Это история о завоевании настоящей любви, Харухи-чан!

- И где, чёрт возьми, ты шлялся, Кён? Мы с Микуру уже сто лет ждём! «Тоже рад тебя видеть, Харухи. Как же мне нравится, что ты всегда срываешься именно на мне. Значит, я правда особенный?». К несчастью, именно такого приветствия Кён и ожидал, когда он, Юки, Коизуми и Цуруя зашли в кафе на полчаса позже назначенного времени. И почему же они опоздали? Нагато попыталась увезти с собой всю библиотеку. И если бы это было разрешено, она бы так и сделала. Но по правилам в одни руки разрешалось выдавать только десять книг за раз, а Юки отбирала их так, словно от её решения зависела сама жизнь. Просить её сделать такой выбор – это всё равно что заставлять обычного человека решать, какие десять внутренних органов ему пригодятся, а какие придется вырезать. В конце концов она так и не смогла выбрать, так что Кён и Коизуми предложили взять книги для неё. Но прежде чем что-то получить, им всем нужно было оформить библиотечные карточки. А это заняло гораздо больше времени, чем они ожидали, потому что женщина за конторкой не помогала им ни на йоту, скорее даже наоборот. У Кёна в душе созрело подозрение, что библиотекарша вставляла им палки в колёса, потому что её разозлило поведение Цуруи, и теперь ей не хотелось помогать никому, кто имел к ней какое-либо отношение. Ну и, наверное (хотя этого и не хотелось признавать), ссора Кёна с мисс Телефон тоже могла как-то повлиять… Он догадался об этом потому, что, как только они отошли от конторки, перед следующим посетителем библиотекарша, как по волшебству, снова стала вежливой, дружелюбной и даже обрела нормальный слух. И, как назло, к ней подошла как раз девушка с телефоном. Жизнь так несправедлива. Но Кён понимал, что бессмысленно было пытаться объяснить всё это Харухи, особенно когда она в таком плохом настроении. Да и вообще, когда она прислушивалась к его словам? Ну, хоть Юки осталась довольна. Нагато с книгой – счастливая Нагато. Кён не так уж много знал о стойкой девушке, но в этом был точно уверен. - В общем, неважно, садись. Хватит стоять в дверях с глупым видом, - Харухи указала на их столик. Чтобы она не переломала ему ноги, Кён последовал её указанию, несмотря на то, что особо чувствительные нервные клетки у него в голове надрывались: «Беги! Беги, пока у тебя есть шанс!». - И ты заплатишь за наши напитки. - Опять! – такая несправедливость больно задела Кёна. - Может быть, когда ты научишься быть ответственным, мне больше не придётся тебя наказывать! – отрезала Харухи и подхватила со стола меню. У Кёна было нехорошее ощущение, что она ищет напиток подороже, нравится он ей или нет. - О-о-о, я, наверное, возьму пирожное, - пробормотала Харухи себе под нос и обернулась к Микуру, чьи глаза были широко распахнуты от страха. Кён смягчился и потянулся сердцем к милой мисс Асахине, которая на весь день застряла в компании Ужасающей Судзумии. Кён сам с ней только встретился, а ему уже хотелось сбежать на край света. – Эй, Микуру? Хочешь пирожное? Кён платит. Все его недобрые подозрения имели привычку воплощаться в жизнь. Кён вздохнул. - О-о-о! Пирожное – это здорово! – счастливо пропела Цуруя, склоняясь над плечом Харухи, чтобы лучше разглядеть меню. В отличие от большинства людей, на неё злость Судзумии не производила никакого впечатления; казалось, она даже не замечает туч, зловеще сгущающихся над головой лидера бригады. – А можно, я тоже возьму, Кён? Так приятно, что ты нас угощаешь! Ха-ха-ха! «Ненавижу свою жизнь». Кёну пришлось сдержать порыв побиться головой о стол. Даже если бы ему стало от этого немного легче, ещё несколько пунктов IQ и общей вменяемости покинули бы его навсегда. - Привет, Цуруя! – Харухи улыбнулась девушке через плечо. – Рада тебя видеть. - Знаю! Это, типа, мега-здорово, Хару-нян! «Хару-нян?.. Если