Это история о завоевании настоящей любви, Харухи-чан!

После непонятной вспышки в кафе Коизуми не проронил ни слова. Не то чтобы это кто-то заметил, конечно. Харухи, например, занимали гораздо более важные вещи, вроде приставания к Микуру прямо посреди бела дня. - Н-нет! Прекратите! Щ-щекотно! А-а-ай! Кён вздохнул. «Значит, сегодня самый обычный день». - Не дёргайся! – рявкнула Харухи на дрожащую в своих отделанных оборками юбках и красную, как помидор, девушку с милыми хвостиками и глазами, полными слёз. Да, Микуру в «готичном» наряде – просто воплощение всех постыдных человеческих желаний. Хотя, по сути, она в любом наряде, «готичном» или нет, выглядела очень привлекательно. Но странное дело: как всегда прекрасная мисс Асахина занимала не все мысли Кёна. Смутно, на границе его сознания, продолжал колебаться образ Коизуми. В голове, как на замкнутой плёнке, снова и снова прокручивались одни и те же сцены: как раздражённо Коизуми вёл себя в кафе, как груб он был с Эмири, словно… Ревновал? «Серьёзно?». Бессмыслица какая-то. И Кёна адски расстраивало, что он думает об этом чёртовом экстрасенсе, когда любой нормальный парень был бы загипнотизирован тем, как Харухи лапает Микуру прямо посреди запруженной дороги. Вокруг этих двоих уже начала собираться толпа (в основном из парней – всё, видимо, из тех самых «нормальных», - которые, как им и полагалось, попали под пленяющее воздействие сцены). Некоторые даже начали снимать видео на свои телефоны. Кён был на сто процентов уверен, что среди них никто и не думает о Коизуми Ицки и его запутанной загадочности. Уверен настолько, что поставил бы на это свою сестрёнку. «А если я и проиграю, то невелика потеря. Может, тогда буду, для разнообразия, сам выбирать, что посмотреть по телеку, и, возможно, с утра смогу принять душ до того, как кое-кто израсходует всю горячую воду». Эй, это просто размышления… Кён ни за что не отдал бы свою сестрёнку. Наверное. - Ну же, Микуру! Постой смирно! Голос Харухи выдернул Кёна из паутины скомканных мыслей, как возвращает к реальности хороший тычок под рёбра. Хотя, если принять в расчет то, как громко он прозвучал («Серьёзно, тебе стоит ещё немного повысить тон… Уверен, где-то в галактике Андромеды тебя ещё не совсем расслышали»), то это был не дружеский тычок, а смачная пощёчина. Хотя когда это Харухи была тактичной? - А-а-ах! Пожалуйста, хватит! Прекрасных, подёрнутых пеленой слёз глаз и тоненьких возгласов оказалось достаточно, чтобы ещё дальше, волнами, вымыть из размякшего, словно губка, сознания Кёна все мысли о Коизуми. - Харухи. Он прошёл чуть вперёд и отвёл руки девушки от подрагивающей, всхлипывающей «Лолиты». - Эй! – протестующе заныла Харухи, поводя руками в сторону перепуганной Микуру, словно всё ещё сжимала чужую грудь. Кён сузил глаза. Иногда её заносило слишком круто. Блин… Харухи заносило слишком круто каждый чёртов раз. Правила и рамки были созданы для простых смертных, а не Судзумии, и там, где любой человек счел бы возможным только коснуться границы дозволенного, она пересекала её громадными скачками. А домогаясь Микуру, Харухи точно пересекла черту. - Мисс Асахина не игрушка, - жёстко сказал Кён. Какая-то часть его хотела встряхнуть её за плечи, проверить, появится ли после этого в голове у Харухи хоть немного здравого смысла. Но он знал, что если сделает что-то подобное с девушкой, то в глазах окружающих будет выглядеть «злым» и «жестоким»… что чертовски иронично, учитывая, что Харухи, наверное, могла бы публично изнасиловать Микуру и никто ей и слова бы не сказал, потому что у них обеих есть грудь. – Прекрати, это недостойно. - Что? – Харухи моргнула и перевела на него абсолютно чистый, невинный взгляд. Кён с трудом подавил желание дать себе по лицу. «Блин… Ты или жутко тупая, или специально так делаешь, просто чтобы всех достать». - Что значит «что»? Я говорил о том, что ты только что делала! Ты на неё просто набросилась! - Нет, не набросилась! – она выглядела оскорблённой таким обвинением. – Просто её хвостики были совсем неровными и их нужно было поправить! - Так