Малахит и Бирюза

       — Ты же в курсе, что на нас охотятся, да? — утробно замечает ящер, цепляясь за стены здания.        — На меня всегда охотились, просто не всегда так открыто, — рычу в ответ, стараясь не упустить йотуна из виду. — А ещё эти прислужники Таноса меня раздражают. С другой стороны, когда мы ещё увидим два камня в одном месте, одновременно? Почти что три. Погнали!        Равва срывается вниз, задними лапами сгребая йотуна и вбрасывая его внутрь здания. Пыль быстро оседает, но я реагирую быстрее него.        — Не дёргайся и будешь жить с миром, йотун. Неправильный, правда, йотун… Что ты знаешь о других Камнях? — наступив ногой на него и подводя острие копья под шею, я сверлю взглядом мужчину. — Быстрее ответишь, быстрее отпущу.        — Да кто ты такая?! — выплёскивая злобу, рычит он и пытается скинуть ногу, но затыкается, как только кончик впивается в плоть чуть сильнее.        — Ну-ну, я не буду угрожать.        — Да ты уже, — откровенно ржёт Равва, выглядя при этом суровее скандинавских богов в книжках. — Полурослик грозит ледяному великану! Кому скажешь — не поверят.        — Камень Реальности. Ты же живёшь среди асов, да? Ты должен знать, где он!        — Запрятан, в Свартальвхейме. В мёртвой земле, — быстро, но чётко отвечает йотун. — Отец Одина на славу скрыл его от чужих глаз.        — А Схождение тебе ничего не говорит?        Я лишь чуть больше давлю своим весом, чтобы он начинал говорить. Медленно, опасливо, неуверенно.        — Схождение только через год.        — Эфир вряд ли захочет так долго оставаться в тени. Два Камня вместе за последние тысячи лет. Не дело, — пробурчав себе под нос, я слегка отвлекаюсь, убрав ногу и отведя копьё. Но йотун не бежит.        — Эй, какая-то тварь зашвырнула Локи туда.        — Нам пора сваливать, напарница, — обернувшись, Равва слегка шипит. Ему явно не нравится, что его назвали тварью.        — А Души?        — Никто не знает, — весьма честно говорит он, вставая и отряхиваясь от пыли; этот ответ приносит вселенское облегчение. И, несколько приглушённо, йотун всё же спрашивает: — Ты против Таноса?        — Я против всех, кто использует Камни.        Заскочив на спину ящера, мы скрываемся в портале, и нас выкидывает рядом с Тессарактом. С неба срываются другие корабли с читаури, не давая и шагу ступить из-под крыла ящера. Тот прекрасно понимает мои мысли, взлетая и разламывая их поочерёдно в полёте.        — Вот изрядно же тебя потрепала жизнь, — обходя вокруг защитного поля Тессаракта, цокаю. Почти сразу же замечаю мужчину, валяющегося рядом. Живой наверняка, значит не обращаем внимания. — И как же вскрыть вот этот ящик Пандоры?        — Кто ты такой? — обращается ко мне из-за спины девушка. Та самая, рыжеволосая.        — Правильнее сказать — «такая», — медленно поворачиваюсь всем телом, лениво прицеливаясь копьём. И опускаю голову, смотря на неё исподлобья. Точно, мой прикид не совсем стандартный: костюм, из кое-чего покрепче вибраниума, сделан из мельчайших пластинок прикреплённых к полотну в обтяжку. А тончайший слой лежит на плечах словно ткань, скрывая грудь, как и декоративные полоски на поясе прячут женские бёдра. А лица и волос невидно из-за маски и капюшона. — Богиня Каяла, смертная.        — Ещё одна богиня, да ещё и разодетая рыцарем? — кивнув, подозрительно спрашивает она, целясь в меня своим пистолетиком. — И зачем тебе Тессаракт?        — Это Камень Бесконечности. Его необходимо спрятать подальше от всего мира. Особенно от тех существ, кто использует его во зло, — указав копьём наверх, недвусмысленно намекаю на Таноса.        — Ну, наш бог тоже хочет забрать его себе.        — Те боги, что не знают своих подчинённых — лишь жалкие отголоски величия, — бегло глянув на аса внизу, усмехаюсь. — Они не могут защитить вверенное им…        — А ты? — она опускает огнестрельное. — Ты можешь?        Этот вопрос вызывает усмешку. И что с них взять?        — Я могу защитить людей. Но вы — не моя забота, — отступив к краю здания, отрезаю, кинув беглый взгляд на девушку. — Если вы… выиграете этот бой, то я обращусь к вашему капитану команды. Но пока я понаблюдаю со стороны, чем всё это закончится.        