Солнечный свет

Ruth B. — Lost Boy

Утренняя пробежка у Джагхеда давно вошла в привычку. Энергия, разливающаяся по всему телу, отвлекала от ненужных мыслей или наоборот — помогала сосредоточиться на чём-то определенном. Наедине с собой он проводил большее количество времени, сейчас же его одиночество разбавлял белокурый ангел, живущий в его квартире вот уже полтора месяца. С первого её взгляда заплаканных глаз на него, с первого случайного прикосновения, когда он подхватил ослабевшую девушку, в нём что-то произошло, что-то такое, чего он не мог объяснить долгое время. Джагхед сам удивлялся своей мягкости к Элизабет, почему-то заботясь и переживая с первых часов, как забрал её избитую и измождённую. «Сочувствие, жалость», — убеждал он себя, сам не осознавая зарождение чувств. Он себя уговаривал, что подруга Вероники, стала и ему другом. С Бетти было легко и интересно общаться. Пусть это даже было обычное обсуждение фильма, просмотренного минутой ранее. Или споры о литературных произведениях, в которых он и убеждался, какая Бетти всё-таки начитанная. Джонса тянуло к ней невидимой силой, он испытывал влечение к ней. И это не было жалким животным желанием просто трахнуть её. Ему не хотелось так грязно использовать Бетти, как делал это с другими девушками, которым наплевать, перед кем раздвигать ноги. Элизабет — она невероятная: её улыбка вызывала его ответную; голос, когда она пела, завораживал; от её танцев по утрам во время готовки вкусного завтрака — его охватывало дикое желание подхватить Бетти под бёдра и прижать к стенке, изучая её пластичное тело поцелуями. К слову о поцелуях, Джагхеда несколько недель преследует навязчивая идея поцеловать девушку, он сопротивляется, но иногда так сложно устоять, как это было тем ранним утром или неделю назад. Джагхед заходит в гостиную, наполненную громкими звуками, исходящими от телевизора. Он задержал взгляд на экране — это была какая-то подростковая мелодрама, судя по кадрам кино: девушка на мотоцикле с парнем, они едут в закат вдоль берега. Джаг закатывает глаза и переключает своё внимание на Элизабет. Она, расслабившись и развалившись на его светлом диване в обнимку с чашкой свежей клубники, смотрела фильм, не отрываясь. Бетти была одета в свободную футболку и короткие джинсовые шортики, которые не скрывали соблазнительный вид её ног, что были закинуты на журнальный столик. Элизабет взяла очередную клубничку и укусила её, жмурясь от удовольствия. Слегка розоватый сок скатился по подбородку Купер, который сразу же хотелось слизать, а затем попробовать на вкус пухлые алые губы. В голове Джага всплыло воспоминание о клубничном муссовом креме, тогда он чуть с ума не сошёл от этого её образа, ещё и в одной ночнушке. Джагхед сглатывает, проводя ладонью по волосам, затем обходит диван, садясь на него рядом с девушкой и привлекая её внимание к себе. — Замараешь мой светлый диван — прибью, — шутливо произносит Джаг, прищуривая глаза в своей манере. Бетти фыркает и, хитро улыбнувшись, проводит пальцами, испачканными клубничным соком, по его щеке. Элизабет засмеялась, а Джагхед закатил глаза. — Очень по-взрослому. Он потянулся к журнальному столику, вытянул салфетку из коробки, вытерев лицо, схватил пульт, лежащий на диване. Элизабет уже была увлечена просмотром фильма, то и дело томно вздыхая. На экране двое подростков бегут по коридору, парень втягивает в пустой класс девушку, где они бесстыдно на парте занимаются сексом. Джонс переключает на футбол, услышав сразу разочарованный возглас Бетти: — Джааг, верни обратно! — проныла она, повернувшись к нему, Бетти