Солнечный свет

Pink, Nate Ruess — Just Give Me a Reason.

— Конечно соглашаться, Бетти! — восклицает Вероника. Голос подруги звучит из экрана ноутбука, стоящего на журнальном столике. Сама Элизабет сидела на огромном бежевом диване, сложив ноги по-турецки. На часах было пять вечера. У Ронни выдалась свободная минутка, и она предложила созвониться в видеочате. Арчи так и пропадал в офисе, а Вероника осталась дома, чувствуя недомогание. Подруга рассказала ей подробнее о проблемах бизнеса «Эндрюс-констракшн». Хоть Элизабет не понимала всех нюансов и деталей, выслушала Веронику, поддержав её переживания. Бетти обрадовалась возможности подольше поболтать, она умирала со скуки, проводя время в одиночестве, пока Джагхед был на работе. Купер рассказывала о прошедших двух неделях. Отвечая на вопрос Вероники о том, не обижает ли её Джонс своей грубостью и резкостью. Они хоть пока и не открывали тему о Нике, Ронни, видимо, понимала, что у Элизабет могли остаться психологические проблемы из-за него. «Нет, Джаг — он заботливый», — как-то мягко ответила она, сразу замечая подозрительный прищур Ронни в экране ноутбука. Беттс быстро перевела тему, рассказывая о предложении оплатить учебу с последующим возвратом, когда будет в состоянии это сделать. Джагхед и так столько для неё сделал и собирается сделать — помощь с разводом — это самое главное, в чем она будет благодарна Джагу. Элизабет очень хотелось согласиться на эту сделку, но было неловко. Оплата университета — это не кофточка в бутике «H&M». И вообще, она чувствовала уже себя содержанкой. Когда эта мысль промелькнула в её голове, Купер горько усмехнулась — с Ником всё так и получилось. Не специально, она никогда не добивалась чего-то, что могло быть лучше её собственной жизни. Ей роскошь никогда не была и не будет нужна. Бетти не «гонялась» за деньгами, ценя в большей степени человеческие отношения. — Аллё, на палубе, — пропела Ронни, закатывая глаза, — Твои мысли ушли куда-то далеко от меня, детка. — Прости, Ви, — Купер смутилась, — Что ты там говорила? — Эх, — вздохнула она, в упрёке качая головой, — Я сказала, что это твоя мечта. Если тебе дают шанс ей сбыться, то глупо от этого отказываться. — Наверное, ты права, — Элизабет задумчиво отводит взгляд в сторону, а потом продолжает, — Но работу я всё же найду. — Как знаешь, детка, — улыбнулась Эндрюс, — Что там с разводом? Бетти нервно закусила губу, понимая, что они совсем близко к разговору о совместном прошлом Элизабет с Ником. Ей тяжело об этом думать, не то что говорить, несмотря на то, что воспоминания преследуют её навязчивыми снами, мелочами и фразами, которые возвращают её мысли в особняк мужа. — Завтра встреча с адвокатом, — тихо ответила Бетти. Документы должны быть готовы уже сегодня. Джаг сказал, что сам заберёт их, чтобы Бетти не разгуливала одна по городу. Через знакомых Джагхеда они заявили об утере всех документов Бетти, но так как она родилась и долгое время жила в Ривердэйле, на восстановление требовалось больше времени. В любом случае, другого выхода не было, потому что Купер никогда больше не ступит даже на порог дома Николаса. Она надеялась больше его ни разу не увидеть, хоть и понимала, что встреча рано или поздно неизбежна. — Малышка, не переживай, — ласково произнесла Эндрюс, — Я ни о чем больше спрашивать не буду, сама расскажешь, когда захочешь. Все будет хорошо. — Спасибо, Ви, — прошептала Элизабет, едва сдерживая слезы, — Я скучаю по тебе. — Я тоже, милая, — она широко улыбается, — Как только появится возможность, я приеду, — пообещала Ронни. Велев Бетти потом всё ей непременно рассказать после встречи с адвокатом, попрощалась. Когда-то Вероника с родителями переехали в родной город её матери — Гермионы Лодж. И девушка появилась в их школе в последний год обучения, явно становясь предметом обсуждения остальных учеников. Новенькая в выпускном