бы я её так назвал, она бы меня заживо выпотрошила. И почему у Харухи такие двойные стандарты?». - Здравствуйте! Вы уже решили, что будете есть? Кён поднял взгляд и обнаружил, что их официанткой была не кто иная, как… - Ой, Кён! И Коизуми. Не думала, что вы вернётесь. Добро пожаловать! Эмири Кимидори. «Ну конечно». У Кёна внутри всё сжалось – она так радостно улыбалась, словно Коизуми не нагрубил ей всего пару часов назад. Блин. Будь он на месте Эмири, то просто дал бы экстрасенсу по морде, а не улыбался, как цветущая роза (или ещё какая нелепая метафора), спрашивая, что тот хочет поесть. Но эта девушка была слишком вежлива, чтобы кого-то бить… И Коизуми стоило быть за это очень благодарным, потому что в нём самом ничего симпатичного, кроме внешности, не было. И характер у него был не самый приятный. Кён точно знал: если бы его поклонницы услышали, как он рассуждает о космосе, психологии или ещё чём-то таком, то вскоре перестали бы дарить ему шоколад на праздники. - Ты здесь уже довольно долго, да? – с любопытством спросил Кён. - Вовсе нет! Мне тут нравится, - Эмири улыбнулась ему. – К тому же моя смена всё равно уже почти закончилась. А потом я буду свободна. Хотя у меня нет особенных дел… Хм… «Стоп, погодите. Это что, было приглашение?.. Правда, что ли? Или я опять слишком много думаю?». Кён бросил взгляд на Коизуми. Маска «очаровательного принца» полностью слетела с его лица. На нём не было заметно даже тени улыбки, и оно выглядело невыразительно, почти как лицо Нагато. Экстрасенс стиснул кулаки и плотно сжимал губы. Такое состояние никому бы не подошло, но почему-то применительно к Коизуми, который улыбался так часто, что, казалось, он и не может быть несчастным, оно казалось ещё хуже. Даже как-то страшновато… Но Эмири, похоже, этого не заметила или просто решила не обращать внимания. - Итак, - весело произнесла она, - чего вы хотите? - Жасминовый чай, - монотонно ответила Юки. Она всё ещё читала новую книгу, не отрывалась от неё, как приклеенная, всю дорогу до кафе. Даже в поезде, когда собака Цуруи разлаялась и попыталась выпрыгнуть в окно, Нагато не подняла взгляда. - О-о-о, - обижено протянула Харухи. Похоже, выбор Юки её слегка возмутил. – Ты можешь заказать что-нибудь подороже. «Пф-ф. Я вижу, на что ты намекаешь, Харухи, твои невинные глаза меня не обманут. Ты пытаешься меня обанкротить!». К счастью для финансов Кёна, Нагато покачала головой. - Жасминовый чай. Это всё. - Как скучно, - Харузи нахмурилась. – А ты, Микуру? - Н-ну, э-эм, я… - девушка заёрзала. Пытаясь успокоиться, она принялась крутить в руках салфетку, но взгляд у неё всё равно метался, как у оленя в свете фар. Может, она пыталась быть тактичной? - Всё хорошо, - Кён улыбнулся. – Можешь заказать, что хочешь. Я не против. - Э-эм… л-ладно. Э-эм… Зелёный чай, пожалуйста? - И ещё один скучный заказ! Ну, отлично. Тогда я буду шоколадный коктейль и кусочек вашего самого дорогого торта! - Мне то же самое, ня! – воскликнула Цуруя. – Но пусть в моём коктейле будет две соломинки! «Разве это так важно?..». - После сегодняшнего дня мне, видимо, придётся жить на хлебе и воде, - проворчал Кён. - У тебя нет права жаловаться! – отрезала Харухи. - Протестую! – добавила Цуруя, подпрыгнув, и встала в какую-то странную позу из аниме, в процессе чуть не сбив с ног проходившую мимо официантку. - Блин, ладно, ладно, - Кён помахал руками, изображая поражение. – Неважно. Значит, я тоже буду зелёный чай. - Но зелёный чай же просто буе-е-ех, - Цуруя скорчила гримасу. - Вот именно! Давай, Кён, угощайся. Я-то сегодня ем бесплатно, ха-хах, - с ухмылкой протянула Харухи. - Иногда я тебя просто ненавижу. - Ненависть – основа любви! - Неправда! - О-о-о, вы такие милые, - это была Эмири, она тихонько хихикала. Её счастливое личико было