Mianhae?

***

- Знаешь, в какой момент я люблю твои ноги больше всего? - голос Юкхэя хриплый, тихий, слишком возбуждающий. Чону облизывается и дышит тяжело, чувствуя большие ладони младшего на своей коже. Кажется, будто они повсюду, а не только на бёдрах. Ему жарко, душно и невыносимо от желания. К сожалению, он не видит сейчас Юкхэя, но чувствует прекрасно, а особенно слышит. Глаза Чону завязаны чёрной широкой лентой, поэтому всё прочие чувства обострены. Помимо всего, его руки закреплены наручниками над головой, и зафиксированы там другой чёрной лентой у изголовья кровати. И он не может обнять Юкхэя, который явно приблизился к нему, чтобы затем не менее возбуждающе прошептать на ухо: - Когда они на моих плечах, - после этих слов он резко закидывает ноги старшего себе на плечи, и наклоняется ниже, впиваясь в губы. Чону мычит от удовольствия, не имея возможности простонать в голос. Юкхэй целует его глубоко, властно, пошло, переплетая языки и слюной по подбородку. Чону гнёт ещё сильнее от невозможности сделать самому что-то, кроме покорного подчинения. А так хочется впиться короткими ногтями в спину, прижать к себе сильнее, каждым участком кожи почувствовать тепло любимого и близкого человека. Но он может лишь поддаваться вперёд, тереться от нетерпения пахом о чужой ощутимый стояк, и скулить жалобно сквозь поцелуй. Юкхэй отрывается от его губ и из-под опущенных ресниц наблюдает, как между ними тянется тонкая нить слюны. Чону под ним красный, смущенный и желающий одновременно, приоткрытые губы заманчиво блестят в свете ночника прямо над ними, а грудь поднимается и опускается от тяжелого быстрого дыхания. Юкхэй кусает его легонько за лодыжку, затем проводит по выпирающей косточке языком. Чону затихает, даже дышит через раз, прислушиваясь к своим ощущениям. Юкхэй ухмыляется такой реакции и ведёт носом выше по коже, оставляет короткие поцелуи-укусы под коленкой, от чего Чону вздрагивает еле ощутимо. А когда младший добирается до его паха и оставляет на внутренней стороне бедра болезненный засос, то чуть не подпрыгивает на кровати от переполняющих ощущений. Юкхэй нарочно не касается члена, но зацеловывает и искусывает всю нежную и чувствительную кожу вокруг. Россыпь засосов украшает бедра и тазовые косточки, а неслабый укус у самого основания члена заставляет Чону жалобно простонать имя своего мучителя. - Хочу тебя как-нибудь в чулках, - Юкхэй отстраняется, выпрямляясь, и садится перед парнем на колени, - и в тех стрингах, чтобы не снимать их полностью, а лишь оттянуть в сторону сзади, - и, паршивец, кусает за большой палец ноги. Не даёт совсем опомниться и сразу вбирает его в рот, посасывая. - Извращенец, - выстанывает Чону, поворачивая голову и утыкаясь губами в собственное плечо, чтобы хоть что-то - целоваться хочется невыносимо, это его маленькая слабость, - да ещё и фут фетишист. - И тебе это нравится, - издевательски отвечает Юкхэй, переключаясь с большого пальца на остальные, покусывая их. - Нравится, - вторит ему Чону. Он знает, о каких чулках и стрингах идёт речь – пару дней назад Юкхэй затащил его в сексшоп. Чону бы не согласился ни за что на свете, но парочка лонг айленд несколькими минутами ранее в одном уютном баре решила всё за него. Там они провели незабываемых минут сорок, десять из которых ушло на смущение Чону от количества членов вокруг и охуевание с некоторых размеров. Еще двадцать минут Юкхэй с умным видом разбирался в приспособлениях для стимуляции клитора, терроризируя консультанта и совместными с ним усилиями приходя к выводу, что быть девушкой, однако, неплохо. За оставшиеся несколько минут они купили наручники, повязку на глаза, а так же чуть ли не годовой запас смазки разных вкусов, из-за чего у Чону от стыда чуть не сгорело лицо, и довольные ушли оттуда, словно так и планировали, а всё, что было – лишь с целью доебаться до несчастного консультанта. В тот вечер они так ничего и не попробовали, потому что парочка лонг айленд в Чону требовала продолжения банкета, и они просто напились дома. Но спустя два дня Юкхэй вспомнил о наборе юного доминанта, как назвал это Чону. И вот вечер, на всю квартиру горит только один ночник над кроватью, а обнажённый Чону лежит перед ним с завязанными глазами и в наручниках. Юкхэй быстро мажет языком по выпирающей фаланге большого пальца ноги и легонько прикусывает мизинец, за что получает нервный короткий стон от старшего. Его ноги сводят с ума и Юкхэй, если честно, хочет облизать их полностью, не упуская и миллиметра кожи. Об этих желаниях он периодически сообщает Чону, поэтому для того это совсем не новость. Однако оставаться безучастным он всё же не соглашается, поэтому второй ногой ведёт