Солнечный свет

Утро всегда наступает неожиданно. Солнце показывается на небе, разгоняя ночную тьму. С первыми лучами просыпаются птицы, и всё вокруг будто оживает. Солнце, словно надежда на что-то хорошее. Новый день будет лучше предыдущего. Но иногда наша жизнь не так радужна, и за своими проблемами, которые наваливаются как снежный ком, порой не замечаешь что-то прекрасное перед тобой. Жизнь — черно-белое кино, а каждый день как на повторе. После замужества Элизабет была счастлива от силы три месяца — до первого непонятного срыва Ника. Тогда он пришёл домой очень злой. «Видимо, на работе что-то случилось», — такой вывод сделала Купер. После вопроса Бетти он кинул на неё взгляд полный холода и раздражения, от которого девушка поежилась. Она хотела поддержать мужа без слов, просто обняв. Но Ник, гневно воскликнув: «не трогай меня», оттолкнул Элизабет от себя, словно прокажённую, а когда она упала и больно ударилась головой — усмехнулся. С тех пор каждый день был почти как «День Сурка». И Бетти терпела… так долго терпела. Этим утром, проснувшись одна в постели, она даже невольно улыбнулась, несмотря на головную боль. Комната, естественно, не была ей знакома. Бетти уснула в машине, а друг Вероники не стал будить её. Джагхед принёс её и уложил, словно маленькое дитя. Неловко. Она лежала поверх всех покрывал, заботливо укрытая пледом. Мило. Поднявшись с кровати, Элизабет поправила её и аккуратно сложила плед. Она осмотрелась, заостряя внимание на каждой детали. В комнате все было просто, без всякой вычурности. Белые стены, притягивающие в спальню больше света, мебель из дерева светлого дуба не смотрелась громоздко, контрастом были темные шторы и покрывало на кровати. Декор в виде картин в стиле импрессионизма и абстрактных статуэток добавляли живости спальне. Бетти вышла из комнаты, разглядывая жильё Джагхеда. На втором этаже, где она находилась, было ещё три комнаты: дальняя заперта, ванная и ещё спальня поменьше — две другие. «Странно, почему та дверь закрыта?» — подумала Купер, спускаясь по винтовой лестнице. Внизу ей открылся вид на современную классику гостиной в бежевых и молочных тонах. Если бы Бетти не жила в доме своего мужа и попала сюда после своей маленькой квартирки в центре Ривердэйла, то восхитилась бы, наверное, изыском и дороговизной каждой детали. Богатство, деньги и статус для Элизабет всегда были чужды. Она росла без родителей, лишенная любви и тепла семейного очага. Несмотря на это, являлась очень доброй, мягкой девушкой, цепляясь за любую возможность познать и почувствовать на себе это прекрасное чувство. Она просто хотела любить и быть любимой. Бетти до жути боялась одиночества. Оно накрывало её, душило, нагоняя мрачные мысли и депрессию. Наверное, поэтому Купер вышла замуж за первого встречного, едва его узнав. Придумала свою сказку, принимая отчаяние за любовь. Бетти подошла к стойке, отделяющей огромный зал от столовой с длинным обеденным столом и мягкими стульями, каждое из которых выглядело как королевский небольшой трон. Элизабет взяла в руки хрустальную статуэтку, разглядывая её причудливые формы. Солнце, которое светило через огромное окно во всю стену, создавало