просто прекрасно, такого можно было ждать с нетерпением, как солнечный свет, сахарную вату и ещё много, много странных метафор. Харухи, когда смеялась, никогда не выглядела так невинно; в ней наоборот начинало сквозить что-то зловещее. Она смеялась, как злодей из приключенческого фильма, и этот смех вряд ли кто сравнил бы с солнечным светом. Скорее, с ураганом или раскатами грома. – Со стороны всегда кажется, что вам так весело, - Эмири всё ещё улыбалась. – Я немножко завидую. «Завидуешь? Мне и Харухи? Это всё равно что завидовать разорванной тигром добыче. Вот на что похожи наши отношения». - А ты что закажешь, Коизуми? – тепло спросила девушка, повернувшись к экстрасенсу. За этим последовала короткая пауза. Кён даже задумался, не игнорирует ли её Коизуми, как вдруг, через пару секунд… - Хм, прошу прощения. Я отключился, - экстрасенс обезоруживающе улыбнулся Эмири. Он даже выглядел немного смущённым и коротко рассмеялся. – Да. Я тоже буду зелёный чай, спасибо, мисс Кимидори. Кён изумленно уставился на Коизуми. Тот смотрелся так, словно не выглядел совсем иначе всего пару секунд назад, словно того выражения и не существовало. Может, Кёну оно привиделось? Но… Улыбка экстрасенса не тронула его глаз, они остались такими же тёмными. И он так и не расслабил руки, крепко сжатые в кулаки. + - Так, госпожа Судзумия, вы нашли что-нибудь в храмах, которые посетили? – спросил Коизуми. Эмири удивительно быстро принесла их заказы. А пока они ждали, Кён успел рассказать Харухи о том, что они успели увидеть (абсолютно ничего), а Цуруя изнывала по поводу судьбы своего пса, которого снова оставили снаружи. Впрочем, о Юки-собаке Кён нисколько не сожалел: в поезде дурацкая псина лаяла так громко, что у него всю дорогу звенело в ушах. - Нет. Ничего. Совершенно ничего! – Харухи глубоко и разочаровано вздохнула. «Как я и думал». - Несколько аниме-задротов спрашивали у нас с Микуру, не косплеим ли мы и пытались нас сфотографировать. Так раздражает. Разве похоже, что я буду косплеить? Идиоты… Мир полон идиотов. «Не хочешь привлекать к себе излишнее внимание – не носи странные костюмы». - Что за пустая трата времени! Ненавижу! Почему всё вокруг такое обыкновенное? Харухи со стуком, так что затряслись стаканы и тарелки, поставила локти на стол и устроила голову на руках. Кён сделал бы ей замечание насчёт хороших манер за столом, но увидев, какое мрачное у неё лицо, решил воздержаться. Она выглядела такой несчастной. Харухи обычно не бывала грустной; злой, коварной, задумавшей пакость – да, но не грустной. - Жизнь такая скучная. Я хочу, чтобы случилось что-нибудь интересное. Чтобы, например, с неба упало НЛО или случился зомби-апокалипсис… Что угодно! «И ты говоришь это, сидя за одним столом с пришельцем, путешественницей во времени и экстрасенсом. Вот что значит ирония». - А что сейчас не так? Я бы предпочёл прожить скучную жизнь, если альтернатива – быть съеденным зомби, - Кён попытался урезонить расстроенную девушку. – Может, попробуешь быть оптимистичнее? - Заткнись, Кён. Ты не помогаешь. - Но пытаюсь, - упрямо сказал Кён. Харухи уже начала его раздражать. Почему она не могла ценить то, что у неё есть? Почему с ней было так трудно, как с капризным ребёнком? Ей нужно было понять, что не всегда возможно получить то, что хочешь. – Почему ты не можешь порадоваться тому, что у тебя есть? - Я сказала, заткнись, - Харухи сузила глаза. – Тупица. - Знаешь, что! – внезапно встряла Цуруя, в корне пресекая возражения Кёна. Что, наверное, было даже к лучшему. Возражать Харухи Судзумии – всё равно что призывать конец света. – Я считаю, зомби и привидения существуют, но так просто они нам не покажутся! - Да? – Харухи повернулась к Цуруе. – Я тоже так решила. - Ага! Так что ты, типа, не грусти, Хару-нян! Предлагаю как-нибудь ещё раз