрит на него, прямо в глаза. Это снова смущает и Чону быстро опускает взгляд, принимаясь ковырять мяту в своём молочном коктейле. - Ты хотел в парк? Или может к реке, а то я так мало гулял по Сеулу! Представляешь, я даже на башне этой вашей ни разу не был! Намсан.. или как там её, давай сходим туда как-нибудь! - Я был там только с родителями в детстве, - признаётся Чону, - пошли к реке. Время с Юкхэем летит очень быстро. Чону не замечает, как они переходят от одной темы к другой, как их локация сменяется с реки на парк аттракционов, где Юкхэй восторженно орёт даже при виде детской карусели. Чону заикается, что любит сахарную вату, и младший скупает ему чуть ли не весь вагончик, выпрашивая у продавца именно белую, потому что Чону еще в кафе упомянул, что это его любимый цвет. И парень заключает, что в такое влюбляться не стыдно, его можно понять и простить. Да, заикался, что хочет отдохнуть от отношений; да, чересчур активные и восторженные парни, что младше него на год, это далеко не тот тип людей, с которыми можно надеяться на хорошее совместное будущее. Но Юкхэй обещает держать его за руку на колесе обозрений, так как помнит, что Чону боится высоты, и заверяет, что не будет лезть целоваться, пока он сам не разрешит. И сдерживает свои обещания, из-за чего Чону уже на выходе из кабинки готов сам наброситься на Юкхэя, позволив всё то, на что сам же наложил запрет в самом начале прогулки. Когда приходит сообщение от Донёна с вопросительным «ты дома появишься сегодня, или мне вызывать копов, потому что этот придурок тебя изнасиловал и бросил умирать на помойке?», Чону понимает, что уже почти полночь. И это шокирует на самом деле – он просто потерял счет времени, забывая даже смотреть на часы. - Мне пора домой, - он улыбается неловко, прикидывая в уме, что от того места, где они находятся, до дома можно добраться даже пешком. - Я провожу, - улыбается Юкхэй и берёт за руку, что за весь день успело стать привычным. - Ты супер-джентельмен, конечно, но тебе тоже пора, общежитие ведь закрывается скоро... - Оно еще в одиннадцать закрылось, - улыбка по-прежнему довольная, счастливая, а взгляд такой же влюблённый, восторженный. - Что? Так почему же ты… - Чону мгновенно ощущает прилив вины. Младший давно уже должен был попрощаться с ним, но видимо готов ночевать на улице, лишь бы не расставаться с Чону как можно дольше. - Комната на втором этаже, если лестница спущена, я могу забраться по ней, а если нет, то Юта умеет отвлекать охранника, и мне удастся проскользнуть… - Я не отпущу тебя сейчас в неизвестность, так что переночуешь у меня, - Чону говорит это прежде, чем успевает подумать о двусмысленности собственных слов. Естественно Юкхэй уже улыбается максимально по-блядски, даже не скрывая, о чём думает в данный момент. - И нет, даже не думай об этом, - ворчит Чону, - спать будешь на полу. К тому же, если утром Донён увидит нас вместе, опять будет ворчать, что я тащу парней в постель после первого же свидания, - второй раз подряд Чону хочет откусить себе язык. Юкхэй очевидно плохо на него влияет, потому что способность думать прежде, чем говорить, испаряется за считанные минуты. Юкхэй выгибает одну бровь и немного разворачивается всем корпусом, чтобы взглянуть на в миг покрасневшее лицо Чону. - И много у тебя было парней? - Не так уж и много, на самом деле, - он нервно трёт пальцами переносицу, прикидывая в уме все свои прошлые отношения, чтобы не соврать и не преувеличить собственные постельные подвиги, - пара человек в школе и еще пара в универе, я только два месяца назад расстался с Хосоком. Но не подумай лишнего, мы просто оказались слишком разными, стало неинтересно друг с другом. Пока Чону быстро выговаривается своему вроде как будущему парню, то успокаивает себя лишь тем, что тот