захихикала: на его щеке так и красовался подсохший след её пальцев. — Рано тебе смотреть такие сцены, малышка, — подмигнул он, снова устремляя внимание в телевизор. — Ничего там такого нет, классный фильм, очень романтичный, — уговаривала Элизабет. Ага, конечно, «ничего такого». Мало того, что Бетти неосознанно соблазняет всем своим видом, так ещё и жаркие сцены со стонами, пусть и ограниченные рамками 16+. — Отдай пульт! — Нет, — Джагхед сложил руки на груди, зажимая пульт с другой стороны от Бетти. А она подалась ближе, хватая парня за плечи и пытаясь нащупать предмет спрятанный за его рукой. — Я же сказал, нет. — Ну, Джагги, пожалуйста, — Джонс замер от удивления, а на сердце появилась приятная истома, от произнесённого ею так ласково, имени. — А ты попробуй, забери, — Джонс резко вскочил, вздернув руку с пультом вверх. Бетти встала и, недолго думая, залезла ногами на журнальный стол, оказываясь выше Джагхеда. Она потянулась за предметом в руках парня, как столик крутанулся и Бетти, потеряв равновесие, упала бы на пол, если бы Джаг не словил её, подхватывая за талию и прижимая к себе. Они замерли, наслаждаясь неожиданной близостью. Сердце Джонса забилось с двойной силой и он опустил взгляд на манящие губы Элизабет. Он ощущал их один раз, тогда при её истерике, но ему не удалось распробовать их на вкус. Какие они? После того спонтанного решения прильнуть к губам сидящей в ступоре Элизабет, его тяга к ней усилилась вдвойне. — Стоит быть осторожнее, Беттс, — голос его хрипит, и Джагхед прочищает горло, — Ты победила, смотри свою киношку, мне всё равно надо по делам. Она победила. Тогда Джаг произнёс это с нажимом, подчеркивая и придавая фразе, возможно, двойной смысл. Бетти победила что-то в нём, даже не прилагая усилий. Джагхед всё время думал о ней, мечтал о прикосновениях к нежной коже. Вспоминал и анализировал их диалоги, где сразу же всплывала чарующая улыбка Элизабет. Он не хотел снова это чувствовать, не желал влюбляться, ему было страшно снова чувствовать эту боль. Страшно снова довериться и открыться. Он словно потерянный мальчик, которого нашли и заключили в объятия. Облегчение, будто его сердце, сжатое в тисках, освободили. Бетти притягивала к себе и влюбляла своей искренностью и открытостью, своей чистой душой и жизнерадостностью, несмотря на все трудности, которые преследовали Купер. Она была совершенной противоположностью Шерил, да и их невозможно, нет, непростительно сравнивать. Это всё равно, что сравнить удушающий жар пламени и приятное тепло весеннего солнца. Они как небо и земля. А ведь он так любил раньше свою жену, только не хотел видеть, что она его — нет. Джагхед поймал себя на мысли — он почти не думает, не мучает себя мыслями о Шерил. Воспоминания так остро не преследуют его. Неужели, Джонс готов двигаться дальше? Попробовать быть счастливым? Дать волю своим чувствам, не боясь очередного предательства? Пробежав ещё один круг по парку, Джагхед неспешно направляется в сторону дома. Футболка промокла от пота и неприятно прилипала к телу. В наушниках играла любимая группа «Imagine Dragons», но Джаг будто её и не слышал, пребывая где-то в своих мыслях. Джонс заходит в квартиру, стараясь не шуметь, поднимается на второй этаж. На часах семь утра, Бетти ещё спит и будить так рано её не хотелось. Вчера они допоздна смотрели их, как выяснилось, любимый ужастик — «Астрал». Он бы и сам поспал подольше, но работа не ждёт. Сегодня он должен был отправиться в офис раньше обычного, надо подготовиться к совещанию и сделать пару звонков до него. Сняв с себя одежду, он заходит в душевую