Изумрудные глаза, что исчезли.

      Только солнце показалось из-за горизонта, Хофферсон уже шла по лесу. С одной стороны ей было совестно что она вот так вот припрягла другого человека, с другой, у неё не было выбора. Она оправдывала себя этим и надеялась что Иккинг поймёт и простит её.       Косые солнечные лучи проходящие через утренний туман создавали волшебное сияние в котором тени деревьев становились объёмными. Хофферсон невольно залюбовалась ещё не пробудившейся природой, отчего замедлила шаг. Впереди через тропинку перебежала Жуткая Жуть. Девушка хотела было потянуться к ножу но вспомнив слова Хеддока остановилась и замерла. Дракончик бросил взгляд на человек и секунду спустя скрылся в зарослях. Валькирия лишь усмехнулась и продолжила путь вновь чуть ускоряя шаг. Сколь бы ни была красива местная природа, сейчас нужно было спешить.       В овраге было тихо. Хофферсон спустилась и заметила Беззубика, лежащего на плоском камне. Дракон не спал, но явно скучал, смотря за плескающейся в озере рыбой. Роза Ветров сидела на берегу, подняв крыло под которым было заметно шевеление. Заметив Астрид дракон тихо зарычал чем заставил её вздрогнуть и чуть отступить.       — Что, Иккинг проснулся? — послышался голос Хедер. Девушка осторожно выглянула из-за крыла смотря в сторону Беззубика. Шипорез же издал странный звук. Хофферсон показалось что это было «нет».       — Привет, — неуверенно сказала Астрид.       — А, Астрид, — обрадовалась Вереск. — Я уж думала Иккинг опять в самый неудобный момент влезет, — расслабилась поднимаясь в полный рост. Девушка была голой и мокрой с ног до головы — вероятно только что купалась в озере. Попыталась отжать свои густые чёрные волосы, что было проблематично из-за их длины.       — В смысле? — не поняла Хофферсон. Хедер махнула рукой приглашая подойти ближе, вероятно не желая громко говорить. Девушка с опаской подошла, косясь на Шипореза.       — Ну, когда я только прилетела, у нас уже был один неловкий момент, — сказала всадница. Затем поспешила добавить. — По моей вине. Я в воду упала, решила переодеться, а было негде. Единственный остров этот, а самая удобная площадка — здесь. Я ж не знала что это база Иккинга. Он пришёл, Беззубик отвлёк Розу Ветров а я за ней пряталась и оказалась что называется в чём мать родила. С тех пор как-то не решалась никак помыться ибо его перемещения не отследить, он непредсказуем и скрытен как Разнокрыл, — усмехнулась девушка. — Дай пожалуйста мне чистую тунику, в сумке слева, — попросила Вереск.       — Нашла кому подобное рассказывать, — бросила девушка.       — Я с тобой честна. Да и, это была случайность, потому не думаю что логично кого-либо в этом винить. Просто было бы странно что за три дня такое случилось бы дважды, — объяснила Хедер. Астрид осторожно обошла дракона и протянула руку к сумке. Рептилия зарычала, заставив её отдёрнуть руку. — Эй, Роза Ветров! — возмутилась Хедер. — Прости, она порой своевольная. Стой и не вращайся, а то будет как в прошлый раз, — легонько стукнув дракона в бок сказала всадница. Астрид предприняла вторую попытку, на этот раз успешную. Открыла сумку и увидела покрывало, запасную нательную тунику, нательную рубаху, вероятно для ночи, моток верёвок и прочие походные мелочи. Вынув предмет одежды Астрид осторожно развернула его и протянула Хедер. Девушка приняла и начала одеваться.       — Иккинг упоминал что ты можешь рассказать мне какую-то историю о человеческой злобе. О том каких ты встречала людей, — вдруг вспомнила девушка.       — А ему то откуда известно? — удивилась Вереск. — Я эту историю рассказывала только Валке и вот Рыбьеног вчера поинтересовался.       — Может Валка рассказала ему? — предположила Астрид.       — Может, — пожала плечами девушка. — Если тебя интересует только вывод то он простой — люди злые и мне на пути попался только один настоящий человек который был хорошим. Именно человек. Все остальные даже с человеческими телами были драконами, — сказала она, выходя из-под крыла своей боевой подруги.       — Воу… — Астрид впечатлила красота Вереск. Сейчас тёмно-зелёная туника с ручной золотой вышивкой смотрелась на девушке совсем не так как лётный костюм или доспехи которые она носила обычно. Она сейчас воспринималась более женственно и Хофферсон невольно сравнила её с собой. Вообще раньше она не рассматривала подругу Иккинга, она была скрыта почти вся либо бронёй либо слегка мешковатой одеждой которую носила под ней и которую блондинка видела, когда Вереск ходила по оврагу без своих доспехов.       Шатенка была чуть выше самой Астрид, черты лица были похожими на таковые у самой Хофферсон, только подбородок был чуть уже. И глаза будто бы чуть уже, не свойственно викингам, словно когда-то давно в её предках были представители южных или восточных народов, о которых рассказывал Иккинг. Зелёные глаза очень напоминали глаза всадника, разве что оттенок был чуть теплее, скорее уходящий не в яркие изумрудные самоцветы, а в траву в солнечном свете сразу после дождя. Волосы вроде были каштановые но уходили в чёрный, потому в темноте или издалека было трудно определить цвет если не подходить ближе и не всматриваться. По телосложению девушки были похожи, обе тренированные, фигуристые и если Хедер обычно прятала свою естественную красоту под чуть мешковатой одеждой или доспехами, то сейчас, что пару минут назад что в этой тунике она выглядела даже для голубоглазой валькирии прекрасно и невольно заставляла сравнивать с собой.       Показалось что Хедер не уступала ей самой, а вспоминая тот вид что открылся ей буквально только что — на ней не было шрамов которые могли бы испортить её красоту. Валькирию неприятно кольнул тот факт что возможно в этом аспекте она уступает всаднице, но она отогнала от себя лишние мысли. Не стоит сейчас думать о всякой ерунде, шатенка с ней открыта и старается быть дружелюбной и искренней.       — Тебе идёт… — только и смогла вымолвить блондинка.       — Спасибо, — ответила девушка. — Порой устаёшь от доспехов и хочется чего-то лёгкого и простого, — она чуть улыбнулась.       — Что ты имела ввиду под драконами с человеческими телами? — перевела тему Астрид.       — Иккинг, Валка, я. Мы не люди, — девушка погладила Розу Ветров по шее, на что рептилия заурчала. — Люди ставят своими целями власть, богатство, благополучие. А мы не такие. Мы исследователи. Нам претит насилие без необходимости, как и драконам, мы не нападём первые, но драться мы умеем и многим фору дадим, — прижавшись щекой к рептилии сказала Вереск.       — Когда Иккинг открыл мне своё имя, он сказал что не хотел становиться убийцей. Но вчера я спрашивала, убивал ли он людей и он сказал что да. Я не понимаю, — посмотрев на Беззубика и спящего где-то с ним Иккинга сказала Хофферсон.       — Полагаю на тот момент ему не было разницы чью жизнь забирать, он не хотел убивать никого, хотя в итоге всё равно убил Красную Смерть, — Вереск подошла ближе. — Поможешь заплести косу? — попросила она.       — Я? — удивилась Астрид. С её точки зрения у неё никогда не получалось опрятно, потому едва ли у неё стоило просить помощи.       — Да, пожалуйста, — попросила девушка, садясь на валун рядом. Валькирия подошла к ней со спины и замерла в нерешительности, будто бы не понимая, правда ли ей дозволено прикоснуться к чужому для неё человеку. Впрочем, кажется шатенка себя чужой для Астрид не считала и спокойно доверяла. Впрочем заминку девушка заметила. — Тебе доверяет Иккинг, а я доверяю ему, потому и тебе, — пояснила она. — Да и опыт мне говорит, ты не плохой человек. Очень запутавшийся, но не плохой, — добавила Вереск. — А по поводу твоего вопроса. Раньше было так, да. Я слышала от Валки что Иккинг старался не нести смерть буквально никому, но всё изменилось когда где-то на юге его дракона попытались украсть и убить. Тогда в нём что-то сломалось. Он несмотря на все предостережения матери верил в то что людей можно исправить и когда люди покусились на самое дорогое что у него есть, его последняя человеческая частичка погибла. Он просто перестал считать людей людьми, для него люди стали не больше чем марионетки в руках богов, вроде живут, пока его не трогают, ладно, можно пошутить, можно заработать, можно как-то с ними взаимодействовать, но действительно одухотворённых среди них единицы — мы, всадники ну и отдельные люди в серой массе, да. Потому с тех пор он просто не задумывается над тем, плохо ли убивать людей и к чему это приводит. Для него ценны лишь жизни драконов. Думаю поэтому он ответил то что ответил, — пояснила Хедер.       — Это жутко, — поёжилась Астрид.       — Думаю тебе трудно представить каково это, терять дракона, — тихо сказала Хедер. — Я Розу Ветров один раз считай что потеряла. Если бы не Валка, я… я бы не была здесь.       — Я знаю каково это, терять родных и близких, — возразила Хофферсон.       — Но не дракона. Понимаешь, Астрид, дракон это не просто друг. Это не домашнее животное, не зверушка которая если погибнет, её можно легко заменить. Они очень умные, они всё понимают, просто их не наделили привычной и понятной нам речью, — девушка усмехнулась. — Валка рассказывала что Иккинг начал писать словарь драконьего, вероятно желая наладить более прямой контакт с рептилиями. Но думаю он немного фантазирует, они пусть и разумны, но всё же не мыслят словами как мыслим мы, — она посмотрела на бегущую по озеру рябь. — Дракон никогда не предаст. Он всегда с тобой до самого конца, в какую бы передрягу ты не попал и будет готов отдать за тебя жизнь. Как родные родители или братья с сёстрами. Только в отличии от них дракон не только твой щит и меч, спасающий от невзгод и поддерживающий в трудную минуту. Это так же свобода и крылья, о которых буквально никто не мог бы даже и мечтать. Представь за пару часов оказаться на другом конце архипелага, когда плыть на корабле туда неделю минимум. Он открывает тебе небо, в которое ты влюбляешься без остатка. Полёт занимает всего тебя от и до, стихия недоступная человеку и в то же время покорённая драконами. Человек скажет тебе «не думай об этом, это невозможно», даже самый преданный и близкий. А дракон скажет «нет ничего невозможного, давай вместе коснёмся звёзд». Никто не поверит в тебя сильнее твоего дракона. Даже если все отвернутся, даже если весь мир ополчится против тебя и будет обвинять во всём зле в Мидгарде, дракон останется на твоей стороне. И когда у тебя его забирают, — девушку повела плечами, тяжело вздохнув. — У тебя отрывают не только твою частичку души, что бывает при утере родных и близких. Тебя лишают крыльев, неба, красок и смысла к существованию. Такая рана не затягивается и лично я бы не смогла найти замену Розе Ветров и жить дальше будто бы ничего не случилось. Я вечно бежала от зла людей, у меня были несколько друзей но даже они не смогли защитить меня, слабую и беззащитную девушку от злого рока. А она смогла. Я обязана Розе всем, от и до. Своей жизнью, радостью и светом внутри себя, желанием жить, планами на будущее. Я слилась со своим драконом воедино, и через это проходят все всадники. Валка и Грозокрыл, Иккинг и Беззубик, я и Роза Ветров.       — Я… кажется понимаю что ты имеешь ввиду, — бросив взгляд на спящего Иккинга сказала Астрид. — Я ведь тоже стала зависима от кое-кого… настолько что потеряла цвета и краски, смысл к существованию и лишь с его возвращением чувствую что на самом деле живу.       — Неудивительно — Иккинг ведь дракон, — улыбнулась Вереск. — Такой дурашливый и бестолковый порой как и его Беззубик. И настолько же серьёзный и целеустремлённый.       — Спасибо, — после недолгого молчания сказала Астрид. — Твоя коса готова. — добавила она.       — Благодарю, Астрид, — девушка встала и потянулась. — Ты так рано не просто так, верно? — догадалась девушка.       — Да… — вспомнив зачем пришла, девушка неловко усмехнулась. — Мне Иккинг нужен. Ради молчания Плеваки пришлось пообещать что загадочный Фурия поможет ему в кузнице.       — Буди его тогда, — согласилась Вереск.       Хофферон подошла ближе и попыталась разглядеть среди Беззубика Хеддока младшего. Рептилия кажется поняв что нужно Астрид чуть приподняла крыло позволяя увидеть дремлющего парня. Свет попал ему на лицо и он поморщился.       — Иккинг, вставай, — позвала девушка.       — Мам, ещё минуточку, — заворчал юноша.       — Вставай, кому говорю! — схватив парня за плечо сказала блондинка, несколько ощутимо тряхнув его. Иккинг разлепил глаза и нахмурившись уставился мутным взглядом на стоявшую перед ним.       — Привет Астрид, — всё так же сонно сказал он. — Ты пришла мне сниться? — спросил он. Девушка удивлённо вскинула брови не понимая, шу тит ли он или правда ещё не проснулся и не понимаю что уже не спит. — Если да, то ложись, тут места много, — зевнув, парень устроился удобнее на хвосте рептилии и вновь закрыл глаза.       — Ты меня сейчас приглашаешь спать вместе с тобой? — уточнила девушка.       — Ага. Места на всех хватит, братец, ты же не против, правда? — всё так же сквозь сон сказал парень. Беззубик согласно уркнул. — Видишь, Беззубик не против.       — Когда он лёг? — спросила Астрид у бродящей по берегу озера Хедер.       — Не знаю, но я уснула раньше чем он закончил свои приготовления, отозвалась девушка.       — Понятно, — смущённо отведя взгляд сказала Астрид. Определённо, предложение Хеддока было заманчивым, жаль он не отдавал себе отчёта в том что говорит и едва ли соображал что происходит оттого нельзя было считать это за серьёзное приглашение.       — Иккинг, вставай, тебе надо помочь Плеваке в кузнице, — вновь попыталась растормошить всадника девушка.       — Папа, Плевака ворчун и от него вечно пахнет элем, можно я не буду затачивать мечи? Мы всё равно больше не воюем с драконами.       — Дай-ка я, — послышался голос Хедер и она подошла ближе с небольшим котелком в руках. Выплеснув ледяную озёрную воду девушка тут же отскочила в сторону и вовремя. Реакция у парня была нечеловеческой и шатенка едва успела увернуться от камня что просвистел у неё мимо виска. Юноша словно хищник припал к земле, готовясь к рывку, вероятно смертельному для нападающего. В его изумрудных глазах вновь вспыхнуло пламя Хельхейма.       — Что? — только и успела спросить златовласая валькирия.       — Иккинг один из лучших всадников которых вообще знает мир, его реакция сродни реакции дракона. Потому лучше простым людям так не делать, — объяснила свои действия девушка. — Этот парень среагирует быстрее чем сам сообразит что сделал. Даже я едва могу увернуться от такого броска, — она чуть улыбнулась, подходя к мокрому от воды Хеддоку. — Доброе утро, Иккинг, — протянув парню руку сказала девушка. Всадник помедлил но всё же принял помощь, поднимаясь в полный рост. Отряхнулся.       — Хедер, не надо так, — попросил он. — Я могу тебя ранить.       — Я знала с чем имею дело. Мама многое о тебе рассказывала, — сказала Вереск.       — Ты раньше так не реагировал, — заметила Астрид.       — Обычно я просыпаюсь либо сам либо это делают мягко, — отозвался юноша, потирая голову. Затем подошёл к Беззубику, перевернувшемуся на спину и заурчавшему.       — Астрид тебя тут трясла трясла, эффекта ноль.       — Да? У тебя руки моей мамы, — усмехнулся юноша. — Ещё одно доказательство что ты предначертана мне судьбой, — вновь включая свой обыденный стиль речи сказал всадник. Хофферсон закатила глаза но всё же улыбнулась его шутке.       — Руки мамы, сводная сестра, Иккинг, мне кажется ты совсем гнева богов не боишься, а? — решила развить вчерашнюю шутку Хедер, складывая в костровище новые ветки.       — О нет, я надеялась он забудет! — застонала Астрид.       — Да сейчас, — бросила девушка. Хофферсон хлопнула себя по лицу.       — А что случилось то? — спросил наконец юноша, садясь рядом с костром. Беззубик пустил тонкий луч плазмы и ветки загорелись. Хозяин его махнул рукой в сторону озера и дракон встал, потянулся и пошёл к воде. Хедер что-то шепнула на ухо Розе Ветров и Шипорез направилась за товарищем.       — Единственный способ убедить Плеваку молчать — помочь ему пару дней в кузнице. И он просил именно твоей помощи, — девушка скривилась вспоминая слова старика. — Я видите ли не обучена и это неэффективно.       — Астрид, я не могу, — попытался возразить Хеддок но девушка подняла руку пресекая споры.       — Либо так либо о нас поползут слухи. Я пыталась выторговать другой вариант но не вышло, — вздохнув закончила она. — Правда всё тот же Плевака дал мне задание найти безумца открывающего клетки с драконами. Таким образом мне вновь открыт лес и не придётся нарушать приказ твоего отца.       — Хоть что-то хорошее, — проворчал юноша. — В кузнице нередко бывает мой отец, нужно маску сделать прежде чем идти к нему.       — Сделать? — удивилась Астрид.       — Нет, скорее взять запасную и перекрасить чтобы не узнали. Это не долго, у меня есть краска, её надо развести только и можно работать, — сказал всадник. — Хедер, не против подсобить едой пока я занимаюсь красками? — попросил он.       — Я пожарю на всех, — согласилась девушка и направилась в сторону озера, где резвились драконы.       Астрид отошла в сторону и задумчиво наблюдала за всадниками. Они совсем не походили на викингов. Обычные люди просыпались и тут же в дела, в заботы. А эти двое радовались новому дню, дурачились хотя давно не дети, смеялись, шутили и казалось их вообще ничего не беспокоит. Это выглядело так странно для неё. Нет, викинги были весёлым народом, но даже весельчак Плевака не настолько был беспечен как всадники на драконах. Неужели это часть той свободы что дают драконы? Улететь от всех проблем и не думать о том что в будущем может случиться что-то плохое? Впрочем, имея возможность улететь в любой момент куда угодно, едва ли их действительно что-то волновало кроме того что они сами считали важным.       Невольно вспомнился вчерашний день, а затем и прошлое. Иккинг хорошо подходил как пример такого взгляда — он не был уверен в том как относиться к Астрид и старался сохранить как можно больше путей для отступления, держал что-то в тайне, что-то прятал, присматривался к ней, но стоило ему решить для себя что ему важно быть с ней и спасти её от Сморкалы и деревенских правил, и он включился в это дело на полную. И даже сейчас не спорил и не сомневался в необходимости идти к Плеваке, просто поверил что варианта лучше просто не было и готовился встретиться со старым другом и учителем. Он считает её важной.       Невольно вспомнилось и признание и поцелуй и то странное чувство эйфории, настолько прекрасное что девушка не сдержала слёз. И нежность что ощущалась от парня. И пусть сегодня он опять был слегка беспечным развязным и самонадеянным, он всё по прежнему любил её, а она любила его.       Так странно было признаваться даже самой себе что кого-то любишь, и тем не менее это случилось и что с этим делать дальше — девушка не имела ни малейшего понятия.