классе, дочь самого Хирома Лоджа — местного магната Лос-Анджелеса, который по каким-то причинам сбежал со своей семьей в тихий Ривердэйл. Конечно, девушка отличалась от одноклассников своими манерами богачки и вкусом к одежде. Несмотря на это, Бетти, немного пообщавшись с Вероникой, сделала выводы для самой себя: юная Лодж была очень умной и начитанной. Хорошее чувство юмора, коммуникабельность располагали к себе. С первой минуты они нашли общий язык, болтая на разные темы. С ней было так легко и весело, что они с Бетти быстро стали хорошими подругами. Элизабет жила в приюте для детей, но ходила в обычную школу, потому что в маленьком городе было всего два учебных заведения: на севере и юге. В начальных классах это было в некоторой степени жестоко — наблюдать, как любящие родители заботливо подвозят своих чад в любую погоду, когда она шла под проливным дождем, зябко кутаясь в тонкую ветровку. На концерты и спектакли одноклассники звали мам и пап, а они потом хвалили своих малышей, даря крепкие объятия. Чем становишься старше, тем меньше ждешь чуда. С каждым годом Бетти теряла надежду на то, что однажды придёт мама, и будет все хорошо. Или её удочерят хорошие люди, заменяя родных родителей, которые бросили её. Разбитая потерянная девочка, которая никому не нужна. Она даже не знала каково это — иметь друга, хотя была очень добрым и мягким ребёнком. Арчи — её лучший друг, появился в жизни девочки, когда Элизабет было девять лет. Бетти с нетерпением ждала зиму, чтобы местное озеро Свитвотер плотно затянулось льдом. Купер брала старенькие коньки, подаренные местной надзирательницей приюта, и шла туда. Бетти обожала фигурное катание: она с восхищением смотрела по телевизору на фигуристок, пытаясь потом самостоятельно повторить хоть одно невероятное движение. В один из таких дней она решила покататься. Наслаждаясь прохладному встречному ветерку, ощущая чувство полёта, словно она свободная птица, выполняла простые элементы, которым самостоятельно научилась. Когда после прыжка Бетти приземлилась на лёд, раздался треск, казалось, раскатывающийся на всю округу. Девочка не успела ничего понять, как оказалась в ледяной воде. Элизабет держалась на плаву, пытаясь выкарабкаться, но лёд проваливался под напором её рук, а тяжелые коньки тянули вниз. Она замёрзла, отчаялась и уже не чувствовала конечности, думая, что вот он — конец её короткой жизни… Десятилетний Арчи Эндрюс появился так же неожиданно, как и она провалилась под лёд, по счастливой случайности гуляя недалёко от озера. Он прополз на четвереньках ближе к девочке, веля как можно крепче хвататься за палку, которую он отыскал, пока бежал к тонущей девочке. Элизабет часто вспоминала о геройстве Арчибальда. Тогда она не только второй раз родилась, но и приобрела друга, ведь он единственный её потом навещал в больнице, когда Бетти лежала с воспалением легких. Тишина и вид потухшего экрана ноутбука начали нагнетать скуку. Купер удобно расположилась на диване, вытянув ноги на журнальный столик и включив телевизор. Всё, что можно было сделать по дому — она сделала, таким способом отвлекаясь от переживаний завтрашней встречи с адвокатом. Бетти листала каналы один за другим в надежде найти что-то интересное: фильм или любимый сериал. Быстро переключив новостной канал, девушке показалось, что мелькнуло её изображение, и она вернулась на новости. Сердце Бетти пустилось в скач, она сглотнула застрявший ком, смотря на свою фотографию в углу экрана и делая звук громче: «Без вести пропала двадцатитрёхлетняя девушка по имени Элизабет Купер. Её муж — Николас Сент-Клер, бизнесмен и хозяин всем известного клуба «Avalon Hollywood», сообщил, что две недели назад она ушла к подруге, забыв телефон дома. Больше он её не видел. Если Вам что-то известно о месте нахождения Элизабет, то звоните на номера, указанные ниже». Бетти шумно выдохнула от