Раскинув руки в стороны, падаю спиной назад, наслаждаясь полётом: затормозив время, наблюдаю как неестественно медленно ворошится пепел в воздухе, кружась, словно цвет яблони по весне. Напарник подхватывает меня, закидывая на свою спину и отлетая к соседнему зданию. Почти прекрасный обзор на безопасном расстоянии.        Во всём этом, словно театральном действии, сложно не заметить командную работу. Пусть не особо слаженную, разрозненную и неравномерную, но командную. Отчасти мне даже завидно становится на минуту. Столько личностей под давлением обстоятельств срабатываются мгновенно под чьим-то весьма умелым руководством. И когда всё почти заканчивается, я вижу падающего с неба Старка. Мы с Раввой мгновенно реагируем, схватив его и плавно опустив на землю, рядом со всей командой. Хоть чем-то помогли.        На меня все смотрят с опаской, очевидно не ожидая мощной поддержки в виде дракона. Ас мгновенно понимает, кто я, но не сразу решается действовать. А как только он хмурит лицо и подкидывает молот, мне приходится выставить копьё. Сделав первый шаг, он замирает: перед его левым глазом слегка дрожит наконечник копья.        — Не советую двигаться куда-то, кроме как назад.        — Когда Хранитель нужен был девяти мирам, ты не откликнулся, — Тор отступает, но вещает не менее важно или угрожающе. Остальные молча наблюдают за картиной. — А когда тебе что-то понадобилось, ты возник из ниоткуда!        — Бывает, — воткнув копьё в асфальт, я опираюсь на него и скрещиваю руки, усмехаясь. — Не все, знаешь ли, ас, имеют возможность прожить в своём времени каждую секунду. Некоторые служат высшей цели.        — Совсем как и брат, помешанный на высшей цели, — возмущается ас. — Да только вот ошибаетесь…        — Не указывай мне, щенок. Я твоих прадедов пережила, — огрызаюсь, наклоняясь чуть вперёд. — И внуков твоих переживу. И с тем же успехом смогу соблюдать баланс во времени.        — А Тессаракт тебе зачем?        — За шкафом, — едва удержавшись от всемирно известного жеста, я выхватываю копьё. — Асгард не удержал его, не сможет и Земля. За тысячу с лишним лет он сменил множество владельцев, и дело было вовсе не в скоротечности жизни. Я заберу его.        — Тессаракт — собственность Асгарда!        Одним плавным движением я оказываюсь возле аса, впиваясь ногтями в широкую шею и притягивая к себе. И этот взгляд: прямой, когда чуть соприкасаются носы. Говорить я не могу, получается только тихое порыкивание:        — А я бы хотела не быть чьей-то собственностью, понимаешь? Но я служу Времени, охраняя твою и каждую вокруг сраную жизнь. А тех людей, к которым я привязалась — нет в живых. И вернуть их — нельзя, хотя власть для этого у меня есть. Я — гребанная собственность Вселенной, и, как бы мне не хотелось, изменить этого не получится. Тессаракт тебе не игрушка, чтобы присваивать.        Пытаясь вырваться из хватки, Тор старается оттолкнуться ногами. У него выходит вдавить себя в раскорёженный кусок асфальта. И он падает, как только пальцы размыкаются.        — Я его забираю, и точка, — запрыгиваю на спину дракону и уже слышу свист в ушах.        — Куда ты его денешь, Ка? — спрашивает Равва, когда синий куб исчезает с моей руки, прячась в моей сущности.        — Куда надо.        Равва тоже не должен знать, где окажется ещё один Камень Бесконечности. Никто, кроме меня. В этом и есть суть.        — Открой портал. Через месяц откроешь снова, ориентируйся на сигналы от осколка.        — Но куда?        — На эту помойку, Знамогде, для начала, — протерев глаза, говорю. Дальше сама как-нибудь.        — И без гроша в кармане?        — Ты просто не представляешь, какие у меня проценты набежали за пару тысяч лет, — усмехаюсь, шагая в портал.        — Мда уж, — попав в очередной переулок и извалявшись в грязи, комментирую.        