почему же, ради всего святого, ты лапала её за грудь? – вполголоса прошипел Кён. Ему не хотелось, чтобы Микуру после всего пережитого услышала, как они с Харухи обсуждают её прелести. У неё же просто сердце остановится. Ну, или она решит, что «испорчена» и теперь никто на ней не женится. Что совершенно нереально, учитывая её внешность и прочее. Некоторые парни были бы даже рады тому, что Микуру идёт в комплекте с личным лесби-сталкером. Это добавило бы в брак изюминку. Ну, или послужило бы сюжетом довольно интересному ситкому… - Они тоже лежали неровно, - без выражения ответила Харухи. Кён промолчал. - Одна была выше другой, - пояснила она. Ну что ж. На такое и ответить-то нечего. - Боже мой, - Кён больше не мог сдерживаться и с силой хлопнул себя ладонью по лицу, надеясь, что от этого столкновения погибло не слишком много ни в чём неповинных клеток мозга. – В суде, знаешь ли, такое оправдание не прокатит. - Да ладно. Я решила, что если со мной случится что-то подобное, то я использую своё женское очарование, чтобы судья и присяжные поверили всем моим словам! – Харухи перебросила волосы через плечо. «Какое женское очарование? Я буквально на своей шкуре знаю, как сильно ты бьёшь правой… Да ты даже мужественней меня!». Харухи Судзумия, женственная, как сам невероятный Халк. - Ага, желаю удачи, - Кён вздохнул и отпустил её руки. Судя по всему, держать Харухи было уже не обязательно: к счастью, хвостики Микуру (и… мм… всё остальное) выглядели аккуратно и ровно. – В любом случае, - оглядываясь, продолжил он, – нам, наверное, пора. - Почему? - Потому что мы стоим посреди дороги. - О… - Да. А те водители, похоже, злятся. - Тоже верно. - Хочешь поблагодарить меня? - Не стану утруждаться, - Харухи, снова проявив своё «женское очарование», стукнула Кёна по плечу; кулачок врезался в него с силой поезда на полном ходу (после такого столкновения он, наверное, до конца своих дней останется калекой). – Секунд через пять ты снова скажешь какую-нибудь глупость, и это полностью сотрёт все тёплые чувства, которые я испытываю к тебе сейчас. - Ну спасибо. Я прямо чувствую себя любимым. - Но это не так. - Спасибо, что прояснила. - Без проблем. + - Отлично! – нараспев объявила Харухи, когда бригада СОС (наконец-то) перешла дорогу, к счастью, не получив в процессе никаких травм и не растеряв конечностей. – Вот что я решила! Мы осмотрим ближайшие храмы. В них наверняка должны таиться супер-потрясающие и страшные мистические силы, верно ведь? - Я, конечно, поражён, что ты и правда что-то спланировала, - сухо отметил Кён, – но не думаю, что тебе стоит очень на это рассчитывать. Харухи скрестила руки на груди и с оскорблённым видом глянула на Кёна. - Хм. И почему же? - Потому что призраков не существует? - Это такая зашоренная точка зрения! Откуда тебе знать? - Оттуда. Только произнеся это, Кён понял, что Харухи права. Ну, вроде как. Он и правда был весьма скептически и закрыто настроен для человека, который дружит (и этот термин тут очень и очень размыт) с путешественницей во времени, инопланетянкой и экстрасенсом. - Есть еще кое-что, - продолжил Кён, загибая по пальцу на каждом пункте. – Сейчас середина дня. Они же затеряются среди множества гуляющих там людей. В фильмах ужасов призраки появляются только в ночи и вампиры сгорают под лучами солнца. - Заткнись, Кён! – рявкнула Харухи. Она крикнула это достаточно громко, чтобы спугнуть парочку голубей, которые до этого счастливо топтались невдалеке. - Это же хороший план, да, Коизуми? – Харухи протянула его имя, разворачиваясь к своему «самому верному соратнику». Хотя не сказать, что у неё вообще были соратники или равные. Кён слишком хорошо представлял, что она думает об остальных членах бригады СОС. У неё могли быть только игрушки. - Мм? О, эм… - Коизуми моргнул. Он выглядел немного потерянно, словно всё это время мыслями был где-то далеко отсюда. Наверное, на своей родной планете стрёмных, приставучих парней. – Да? Харухи его ответ не понравился. Игнорировать её – это было на него не похоже. Игнорировать Харухи – вообще довольно