нехватки воздуха, понимая, что все это время не дышала. Конечно, Ник её ищет, а на что она надеялась? Неужели беспокоится за неё? Нет. Николас всегда переживает только за себя. Любит себя, заботится о своих желаниях, забывая об остальном окружении, в частности об Элизабет. По телевизору шли уже новости спорта, а в ушах стоял ещё голос ведущего о её пропаже. Хлопнула входная дверь, но Бетти так и сидела неподвижно. Тело будто свинцом налито. В горле стоял ком, который Купер была не в силах проглотить. Она представила, что будет, когда Ник её найдёт. Ей не спрятаться от него. Обрывки воспоминаний снова настигли Бетти. Страх, что это всё снова с ней повторится, заполнил её. — Привет, Бетти, — в гостиную зашёл Джагхед, кидая ключи от машины на стойку, — Чего так телек орёт? — усмехнулся он, на секунду отвлекаясь на новости о футболе, Джаг не заметил состояние девушки. Элизабет заходит в дом с огромными пакетами покупок. Холодильник после визита друзей Ника порядком опустел, поэтому пришлось хорошенько закупиться. Она с трудом взваливает продукты на барную стойку и, унюхивая резкий неприятный запах в доме, морщится. Бетти зашла в гостиную, которая была наполнена едким дымом. Скрестив руки на груди, она недовольно посмотрела на мужа: он лежал на диване, покуривая косяк; сальные волосы были в беспорядке, а карие глаза казались почти чёрными из-за расширенных зрачков. Кроме трусов на нем ничего не было. Увидев жену, Сент-Клер ехидно улыбнулся, выдыхая густой дым. Николас напоминал Бетти шакала. И как она могла в него влюбиться? — Это травка?! — возмущённо воскликнула она, хотя как только почувствовала запах, знала ответ. — С каких пор ты сидишь на ней, не подскажешь, Ник? — Это не твоё дело, дорогуша, — Ник закатывает глаза,— Я имею право расслабиться в свой выходной, так что отстань и не зли меня своими расспросами. — Никки, у твоей жены ужасный гардероб, я надела твою футболку, — по лестнице спускалась полуголая брюнетка, капризно произнося фразу. А Бетти словно окатило ледяной водой — тогда-то она окончательно поняла, что никакой любви между ними нет… Наивная дура… — Бетти, — в третий раз позвал Джагхед её, уже не на шутку тревожась тому, что она не реагирует. Он подошёл, присаживаясь на корточки перед ней. Девушка смотрела сквозь него. Её трясло мелкой дрожью, Элизабет сжимала в руках пульт до побеления костяшек пальцев, — Бетти, посмотри на меня! — Джаг чуть её потряс за плечи — ноль реакции. Джагхед уже начал злиться и паниковать. Что могло так напугать или шокировать Элизабет, — Беттс, ну же! Что случилось? Джонс мягко обхватил её лицо ладонями, пытаясь вынудить посмотреть ему в лицо. Её голубые глаза были наполнены слезами, которые вот-вот скатятся по бледным щекам Бетти. Джагхед откинул её светлые волосы со лба, лихорадочно размышляя о том, как вернуть девушку в реальность. Он ни разу с таким не сталкивался. Возможно, это паника, а может, такое проявление истерики. Но он догадывался, что виноват её муж. Что же случилось? Джагхед внимательно вглядывается в черты лица Элизабет, и ему ничего не остаётся, как накрыть её губы своими. Резко, за долю секунды. Джонс даже сам не понял этого порыва. Расслабленные губы Бетти поддаются ему, и Джагу кажется, что она затаила дыхание. Ладошка Элизабет ложится Джагхеду на грудь, и его сердце почему-то ускоряет свой ритм. Джаг понимает, что получилось привести Бетти в чувства, разрывая неожиданно приятный поцелуй. Он не целует девушек. Это была крайность. — Что… я… зачем ты? — Бетти не могла связать и слова, по щекам текли слёзы, но по крайней мере она вышла из этого странного ступора. — Прости за это, — Джагхед убрал ладони с её лица, немного отстраняясь. Бетти поджала губы и обняла себя за плечи, всхлипывая, — Я подумал, что лучший способ — шок, чтобы ты очнулась. Что случилось, Беттс? Беспокойство в его голосе вызвало волну тепла