С освещенной улицы доносятся какие-то крики и ругань. Над головой снуют шахтерские кабинки, и вообще вся эта суета в сочетании с высокими технологиями — быстро начинает раздражать. Понимая, что я всё в том же рыцарском костюме, ментально меняю одежду на первый вспомнившийся прикид. В голове упрямо маячит одежка опустошителей, сразу трансформируясь на мне в тех же красноватых тонах. Как бы такой прикид не доставил проблем.        Натянув свою маску почти на глаза, быстрым шагом устремляюсь на верхние палубы, в порт. Надеюсь, что найдётся какая ещё старая посудина, на которой можно совершить пару прыжков в другую галактику. Первый торгаш заломил ну уж слишком большую сумму: за пятьдесят тысяч юнитов можно и три посудины купить. А, может, дело в прикиде. Опустошители не особо ценятся, что ли?        — Тебе нужен кораблик, чтобы попутешествовать по галактике? — говорит определённо девушка, когда я в отчаянии опираюсь на перила, запрокидывая голову и смотря на снующие туда-сюда корабли. — Опустошители не выделили тебе шлюпку?        — Не суй нос, куда не надо, — огрызаюсь в ответ на усмешку, — может, получишь на десяток тысяч юнитов больше. Мне нужна машина, которая выдержит больше пяти сотен прыжков. Капитан мне не нужен.        — У меня как раз есть нужной прочности корабль, — она откидывает привычным движением тёмно-зелёные волосы. Даже не представляю, какой расы эта девчонка: гуманоид, только от ключицы по бледно-зелёной, как донная водоросль, шее идут более тёмные прорези. Жабры что ли? — Семьдесят тысяч минимум, — ставит условие она, спускаясь на два уровня ниже.        — За вот это? — осматривая корабль приличного класса, по форме похожий на птицу, я пинаю довольно сильно по корпусу. Машина даже и звука не издаёт. — Прочность?        — Вибраниум. Отличная звукоизоляция, стекло по структуре как у этих, исследователей. Да и усилено несколькими прослойками вибраниума, — нахваливает, но заметив мой выжидающий взгляд, меняет тему. — Из минусов — манёвренность хреновая, но с таким корпусом она не нужна. И сломан радиопередатчик. Новый установить не получится — разворотить половину корпуса только ради одного провода просто не получится. Плюсом заделать потом нечем.        — Сама собирала? — киваю на товар. Видно сразу, нетипичную для производственных кораблей сборку. Крепления немного другие, хороший реактор и турбины, такие только вручную собираются. Новый, без единой царапины.        — С братом. Он по-глупости радио туда и завернул таким образом. По его чертежам сделано, с электрикой вообще не дружит, в отличие от меня. А вот в механике он гений.        — Девяносто на сторонний счёт, а этого корабля у тебя не было, — протягивая руку, я жду рукопожатия. Девчонка с недоверием косится, прикидывая что-то, но перепончатую руку протягивает.        Быстро завершив оплату, я запрыгиваю в махину, запуская. Заводится, как говорится, с полоборота: слышится лёгкое гудение. Судя по настороженному взгляду бывшей хозяйки, она и не рассчитывала, что эта штука работает. Ответив ей тем же взглядом, всё же решаюсь перепроверить топливный бак: не зря. Его подключили через одно место, и он подтекает. Прямо на провода.        — Найти такие материалы и не вынуть, блядь, руки из задницы.        Как оказывается в ходе моего путешествия, по всей машине запрятана куча косяков, и всё связано с электрикой. Даже плохая маневренность со всем остальным — ничего не значит. Стоит ли говорить, что одна неделя у меня уходит на простую починку всех внутренностей и окончательное отсоединение всех радиосигналов? Везёт только в одном: у меня ещё есть время добраться до нужного места во Вселенной.        Конечно, намного проще было взять Тессаракт и переместиться… Но в моей голове гудит страх того, что путь смогут отследить такие же создания, как и я. Каждый раз вздрагиваю, как вспоминаю кого-то из Хранителей. Непонятно как явившиеся создания из разных уголков мироздания, которым было вверено оберегать Камни. Меня нашли несколько позже, нежели надо было. Смутно это помню. К тому моменту Хранители разрознились, либо погибли. И те, кто выжил… их стоило бояться. Но тот, кого стоило бояться больше всего сейчас — Танос.        