Принц Полнощных гор

Дрожащее в холодном воздухе золотое солнце искрилось силою и северным величием, благородно обдавая тёплыми лучами обывателей сего холодного мира. Приглядитесь, друзья мои, внемлите Северу! Ведь здесь, средь снегов, затаилось коварное Королевство, крови и хаоса, мороза и драконьих гор. Но то Королевство знали лишь жители ближайших градов, и то по слухам сельчан, а сами, уверяю, никогда в жизни не видали величия пустынных мест. Впрочем, не будем мы скрывать, что и Изуку никогда ранее не знал, что такое большое Королевство может остаться незапечатлённым на государственных картах. Но и такое быть может, милый читатель. Так что ж, самое время проследить за нашим героем основательнее. Мидория вышел из замка с приятным ощущением предвкушения. Он, ревностно сжимая свою потрёпанную тетрадь, мечтал о сегодняшнем дне, веющим открытиями. И даже строгий взгляд Кацуки, всегда заставляющий его нервно вздрагивать и идти ничком, не убивал в нём природою данного ему любопытства. Он мечтал о том мгновении, когда сможет записать в тетрадь новые мысли и открытия, особенно радуясь тому, что никогда прежде он не видал сих записей где-либо, а значит, он сотворит первоисточник. — Здравствует Король! — неожиданно воскликнули рядом с Изуку гордые гласа. Он вынырнул из своих грёз и понял, что уж оказался за стеною замка. И попал в самый настоящий варварский город из сказок его детства. Это было некое слияние деревни и обычного града… Оглядевшись, узрел наш герой всевозможные прилавки со шкурами и свежим мясом, от которого едко пахло костром. Увидел он деревянную посуду, расписанную неумелыми руками, заметили его изумрудные глаза не такие уж свежие овощи и фрукты, подмёрзшие и слегка подгнившие, видимо, в долгом пути. Всюду толпились люди, кругом слышались грубые голоса мужчин и женщин, лай прирученных псов, визг детей вперемешку с грохотом старых колёс телеги, стук топора, молота в кузнице, чувствовался жар на лице от порывов морозного ветра и от костра, над которым едва крутился старый вертель. Ах, это была своеобразная музыка, полнощная сказка наяву. И он — персонаж этой сказки, рассматривающий гордые дома из белого кирпича, напоминавший ему о доме… Но что самое интересное, так это то, что Мидория узнал в некоторых домах образы его города. Казалось, что это Королевство возникло на обломках более мощного и независимо прекрасного, процветающего и современного Королевства со своими науками и техниками, обычаями и традициями… И здесь Изуку заметил прилавочек с украшениями, что напомнили ему бусы на груди его мужа. Он остановился, не слыша голоса Эйджиро и не понимая себя. Он с любопытством взял в ладони рубинового цвету кулоны, жемчужные бусы, блестящие браслеты, персты из разнообразных камней, о которых он даже никогда не слышал. Это был совершенно новый мир, об изучении которого Изуку только мог мечтать! — Нравятся? — услышал неожиданно Изуку, тут же подняв взгляд на, видимо, продавца: очень сомнительного на вид человека средних лет с выбитым передним зубом, но оттого совсем не утратившего свою особенную элегантность. Да и сама одежда говорила о том, что этот персонаж явно не из этой сказки. Красивый серый фрак с длинными полами напомнил Мидории о моде Вие-тауна, одного из самых влиятельных городов, особенно в культурном направлении. А многообразие городских украшений на продавце (например, трость с железным наконечником, серебряные часы с яркой цепочкой или монокль на правом глазу) окончательно убедили Изуку в том, что продавец его городской родственник, можно сказать, брат по тайне. — Красивые, — тихо ответил