всё еще сжимает его руку, и даже пальцы переплетает. Юкхэя не смущает то, что они идут так по улице, как и очевидно не смущают его прошлые отношения, что не может не радовать. Хотя Чону уверен, что у самого Юкхэя список будет приличным, не тянет он на скромного девственника вот совсем. Однако младший заявляет следующее: - А у меня вообще парней не было. Чону внешне спокоен и лишь слегка удивлённый взгляд демонстрирует, но внутри почти орёт дурниной. Рассказать Донёну – не поверит же. - И ты так спокойно… ну… со мной гуляешь. - Я бы с тобой не только погулял, - внезапный хриплый шепот на ухо, и Чону чуть ли не подпрыгивает на месте. Сдерживается, чтобы не оттолкнуть от себя вдруг оборзевшего парня, но руку вперёд для защиты на всякий случай выставляет. - В общагу сейчас свою спать пойдешь, - и фыркает возмущённо, нахохлившись для пущего эффекта, чтобы не палить своё покрасневшее от смущения лицо. Юкхэй смеётся и руки вверх поднимает, мол, всё-всё, больше не буду. - А вообще, да, у моей матери брат живет уже лет двадцать со своим мужем. Меня всегда воспитывали с мыслями, что любовь она одна, и нет разницы к парню или девушке. Я, как только тебя увидел, сразу понял, что ты мне очень нравишься. О том, что ты парень я подумал лишь через несколько дней, когда Юта подъёбывать начал. Чону слушает его с замиранием сердца, и завидует на самом деле. Его родители очень консервативны и не допускают даже мысли о том, что в мире возможна однополая любовь. Чону сообразил всё с самого начала, когда в семнадцать лет осознал свою симпатию к однокласснику, и ни за что не рассказывал об этом окружающим (кроме Донёна, естественно). Он всегда был прилежным сыном, способным учеником и в принципе добрым и хорошим парнем - мамина радость, папина гордость. Но притворяться другим человеком всю жизнь парень был не намерен. Поэтому сразу по окончанию школы схватил в охапку не особо сопротивляющегося Донёна и стал снимать квартиру отдельно, вместе с другом. К слову о друге. Донён, к счастью, спит, и это спасает от колких комментариев в сторону того, что Чону пришёл домой не один. Юкхэй ему не нравится и, скорее всего, Донён будет очень долго закатывать глаза и осуждающе качать головой, когда узнает, что Чону намерен встречаться с ним. Они проходят в квартиру, и в этот момент Чону ощущает сильный прилив неловкости и смущения. Юкхэй добивает комментарием про слишком узкий диван, и Чону даже списал бы это на ничего не значащую реплику, если бы не многозначительная улыбка и хитрый взгляд при этом. Он демонстративно игнорирует его, выдаёт комплект домашней одежды, а сам уходит на кухню, чтобы сделать горячий чай для них. Всё-таки на улице октябрь и парни успели немного замерзнуть. Когда Юкхэй выходит к нему, Чону замирает с коробкой чая в руках. Младший выглядит таким домашним и уютным, со взъерошенными волосами из-за только что снятой водолазки. Юкхэй улыбается и запускает в них свои длинные пальцы, замечая блеск в глазах старшего. Чону, вообще-то, скромный и тихий, но плюёт на всё это внешнее, напускное и просто делает шаг в сторону парня, притягивает к себе и целует. Юкхэй улыбается в поцелуй и углубляет сразу же, обнимая и прижимая к себе стройное тело. У Чону чёртовы бабочки в животе и колени подкашиваются. Он хватается за плечи младшего и почти виснет на нём, позволяя вести себя назад, пока не упирается бедром в подоконник. Поцелуй становится напористей, пальцы Чону зарываются в волосы Юкхэя, пока последний подхватывает его и усаживает на этот самый подоконник. Чону обвивает его ногами, прижимаясь максимально близко, и даже почти стонет в поцелуй... - Какого, мать вашу?.. Донён выглядит помятым и раздраженным. Он с осуждением смотрит на обоих парней, затем останавливая свой взгляд на Чону, который тут же