в душе. В другом случае Бетти вспоминала бы снова и снова его ладони на своих щеках, мягкие губы, что взбудоражили её измученное сердце резким поцелуем, но Купер не могла об этом думать сейчас. В её мыслях только хитрая злорадная ухмылка мужа. — Джагхед, мне страшно, — прошептала она, — Мне очень, очень страшно! Ник — он найдёт меня, весь Лос-Анджелес перевернёт. Муж уже начал поиски, в новостях сообщили, что я ушла к подруге и пропала. Он соврал, Джаг, — тихий голос Элизабет дрожал и срывался от подступавших рыданий. Так долго она копила в себе страх и переживания, и теперь, когда она увидела себя в новостях — окончательно довело Бетти. Она вытирала горячие слёзы тыльной стороной ладоней, и чуть не задохнулась от резкого наплыва эмоций, когда Джагхед её крепко обнял. Вот так просто. Но так уютно и спокойно, хоть это и продолжалось всего несколько секунд. — Тише, не плачь, — Джонс мягко щелкнул по носу девушку, вызывая её улыбку, — Даже если найдёт — больше не посмеет тебя и пальцем тронуть. Мы постараемся сделать, чтобы вас развели без согласия твоего мужа. Джагхед звучал убедительно и успокаивающе, но сомнения не покидали Купер: — А что, если не получится? Что, если он найдёт и заставит вернуться меня домой? Что… — Никаких «если», — прервал её тираду Джаг, — Все будет хорошо.

***

Бетти нервно оглядывала помещение небольшого ресторанчика, когда они с Джагхедом вошли. Уютная тихая обстановка, приглушённый мягкий свет, круглые столики, отделённые бамбуковыми ширмами, должны были успокаивать, но Купер не могла расслабиться, ощущая какую-то паранойю — сейчас зайдёт Ник. Радовало, что Джаг всё же решил пойти с ней, после вчерашнего срыва девушки. Она чувствовала неловкость, вспоминая эти события. Не могла ничего с собой поделать — паника и страх, с ними трудно справиться. Бетти не ожидала такой поддержки от Джагхеда. Это был такой контраст после Николаса, который отдавался приятной тёплой истомой в сердце Элизабет, вызывая едва заметную улыбку. Официант, вежливо поприветствовав их, проводил к столику, по пути спрашивая, не принести ли что-то из напитков сразу. Джагхед, как и всегда, сдержанно и холодно отвечал на вопросы молодого человека. Затем забрал меню из его рук, давая понять, что его позовут когда надо. Бетти села, остервенело поправляя и разглаживая несуществующие складки шифонового сарафана. Джаг внимательно смотрел на нервозность девушки, подвигая к ней меню. Бетти усмехнулась, немного закатывая глаза. Джагхед ел при любых обстоятельствах, вечно голодный парень никогда не упустит возможности перекусить. Это её забавляло. — Ты же не ела со вчерашнего вечера, — упрекнул её Джонс, листая меню. — Адвокат будет только через час. Бетти хихикнула от того, что Джаг приехал пораньше, чтобы успеть поесть. Только её друзья проявляли заботу, беспокоясь о любом состоянии Элизабет, даже если это касалось такой банальности: поела ли она. Вечерами они сидели в местном кафе «Pop‘s», наслаждаясь вкусными бургерами и молочными коктейлями. Разговоры в непринуждённой обстановке, веселый смех — то, чего ей уже давно не хватает. Она скучала по ним. — Кусок в горло не лезет, — качает головой Элизабет, даже не открывая меню, — Я буду только кофе. — Ты решила себя голодом заморить? — Джаг приподнял одну бровь, выглядя довольно комично. Бетти не смогла сдержать улыбку. — Когда Ник лишится всяких прав на меня, тогда я наемся от души, — произнесла она. И это была абсолютная правда. После развода ей станет намного легче и спокойнее. — Ты так говоришь, как будто ты не жена, а его личная собственность, — пробурчал Джагхед, хмурясь. Возможно, так оно и было. Ник никогда её не уважал, да и не любил. Но напоминал Бетти всегда о том, что она его жена, полностью зависит от него, обязанная соблюдать свой долг перед мужем, который вытащил её из глуши затхлого Ривердэйла. Она этого сразу не