Изуку, продолжая рассматривать украшения. — Из самого Мортона, — с важным видом сказал незнакомец, с улыбкой замечая, что к прекрасной даме перед ним присоединяется никто иной как Король и его ручной «пудель» (так он окрещал всех драконов Короля). — Ты что тут, дура? — ругнулся Кацуки и поглядел на пальцы Изуку, который с восхищением разглядывал украшения именно высокой городской моды. — Дама любуется, — подсказал мужчина, с важным видом вытащив из фрака трубку, которую тут же закурил. — И губа у вашей дамы весьма и весьма… — А мне это нравится, таки да, — подключился Эйджиро, указывая пальцем на золотистый браслет. — Отличный выбор, — с более довольным видом протянул продавец, выдыхая дым изо рта. — Отличный. Подходит к вашим глазам. — Джиран, куда ты опять дел мои перчатки?.. — Изуку повернулся на очередной голос, отведя взор от красивых украшений, и заметил юношу, примерно такого же возраста, как и сам Изуку. Особенно его изумили седые волосы и алые, словно свежая кровь, глаза… — А ты что тут? — недовольно спросил Кацуки, складывая руки на голой, но расписанной алыми узорами груди (Изуку до сих пор мёрз от одного вида голого торса мужа). — Я? Решил отдаться в безобидную торговлю, — почти прошипел юноша, отнимая у того самого Джирана, как юноша сам его назвал, кожаные перчатки. — С прошлым покончено. — Он чуть не убил прежнего короля, — шепнул на ухо Изуку Эйджиро, указывая на седовласого юношу. Мидория вздрогнул при этих словах и новым взглядом взглянул на недруга мужа, худого и высокого человека в чистой одежде… — Как тебя вообще охрана пропустила? — хмуро спросил Кацуки, сжимая кулаки. Незнакомец усмехнулся, надевая на ладони чёрные перчатки. — Скажу так: многие любят наживу. Так что теперь я снова здесь, а ты мне ничего не сделаешь, — усмехнулся вновь юноша, складывая худощавые руки на груди. — Все здесь знают, что ты марионетка в руках западного принца. Прими соболезнования. — Замолчи! — воскликнул Кацуки, ударив кулаком прилавок. — Опять ты со своими!.. Я не фальшивка! И шёл бы отсюда… — Пойдёшь жаловаться к Тодороки? — юноша злобно усмехнулся. — Ах, жаль, что варвары всё ещё не умеют править и руководить, только воевать — вот и всё. Кукла в руках чревовещателя… Оттого он тебя послал сейчас на охоту? Чтоб не мешался истинному правителю, а? — Томура, оставь его. Не трать время и здоровье на подделку, — вдруг раздался голос нового неизвестного, которого Изуку очень испугался из-за количества ожогов на лице и теле… Леденящие синие глаза заставили вздрогнуть, но отойти на шаг не удалось из-за Эйджиро позади… — И ничего вы нам не сделаете, «король», — продолжал смехотворно тот, кого и назвали Томурой. — Твой западный дружок чёрным по белому написал на бумажке, что мы имеем право на торговлю, чтобы поддерживать вашу расшатанную экономику… Впрочем, зачем мне объяснять это какому-то зверю… — Томура бесстрашно взглянул на короля, будто вправду его ни за кого не считая. — Варвары не способны находиться на такой высокой должности, да и вообще жить в обществе. Может, поэтому все живут деревнями? В тех же драконьих «конюшнях»? Верно, Тодороки это ясно понимает, поэтому отгородил провинцию и иностранцев. От них есть толк. Варваров нрав, обычаи… Напоминают мне животных. А люди отличаются от животных тем, что умеют думать. Смекаешь? — Томура плотоядно усмехнулся, не обращая внимание на «штопанного» (так уже Изуку окрестил его соседа). Мидория, если честно, был поражён. Даже на Севере есть идеи и случаи, проблемы, что часты для обычного города. Даже здесь… «Я и не подозревал, что варваров… Нет, конечно, мы все их