блики от преломления лучей. Бетти крутила её, наблюдая за радужным отсветом. — Уже осмотрелась? — резкий мужской голос испугал Элизабет, девушка вздрогнула, уронив статуэтку. Она упала на паркет, разбиваясь с громким звоном. Купер обернулась, виновато посмотрев на Джагхеда. Он был одет в серую майку, пропитанную потом, спортивные штаны и кроссовки. В руках держал бутылку с холодной водой и Бетти сглотнула, смачивая пересохшее горло. Жутко хочется пить. Парень небрежно прошёлся ладонью по густым волосам, откидывая их с лица, — Какая досада, она так мне нравилась, — покачал головой Джаг, криво улыбаясь. — Извини, — Элизабет потупила взгляд, заливаясь краской, — Я сейчас всё уберу, — она в порыве куда-то кинулась, но потом до неё дошло, что не знает, где находится веник. Она остановилась, захихикав от своей глупости. — Ничего, я же пошутил, — Джагхед засмеялся, — Пойдём, я тебе всё покажу. Раз уж ты временно живёшь здесь, должна чувствовать себя комфортно. — Спасибо, — искренне прошептала Элизабет, — Правда, я не знаю, что бы делала без тебя, но я бы не вернулась к Нику. Не могу больше терпеть… это, — на глаза девушки навернулись слёзы, её передернуло от одной мысли, что муж снова будет рядом. — Не переживай, Бетти, — Джагхед хотел её хлопнуть по плечу, но она отшатнулась из-за резкого движения парня, — Извини, не хотел тебя напугать. — Это уже, наверное, привычка, — она с досадой усмехнулась. Бетти задумалась. Неужели, её Ник довёл до такой степени, что она боится теперь любых резких движений. Джагхед ей вреда не причинит — она знала, но это было чем-то вроде инстинкта. Это тоже своего рода дрессировка, как не печально — факт. — Тебе надо подать на развод, — Джагхед прошёл на кухню, махнув Бетти рукой, чтобы она последовала за ним. Джаг быстро поставил чайник кипятиться и повернулся к девушке, облокачиваясь на столешницу. — Как? — Бетти скривила лицо в знак поражения, потому что в первую очередь, она фактически бомж, не говоря уже о Нике, который не даст развод, — Я сбежала в том, что успела надеть. У меня нет ни документов, ни денег. — Я помогу, — Джаг обнадеживающе улыбнулся, — Документы восстановим. Купим тебе одежду и всё необходимое. За деньги не волнуйся. — Спасибо, — снова поблагодарила Бетти, — Я за всю жизнь с тобой не расплачусь. — Друзья Вероники — мои друзья, я всегда рад помочь, — подмигнул Джагхед, — Наверное, ты очень проголодалась, могу предложить только бутерброды, — Джонс достал из холодильника колбасу и сыр, — Я с некоторых пор не готовлю, мама иногда присылает свою домработницу, боится, что я с голоду помру, — он смеётся, нарезая всё для бутербродов. Джагхед скрывает много тайн. Заботливый и внимательный, но что-то в нем проглядывается странное. Даже когда он улыбается, глаза остаются холодными и какими-то неживыми. «И почему Джаг закрывает свою комнату на ключ?» — Бетти было очень любопытно. — Это не проблема, я люблю готовить, — оживилась Элизабет, — Хоть что-то же я должна делать, я и убираться могу. — Убираться не обязательно, а насчёт готовки — как хочешь, — сказал Джаг, на ходу жуя бутерброд. — Ты ешь, а я в душ. Через час придёт врач осмотреть тебя.