спрыгивает с подоконника и виновато кусает слегка покрасневшие губы. - Я понимающий и хороший друг, - продолжает старший, - мог бы написать мне, я бы свалил к Тэёну или к Джехёну, я не собираюсь всю ночь слушать как вы тут тра... - Ничего такого, хён! - моментально перебивает его Чону. - Мы не собирались заниматься чем-то ещё... - Ну, я, например, был бы не против, - подаёт голос Юкхэй. - О господи, мы ещё не начали встречаться, а ты меня уже бесишь, - Чону прикрывает глаза и трет пальцами виски. Ситуация дурная по всем параметрам. - Вообще-то, мы уже встречаемся, ещё у Ёнхо дома начали. - Что? - Чону активно вспоминает всё произошедшее у Ёнхо на вечеринке, пытаясь понять в каком моменте проебался. - Что? - задаёт аналогичный вопрос Донён, - ты же меня заверял, что вы там даже не общались... Ким Чону, что произошло на этой грёбаной вечеринке? - Ничего! - выпаливают одновременно Чону и Юкхэй, и ситуация становится совсем идиотской. - Нет, вы точно издеваетесь надо мной, - ворчит Донён и разворачивается, чтобы уйти к себе в комнату, - услышу стоны - всем расскажу, как ты первый раз напился, Чону-я. - Это вторая супер неловкая ситуация в моей жизни, и она снова связана с тобой, - обреченно стонет Чону и закрывает лицо руками. Юкхэй подходит ближе, убирает его ладони, затем наклоняется и целует в нос. Чону готов растаять в этот момент. Он открывает глаза и видит напротив нежный влюблённый взгляд, мягкую улыбку и скоро чувствует ласковое прикосновение чужих губ к щеке. - Ты такой красивый, хён. - Я... Но Юкхэй не даёт ответить, снова целуя в губы. На этот раз нежно, ласково, едва прихватывая губами нижнюю губу Чону, затем быстро отстраняясь. - Пошли спать, м? Я, конечно, хочу узнать, как ты первый раз напился, но дождусь когда ты сам мне расскажешь. Этой ночью они не спят еще долго, хотя никаких стонов до Донёна так и не доходит; вместо этого парни полночи разговаривают, кажется, обо всём на свете. Юкхэю очень интересны прошлые отношения Чону с парнями, и последний наивно полагает, что такой интерес ради того, чтобы понять какие вещи во взаимоотношениях могут его оттолкнуть, а какие наоборот приятны и восхваляются. Но Юкхэй спрашивает только ради того, чтобы запомнить имена тех, кого в будущем надо не любить особенно сильно. Помимо этого, Чону так же рассказывает про Донёна, про то, что лучший друг еще со школы хоть и кажется, на первый взгляд, вредным и злобным, на самом деле очень заботливый и любящий человек. Юкхэй в свою очередь рассказывает про своих лучших друзей, которые таковыми стали с момента заселения в одну комнату в общаге. И в отличие от Донёна, никаких вторых сторон у них нет. - Тебе покажется, что Юта – пафосный долбоёб, а Сычен ленивый задрот, но… Но так оно и есть на самом деле, - признаётся Юкхэй и смеётся тихо в подушку, чтобы не разбудить своим ржачем спящего в другой комнате Донёна. Под утро Юкхэй перебирается на диван к Чону. Но не пристаёт, лишь обнимает, прижимается тесно и желает спокойной ночи. Старший в этот момент чувствует себя так, словно нашёл то, что искал всю жизнь. Позже, через несколько дней, он не выдержит, отправит Донёна ночевать к Тэёну, а сам напишет Юкхэю смс с коротким «я один, приезжай». И уже через тридцать минут будет прижат к стене коридора, пока голодный до его тела Юкхэй будет стаскивать с него одежду. Первая их совместная ночь была очень страстной, но очень болезненной на утро. После Чону сам себя ненавидел за несдержанность, а Юкхэй себя за неопытность. Зато все последующие разы они изучали друг друга, подстраивались и узнавали лучше. Юкхэй поймал себя на том, что сходит с ума по длинным стройным ногам Чону, по тому, как он стонет и как ласково зовёт его «Сюйси». Чону в буквальном смысле заводят длинные пальцы Юкхэя, он не