Именно от него мне и приходится бежать за две галактики, в глухой край у звезды Дермор. Когда-то, достаточно напитавшись от Камня Души, у меня получилось создать то испытание. Камень Космоса не останется без внимания.        — Итого прошло две недели, — комментирую, смотря на подвешенный бумажный календарик и часы. — В принципе, — оглянувшись на Дермор за бортом, — можно и подзаработать за недельку-две.        Даже с моими вкладами, девяносто штук били по карману. Хотя бы частично восстановить сбережения придётся. Пара-тройка каких-нибудь преступников для Корпуса Нова, и можно будет расслабиться окончательно и вернуться на Землю. Что, собственно, и происходит. За исключением одной детали: я забываю, в каком я наряде.        — Да ладно, ребята, — пятясь к выходу, я поднимаю руки. — Я не из этих, просто больно одёжка удобная.        Конечно, слушать меня никто не будет: приходится рывком убегать к своему кораблю. Реальный минус манёвренности своей покупочки я понимаю, когда меня вталкивают в камеру с зацепленными за спиной руками.        — На Килн её отправить? — смеются за стеклом ребята из Корпуса.        — Скорее на Землю, — огрызаюсь, вышвыривая слегка натирающие наручники поближе к стеклу. Они переглядываются. — Да, там тоже не все отсталые. И на Килн не хочу, от него долго добираться, а у меня, — завернув рукав, смотрю на часы, — не так много времени. Я вам притащила троих разыскиваемых по всему сектору, спасибо бы сказали.        — Позови начальника стражи.        А мне бы только тяжко вздохнуть, удержавшись от того, чтобы закатить глаза. Через полчаса пинания койки, меня почитают тем, что этот самый начальник смотрит на меня выжидающе. Ждёт моих реплик.        — Да ладно вам! Сделаю пятидесятипроцентную скидку. И счета проверьте, когда они были открыты, всё чисто, — возмущаюсь, в очередной раз пнув койку. Если бы не денежки, хрен бы я тут оставалась. Увы, бабло нужно всем.        — Чем докажешь, что ты не из Опустошителей?        Скрестив руки на груди, этот мужичок кажется чуть толще, чем есть на самом деле. А ещё эти кудряшки, совсем делают его похожим на одуванчик. Фыркаю я точно не на его вопрос: собственные мысли раздражают чуть больше.        — Без понятия? Было дело пару десятков лет назад, наткнулась на них на Земле. Костюмчик приглянулся, хоть и повздорили. Да и до этого были дела у меня по Галактике, — передёрнув руками, я вспоминаю не лучшие свои годы. — Вы узнали, когда счета были открыты? Нет? Подскажу: за пару тысяч лет, когда ещё не было широкого распространения цифры. Потом, потихонечку, перенесла свои счета в электронку и не пользовалась ими в последние две сотни лет. Потому что Землю никто не пригласил к столу прогресса, — сделав реверанс, касаюсь, проверяя, сложенного копья на лодыжке. — Вся история чистая, никакого криминала.        Ещё час у него уходит на прочтение моего досье, пока я сижу, меняя одежду. Всё вспоминаю, какую броню я носила раньше, но память упорно не даёт вспомнить что-то дальше кельтского мехового убранства.        — Она выглядит как одна из этих, Хранителей, — перешёптываются за стенкой, включив звукоизоляцию.        — Хранители все мертвы, — отмахивается местный босс. — Все давно в курсе этого. Но у неё ДНК та же, что не даёт сомневаться в её долгожительстве. Придётся отпустить, как бы этого не хотелось. Маячок под кожу закрепим и на все четыре стороны.        — Инструмент сломаете, да и во время путешествий сам маячок сломается — не отследите, — потягиваясь, комментирую. — Так я пойду, забрав свои денежки?        А делать им больше ничего не остаётся: правда, за охоту за головами получаю несколько меньше. В туалете, куда меня нехотя проводят, я только захожу, и сразу же падаю в портал, под грудь своего дракона.        — Ну, что, целая?        — Вроде не по частям, — отряхиваюсь, встав. Вокруг меня Нью-Йорк. То самое место, где и был забран Тессаракт, башня Старка. — А почему здесь решил забрать?        — Больше шансов найти сигнатуру, — Равва подставляет своё плечо, предлагая полетать. — Как приключения?        — Куда без них, — усмехнувшись, я влезаю на дракона. Всё-таки без совместных прогулок становится тяжело, привязанность между нами давняя.