Изумрудные глаза, что исчезли.

      Когда Иккинг пришёл в овраг, застал тихий час. Вереск дремала в тени деревьев, впрочем стоило ей услышать его шаги и она приоткрыла один глаз и, убедившись что идёт не враг, вновь вернулась в состояние полудрёмы. Астрид свернулась на боку и тихо сопела. Юноша приблизился к ней настолько бесшумно насколько вообще мог со своим протезом. Хофферсон выглядела умиротворённой и очень возвышенной. Не даром её называли валькирией. Ей очень шёл этот безмятежный образ.       Хеддок аккуратно присел рядом с ней, всматриваясь в её мягкие черты лица. Аккуратно убрал прядь золотых волос, полезную ей в глаза, завернув за ухо. Девушка поморщилась и попыталась отмахнуться от юноши но он сам отпрянул от неё, не позволяя себя коснуться. Ему показалось что стоит ей ощутить его присутствие и она тут же проснётся, а сейчас ему этого хотелось меньше всего. Она была слишком красива и прекрасна когда спала, когда не думала о проблемах, сложностях, о долге и о будущем. Жаль что стоило ей открыть глаза и отец с викингами и Сморкала с турниром занимали всё её внимание.       — Думаешь украсть её и увести в ледяную крепость? — раздался тихий голос Хедер. Кажется она вновь проснулась и вновь в сон не уходила. Иккинг поднялся на ноги и подошёл к товарищу, уперев руки в бока.       — Да, было бы неплохо, — сказал он, потянувшись. — Она не смогла бы улететь обратно ибо своего дракона у неё нет да и направлениее она бы не запомнила, — добавил он, затем посмотрел на Хофферсон. — Но тогда я ничем не буду отличаться от отца и его подручных. Ей нужен выбор, хотя бы какой-то.       — Мама хорошо тебя воспитала, — шатенка чуть улыбнулась и протянула парню руку. Он одним движением поднял её и она встав на землю принялась разминать затёкшие руки.       — Наверное… — неопределённо ответил всадник. — Как вы тут? Прости что пришлось с ней возиться.       — Тебе не за что извиняться, — поспешила ответить Вереск. — Во-первых, я сама вписалась в твою авантюру, ты гнал меня отсюда, видит Тор, во-вторых, я могла так же сослаться на дела и уйти, оставив её одну, так что это мой выбор — развлекать твою девушку пока ты занят.       — Так непривычно слышать подобное, — усмехнулся Хеддок.       — Где твоя наглость и самонадеянность? Радуйся, умник, ты добился своего, она будет твоей в ближайшее время, и если ты не напортачишь, то не только формально благодаря турниру, — легонько стукнув парня в плечо сказала зеленогазка.       — Я рад, просто это непривычно. Знаешь, любое напускное слетает стоит ситуации принять серьёзный оборот, — он вновь глянул в сторону спящей Хофферсон.       — Знаю. Потому то что ты вообще вписался за неё — поступок уже не юноши ищущего приключений, а мужчины, — Вереск направилась к воде. — Мы немного потренировались. Я показала ей упражнения для контроля над телом — удержание равновесия. Ей понравилось.       — Полагаю, понравилось в твоём исполнении, — догадался всадник Ночной Фурии.       — Да, — просто согласилась девушка, присаживаясь рядом с водой, ополаскивая в ней руки. Утёрла лицо, взбадриваясь. — То что ты ей показывал было немного неподробно чтобы она поняла как конкретно можно использовать те приёмы которыми ты одолевал её.       — Все мои карты раскрыла, — наигранно обиделся юноша. Затем улыбнулся. — Шучу, не беспокойся. Из тебя выйдет лучший учитель чем из меня, мне драконы ближе.       — Мы знаем друг друга лично меньше месяца, но ты делаешь такие выводы? — сказала шатенка, бросив снизу вверх на парня настороженный взгляд.       — Ты знаешь обо мне многое ибо мама частенько тебя навещала после твоего возвращения с юга. И ты немало знаешь обо мне, чуть ли не больше чем я о тебе. И тем не менее я так же кое-что слышал о тебе и мама успела мне кое-что рассказать, — сказал парень. — Маме я доверяю и потому считай что знаю тебя, пусть и не лично. Ты умна, чутка и очень талантлива, ты поладила с одним из самых вредных и привередливых драконов, Шипорезом, ты нашла подход к Катастрофическим Землетрясам на острове Громмелей вдали от архипелага, хотя с этими драконами в принципе стараются просто не связываться. Тебе удалось договориться с ними, чтобы они ушли с территории Громмелей и не поедали их камни, ведь иначе это могло бы обернуться массовым переселением Камнеедов на другие острова и проблемами.       — Так говоришь будто я решила вопрос дипломатией, — чуть смутившись столь хвалебной речи сказала Хедер.       — А не важно как. Ты решила вопрос и ни один дракон не пострадал. Я не возьмусь предполагать, вышло бы у меня хуже или лучше, факт остаётся фактом — ты умеешь гибко мыслить, несмотря на то зло что ты получала от людей ты не ненавидишь их и просто сторонишься, ты готова помочь друзьям даже если затея тебе кажется сомнительной, мне продолжать перечислять твои сильные стороны? — совсем вгоняя девушку в краску выдал Хеддок младший.       — В мире всё относительно, для тебя здесь сила, для кого-то слабость.       — Я оцениваю всё со своей точки зрения и ты помогаешь мне, и я это ценю. Может мы и не странствовали годами вместе и не прикрывали друг другу спины в рейдах на Охотников на Драконов, но я уверен что тебе можно доверять, и даже не потому что мама доверяет тебе, — Хеддок вынул маску и присев рядом с девушкой принялся отмывать её от пота, оставшегося после работы в кузнице.       — Даже не знаю как это назвать… — усмехнувшись выдала Вереск. — Чрезменая уверенность в собственном чутье?       — Можно и так сказать. Оно меня редко подводит, — ответил всадник. — И моя же чуйка говорит что с людьми тебе ладить проще чем мне.       — Это ты ходишь в деревню к викингам, ты посещаешь города и даже знакомых в нескольких имеешь, — напомнила всадница.       — Да, но я больше склонен рисковать. Ты просто ещё не дошла до того чтобы искать среди людей друзей, — сказал её собеседник. — А я уже стадию отторжения от людского общества прошёл. Однажды ты так же как и я будешь под десятком кличек словно призрак появляться то тут то там и везде будут знакомые, друзья и враги, на каждую твою личину. И что-то мне подсказывает что друзей у тебя будет больше чем у меня.       — Посмотрим, — невесело бросила девушка, не желая продолжать этот разговор.       — Если научишь Астрид хотя бы частично тому чему нас учила мать, то возможно мне даже не придётся вписываться за неё на турнире, — сменил тему Хеддок.       — С чего ты взял что меня учила Валка? — удивилась девушка.       — У нас схожие техники боя, судя по тому что ты мне только что сказала. А меня технике столь рискованных манёвров учила мама. Она же и изобрела этот стиль боя и единственная кто действительно нашла способ его применять, — усмехнувшись ответил парень.       — Всё то у тебя так логично, — улыбнувшись ответила Хедер.       Послышалось шевеление и всадники обернувшись заметили проснувшуюся Астрид. Она села и смотрела на них слегка туманным взглядом, ещё не до конца осознавая что происходит.       — Привет, Астрид, — Хеддок встал и подошёл к девушке, приседая перед ней. — Как дела?       — Иккинг? — вопрос прозвучал максимально глупо но её сонный мозг выдал только это.       — Он самый, собственной персоной, твоя судьба и твой пленитель в одном лице, — артистично заговорил он, делая наигранно серьёзное выражение лица.       — Как Плевака? Не доставал? — игнорируя его настрой перешла к делу девушка.       — В целом нет. Поспорили немного но в остальном работается с ним так же как и в детстве, — ответил Хеддок. — А ты как?       — Меня отделала твоя подружка, — честно призналась девушка. — Притом изящнее тебя.       — Хедер сама изящность, — улыбнулся всадник. — Я полагаю что если ты это признаёшь, то у неё определённо есть чему поучиться, — добавил он.       — Эй, — возмутилась блондинка.       — Не ревнуй, Астри, — мягко произнёс парень. — Мы народ свободный, что думаем то и говорим. А запретить думать никто не вправе.       — И о чём же ты думаешь смотря на меня? — прищурившись спросила девушка. Несмотря на выраженное спокойствие её сердце чуть сжалось в ожидании.       — Что ты очень красивая, пусть и порой ворчливая и холодная, и что тебе идёт коса, что ты милая когда спишь и не думаешь ни о чём плохом, и что моя бы воля я бы тебя украл и спрятал от отца далеко за горизонтом. Но я не могу так поступить со своей судьбой, ведь я пообещал что у тебя будет выбор, — погладив девушку по волосам сказал всадник. Она отвела взгляд, чуть смутившись. Затем вспомнила своё сравнение себя с Хедер и невольно спросила:       — А о ней? — посмотрев на Вереск спросила девушка. Иккинг обернулся, окидывая взглядом подругу.       — Что ей стоило бы почаще носить платья и более женскую одежду, ибо ей очень идёт подобный образ. Коса как причёска не очень подходит, я думаю лучше подошли бы распущенные волосы или возможно какая-то более сложная причёска, но мне трудно сейчас это представить. Возможно вплести цветы в волосы или сплести ей венок, не знаю. Её фигуре не помешало бы что-нибудь более открытое или лёгкое, что подчёркивало её грацию и изящность, — ответил Хеддок.       — А про мою фигуру что ничего не сказал? — возмутилась Хофферсон.       — Ну так её я видел без одежды а тебя нет, — просто ответил он. — Ориентируюсь по тому что вижу, — поднявшись в полный рост сказал юноша. — Это была случайность, если кого и дубасить за подобное то меня, я невовремя пришёл, — поспешил добавить он.       — Да, она мне уже рассказала, — усмехнулась валькирия. — И ты даже не подумал о том чтобы скрыть подобное от меня? — посмотрев на парня снизу спросила девушка.       — А зачем? Я же не подглядывал за ней специально или склонял к чему-то силой или лестью, верно? Случайность на то и случайность что ответа мы за неё не несём. Ни я ни она.       — Да, она примерно то же сказала. Вы очень похоже мыслите, — заметила златовласая валькирия, вставая наконец с земли.       — Нас воспитывал один человек. Полагаю что до какой-то степени Хедер можно называть моей сестрой, — ответил юноша.       — Сейчас могло быть продолжение той шутки про сестёр и твой нездоровый интерес к родственникам, — пихнув парня в бок сказала Астрид.       — Ой, да ладно вам! — возмутился он. — Меня высказывание отца повеселило а вы всё вывернули в то что это у меня то какой-то нездоровый интерес?       — Спокойнее, Иккинг, я пошутила, — улыбнулась девушка, впрочем так и не рассмеявшись.       — Ладно, ловлю на слове, — заметил он.       — И с чего ты вдруг такой открытый? То из тебя не вытянешь и слова, то ты спокойно высказываешь слова за которые любая девушка дала бы в нос, — удивилась Астрид.       — Я принял решение в отношении тебя и буду следовать ему. И на основе этого решения я так же с тобой открыт и доверяю тебе как самому себе, потому не вижу смысла скрывать свои истинные мысли и мотивы, — ответил всадник.       — Что же… ценю, но учти что подобное описание в отношении другой девушки это…       — Предательство в отношении к твоей девушке или супруге. У викингов может и так, но мы — всадники, что видим то и говорим, по крайней мере друг с другом. Есть вопросы в которых мы молчим или уходим от ответа — мама так и не знает где я конкретно нахожусь. Но в остальном — полное доверие, и если я считаю Хедер красивой и привлекательной, я так и скажу. И то что я говорю это открыто это подтверждение моих чувств к тебе, ведь я не пытаюсь создать у тебя ложное ощущение безопасности основанное на обмане. Да, она привлекательна, да красива, и да, волей случая я видел больше чем тебя, но я доверяю тебе и открыт к тебе, и люблю тебя, именно поэтому говорю правду вместо того чтобы ложными словами одурманивать твою голову. Если ты любишь меня, то тебе не нужны ложные островки безопасности чтобы делать это, ты просто любишь. Если же они тебе нужны и подобное может разрушить твоё отношение ко мне настолько что ты решишься поднять на меня руку, значит твоя любовь не столь искренняя чтобы воспринимать открытость спокойно, а значит и вопрос, зачем нужно что-то в этом случае строить если одна из сторон не готова открыться второй?       — То есть я могу сказать о тебе всё что думаю и это не должно тебя обидеть? — изогнув бровь спросила блондинка.       — Это может меня ранить с той точки зрения что например какие-то важные мне аспекты будут обесценены или достижения приуменьшены, в особенности если они сделаны ради тебя. Но в остальном это в первую очередь мне сигнал что над чем-то нужно работать а где-то я и так хорош и можно из кожи вон не лезть. Так что я готов принять любую критику в свой адрес, сколь бы острой она ни была, — он отвесил девушке шутливый поклон.       — Ты самонадеянный и дерзкий придурок что порой не знает меры и забывает о личных границах, — выдала Астрид. Иккинг и бровью не повёл.       — Знаю, буду бороться, миледи. Жизнь бродяги на воспитании хорошо не сказывается, если для вас это существенно, я постараюсь вести себя скромнее, — спокойно ответил он.       — Серьёзно? — удивилась валькирия. Иккинг кивнул. — Тогда полагаю у меня нет причин на тебя сердиться за столь честное описание твоей подруги.       — Хочешь и тебя так опишу, — хитро прищурившись сказал Хеддок. — Знаешь, для этого нужно всего лишь… — он сблизился с девушкой, легонько подцепив краешек её туники пальцем.       — Спасибо, обойдусь! — убрав его руку от себя поспешила отказаться девушка. Её дыхание сбилось от столь неожиданного и на удивление чувствительного движения. Она на мгновение ощутила как кожа юноши коснулась её в районе шеи когда он делал ей столь дерзкое предложение. Ощущение от этого было странным — не было желания ударить или возмутиться, скорее мысль об исполнении предложенного заставляла смущённо отводить взгляд в сторону.       — Как хотите, — подняв руки сказал парень отходя назад. — Полагаю нам надо обсудить ближайшие планы, верно? — и вновь как мастерски он меняет тему. — Сейчас приготовим ужин и можно будет обсудить планы на завтра.