кабину своей ванны. Предвкушая уже прохладные струи на разгоряченном потном теле, Джагхед открывает кран, но лейка душа отзывается лишь скрежещущим звуком и парой капель воды. Джаг выругался, поднимая и опуская кран туда сюда. Что не так с этим душем? Джонс натягивает спортивные штаны и плетётся в общую ванную комнату. Хорошо, что в его квартире две ванны, иначе бы ему пришлось ехать на работу потным. Да, высмеял же бы его тогда ЭфПи, который должен был сегодня зайти после обеда к нему в офис. Джонс, дёрнув ручку двери, которая сразу же поддалась, зашёл в ванну. Здесь он не был уже очень давно, поэтому не удивился чистоте. Конечно, по сути сейчас она принадлежала Элизабет. Приятный запах сразу окружил его, как только Джаг переступил порог. Тёплая влажность наполняла помещение, как будто только что принимали душ. Джагхед прошёл чуть вглубь довольно большой комнаты и замер от того, что предстало перед его взором. Небольшая дымка горячего пара витала в воздухе, возле ванны стояла совершенно голая Бетти. Джагхед едва сглотнул ком в пересохшем горле, чувствуя сразу же сильную эрекцию от этого зрелища. По стройному телу скатывались капельки с мокрых светлых волос; девушка стояла, закинув одну ногу на бортик ванны, и мягкими движениями натирала бархатную кожу каким-то лосьоном или кремом; волосы закрывали лицо влажной завесой; полная грудь соблазнительно колыхалась от её движений. После упругой попы из-за приподнятого бёдра, открывался вид на то, куда ему смотреть совершенно не следовало. Элизабет ещё прекрасней, чем он мог себе представить в самых смелых мечтах. Бетти опускает ногу и выпрямляется. Тут Джаг очнулся, как только встретился взглядом с голубыми глазами полными растерянности. Она немного вздрогнула, заметив его. — Джагхед! — её щеки покрыл густой румянец, и она быстро схватила полотенце, прикрываясь им. — Прости-прости, Беттс, — взмолился он, отворачиваясь. Ещё не хватало, чтобы она подумала о нём плохое. Бетти только начала оправляться от своего бывшего мужа, а Джаг, как извращенец, почти минуту пялился на её голое тело, но такое соблазнительное и желанное. Джонс мотнул головой, мысленно одергивая себя. — Я думал, ты спишь, прости. У меня что-то с душем. Не ожидал тебя так рано здесь застать… хмм… голую. — Все нормально, Джаг, — нервно хихикнула она от неловкой ситуации. — Мне же сегодня на собеседование, я говорила. Дай мне минутку, хорошо? Потом я освобожу ванну, — попросила Бетти, плотнее кутаясь в полотенце и смущенно улыбаясь, хотя Джонс стоял далеко и не смотрел на девушку, но почему-то комнату не покидал.

***

Как бы Джаг не пытался сосредоточиться на работе, неловкое утро не уходило из его мыслей. Когда Джагхед вышел из душа, Бетти уже след простыл. На кухне он нашёл тарелку с ещё тёплым омлетом. И когда она успела? «Такая восхитительная и заботливая», — в который раз мелькает мысль. И Джонс себя уже не заставляет не думать об этой девушке. Ему приятны заполняющие его голову мысли. Он выпадал из реальности на совещании, ему стоило немало усилий собраться и, потирая переносицу, излагать свою речь дальше. Работники слушали его, записывая в своих ежедневниках план на месяц. Кому-то Джонс давал задания на ближайшую неделю для интересных статей в газету. Среди его подчиненных была пара особ, которые не упускали возможности построить ему глазки, что Джагхеда сильно раздражало. Особенно он не выносил помощницу редактора по рекламным разделам, кажется, её звали Ева. Фамилию он не знал, потому что, когда она имела смелость так фамильярно познакомиться с ним, сказала только своё имя. Её