Принц Полнощных гор

Стражники — народ ответственный и крайне внимательный. Однако даже этим людям порою не хватает их главных качеств. Как назло! Стоит какой-нибудь шишке из высшего общества явиться, как самого близкого стражника охватывает сон, похожий на младенческий, оттого и сладостный. Но на этот раз эта самая «шишка» не выразила претензию на этот счёт. Отнюдь. Эта особа была очень даже довольна увиденным — стражник, умиротворенный сном. Только усмешка искривила губы. Шатёр ловко прикрыл своими полосатыми тонкими руками фигуру в белом костюме. Подскажем читателю. То был князь. И признаемся читателю тут же: никому не было доподлинно известно, был ли он князем на самом деле или то был купленный титул. Его манеры и движения, поведение и красота заставляли особ «высшего сорта» выговаривать этот красивый титул — князь. Странно, однако его имя тоже было полно перламутрового тумана, какой обычно создают феи или ведьмы в сказках народа. Его называли князем Кристо или князем Хокс. А самые близкие совсем просто — Ястреб. На то была причина. Алые крылья, красующиеся за его стройным станом, напоминали крылья красного ястреба, которого иногда можно было увидеть в местных лесах. По крайней мере, так говорил народ или знакомые Ястреба. Надеюсь, он не будет против, чтобы мы тоже так к нему обращались. — Сегодня отвратительная погода для полёта, — со странной улыбкой сказал наш дорогой Ястреб. Его взор, пылающий янтарным огнём, зацепился за известного нам человека, сидящего за бюро. — Как вы считаете, мой принц? Принц, давеча поглощенный мрачным молчанием, приподнял свой усталый взгляд, который был полон тоски и задумчивости. — Странно, думаю, что вас не приняли за демона простолюдины, — проигнорировал вопрос принц. — Они здесь очень суеверные, князь Кристо. — О, мой принц, не стоит. Зовите меня просто Ястреб, — мягко сказал ему молодой человек с алыми крыльями лет двадцати или двадцати двух. Его рука, облачённая в белую перчатку, прошлась по аккуратной бородке в три полоски. — Простолюдины, скажу я вам, напротив! Они считают меня посланником небес, но никак не Ада, — сказал Ястреб с кроткой улыбкой, достойной всякого ангела или демона, виртуоза в актерском ремесле. — Вы же знаете. Этот дар мне передали древние ведьмы. Дар полёта. Это почти то же самое, как ваша мать передала вам свой дар, а отец, я наслышан, только собирается передать. Принц зорко перевёл на него взгляд. Ястреб остался стоять с невозмутимой улыбкой. — Откуда вы знаете, князь Кристо? — спросил он едва слышно. Перо в руке дрогнуло то ли от страха, то ли от раздражения. — Хах, мой принц, я многое знаю. Но мне одно не совсем понятно… — Извольте спрашивать. — Отчего вы хмур? С того самого момента, — да, уверен, — как вы к нам прилетели, вы не перестаёте хмуриться. Полноте! Расслабьтесь. Вы же воссоединились со своей любимой семьёй. И князь с грациозностью опустился в дорогое кресло. Принц вновь одарил его тяжёлым взглядом. — Я прилетел сюда из-за известия, словно мой отец скоро умрёт. Я прилетаю. На нем нет и царапины. Он полностью здоров. Ястреб издал нечто подобное радостному смеху или страдальческому стону. — Ха! Вы говорите это так, словно не рады этому. — Меня обманом заставили вернуться туда, откуда я бежал несколько лет назад, — сурово отозвался принц, в котором мы уже могли признать Шото. — Именно это мне не нравится. — Ох, дорогой принц, не стоит воспринимать всё в штыки. Думаю, ваш отец, Его Величество, желал с вами повидаться. Не знаю, кто пустил слух об его болезни, но я почти не жалею. Да и ваш приход был таким эффектным! Сначала в вас