пойти их поискать! Не сдавайся! - Но где они могут… О. Кёну это «О» не понравилось. Особенно ему не понравилось, что глаза Харухи немедленно засверкали нехорошим блеском. Этот блеск точно предвещал неприятности. - Кладбище! – воскликнула она, с силой хлопнув руками по столу. Тарелки и стаканы снова синхронно подпрыгнули высоко в воздух. Кёну пришлось даже придержать свою чашку, чтобы она не оказалась на полу. - Точно! – кивнула Цуруя. – Пойдём туда! В кафе из-за двух шумных девушек уже начались волнения. Несколько посетителей странно на них поглядывали, а одна женщина, едва зайдя в зал, бросила взгляд на Харухи, тут же развернулась на сто восемьдесят градусов и вышла из кафе. «Всё совсем как в библиотеке». Кён на всякий случай огляделся, проверяя, нет ли поблизости девушки с телефоном. Здесь она, конечно, вряд ли могла появиться, но он был потрясающе невезучим, и судьба запросто ради смеха могла устроить ему такую подставу. Слава Богу, её рядом не оказалось, иначе Кён не пережил бы этот день. - Но мы не можем пойти на кладбище сейчас, ещё слишком светло, - глубокомысленно сказала Харухи. – Нужно идти позже. - В полночь! - Отлично! - Э-э-эм… - во время этого диалога Микуру становилась всё бледнее и бледнее, пока не стала похожа на лист чистой бумаги. Её глаза от страха стали громадными, а пальцы нервно дрожали. Она снова начала было вертеть в руках салфетку, но так тряслась, что порвала её надвое. - Что такое, Микуру? - Н-ну… Просто, эм, кладбище… ночью… Звучит очень страшно! - Не бойся, Микуру! Всё будет хорошо! – радостно пропела Цуруя. «О, конечно, словно от того, что это обещаешь ты, должно стать легче». Микуру, как и Кёну, судя по всему, и не стало. - Н-н-но… - запнулась она. - Не расстраивайся, - сказала Харухи. – Мы разделимся на две группы. Ты не будешь одна. - Н-но что, если… ес-если… - Лидер Бригады не желает слышать жалоб! Всё будет в порядке. Но Кён беспокоился вовсе не о призраках или темноте. - Но, Харухи, - сказал он, - разве это… - Если собираешься сказать какую-нибудь глупость, то лучше помолчи, - холодно произнесла Харухи, откинув волосы за плечо. – Я уже всё решила, и это моё окончательное слово. Если ослушаешься моего приказа, я могу вышвырнуть тебя из Бригады СОС. Цуруя займёт твоё место. «Как будто я вообще хотел в неё вступать! Это была твоя идея! Всё, что я делаю, вертится вокруг тебя. Ты повсюду таскаешь меня за собой, указываешь что делать, а потом злишься, когда я возражаю против глупых планов или привожу против них разумные аргументы! Почему ты хоть раз не можешь ко мне прислушаться?». - Харухи, послушай, - у Кёна был ледяной голос, он пытался успокоиться, но от этого его слова только звучали отрывисто и безучастно… хотя ему было уже всё равно. Харухи мало что нравилось. На самом деле Кён был абсолютно уверен, что сам нравился бы ей гораздо больше, если бы был зелёным человечком с Марса или – если следовать сегодняшней моде – трупом. – Мы не можем бессмысленно бродить в темноте. Для начала, это будет выглядеть слишком подозрительно. И вообще, это опасно! Кто-то может покалечиться! - Дурак, темно не будет, - ответила Харухи. Её голос был обжигающе-холодным, совсем как у Кёна. – Мы возьмём фонарики. - Даже если так, это небезопасно. И мне нужно присматривать за сестрёнкой. - Возьми её с собой. - Не могу! Ты что, тупая? - Нет! – она вскочила на ноги и теперь почти с отвращением смотрела на Кёна сверху вниз. Махнув рукой, Харухи ткнула указательным пальцем ему почти в самое лицо. – Это ты тупой! Ты не даёшь мне делать то, что я хочу! Ты не понимаешь, что я чувствую! Даже не представляю, почему держу тебя в своей Бригаде, ты такой скучный! - Я не скучный, я разумный! - Одно и то же! - Я просто не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! - Ч-что? – казалось, Харухи