признаётся, но обожает, когда младший называет его своей деткой, а его пошлость и грубость во время секса пробуждают в Чону неизвестные ранее очень развратные стороны. Настоящие проблемы в отношениях начинаются тогда, когда Донён сообщает, что переезжает на свою квартиру, а Чону тут же забирает к себе из общаги Юкхэя. Первый месяц всё действительно было чудесно: Чону умеет вкусно готовить и любит убираться, а Юкхэй любит вкусно поесть и умеет неплохо раскидывать вещи по дому. Донён засекал сколько времени продержится эта интересная система быта – ровно 30 дней, и злой Юкхэй, под шум летящей в него зарядки от телефона, захлопывает за собой входную дверь, в которую и прилетает предмет, который запустил не менее взбешённый Чону. Через еще месяц таких ссор Чону покупает себе книги по духовному саморазвитию, иногда занимается йогой и дыхательной гимнастикой, а Юкхэй приучает себя хотя бы мыть посуду и класть грязные вещи в корзину. Донён на тот момент почти в шоке от того, что эти двое всё ещё не расстались, а наоборот решили вместе бороться с образовавшимися проблемами. «Почти» - потому что сам Донён занят отшиванием наглого японца, которого в их компанию притащил Юкхэй. Сейчас Чону вспоминает прошедшие два года с улыбкой. И те моменты, когда задыхался от обиды и раздражения, рыдал ночами и действительно хотел расстаться; и то, когда беспорядочно шептал слова любви в родные губы, обнимал, боясь отстраниться даже на сантиметр, и благодарил небеса за Юкхэя.

***

- Уже не спишь? – слышится сонное бурчание за спиной, прямо в макушку. Юкхэй обнимает его со спины и мягко зарывается в любимые русые волосы, вдыхая вместо запаха шампуня, которым часто пахнут они оба, нотки чего-то цитрусового. Ах да, Кун готовил алкогольный фреш из апельсинов, да так грандиозно, что, скорее всего, все в этом доме пахнут цитрусами. - Я думаю, нам в спальню нужны тёмные шторы, это решит наши утренние проблемы с солнцем, - так же сонно отвечает Чону. - Ты, блин, серьёзно? – вопрос риторический, потому что Юкхэй уверен – Чону серьёзно. – Это именно то, о чём ты думаешь, когда просыпаешься в чужой квартире с похмелья? - Ещё я думал о нас, о том, как всё началось, - честно признаётся старший. - Не жалеешь? – Юкхэй мягко целует парня в макушку и перехватывает под одеялом его пальцы, переплетая со своими. - А ты как думаешь? Я на полном серьёзе согласен выйти за тебя. - Даже не смотря на то, что я раскидываю по дому носки и теряю зарядки от телефонов? - Даже не смотря на то, что ты периодически забываешь бриться. -Ого! Чону, это сильнее, чем любое признание! – Юкхэй улыбается довольно и тут же лезет целоваться, забивая на то, что Чону не нравится делать это по утрам, не умывшись, а тем более после пьянки.

***

Чат «Stfhjjkn;kds» kimdoyoung: окей, я так понимаю, половина из вас всё равно уже в курсе kimdoyoung: мы с Джехёном встречаемся kimdoyoung: и мне пофиг вообще что вы по этому поводу думаете Ten: одна из самых лучших новостей за последнее время (^_^)❤ Jaehyun1997: я думал мы скрываемся kimdoyoung: да смысла нет kimdoyoung: Чону и Юкхэй всё сами спалили, Ёнхо давно знает, а Тен по-любому сам догадался и сразу рассказал всё Тэёну SexyLeeTaeYong: да, рассказал WinWin: вау, у меня тут один японец пытается переосмыслить свою жизнь и кажется сейчас пойдёт пить с горя Snoopy98: В каком смысле «Ёнхо давно знает»? Это не на последней вечеринке началось что ли? JOHNNYSEO: месяц скоро будет ахах Snoopy98: Хён, я занёс твоё имя в тетрадь для предателей. kimdoyoung: бляяять SexyLeeTaeYong: Джехён-а, ты не мог сразу сказать? Чит же мне из-за нас периодически истерики устраивал Jaehyun1997: прости, мы не хотели никому говорить WinWin: вау, мой японец кажется с ума сошёл и впал в истерику WinWin: эта беседа всё ещё самая лучшая