чуть не пустили двадцать ядер и огонь, мой принц! Так все испугались вашего дракона… — У него есть имя, — резко прервал его Шото, вставая с места. — Тут душно. Прогуляюсь. Осмотр начнётся через два часа? — Через два с половиной, — мягко его поправил Ястреб. Принц кивнул, развернулся на носках и вышел из шатра, шелестя дорогими одеждами. Князь проводил его насмешливым взглядом. — Так молод, так холоден и одновременно горяч. Истинный Тодороки, — протянул он с более широкой улыбкой и прикрыл глаза, словно вспоминая нечто приятное. В это же время Шото проходил мимо спящих стражников, взирая на них с неким отвращением. «Будь это у нас, на Севере, вас бы уже зарезали», — пронеслось у него в мыслях. Однако его лицо, искажённое тенью, прояснялось с каждым шагом. Он направлялся на север от лагеря, на небольшой луг, где разместился его дракон, который вызывал жгучее любопытство у зевак, что собрались пораньше как раз по этому поводу. При их виде Шото немного поморщился. «Ведут себя, словно увидели чудище», — опять же подумал он. Он не мог себе сказать, почему теперь, казалось бы, в родной земле, чувствует море отвращения к всяким проявлениям. Это было странно, но Шото не задумывался над этим. Он спешил к дракону, который, казалось, пробудился из-за говора зевак. — Такой огромный! — Он изрыгает пламя? — Интересно, может ли говорить? — Я слышал, его кормят детьми! Какой ужас! — Зверь! Страшный зверь! — Королевская роскошь… — Отвратительно, — выдохнул Шото себе под нос, слыша эти оскорбительные речи. Его появление дало положительный эффект: зеваки разошлись в стороны, показывая взору Шото его дракона, которого мы знаем не понаслышке. При виде умиротворенной морды алого дракона, который улёгся на мягкой траве клубком, Шото посмел себе улыбнулся. Его шаги участились. Он довольно быстро миновал внушительное расстояние между лагерем и лугом (это была вынужденная мера: стражники не очень доверяли дракону). И опустился рядом на голубое полотно, которое оставил вчера вечером. Дракон вздрогнул и раскрыл глаза. — Это я, — тихо сказал Шото, подсаживаясь ближе. — Вот мы и близки к границе, Эйджиро. Дракон пробурчал что-то непонятное человеческому уху. Но Шото так давно привык к этому языку, что без труда его понимал: он утвердительно кивнул. — Думаю, ты прав. Ночью мы сможем покинуть это место. Даже Ястреб, которого отец, чёрт возьми, к нам послал, не угонится за нами, будь уверен. Дракон вновь что-то прорычал, не открывая пасти. Он словно боялся говорить на человеческом наречии. — Они не найдут нас, Эйджиро… — Шото опустил голову, прикасаясь лбом к чешуйчатому лбу дракона. Они одновременно прикрыли глаза. — Мы полетим другой дорогой. Они не найдут Бакуго. В крайнем случае… — принц открыл глаза, полные какого-то отчаянного хладнокровия. — Мы уйдём в другое место. Ястреб не сможет нас выследить… Дракон вновь зарычал, но на сей раз, кажется, более умиротворенно. Шото отвёл от алого лба свой лоб и окинул взглядом окружение, словно боясь, что их услышат. — Как «он»? — спросил Шото, решаясь задать, кажется, остро интересующий его вопрос. Дракон тоже окинул взором окружение и приоткрыл алым крылом своё маленькое сокровище, которое он всеми силами старался согреть. Шото улыбнулся более искренне. — Красивый… — шепнул он дракону, глядя на яйцо, которое прятал Эйджиро под крылом, с благоговением. — Хорошо. В лагере бы его нашли. Здесь он в безопасности. Но крыло тут же опустилось. Шото понял, что кто-то приближается к ним. Это оказался стражник, тот самый, что вел несколько часов назад Изуку в его тюрьму. Страж поклонился по всем