серые глаза то и дело кокетливо смотрели на Джага, а потом, закусив губу, девушка отводила взгляд. Она была красива, обладая всеми данными для модельной деятельности, а не прозябая в душном офисе. Сразу было видно: Ева уверенная в себе девушка и, видимо, убеждена, что весь мужской пол сгорает от желания к ней. Когда совещание закончилось, все разошлись по своим рабочим местам, покидая конференц-зал. Девушка помедлила, увидев, что Джагхед задерживался, собирая документы в папку. Он наткнулся на неё в дверном проеме. Её белая блузка была застегнута, кажется, на большее количество пуговиц, чем сейчас. Ева неестественно выпрямила спину, чтобы вырез на её грудь третьего размера был заметнее мужскому взгляду. Пепельные волосы были откинуты за спину. — Мистер Джонс, — она попыталась придать своему голосу соблазнительности, возможно, с другим бы прокатило. Да и сам Джаг ещё пару месяцев назад, нагнул бы эту девку над столом и грубо трахнул, вдалбливаясь в неё сзади. Но сейчас девушка не вызывала ни капли вожделения. — Хотела спросить Вас, не нужна ли Вам новая секретарша. Мне слегка неуютно работается с моим боссом, — её сахарный голосок звучал кокетливо, будто она не о работе спрашивает. Ева, подойдя ближе, вздыхает и кладёт ладошки на грудь Джонса, проводя пальчиками, с накрашенными в красный цвет ноготками, вниз по торсу, останавливаясь у ремня. Джагхед грубо перехватил запястья девушки, убирая от себя её руки. — Советую держать руки при себе, милая, — его голос звучал обманчиво-спокойно. — Меня вполне устраивают все мои работники. Так что радуйтесь той вакансии, которая есть, пока не лишились и её, — высказался Джагхед и, обойдя Еву, которая стояла немного в шоке, покинул конференц-зал. Примерно в полдень, когда Джаг завершал оставшиеся дела, в селекторе зазвучал голос секретаря: — Мистер Джонс, к Вам… Форсайт Джонс, — Джаг усмехнулся замешательству девушки, как назвать его отца, Джонс-младший уже слышал ворчание о том, чтобы она звала его ЭфПи. — Спасибо, мисс Монтгомери, — сдержанно поблагодарил Джагхед. — Пусть заходит, и принеси, пожалуйста, отцу кофе, а мне чай. В кабинет зашёл отец Джагхеда. Мужчина средних лет улыбался. Он был одет с иголочки: дорогой костюм-тройка от «Brook’s Brothers», начищенные чёрные ботинки, левую руку обрамляли швейцарские часы. Чёрные вьющиеся волосы были в идеальном порядке, на гладко выбритых щеках от улыбки всякий раз появлялись ямочки, и казалось бы, холодный взгляд зелёных глаз отца становился мягче. Весь его образ «кричал» о положении Джонса-старшего, он занимал далеко не последнюю строчку самых богатых журнала Форбс, но Джагхеда с детства бесила эта показуха. — Джаг, почему я не могу попасть к своему ребёнку без доклада секретарши? — ЭфПи заключил сына в объятия. — Давно не виделись. — Привет, пап, — Джаг похлопал по плечу мужчину, сев в кресло, произнёс: — Ты что-то рано, говорил, после обеда будешь. — Раньше освободился. Хотел поговорить с тобой, — ЭфПи задумчиво почесал подбородок. — И напомнить о благотворительном вечере, который устраивает твоя мать через две недели. Ты должен быть там. — Ох, опять эти светские мероприятия, — закатил глаза Джаг. Он терпеть их не мог. Куча богачей собирается и меряется кошельками, не забывая собирать последние сплетни общества. В помещениях этих сборищ пахнет дорогим парфюмом, так хорошо скрывающий запах фальши, который наполняет каждого присутствующего. — Ладно, о чем хотел поговорить? — Ты знаешь, как это важно для твоей матери, тем более она очень скучает по тебе, — отец осуждающе посмотрел на Джонса-младшего. Джагхед не