плохая идея, учитывая, что скорее всего – и даже наверняка – за этим последует неминуемая смерть (или как минимум пара крепких затрещин и головная боль, которой можно было бы заполнить целую страну). Коизуми был весьма умён. И суицидальных наклонностей у него не наблюдалось. Так почему же он не слушал Харухи? Может, это как-то связано с Эмири? Или с самим Кёном? Кён тряхнул головой, стараясь избавиться от нервирующих мыслей. Они, как мухи, назойливо кружили вокруг него. Это так раздражало… - Ну, мне нет дела до того, что ты там думаешь. Мы всё равно едем. Кён мог только вздохнуть (мысленно, конечно), поражаясь такой корявой логике. «Зачем тогда вообще спрашивать нас, что мы хотим делать? Зачем давать хрупкую, желанную иллюзию надежды, что на этот раз для разнообразия наше мнение для тебя и правда что-то значит?». - Оки-доки! – тем временем, улыбаясь солнечно, как сытый аллигатор, воскликнула Харухи. – Поблизости есть несколько храмов, и, думаю, мы разделимся, чтобы покрыть большую площадь. Так что будем тянуть жребий! – она торжественно извлекла из кармана пять бумажных ленточек. – Вытянувшие бумажку с красным кончиком – в одной группе, а с синим – в другой, договорились? Харухи протянула им кулак с импровизированным букетом, и каждый член Бригады вытянул по одному хвостику. Кён сделал это с тяжёлым, как целый мир, вздохом. Сцена была уж слишком знакомой. В прошлые разы ему везло, и он оставался в компании Микуру и Юки, а они обе были милы и вряд ли могли навлечь на него что-то имеющее тяжкие физические последствия. Хотя и остаться в этот раз с Харухи, в общем-то, тоже не было бы так уж неприятно – она, конечно, почти всегда оставалась жестокой и опасной, но целых два процента своего времени могла вести себя, как достойный и адекватный человек. К тому же, она и правда была его девушкой. Но Коизуми… Молчаливый экстрасенс был совсем другим. В последнее время он вёл себя так странно, и во время этой непонятной перестройки личности у Кёна тоже возникали странные ощущения. Это было так непонятно и запутанно. Даже хуже, чем одна из сложных книжек Нагато о космосе, науке, звёздной пыли и прочем. - Хм… У меня красная, - голос Харухи пробился в мысли Кёна, как лучик солнца сквозь переплетённые ветви. - Синий, - односложный ответ мог принадлежать только Юки. - У меня тоже, - а это Коизуми, он как раз показывал Харухи свой кусочек бумаги. - Эм… о… у меня красный… - запинаясь, пролепетала Микуру. - Что, пра-авда? – Харухи протянула руку. – Покажи. Словно не поверила ей на слово. «Да ладно тебе. Зачем кому-то лгать, чтобы оказаться с тобой в одной команде? Особенно Микуру, которой ты домогаешься дважды в день. Или ты льстишь себе, Харухи, думая, что все так тебя любят, что готовы насмерть передраться за возможность побыть в твоей приятной компании?». Кён вздохнул. Логика (или отсутствие таковой) Харухи временами могла выписывать странные кренделя и выворачиваться наизнанку. Будь Кён Микуру, то, только вытащив бумажку с красным кончиком, сразу дал бы дёру в строго противоположном от Судзумии направлении. Впрочем, Харухи была до ужаса быстрой, в дополнение к тому, что и до ужаса сильной (да и в целом – довольно ужасной, ещё в куче разных смыслов), так что в такой гонке у Микуру не было бы шансов. - Похоже, ты права, - Харухи разве что не надулась и передала ленточку обратно Асахине. И тут же обернулась к Кёну, пригвоздив его к месту убийственным взглядом. – А тебе какая выпала? Синяя? - Ага, - он удивлённо на неё глянул. – А как ты… - Я же сама их сделала, - закатила она глаза. – Я помню, что сделала три синих и две красных. Это же простая математика, Кён. Проснись. - А, т-точно… И правда. Кён подосадовал на себя за то, что так нелепо дал маху. - Эй, не понимаю, почему ты так расстроилась, что оказалась в команде с мисс Асахиной, - Кён нахмурился, пытаясь разобраться, в чём дело. Впрочем, пытаться понять Харухи Судзумию - это всё равно что собирать кубик Рубика. Вслепую. Со связанными за спиной руками. А это… невероятно трудно, за такое и браться глупо. – Я думал тебе