Малахит и Бирюза

       Как ни странно, дело Баки выиграли через месяц борьбы с юристами Старка. Оглашенное на весь мир первое слушание позорно провалилось, второе слушание по делу уже сделали закрытым. Чего говорить, на нервах были все. И, кажется, Роджерс даже больше меня переживал за Барнса. Мне-то повода волноваться за судьбу старого друга даже не было: выверенный до мелочей план успокаивал. Сбегать, конечно, не лучший вариант, но выбора много не давалось.        Месяц пролетел незаметно, потому что параллельно с делом Барнса оспорен был и Заковианский договор. Всё-таки некоторые пункты в определённой трактовке противоречили документам, стоящим повыше Конституции. Тони, по-настоящему проникнувшись идеей, не пожалел крупной суммы. Против ООН выступать — не каждый юрист согласится. Как ни странно, подмять под себя большинство получилось, «Мстителей» оставили в покое, получив закорючки в нужных полях. Ванда в ускоренном темпе получила гражданство и на эмоциях даже обняла Старка. Даже я, зная не всю историю ведьмы, поняла, что чувствовал Тони в этот момент.        Только меня Заковианский договор обошёл стороной: человеком я себя не считала никогда, хоть когда-то была им, наверное. Тут уже пришлось прибегнуть к угрозам, непроизвольно, конечно. В нужный момент и Равва появился.        — Что, и его заставите договор подписать?        Тогда этот вопрос прозвучал как гром среди ясного неба, параллельно с увеличившимся в размерах драконом.        Сейчас же, разминаясь на беговой дорожке, думалось, как бы лучше подготовиться к будущему, которое и так весьма туманно. Стив так и вообще, почти в самом начале, предельно внимательно выслушав о Таносе, спросил, как лучше поступить. Предложил тогда как можно больше тренироваться, развить свои силы до предела.        Конечно, относилось это больше к тем, кто совсем недавно получил свои способности. А после долгих споров решено было и заняться переподготовкой всех, кто был в составе организации.        — Ты себя так не вымотаешь? Когда я уходил, ты точно полчаса уже тут была.        — Плёвое дело, — отмахнувшись, всё же схожу с дорожки, тяжело дыша. Пробежав километров сто обычный человек и дышать-то не сможет. — С кого начнём?        — Самые подготовленные — Клинт и Наташа.        — После тебя, как мне кажется, и Барнса.        — Ты и меня хочешь проверить?        Стив усмехается, явно с предвкушением ожидая так называемой проверки. По факту, надо было просто проверить все способности, даже превышающие обычные человеческие силы.        — Последний месяц только об этом и думала, если честно. Ну, Капитан Америка, лучший солдат последних двух веков. Интересно, как в далёкие для вас времена племена выводили на поединок лучших воинов, так и нам можно поступить.        — Ты всё время ссылаешься на древние времена. А про то, что ты в Щите поработать успела — молчишь, — специально давя на больное, говорит Стив. — Словно что-то там можно скрыть, чего не ведает история.        — Ты не языком давай трепи, — подталкивая Роджерса к заветному тренировочному полю, где разминается остальная команда, словно на задание собрались. — Наташа, с тебя начнём. Бери любое оборудование.        На всякий случай забинтовав руки и ноги, прячусь за колонну. Старк тут постарался — воздвиг настоящую полосу препятствий, сымитировав, наверное, разворошенный читуари Нью-Йорк. Первый выстрел раздаётся прямо над ухом, Романов, не теряя время, почти полностью тратит магазины, так ни разу и не задев меня, при этом неплохо прорешетив пару столбов. Когда у неё уже заканчиваются патроны, я выхожу из-за колонны, отводя пистолет и сразу же ударяя ребром ладони в гортань, Наташа в последний момент уворачивается. Перехватывает руку, тянет на себя. Не рассчитывает, что я предугадаю ход.        Наташа сама начинает падать, группируется, вскакивает и включает в работу шокеры. Укол в бок, и по телу проходит неприятный электрический импульс. Следующий удар она наносит ногой. Уклоняюсь, схватив за щиколотку, рывок на себя и удар коленом в живот, параллельно ладонью в область лёгких.        