видел родителей несколько месяцев, избегая встреч. Ему надоела их осторожность и сочувствующие взгляды. А Джессика, мать Джагхеда настаивала на том, что ему надо найти девушку и влюбиться. Что, кажется, уже и случилось. Только вот что же чувствует к нему Элизабет? Он не хотел наступать на те же грабли, как с Шерил. — Ходят слухи, что у тебя появилась женщина. Это правда? — в лоб спросил Форсайт. — Пф, — Джаг не был готов к такому заявлению, делая глоток чая, который фонтаном брызг вырвался наружу. — Интересно, это кто же у тебя такой информатор? Это неправда, — по сути, парень не врал, с Бетти-то они не встречались… пока. — А что за девушка у тебя тогда живет? С ней же вас видели мои люди в ресторане пару раз, — выложил всё ЭфПи. — У меня временно живет подруга Ронни, папа, — Джаг произносит это медленно, стараясь сохранять спокойствие. Он понял, что за информатор доложил его родителям о проживании Бетти у него в квартире. — Передай маме, чтобы забрала ключи от моего дома у своей домработницы. — Ясно, — примирительно вскинул ладони Джонс-старший. Джагхед никак не прокомментировал то, как и почему ходил в рестораны с ней. Но ЭфПи, зная своего сына, прекратил расспросы. — Может придёшь сегодня на ужин? Сам и заберёшь их? — Не сегодня, папочка, у меня вечером планы.

***

Джагхед совершенно вымотанный отчего-то зашёл домой. День выдался напряженным, начиная с самого утра. Он переживал, что мог напугать Бетти своей реакцией на её вид. Она явно заметила его эрекцию через тонкие спортивные штаны, которую ему пришлось унять в душе. До чего же он докатился. В голове навязчиво засел образ голой девушки, и Джагхед, реально, чувствовал себя извращенцем. Что там говорить, если Бетти одетая вызывала в нём необычайные эмоции и желание. В квартире пахло чем-то очень вкусным. На этот раз это был не мясной запах, а чего-то сладкого. Карамель или ваниль. Из кухни доносилась песня «You and I — Lady Gaga». Джагхед улыбнулся, представляя танцующую Элизабет под эту музыку. Как по традиции, он кинул ключи от машины, и направился на кухню. Облокотившись о дверной проем, он наблюдал, как Бетти, покачивая бёдрами в такт музыке, взбивает что-то миксером. В помещении было очень жарко из-за работающей духовки. И Джагхед снял пиджак, откидывая его на стул и оставаясь в одной рубашке. На Элизабет был завязан фартук поверх бирюзового сарафана, который так прекрасно подходит к её глазам. Светлые длинные волосы были собраны в высокий смешной пучок, открывая вид на изящную шею девушки. Именно в этот момент Джагхеду до жути захотелось подойти к ней, положить руки на стройную талию, прижимая к себе ближе и чувствуя грудью её хрупкое тело, нежно прильнуть губами к бархатной коже на шее, наслаждаясь ароматом Элизабет. Такой приятный, ненавязчивый, фруктово-цветочный, так пахнет только от неё. Расстегнув пару пуговиц на рубашке, он подошёл ближе к Бетти, не зная имеет ли он права сделать то, чего так до безумия желает. Джаг становится почти вплотную к Купер, по обеим сторонам от неё опираясь о мраморную столешницу. — Привет, танцуристка, — шепчет он ей на ушко. Бетти замирает и выключает миксер. Отодвигает миску с каким-то кремом, поворачиваясь к нему лицом. Та же самая песня звучит на повторе. — Привет, — её щёки порозовели, то ли от воспоминаний неловкого утра, то ли от его близости, которое, по-видимому, и ей кружило голову. Бетти подняла на него смущенный взгляд, не зная, куда деть руки, обняла себя за плечи. — Как прошёл день? — Бывало и лучше, — коротко ответил Джаг. Он мягко расцепил её руки, внимательно следя за каждой