по телу Юкхэя, догадываясь лишь на ощупь о том, в каком положении он перед ним, и, в конце концов, накрывая ступнёй чужой пах. Ответной реакцией Юкхэя становится еле слышимое рычание и укус за лодыжку. Чону слегка подтягивается, чтобы было удобнее, руки, правда, сильно затекли, и наверняка напомнят обо всём завтрашней сильной болью в мышцах, но ему плевать. Он поглаживает ногой член Юкхэя сквозь ткань домашних штанов, надавливает немного и с еле заметной улыбкой на губах, слушает его хриплые стоны. - Сними, - шепчет Чону, тут же кусая губы. Перед ним темнота, и смущение отходит на второй план. Во время секса его и так обычно нет, а в этот момент тем более. Наедине с Юкхэем ему комфортно, хорошо и очень уютно. Хоть последнее и сложно отнести к их ситуации прямо сейчас. Он чувствует, как Юкхэй снимает штаны, и, скорее всего, заодно и футболку, оставаясь перед ним таким же обнажённым. Чону тут же на ощупь возвращает ступню в изначальное положение и гладит пальцами ноги член уже увереннее. Ощущения необычные, однако очень возбуждающие. Чону обожает целоваться во время секса, и сейчас готов истерзать свои губы от нехватки на них губ Юкхэя. Он сжимает пальцы ног на члене своего парня, наслаждаясь тем, как он кусает и облизывает его ступню, в особо приятные моменты отвлекаясь на приглушенные стоны. Чону так увлекается процессом, что не сразу улавливает какое-то копошение рядом с собой. А потом всхлипывает и подбирается весь, когда чувствует прохладные от смазки пальцы у себя между ягодиц. Пахнет мятой, и парень догадывается, что Юкхэй расчехлил купленные в сексшопе запасы. Они в курсе о фетишах друг друга и знают много способов, как оттянуть момент оргазма ради продления интимной близости. Как заставить партнёра изнывать от желания и заставить умолять. Чону дышит тяжело и рвано, догадываясь, что в буквальном смысле страдать от сильного удовольствия сегодня предстоит именно ему. Юкхэй разводит его ноги шире, хотя очень хочется оставить так, как есть. Велик риск кончить слишком рано и быстро, а хотелось бы продлить момент. - Детка, видел бы ты сейчас себя со стороны, - шепчет Юкхэй и наклоняется ниже. - Мне хватает того, что это видишь ты. Юкхэй целует его, довольно отмечая, как страстно и жадно отвечает на поцелуй Чону – явно изнывал от желания. Он трётся о его пах, задевает своим членом член старшего и думает про себя, что они грёбаные извращенцы. Ненасытные, одержимые друг другом, не редко пошлые наедине. Когда Юкхэй, проходя мимо, например, готовящего обед Чону, шлёпает его по заднице, то хоть и слышит недовольное цокание, но прекрасно видит тот же взгляд, что и всегда в постели. Они одинаковые в этом и это то, что объединяет не хуже общих интересов и мнений. Оторваться от любимых губ всё же приходится – Чону это конечно не устраивает и он отчаянно тянется вперёд, в надежде найти там такие необходимые губы. Но Юкхэй вновь садится перед ним и опускает руку вниз. - Сегодня нечто особенное, - произносит он, прежде чем коснуться прохладными пальцами колечка мышц. Чону даже страшно на несколько секунд становится, что же такого особенного может быть. Но Юкхэю он доверяет всецело, поэтому сразу расслабляется, расставляя ноги ещё шире. Всем своим видом говорит, что согласен на всё. Юкхэй вводит один палец. Медленно, позволяя привыкнуть. Аккуратно растягивает стенки мышц и следит за реакцией старшего. Обычно в такие моменты они целуются, либо Чону закрывает лицо ладонью, стараясь скрыться от бешеных эмоций. Но сейчас он весь открытый перед ним, обнажённый во всех смыслах. Чону облизывается, дышит через приоткрытый рот и лишь морщится слегка от боли, когда Юкхэй двигает пальцем дальше. В сравнении с их первыми сексуальными подвигами в качестве пары, это и не боль даже. Тогда Юкхэй был совершенно без опыта, а Чону, вместо того, чтобы помогать советами, делал всё возможное, чтобы его просто взяли уже хоть как-нибудь. Сейчас Юкхэй знает тело старшего наизусть, знает, как ему нравится, и знает, где найти нужную точку. Чону вскрикивает от яркой вспышки удовольствия, когда он задевает простату. Юкхэй улыбается и надавливает на нерв ещё раз, сгибая палец. Он видит, как Чону заламывает пальцы, дёргая наручниками. Как тычется губами в своё плечо, стараясь спрятаться от всего этого. Юкхэй убирает от него свою руку и успокаивающе целует в коленку. Нежность успокаивает Чону, но затем Юкхэй добавляет на пальцы ещё немного смазки и вводит уже два. Чону втягивает воздух сквозь сжатые зубы и скулит еле слышно. Однако не старается отстраниться, всё ещё позволяет, всё ещё хочет до безумия, до искр перед глазами. Юкхэй двигает в нём двумя пальцами, растягивает ещё больше, проникает