Романов падает на пол, стараясь вдохнуть. Не смертельный, но ощутимый удар в солнечное сплетение — не шутки. Приходится подать ей бутылку и усадить к стене у наблюдающих.        — Растяжений у тебя нет, но это после разминки. Реакция хорошая, — отряхивая пыль с тряпичной одежды, проверяю бинты. — По-честному, ты бы до рукопашной не добралась бы, слишком метко стреляешь. Несколько противников тебя, конечно, не повалят. Но. Будет достаточно одного-двух достаточно крепких мужчин, весом в сто или сто двадцать килограмм. У Стива бы вполне хватило сил, чтобы… Насчёт Барнса не уверена.        Сам Баки сверлит меня взглядом, и спрашивает:        — Может, пропустим часть с тратой патронов?        Он почти не улыбается, что меня беспокоит. И даже один на один старается проявлять минимум эмоций. Ему тяжело и сердце разрывается, давит на рёбра.        — Ты же не думаешь, что трата патронов тренирует тебя? — более живо отвечаю, толкнув в плечо. — Не строй взгляд убийцы.        Он двигает плечами, разминает руки, прислушиваясь к своей механической руке. Мне слышен лишь тихий, еле различимый за лязгом крупных пластин, работающий моторчик.        — Никогда с тобой не дрались, — он, словно виноватый, косится на меня. Хмурится исподлобья, собирается с мыслями. Тренировочный бой приходится начать мне.        Не самый сильный толчок в грудь выводит Барнса из равновесия. Следующий удар наносит он, прицельно ударяя в ключицу левой рукой, отчего я падаю, перекатываюсь, встав на колено. Скорее рефлекс, чем осознанный удар, Барнс лишь в последний момент изменил траекторию. Плечо ноет, весьма сильно приложился. Содранная кожа отвратительно щиплет, приводя в чувства. Схватив подвернувшийся камень, замахиваюсь, целясь в колено. Руку перехватывает Барнс, возникший совсем рядом.        Так быстро?!        Когда Баки хватает меня за волосы, поднимая в воздух, пытаюсь вывернуться, болтаясь в воздухе. Удар в живот. Пытаясь схватить меня вновь, он вскрикивает. Ещё бы, вывернутый мизинец — дело неприятное. Баки падает на спину, отчего попадает в захват и усмехается, понимая, что всё — финиш. А ведь этот способ я почти не тренировала. Обычно до такого не доходили драки.        — Ты где такой гадости нахваталась? — спрашивает Бак, когда я вправляю палец.        — Ну, это секрет фирмы, — хлопнув Барнса по плечу, усмехаюсь, вспоминая Бруклин. Когда мы вдвоём вытаскивали Роджерса из передряг и смеялись, или убегали от местной банды. Рука остаётся на его плече неприлично долго. Отпускаю. — Иногда и не такому научишься, сам понимаешь. Как прижмёт.        — Это да, — встряхнув металлом, Барнс отходит. Настроение после этого вопроса у него лучше не стало. Он о чём-то переговаривает со Стивом и уходит.        И так поочерёдно проверяю каждого и разбираю базовые ошибки. Романов и Бартон великолепны, не удивительно для лучших агентов Щита.        Остаётся проверить только Стива. Но этого не очень-то хочется.        — Не хочешь проиграть? — он протягивает бутылку и полотенце.        — Стив, ты не будешь драться в полную силу. Как и я, — вздохнув, обливаю себя водой, сразу вытираясь полотенцем. Последний бой с Паркером изрядно вымотал: мальчишка ещё, энергия изо всех щелей прёт. А до этого и Ванда со своими иллюзиями лезла. — Вот тебе любой скажет, что ты и сопротивляться не бу… дешь! Ты что творишь?!        Роджерс, даже не спросив разрешения, закидывает меня на плечо, утаскивая на эту самую тренировочную, ещё больше разгромленную, площадку. Он пытается скинуть меня обратно на землю, но не получается, потому что я сразу выворачиваюсь из его рук, грузно падая с ним на пол, чисто инстинктивно пытаясь защитить его голову. И чертыхаюсь, понимая, что сделала.        — Вот, а я о чём! — восклицаю, зная, что эта странная забота не была пропущена. Стив вскакивает, целясь пяткой в бок, но я попросту одной рукой мягко придерживаю его голень. И добавляю несколько тише, чтобы никто подслушал лишний раз. — Ну, не бьёшь ты в полную силу. Даже не знаю, как тебя спровоцировать.        — Ты будто бы по-серьёзному дерёшься.        — Конечно, нет. Всемогущие упасите от такой ошибки.        — Знаешь, а у меня помимо тебя была девушка.        Чего, блядь, ты там ляпнул?        — Отличная шутка, — помрачнев, комментирую невесело, но пальцы впиваются в ногу.        — Первую звали Пегги.        — Вот тебя, конечно, в Картер угораздило, — присвистнув, даже смотрю с задором, проворачиваю ногу. Хотя глубоко в душе уже скребутся кошки. Сколько, засранец, времени прошло, что ты про меня позабыл. Стив теряет равновесие и падает. — Ещё скажи, что вы с ней детей заделать успели.        Щёки краснеют, а взгляд он отводит. Стив чего-то ещё стесняется? Думалось, со мной этот этап был пройден.        Он подсекает меня ногой. Признаю, зазевалась. Снова сгруппировавшись, вскакиваю, ставя блок. Жестом подзывая.        Подсечка, Стив подпрыгивает, но как только ноги касаются земли, Роджерс начинает падать от повторной подсечки.        — Следи за ногами, — схватив за руку, тяну на себя, слабо ударяя в скулу. Немного промахиваюсь, попадая точно по зубам. Разбивая ему губу.        Роджерс смотрит ошарашенно. Наконец-то снимая щит со спины, перебирает пальцами, плотнее обхватывая кожаный ремешок. Недовольно втягивает воздух сквозь зубы.        — Ты же просто играешь.        — Тренирую удар и скорость реакции, — возражаю, кидаясь на него, стараясь добраться до шеи. — А вот… ты… даже не пытаешься!        Повалить Стива теперь намного сложнее, но он даже не старается сбросить меня. Тоже балуется, пусть и иногда вкладываясь по полной. И тут он очень умело провоцирует парой тихих фраз, смотря в глаза, почти прикасаясь носом к моему:        — А ещё целовался с другой девушкой буквально перед твоим появлением. Хотел завести с ней отношения.        Вывернув ему руку, ударяю коленом в живот и резким движением опрокидываю наземь, всё так же не прерывая зрительного контакта. Ослабив хватку на шее, тяжело дышу. Я сижу на Роджерсе, уткнувшись лбом в чужую грудь. Стив слегка похлопывает по спине и приобнимает.        — Хорошо, что ты вернулась., — жарко шепчет он.        — Будто это я съебалась на войну, — так же жарко в ответ, абсолютно не желая двигаться с места.        — Фактически, первая ушла ты. Оставив мне письмо.        — А ты мне охуительную записку. Думала, увижу — взглядом убью.        — Тебе напомнить строчки из письма, м?        Аж до мурашек пробирает. Нет, спасибо, как-нибудь без этого, пожалуйста. Как-нибудь не в этой жизни. Видно, Стив понимает, что пора заканчивать это недоразумение и нагло сталкивает меня на крошеный бетон рядом. Конечно, сама бы я не слезла, вот вообще без вариантов.        — Следи за ногами, пожалуйста. За своими и чужими. Можешь даже на танцы записаться.        — Никогда не умел танцевать, — смеётся Стив, но вспоминается ему явно что-то невесёлое. — Похоже, вот мой шанс. Затанцую врага до смерти. От смеха, естественно.        — Посерьёзней, — пихнув локтём в бок, невольно хихикаю. Так и вижу: Стив вызывает Таноса на танцевальный бой. — В общем, удары хорошо отточенные, но почти все однообразные. Скорее, чтобы обездвижить врага и оставить в живых, а не сломать шею и идти дальше.        — Убивать — не мой стиль. Не забывай, что я не просто сверхчеловек.        — И никогда не хотелось?        Этот вопрос остаётся без ответа. Через час, когда Питеру было объяснено доходчиво, что растяжка — тоже весьма важная тренировка, и он выполнил пару упражнений вместе с Вандой, я наконец-то добираюсь до ванной, включаю ледяной душ и не двигаюсь.        На плече до груди разлился синяк, ноги подкашиваются, а предплечья ноют от растяжений. Малые царапины и не стоят внимания, но так неприятно покалывают периодически. Лишь бы Роджерс не увидел этого, ведь тогда… Нет. Слабость сейчас ни к чему.        