заметила, была влюблена. Только после первой несдержанности Николаса, что-то защемило. Зачем вообще он на ней женился? Когда принесли заказ, Джаг принялся за стейк с такой скоростью, что это рассмешило Купер, отвлекая от тяжелых мыслей. Он такой милый, когда совсем ненадолго снимает свою маску. Мягкий взгляд и тёплая улыбка, которыми Джагхед её одаривает, в такие моменты вызывают тягучее, истомное чувство под ложечкой. Элизабет отводит взгляд от него и делает большой глоток двойного капучино, с удовольствием ощущая на языке кофейный привкус. Кофе спасал её во все времена, его запах и вкус — что-то неповторимое. Ровно через час, как и сказал Джаг, к их столику подошёл солидный мужчина. В чёрном костюме и с его мощной комплекцией, он выглядел как секьюрити, а не адвокат. Только темных очков не хватает. Дипломат в руках говорил о том, что мужчина занимает юридическую должность. — Мистер Браун, — Джагхед привстал, пожав тёмную огромную ладонь мужчины в знак приветствия, — Это Элизабет Купер. — Здравствуйте, — Бетти вежливо улыбнулась, протянув ему руку, немного поёжившись от крепкого прикосновения чужой ладони. Мистер Браун сел за столик, попросив у официанта чашечку крепкого американо. Сложил руки в замок, обращая свой взгляд на Джагхеда и Элизабет. — Я слушаю вас, молодые люди, — голос его был строгий и грубоватый, — В чём обстоят дела? Получив одобрительный кивок от Джага в качестве поддержки, Бетти заговорила. Ей пришлось рассказать обо всем: что сбежала от мужа; из-за чего ей пришлось это сделать, упоминая пару нелицеприятных сцен. Голос Купер дрожал, то ли от страха, то ли от унижения, что теперь и посторонний мужчина будет знать о её слабости, о её позоре. Она не хотела бы рассказывать ничего, но если надо, то куда деваться? Бетти нуждается в быстром разводе, желательно без присутствия Ника. Ей не нужно ни его состояние, ни какое-либо имущество. Просто быть свободной, просто забыть его, как страшный сон. — Что ж, обычно бракоразводный процесс длится месяцы, — выслушав Бетти, заговорил мистер Браун, — Но в силу обстоятельств, мы будем действовать через суд. Я помогу собрать необходимые документы, и, конечно, буду представлять Вас в суде. Сколько говорите Вы уже не живете с мужем? — Чуть больше двух недель, — Купер нервно складывала в руках салфетку, слушая и отвечая адвокату. — Мда, за этот срок побои все сошли, — задумчиво произнёс мужчина. — Скорее всего, но мы зафиксировали их. Врач сделал снимки, когда осматривал Элизабет, — вмешался Джагхед. — Отлично, это пригодится на суде, — Мистер Браун кивнул, — Вас по-любому разведут, Элизабет, но должен Вас огорчить: Вашему мужу прикажут явиться в суд к назначенному сроку. — Я поняла, — сдавленно прошептала девушка, чувствуя вновь нарастающий страх. — Я с Вами свяжусь через Вашего друга, если мне понадобится дополнительная информация. И сообщу назначенную дату суда, после подготовки всего необходимого. Вам ничего делать не придётся, — он вежливо улыбнулся, завершая деловой разговор. Забрав у Бетти её документы, попрощался, покидая их общество. Дело двинулось с мертвой точки, но легче Элизабет не стало. Она снова его увидит. Даже обычная встреча равносильна кошмару. Бетти почувствовала тёплую ладонь на своём сжавшемся кулаке, вырывая девушку из глубины собственных мыслей. Стало немного легче от этого простого дружеского жеста. — Больше он тебя и пальцем не тронет, — напомнил Джаг, убирая свою ладонь, как только пальцы Бетти расслабились. Даже в ночной тьме, луна освещает все вокруг своим серебристым сиянием. Иногда скрывающаяся за тучами непогоды, будто её нет вовсе. Бетти долгое время жила, спотыкаясь на каждом шагу от густой и липкой темноты. Но рано или поздно тучи рассеиваются, и на небе снова показывается она. Джагхед Джонс за две недели стал для неё этим сиянием, прогоняющим её страхи. Или она снова всё выдумала?