глубже. Наклоняется и проводит языком по губам своего хёна, почти с садистским удовольствием наблюдая, как тот тянется навстречу, но всё-таки не получает полноценного поцелуя. Юкхэй слегка ускоряет темп, через раз задевая простату и проходясь по ней подушечками пальцев, надавливая. Чону от этого вздрагивает, дёргается и извивается весь. Стонет почти в голос, что для ушей Юкхэя лучший звук на свете. В какой-то момент он сгибает пальцы, прижимая стенки мышц к набухшему комочку мышц, и двигает пальцами лишь по нему одному. Чону этого всегда слишком много, и Юкхэю всегда было интересно, что будет с его обожаемым парнем, если не дать ему возможности отстраниться и уйти от ласк. Чону почти кричит, сжимается весь и пытается как можно крепче обнять Юкхэя ногами. - Сюйси, пожалуйста… Сюйси… - жалобно просит он сам не зная чего. И повторяет его имя ещё несколько раз, пока Юкхэй всё так же трахает его пальцами, каждый раз с усилием надавливая на простату. Он отстраняется, напоследок оставив яркий засос на шее парня, снова раздвигает его ноги и сжимает в руках ягодицу, мнёт её, оттягивает в сторону. Чону мычит жалобно и просит поцеловать его, но вместо этого получает звонкий шлепок по заднице. После этого Юкхэй усыпляет его бдительность лёгкими поглаживаниями, новыми поцелуями и укусами на нежных бёдрах, а потом доводит до крайней степени удовольствия, введя сразу три пальца и двигая ими на запредельной скорости по набухшей чувствительной простате. Чону стонет и кончает без единой стимуляции своего члена. Но понимает, что на этом никто не останавливается, когда ноги снова задирают и укладывают на плечи. Юкхэй быстро смазывает свой член смазкой – мятная, слегка прохладная, консультант обещал, что будет круто – и входит сразу на всю длину, задавая быстрый темп. Он тоже давно уже желает разрядки. А когда рядом такой Чону, сдерживаться крайне трудно. Он трахает его размашисто и глубоко, грубо даже. Чону чувствителен сразу в нескольких точках, а особенно там, где только что были пальцы Юкхэя. Его длинные, черт возьми, какие охуенные, пальцы. Он поддаётся бёдрами навстречу, подмахивает и сквозь стоны просит: - Сильнее… Господи, да… Ещё… По спальне разносятся пошлые звуки шлепков и стонов. Это сложно назвать занятием любовью. Но вот диким сексом, объёмным «трахаться», как раз можно. Юкхэй наклоняется к парню и жадно впивается в губы, ловит стоны своим ртом и проглатывает их грязным поцелуем, со соскальзывающими языками по щекам, из-за толчков и напора. Он всем телом прижимается к Чону, зарывается пальцами в его волосы и стягивает повязку с глаз. Чону тут же смотрит на него мутным взглядом и сильнее давит своими ногами, заставляя быть еще ближе. Юкхэй совершает несколько глубоких сильных толчков, выбивая из Чону громкие короткие крики, и выходит из его тела. Быстро развязывает ленту, давая возможность опустить руки вниз, но наручники не снимает. Наоборот тянет за них парня на себя, заставляя встать на четвереньки и опустить голову к его члену. Чону дышит тяжело, но подчиняется сразу же. Вбирает член в рот, принимаясь двигать головой, закатывая глаза от удовольствия. Особенно, когда сзади чувствует пальцы Юкхэя в себе. Снова. Снова по простате. Он мычит, дёргается от слишком ярких ощущений, почти болезненных вспышек удовольствия. Хочет отстраниться автоматически, но Юкхэй не позволяет – крепко держит рукой за затылок, контролируя его движения головой, и при этом быстро доводит до оргазма пальцами другой руки. Чону снова кончает лишь от стимуляции простаты. Он зажмуривается, стонет и сжимает член во рту, принимая на максимальную глубину, которую способен, почти до самой глотки. Куда и кончает следом Юкхэй. Позже Юкхэй снимает с него наручники, сам падает на кровать и утягивает парня на себя, обнимая за плечи. Чону в прямом смысле слова затраханный, со спермой на подбородке и на животе, весь грязный, мокрый, очень уставший, но в этот момент самый красивый и самый желанный на свете. Юкхэй тянется к его губам и мягко целует, передавая через поцелуй всю свою любовь к этому человеку. Чону в ответ ластится, улыбается и нежничает. Закидывает ногу на младшего, обвивает шею руками, прижимаясь всем телом. Они целуются долго, сладко, прерываясь на смешки и легкие прикосновения носом по щеке. - Пойдёшь со мной в душ? – Чону водит губами по подбородку Юкхэя и слегка прикусывает линию челюсти. - Ты же знаешь, что я не смогу сдержаться и возьму тебя там ещё раз, - Юкхэй в ответ коротко целует его в нос и проводит пальцами по щеке. - Знаю, - улыбается Чону и перехватывает его указательный палец губами, коротко лижет. Юкхэй думает, что эта ночь не закончится ещё очень долго.