это осадило. Кён поклясться мог, что она даже всего на секунду, но покраснела. Но миг слабости почти сразу прошел. Харухи закатила глаза и скрестила руки на груди. – Блин, ты и правда идиот. Я могу постоять за себя. - И почему ты такая упрямая? Почему не даёшь другим людям переживать за себя? «И почему не видишь, что они уже о тебе переживают? Ты думаешь, твоя жизнь такая «глупая» и «скучная», но почему нельзя сосредоточиться на том, что у тебя есть, а не на том, чего нет? Но ты же не такой человек, да? Ты не думаешь, как все остальные». На них наверняка смотрели, но Кёну было всё равно. Он хотел, чтобы Харухи поняла. Хотел встряхнуть её за плечи, вбить в голову немного здравого смысла… может, хоть немного открыть ей глаза. И пробиться к ней, видимо, можно было только силой. «И почему она такая эгоистичная?». - Мне не нужно, чтобы за меня кто-то переживал, я могу о себе позаботиться! Ты мне не нужен! - П-пожалуйста! Н-не ссорьтесь! – пискнула Микуру. - Хм? Микуру? – Харухи даже обернулась к девушке, удивлённая её поведением. Обычно та вела себя очень скромно и застенчиво и никогда не вмешивалась. Казалось, Микуру была на грани. Она смотрела на них широко распахнутыми глазами, дрожала и, похоже, готова была вот-вот заплакать. Внезапно Кён почувствовал себя очень-очень виноватым. Он не простил бы себе, если бы она заплакала. - Я с-согласна пойти с вами на кладбище… Я сп-справлюсь. Это ещё больше его удивило. Кён и не думал, что Микуру согласится, и подозревал, что Харухи заставит её, просто за волосы дотащив до места. - Микуру, ты уверена? - Д-да… - ответила она, хотя выглядела при этом не очень уверенно. Но всё-таки попыталась немного улыбнуться. – Б-будет не так страшно, е-если Цуруя пойдёт со мной… - Так точно! – та улыбнулась, да так, что могла бы перещеголять Коизуми. – Я буду тебя защищать, Микуру, - она оглянулась на Кёна и подмигнула. – Видишь? Тебе не надо ни о чём переживать. - Пфх. - Будет круто. Я как-то раз смотрела видео по кикбоксингу. «Видео по кикбоксингу. Один раз. Что-то это не очень утешает». - Я не возражаю, - произнесла Юки, не отрываясь от книги. Она не опустила её, даже когда Кён и Харухи ссорились. - Ночью не редкость убийства, грабежи и изнасилования, - сказал Коизуми с одной из своих пластмассовых улыбок. Как будто говорил не об изнасилованиях. – Но и людей в это время гораздо меньше, так что статистически это безопасней. И если мы пойдём все вместе, думаю, с нами всё будет в порядке. «И ты, Коизуми?». - Я… - Тогда решено! – Харухи торжествовала; она выглядела уже не такой злой и расстроенной, как раньше. – Условия: встречаемся у ворот местного кладбища, в полдвенадцатого. С собой принесёте фонарики и запасные батарейки, договорились? Будет та-а-ак классно. - Н-но моя сестра… - Мне плевать! + И вот, после происшествия в кафе Кён шёл домой в самом паршивом настроении какое только можно вообразить. Он уже далеко отошёл от делового района, и по мере продвижения машин на дороге становилось всё меньше, а зелени вдоль неё и в садах у домов всё больше. Солнце светило уже не так ярко, и вокруг явно стало прохладнее и темней. Но такая картина не очень помогала успокоить нервы. И почему Харухи так себя вела? Разве непонятно, что Кён старался быть ответственным, в отличие от всех остальных? Почему все так легко ей уступали? Если бы ей не позволяли постоянно вести себя как вздумается, может, она не была бы такой эгоистичной? Харухи же думает, что всегда получит то, чего хочет, именно поэтому и бывает иногда так невыносима. «Но я не хочу, чтобы она была такой. Я не хочу, чтобы её все ненавидели. Не хочу ненавидеть её сам…». - Ну почему Харухи такая? – Кён не мог не высказать свои переживания, их было слишком много – как на подбор, странных и запутанных. Попытайся он удержать всё