понравится, что рядом будет кто-то, с кем можно поиграть в «переодевание», пока вы осматриваете местность? Наряжать безучастную ко всему Нагато, наверное, было так же весело, как тыкать палочкой окоченевший труп; а Кён и Ицки были недостаточно женственны, чтобы привлечь внимание Харухи, когда дело доходило до вопросов моды. Так что Кён совершенно не понимал, что перемкнуло у Судзумии в голове. (Не то чтобы ее редко перемыкало. Скорее, каждую минуту.) Девушка на эти выкладки только чуть вздохнула и бросила на него колючий взгляд. - Ты должен знать. - Тогда… - Кён с трудом прорывался к пониманию. – Если ты хотела быть в команде с кем-то конкретным, почему самой не разбить всех на группы? - Потому что так будет неинтересно. - Но ты же только расстроишься, когда всё выйдет не так, как тебе хотелось. - Не указывай мне, что делать, я же твой командир! Ставить под сомнение мои правила – это измена! – огрызнулась Харухи, опасно сузив глаза. Какая всё-таки жалость. Она становилась такой милой, когда переставала хмуриться. Так зачем же всё время стараться быть недовольной? - За такую дерзость тебя следовало бы казнить, - продолжила Харухи и ткнула пальцем в сторону Кёна. Кончик пальца застыл пугающе близко от его правого глаза; стой они чуть ближе, Кёну пришлось бы попрощаться со своим стопроцентным зрением. - Давай не будем так далеко заходить, ладно? – отступив на шаг, попросил он. Кён даже не попытался отметить, что убийство вообще-то карается законом. Харухи и так взбеленилась сильнее обычного, и ему не хотелось её провоцировать. Так что вместо этого он, как всегда, продолжил думать свои горькие мысли в безопасной глубине собственной головы, где Харухи не могла их услышать. - Ну хорошо, - она снова бросила на него мрачный взгляд, прежде чем наконец убрать палец от его лица. – Отлично, ребята! – её лицо осветилось улыбкой. Перемена произошла мгновенно, будто кто-то зажёг свечку внутри хэллоуинской тыквы. «Вот ведь… Меня однажды удар хватит от таких резких перепадов настроения. Тебе стоит предупреждать, когда собираешься переключиться на диаметрально противоположные эмоции. Тогда я, быть может, смогу за тобой поспеть…». Но всё-таки Харухи была намного милей и приятней, когда улыбалась. Как будто и правда была счастлива. - В этом районе всего три храма. Два из них находятся поблизости, так что мы с Микуру возьмём их на себя, а вы трое, - она по очереди указала на Кёна, Коизуми и Нагато (которая читала книжку. Откуда она вообще её взяла? Когда они только встретились, никакой книги у неё не было…), - отправитесь осматривать последний храм. Вам придётся добираться на поезде, он в где-то получасе езды отсюда, в Нишиномии. Поняли? Встретимся снова в кафе, в четыре часа, ясно? - Кён не успел и слова вставить, как Харухи с силой закончила: - Отлично. На том и порешили. Возражать ей никто не стал. «Что ж, это будет замечательный, мирный день с Нагато, немым пришельцем, Коизуми, немым и возможно двинувшимся экстрасенсом, и старым добрым мной. Интересно, Харухи согласится со мной поменяться?». + + + Примечание автора: не верится, что я обновила текст o: А вам верится? XD Что ж, м, я буду продолжать этот рассказ, потому что заметила, что его до сих пор читают и оставляют отзывы, хотя он не обновлялся уже около года… Это меня очень обрадовало, так что я решила писать дальше ^_^ Хотя я забыла свой изначальный сюжет и пришлось перечитывать всё, чтобы подтолкнуть память XD Эта глава может показаться филлерной, но это не так. Честно. На самом деле, до конца осталось не так уж и много. Если всё пойдёт по моему изначальному плану (у меня есть план! Мвахаха!), впереди всего глав шесть. Но точно обещать этого я не могу, мои фики всегда под конец вырываются у меня из-под контроля XD Хо-хм~ Заглядывайте иногда, а? Может, следующая глава даже появится раньше, чем через год XDD Примечание переводчика: как синхронно у нас с автором получился перерыв относительно текста) И не переживайте, рассказ и правда решил всё сам за себя и впереди четырнадцать глав и ~100 тысяч слов сюжета и мистики *кивает*