***

Как бы не пыталась Элизабет отговорить Джагхеда, что не надо никакого врача, он настоял на своём. Это их семейный доктор, она тактична и компетентна в своём деле. Так и оказалось. Женщина провела осмотр, очень мягко указывая, что делать, и задавая вопросы. Перед тем, как уйти, она сказала, что Бетти молодец. Никогда не стоит терпеть унижения и всегда нужно уважать себя. Голос доктора был таким ласковым, что Бетти невольно вспомнила медсестру, которую очень любила в детстве. Когда ей было девять, Элизабет пролежала в больнице с воспалением лёгких две недели. Миссис Смит — так звали медсестру, она заботилась о Бетти больше всех. Угощала сладким, следила, чтобы девочка поела, даже иногда оставалась с ней на ночь. Конечно, маленькая Бетти сразу привязалась к женщине. Она не знала до этого, что такое забота и ласка. Она мечтала, чтобы миссис Смит её удочерила, стала мамой. Но женщина просто проявляла милосердие к девочке. Когда Элизабет выписали, она с разбитым сердцем вернулась в детдом. Джагхед постучался, заглядывая в комнату Бетти. Девушка кивнула, чтобы он заходил. Он сел на кровать чуть поодаль от Купер, и испытывающе на неё смотрел. Ей была приятна настойчивость Джага, хоть и Элизабет понимала — он делает это ради своей подруги детства. А это значит, что Джагхед хороший друг. Может и для неё он станет таким. — Я же говорила, со мной всё в порядке, — нарушила тишину Бетти, — Синяки заживут, всегда заживали, — тяжёлый грустный вздох вырвался из девушки. — Надо было это проверить, врачам лучше знать, — пожал плечами Джаг. Потом хотел что-то спросить, но замолчал, видимо, подбирая слова. По его виду можно было сказать, что его мучает вопрос, — Слушай, я не хочу тревожить такими вопросами, но спросить должен, — он посмотрел сконфуженно на Бетти и та кивнула, — Я знаю, он тебя не только бил… Прости… Может такое оказаться, что ты забеременеешь? Элизабет чуть не задохнулась от осознания, что и правда могла забеременеть от Ника, не будь у неё головы на плечах. Просто представить страшно. И если бы она три месяца назад в тайне от мужа не стала принимать противозачаточные, то явно сейчас бы была в положении, потому что Ник перестал в один момент предохраняться. Но почему Джагхеда так волновал этот вопрос? Конечно же, понятно, ему не нужны лишние проблемы. — Нет, — твёрдо ответила она, — Не переживай насчёт этого. Я не создам тебе лишней проблемы. — Раз уж я сегодня не пошёл на работу, давай пообедаем и съездим тебе вещей купить, — подмигнув ей, Джагхед встал и Бетти последовала за ним. На вид Джагхеду около двадцати пяти, а он имеет такое шикарное жильё. Интересно, чем же парень занимается? Явно не официантом в кафе подрабатывает. — А где ты работаешь? — не выдержала Бетти, задав вопрос. — Главным редактором в «Лос-Анджелес таймс», — улыбнулся Джаг, — Уже почти пять лет. Бетти тоже имела в себе прозаическую жилку, любила писать. В школьные годы занималась газетой, создавала статьи с абсолютно любым направлением и темой. Но повзрослев, она для себя поняла, что есть ещё кое-что близкое её душе. То, чем она, действительно, хотела бы заниматься в будущем. Она мечтала стать адвокатом. Справедливость — вот, что её всегда волновало. — Вау, — глаза Бетти округлились, уж она знала, как это круто, — Ты много работаешь, если можешь позволить себе такой дом. — Квартиру мне подарили родители на свадьбу, — быстро произнёс Джаг, — Это единственное, что я от них принял. Так всегда сам справлялся и добивался всего. Но Элизабет зацепилась только за одно слово, не понимая, почему её это так волнует. Она не заметила ни женских вещей, ни самого присутствия жены Джага. — Ты женат? — удивленно спросила она. — Нет, — твёрдо ответил Джагхед, давая понять, что не желает дальнейших расспросов.

***

Они молча ехали в машине, направляясь в какой-то ресторанчик пообедать. Затем по плану были магазины. Бетти было очень неловко от всего: мало того, что теперь будет жить у друга Вероники, так ему ещё придётся кучу денег потратить на Купер. При возможности, она вернёт всё ему, до копейки. Устроится на работу. Всё равно теперь ей не закончить университет, наверное. Бетти училась на юридическом факультете на заочном отделении. Ник настоял на этом, утверждая, что жена ему нужна дома, а не целыми днями на парах. — Он ищет меня, наверное, — внезапно нарушает тишину Бетти, сама не ожидая от себя, что скажет это вслух. — Пусть ищет, — кивнул Джаг, мимолетно взглянув на девушку, — Даже если найдёт, я не дам тебя в обиду, — подмигнул он. Элизабет широко улыбнулась, веря, что это правда. На сердце разливалось тепло. «Он такой… надежный?» — подумала Бетти, не зная, какое слово подобрать. — Спасибо, — прошептала Купер. — И миллион первый! — засмеялся Джаг. — Что? — не поняла Бетти, немного смущаясь восклицанию Джагхеда. Так комфортно было рядом с ним. Его искренний смех вызывал улыбку и поднимал настроение. Шуточки и подколы Джагхеда, на которые, возможно, когда-то бы она и обиделась, но эту Бетти они веселили. Его грустные синие глаза оставались без эмоций, даже когда он широко улыбался. Наверное, они похожи чем-то — оба с разбитыми сердцами. Джагхед — загадка, которую хочется разгадать. — Столько раз ты за сегодня сказала «спасибо», — пояснил Джаг, паркуя машину перед рестораном. — И ещё скажу столько же, Джагхед, — промолвила Бетти, серьезно взглянув в синие глаза парня, — Я всё верну, пойду работать. Я не хочу быть проблемой для тебя. — Ты не проблема, Элизабет Купер.