внутри, его бы просто разорвало. - Какая именно? – полюбопытствовал Коизуми. Они – обычный человек и стрёмный экстрасенс, шли вместе, хотя, Кён был в этом уверен, дом последнего был не так уж близко от его. Но когда он об этом спросил, то Коизуми только улыбнулся своей фальшивой улыбкой и попросил не беспокоиться. Значит, теперь у Кёна появился сталкер. Отлично. Ну, так хоть было кому жаловаться. - Ты же видел, что с ней творилось, - сказал Кён. – Она так разозлилась. Разве не ясно, что я не хотел её обидеть, просто хотел, чтобы она… не знаю… чуть больше задумывалась о том, что делает? Микуру явно не хотела идти, ты, подозреваю, тоже не горел желанием, а я точно был против. Кроме того, ей вообще не стоит гулять по ночам, так же можно попасть в неприятности. И если ты, Коизуми, сейчас начнёшь отмахиваться от меня своей тупой статистикой, я тебе точно врежу. - Ну, Марк Твен как-то сказал: «Существует три типа лжи: ложь, наглая ложь и статистика», - с привычной улыбкой ответил экстрасенс. – Я тоже не уверен, что сказал тогда правду, - он чуть усмехнулся. - Тогда почему ты с ней согласился? – огрызнулся Кён. – Ты что, не знал, что я за неё переживаю? Они остановились. И просто стояли теперь рядом с пустой дорогой, а воздух вокруг становился всё тяжелей и холоднее. Кён содрогнулся. - Я… и правда не знал, - после короткой паузы произнёс Коизуми. Он поднял взгляд к небу, словно ища там ответа. Хм. Обычно экстрасенс в словах не терялся. – Я понимаю, ты пытался действовать в интересах госпожи Судзумии, но мне не хотелось злить её ещё больше. - Нельзя всегда идти у неё на поводу. - Согласен. Но если её желания осуществимы, то лучше позаботиться о том, чтобы она была счастлива. Видишь ли… - Коизуми выглядел встревоженно. – Во время вашей ссоры возникло закрытое пространство и стало быстро расширяться. И оно стало бы ещё больше, если бы вы продолжили в том же духе; в этом я уверен. - Вот блин. Только не это, - Кён вздохнул. - Боюсь, что так. - Оно всё ещё держится? - Да. - И оно где-то тут? Коизуми кивнул. - Отчасти поэтому я и решил сегодня пройтись с тобой. Но у меня были и другие причины, - экстрасенс чуть улыбнулся. – Социальные, если быть конкретным. Кён настороженно на него покосился. Ему не нравилось, куда двигался этот разговор. - Я хотел поговорить с тобой о госпоже Судзумии. Любопытство тут же оттеснило на задний план всё беспокойство. Кён хотел понять, что происходит с Харухи. Как ни стыдно было признавать, последние десять минут почти все его мысли крутились вокруг этой сумасшедшей девчонки. - Так ты и правда знаешь, почему она так на меня взъелась? - Не думаю, что «взъелась» - подходящее слово, - Коизуми улыбнулся. – Скорее, полагаю, она была расстроена. - Мхм. Да ладно, - фыркнул Кён. – Не знаю, мне она показалась довольно злой. - Но разве мы не злимся сильнее всего на тех, кто нам особенно дорог? - Хочешь сказать, это вот так вот она показывала, что я ей «нравлюсь»? «Если это правда, тогда, надеюсь, я никогда, никогда не разозлю её по-настоящему. Такого мне не пережить!». Задумчивым тоном Коизуми ответил: - В некотором смысле… Да, наверное. Так как ты нравишься госпоже Судзумии – возможно, больше, чем кто-либо ещё, – она, естественно, хочет, чтобы ты поддерживал её идеи и планы. И, выступив против неё, ты её расстроил. Не думаю, что она бы так сильно разозлилась, если бы не ценила твоё мнение так высоко. - Но я не могу слепо соглашаться с ней во всём! – на Кёна начали наваливаться отчаянье и усталость. Казалось, выгодного для всех выхода не существует. - Если она упорно ведёт себя как маленькая, то кто-то должен взять на себя роль взрослого. - Но вы ведь друг другу не родитель и ребёнок. В следующий раз, когда будешь с ней несогласен, попытайся найти компромисс. Подумай и о её чувствах. - Значит, ты