притесняем из-за опасности, что они нам несут. Даже я мечтаю стать Покорителем, однако… Сейчас это выглядит абсурдно…» — Изуку стыдливо опустил взгляд. Кажется, он вправду стал воспринимать всё иначе, не так, как учили его в детстве. А Кацуки нетерпеливо разминал пальцы. Слушал, стиснув зубы. И в конце концов всё же вышел из себя: таков был горячий гнев варвара! Хотя, Изуку признался себе, любой бы человек вышел из себя после открытого плевка в лицо. Возможно, он смог убить недруга тотчас, как только нанёс удар ему в лицо, тем самым оставив под носом красную дорожку, однако, за Кацуки схватился Эйджиро, крепко прижав к себе за руки, а Томура же был схвачен его «штопанным» другом. — Спокойно, Шигараки! Спокойно! — вскричал молодой человек, держа очень крепко седовласого паренька. Тот вскоре вправду успокоился, как и сам Кацуки. Вырвавшись из стальных хваток, оба смерили друг друга ледяными взглядами. — Я и так мертвецки спокоен, — холодно произнёс Томура и ушёл обратно в таверну; за ним последовал его друг… — Молодая и горячая кровь, — пожав плечами, хмыкнул Джиран, вальяжно выдыхая изо рта дым трубки. Изуку и заметить не успел, как его руку чересчур сильно сжал Кацуки и прилюдно грубо потащил за собой, скрежеща зубами от гнева и злобы… Эйджиро волочился за ними, будучи не в восторге от сцены. Тот, кто подозревается в покушении на королевскую особу теперь вновь сидит в столице. Мидория теперь понял, что не всё в этом мире Севера может решить гордый варвар, так больно сжимавший его руку. Но что же тогда ему, жене короля, ждать от этих негодяев?.. А самое главное… «Нужно ли мне… Поддержать его?..» — и с таким вопросом Изуку увели подальше от прилавка Джирана, в сторону драконьего стойла.

~•°•~

— Кто это был? — в конце концов не сдержал своего любопытства Изуку. Теперь он не боялся говорить, входя вместе с Эйджиро в огромное здание, более напоминающее Мидории замок. Однако прежний восторг угас: Изуку никак не мог позабыть тех сомнительных личностей у прилавка. И это мучило нашего героя! Он невольно захотел знать всё о тех персонах, кои так бесстрашно кинулись на варвара… Ему стало жаль Кацуки. Но когда он хотел приободрить его, Король дерзко вырвал руку, которую обнял Изуку в порыве сочувствия. И теперь он и Эйджиро были одни в огромном «стойле», как это называли здесь. — Что-то похожее на повстанцев, таки плохо разбираюсь, — Эйджиро пожал плечами, ведя Изуку за руку вглубь тёмного замка. Здесь всё вправду напоминало громадную конюшню! Большие стойла с гигантскими дверями и, кажется, свежий запах сена и мяса. Изуку даже по инстинкту стал записывать угольком, как живут драконы, старательно прикусывая язычок. — Твой муж когда-то победил меня в схватке… — туманно начал Эйджиро, проходя к определённой двери, наверное, десять метров в высоту (это казалось невероятным, как будто Изуку оказался в доме у великана). — Ого? И как это было? — Изуку пошёл следом за полукровкой. Последний открыл маленькую дверь; они оказались в кромешной тьме… — Ну… Это мой нынешний дом, хотя я чаще живу в замке… Шото мне разрешает иногда оставаться, — с улыбкой произнёс Эйджиро и, дунув на свечу, которую Изуку заметил только сейчас, зажёг на тонкой ниточке алое пламя… — Присядь на шкуры, — ласково сказал Эйджиро и сел на кучу мягких одеял, похлопывая ладонью место рядом с собой. — Я постараюсь рассказать вкратце. — Обожаю истории! — кивнул Изуку и сел рядом, приготовив тетрадь. — Их можно записывать. Дракон улыбнулся ему светлой острозубой улыбкой. И, откинувшись на мягкие шкуры зверей, начал свой особенный для простых людских ушей рассказ…