требованиям этикета. — Ваше высочество, — начал он. — Должен вам показать наш лагерь. Мне доложили, что вы и князь Кристо осматриваете готовность границ к обороне. Я готов вам показать всё, что вы только пожелаете. «Изобрази сквозняк», — чуть не сорвались дерзкие слова с уст принца. — Идём, — Шото пришлось встать с покрывала и гордо выпрямиться. Мелкая дрожь прошлась по его телу. «Надеюсь, он не видел лишнего», — подумал Шото. Пришлось повиноваться своей роли — он даже не простился с драконом. Но последний понимал его ношу и не таил обиды на принца. Ни в коем случае…

~•°•~

Ночь. Сладостный час всё ближе. Шото глядел на часы и нервно вздрагивал от ветра, что шатал шатёр. Сегодня, как он и хотел, должен был произойти побег. С приближением заветного часа его душа содрогалась вместе с сердцем. Завтра же утром они должны лететь обратно в замок семьи Тодороки. «Если мы не уйдём сейчас, то следующего шанса мы будем ждать вечность. Я не могу рисковать их жизнями. Пока мы рядом с границей — мы близки к Северу», — думал Шото почти в бреду. Он плохо спал всю неделю, вынашивая план их освобождения. И если в первый раз он сбежал решительно и ловко, то сейчас он рисковал жизнью других, был медленен и осторожен. Его не убьют. Но вот дракона — запросто. Его думы были тяжелы. Миниатюрные часы на столе пробили час ночи. Шото раскрыл глаза и огляделся в своей части шатра. Сбросив одеяло с себя, он натянул остатки одежды и прислушался. За тонкой тканью слышалось мерное дыхание князя Кристо. «Он выпил сегодня вечером вина, значит, он спит довольно крепко», — Шото кивнул себе и вытащил из-под подушки небольшой мешочек с золотом и пистолет, спрятал под блузой и приподнялся. Его слух напрягся донельзя. Он слишком долго ждал этой минуты, поэтому напряжение в жилах не только струилось. Оно кипело. Шото взял небольшую походную сумку с некоторыми вещами и, наконец, встал на ноги. Тишина резала слух. Шото не знал, как к ней относиться. Он действовал в одиночку, боясь, что посредники могут его сдать. Собравшись с мыслями и силами, Шото двинулся к краю шатра и достал нож из сумки, стараясь сделать это как можно тише. Дыхание спящего, кажется, такое близкое, сводило его с ума. Но отступать уж было поздно. Шото с осторожностью разрезал низ и провёл выше, постепенно вырезая отверстие. Когда он закончил вырезать эту манящую дверь свободы, прислушиваясь к окружению, Шото мигом вышел из шатра. Моросящий воздух резко ударил ему в ноздри, пробуждая ото сна, который грозился сморить Шото. Как он и подозревал: стражник благополучно спал. Шото сжал нож в руке и прошёл мимо него бесшумно, оглядывая лагерь. Одинокая луна тускло освещала ему путь. «Теперь мне нужно уходить», — он тихонько выдохнул и свернул в ту сторону, где виднелась чёрная масса средь луга. Шаги Шото становились более нетерпеливее. Это был не конец, но сердце его уже было готово выпрыгнуть из груди из-за радости. Вот она! Долгожданная свобода!.. Шото подбирался к ней быстрыми шагами. Он старался не перейти на бег — так его несли ноги вперёд! — Эйджиро, я здесь, — шепнул он во тьме дракону, который, казалось, дремал. — Пора. Дракон раскрыл глаза, которые пылали во тьме алым пламенем такого же нетерпения. Шото взял с травы покрывало и укутал в него их маленькое сокровище. Он забрался на спину Эйджиро, где было седло, и кивнул ему. — Уходим… Свобода близка. Но то, что произошло в следующий миг, не ожидал даже Шото. — Это?.. — принц поднял глаза к небу в удивлении, не веря им; его голову накрыла мрачная тень — луна скрылась за нею. Рычание Эйджиро подтвердило его слова… — Кацуки…