намекаешь, что это я виноват? - Ты мог бы справиться лучше. - По крайней мере я, в отличие от тебя, не иду на поводу у каждого её желания и каприза, - горько заметил Кён. Лучше было вообще не спрашивать; это так унизительно: его отчитывал Коизуми – сам персональный подхалим Харухи. Он и без того чувствовал себя виноватым, так теперь ещё и экстрасенс щедро посыпал соли на раны. – И вообще, в чём там дело с мисс Кимидори? Ты вёл себя так, будто ненавидишь её, а она тебе ничего не сделала! - Я не ненавижу мисс Кимидори, - ответил Коизуми. Голос у него был как всегда спокоен, но Кён заметил, что при упоминании о девушке ему стало неловко. – У меня нет на это причин. - Но утром ты был с ней так груб. Почему? Почему она тебе так не нравится? - Не могу сказать, что она мне не нравится. Просто я… насторожен. Вот и всё, – у него на лице не осталось и следа улыбки – ни фальшивой, ни настоящей. Он, скорее, выглядел разбитым, хотя старался спрятать это и не подавать виду. – Мне очень жаль, что я так грубо с ней обошёлся утром. Я не хотел так поступать. - Насторожен? – скептически повторил Кён. Он скрестил руки на груди. – Как можно быть насчёт неё «настороженным»? Она не плохой человек. - Ну, может, и не насторожен. Скорее, обеспокоен. - И чем же конкретно ты обеспокоен, Коизуми? - Ситуация с ней может стать опасной. - О чём ты? Все эти зашифрованные предупреждения уже начинали раздражать. Почему экстрасенс не мог прямо ответить, что имеет в виду? Серьёзно, это что, так сложно? - Я хочу сказать только: не слишком сближайся с мисс Кимидори. Ты можешь расстроить госпожу Судзумию. «Снова Харухи? Почему она правит всей моей жизнью? Я же даже не люблю Эмири… Просто думаю, что она приятный человек, вот и всё. Это правда настолько гнусно? И разве это объясняет поведение Коизуми в кафе?». - Ладно. Мне пора, - экстрасенс улыбнулся Кёну. – Пожалуйста, подумай над тем, что я тебе сказал. Надеюсь, мои слова тебя не задели. - Хм? А, да, пока, - он вяло махнул ему на прощанье. Все его мысли снова занимала Харухи. – Не опаздывай, - Кён почувствовал, что должен предупредить Коизуми… Хотя тот бы и так не опоздал. Экстрасенс всегда приходил раздражающе рано – вот кому уж точно ещё ни разу не приходилось платить за всех в кафе. - Конечно, не опоздаю. Не беспокойся. - Я и не беспокоился. - Как скажешь, - он особенно неприятно ухмыльнулся. – Не переживай, я справлюсь с этим закрытым пространством. Без проблем. «Вот блин. Он что, теперь воображает себя каким-то супергероем?». Но, по правде сказать, Кён не мог не заметить, что Коизуми и правда выглядел неожиданно круто, когда разговаривал вот так. - А что насчёт кладбища? С этим ты тоже справишься? – он чувствовал, что должен спросить. Кён всё думал, как экстрасенс сможет преодолеть такое испытание, ведь тот уже признался, что не любит привидений. - Попытаюсь, - Коизуми снова улыбнулся. – На самом деле, я хотел попросить тебя кое о чём. - Да? - Если мне станет страшно, можно, я возьму тебя за руку? - Ч-что? Кён бы не возражал, если бы за него держалась дрожащая Микуру, но Коизуми? Разве это не будет слегка странно? И даже вовсе не «слегка»! Пхф, даже картинка, представшая перед мысленным взором, была такой странной… И только после того, как Кён ухитрился окунуть себя в пучины внутренних мучений, он заметил, что Коизуми смеётся. - Что смешного? – резко бросил Кён. - Я пошутил, - экстрасенс ухмыльнулся. – Честно. Это была шутка. - Лучше бы так и было. + + + Примечание автора: о, эм-м, ура-а, я уже скоро займусь главой, которую хотела написать с тех пор, как начала этот фик ^o^ Это так здорово! XD Я уже почти добралась! Хе-хе-хе с: И ещё, похоже, главы становятся всё длинней. Я этому рада. Это значит, что будет происходить больше всякого-разного, да-а-а! XD renahhchen xx