Все мысли возвращаются к тем беззаботным дням, с которых я себя помню. Первый раз, когда открыла глаза и увидела другого Хранителя. Он поправлял очки и щурился тогда, смотрел, хмурился и отходил. Как странно, тогда не было паники. И окружение не особо запомнилось.        — Знаешь, кто ты?        Ответить я не смогла. Словно в горле что-то было, или губы слиплись от сухости. Память избирательно запомнила мои первые дни. Только Эдмо, того Хранителя, моего наставника. Всегда свитер с горлышком и подвёрнутые на нём рукава, квадратные очки и серые, невзрачные глаза, которые лениво скользили от одного предмета к другому, не задерживаясь.        Вода идёт потеплее.        — Заболеть решила? — недовольно говорит Роджерс, и наверняка он видит алое пятно под кожей, стекающее от шеи до правой груди. — Это — что?        Не кричит, просто спрашивает. Весьма недовольно.        — Синяк, — пожимаю плечами, открывая, наконец, глаза. — У тебя такие тоже появляются, — касаюсь мокрыми пальцами подбородка, большим пальцем проводя по кровяной корочке на губе. — Теперь и не поцеловать тебя.        Совершенно беззаботно выйдя из ванной, стягиваю намокшие вещи и закидываю в корзину. Броня расползается по коже, невероятно приятно облегая. Технология и магия в одном месте, отчего такое приспособление становится лучше всяких там тряпок.        — Ты меня провоцируешь, — понаблюдав, бурчит Стив и выходит из комнатушки. С минуту царит тишина, только отжав волосы, выхожу следом, и сразу слышу вопрос: — Что дальше будем делать?        — Не совсем поняла вопрос, — промакивая волосы полотенцем, впиваюсь взглядом Стиву в спину. Нет, теоретически, мне всё понятно.        — Будем сидеть сложа руки и ждать, пока нагрянет с Камнями Танос?        Я думала, что он про наш совместный вечер. Включил, мать его, Капитана. Конечно, безопасность превыше всего, учитывая, что такие разговоры можно и на утро оставить.        — Это будет сложновато. Нет, придётся заниматься тем же, чем и занимались Мстители, пока не началась вся эта канитель. Но только уже с мыслями о неизбежном ужасе. И при этом не напугать Тони, доведя до очередного Альтрона.        Да уж. За месяц я успела обыскать весь Интернет, взломать пару архивов и Пятницу, порасспрашивать всех участников тех событий. И убедиться, что Старк, каким бы самоуверенным ни был, внутри очень страдает от смертей невинных.        — Надо его этим замотивировать, а стараться не напугать — плохая мысль.        — Что поделать, — развожу руками, — и в светлой голове бывают дурные мысли.        Он смеётся, поворачиваясь. Вся серьёзность разговора иссякает, Стив притягивает к себе, целуя здоровое плечо, поглаживая ладонью спину. А я оказываюсь неудобно зажата с мокрым полотенцем на руке между нами. Меня это смешит, но вырваться я не пытаюсь. Абсурдно и комично.        — Тебе, это, сухо?        — Футболка промокла немного.        — Так, может, отпустишь?        — Нет, — усмехнувшись, весело говорит он и прижимает сильнее. Весело ему.        Для вида укусив за плечо, даже не думаю отпускать. Помнится, раньше его раздражала моя любовь к укусам. Переболел или с сывороткой может игнорировать мои поползновения? Через минуту сводит челюсть.        — А покатаешь на плечах, а? Раньше было не много возможностей.        — Да, конечно, — Роджерс отпускает и идёт к двери. — Ужинать пойдёшь?        — Мне бы его приготовить для начала. А то вся наша большая семья подсела на мои стряпню. Интересно, а они вообще в курсе, как ты готовишь?        — Хочешь сказать, что я хорошо готовлю?        — У тебя божественно получалось! — возмущаюсь, шаркая на кухню. — Может, сделать месиво из подонков в подворотнях и не получалось, но за твоё рагу и душу продать не жалко.        Замечаю, что Стив молчит не из-за моей реплики, что рука, мирно лежащая на здоровом плече, грозит оставить симметричный синяк. Росс, о чём-то мирно говоривший Старку, моментально раздражает одним своим присутствием. А Тони явно консультируется с юристом, не давая ступить и шагу госсекретарю.        — Поужинали, — сквозь зубы шипит Капитан, и, кажется, мне скоро сломают ключицу.