сменившейся эмоцией Элизабет. Её ласковый взгляд переворачивал в нём всё, неужто и она к нему испытывает что-то? Джонс надеялся на это. — Беттс, прости меня за утро. Что нарушил твоё личное пространство. Я тебя напугал, наверное. — Всё нормально, Джагги, — покачала головой Бетти, слегка улыбаясь и опуская взгляд на их переплетенные пальцы. То, как это естественно сделал Джагхед, как будто они миллионы раз повторяли. — Я должна была закрыться. Это ты прости что… кхм… смутила тебя, — она кивнула на его пах, закусила губу, краснея ещё больше. Джонс, тихо засмеявшись, ласково коснулся её тёплой щеки, и ему даже показалось, что она подалась навстречу его ладони. — Чего поделать, если ты такая красивая и соблазнительная, — он подмигнул, не в силах уже себя остановить. Джагхеду надоело сопротивляться и сдерживать себя. Будь, что будет. — Джааг! — воскликнула Элизабет, смущаясь и пытаясь сдержать улыбку. — Как прошло твоё собеседование? — решает он немного перевести тему. — Хорошо, — она довольно улыбнулась. — Меня взяли. — Ещё бы, — хмыкнул Джонс, закатывая глаза. Как бы Джаг не предлагал Бетти временно поработать в его редакции, она упрямилась, отказываясь. Желая работать в какой-то забегаловке. — Я бы удивился, если бы не взяли. — Джагги, не возмущайся, я поработаю пока по своей первой специальности. Я же буду администратором, а не официанткой. Журналистского образования у меня нет, а по блату я не хочу. К тому же, это же кофейня! — уговаривала Купер. В Ривердэйле она заочно выучилась в колледже, сразу после школы, когда не смогла поступить на стипендию в Гарвард. — Ладно, твоя взяла, я рад, — Джагхед потянулся через Бетти к миске с кремом, погрузив в него палец, попробовал, облизываясь. — А что это ты такое сладенькое и вкусненькое готовишь? Бетти охнула, отодвигая от себя Джага. Открыла духовку, доставая ароматное содержимое с помощью прихваток. Джагхед наблюдал с восхищением за её действиями. Как она белковый крем осторожно распределяла силиконовой лопаточкой по пирогу, затем отправила опять в духовку. — Такой запах потрясающий, — он снова сократил расстояние между ними. Вдохнул воздух, — Карамель, корица, возможно яблоки. — Какой у тебя отличный нюх, — захихикала Купер, — Это карамельно-яблочный пирог. Просто ещё делаю сверху белковое суфле, чтобы разбавить сладость, а песочное тесто с лимонной цедрой будет очень нежным из-за яблок и домашней карамели, — Бетти увлечённо рассказывала о содержимом духовки. И в этот момент Джонс уже не сомневался, что влюбился в эту девушку, возможно, окончательно и бесповоротно. Именно в этот момент он не слышал уже музыки, только её голос. Видел её горящие восторгом глаза, улыбку, и алые губы, движущиеся при её монологе. Он испытывал острую потребность попробовать на вкус их, такие манящие и притягательные. — Как же я хочу поцеловать тебя! — горячо произносит он с придыханием, прерывая Бетти, которая тут же замерла, смотря на парня своими огромными аквамариновыми глазами. — Что тебя останавливает? — Элизабет облизала пересохшие губы, сводя с ума Джонса ещё больше. И он резким движением накрывает её губы своими, срывая стон Бетти. Руки Элизабет взметнулись к шее Джагхеда, обнимая её, запуская пальцы в его волосы. Поцелуй такой голодный и жадный, будто Джаг всю жизнь этого ждал. Его язык проникает в рот девушки, встречаясь с её. Поглаживает, ласкает её нёбо. Руки Джонса полностью обхватывают талию Бетти, крепко обнимая и прижимая к себе. Ощущает такую упоительную близость, сладкие губки Элизабет движутся в унисон с его, с удовольствием отвечая. Она будто тает в его объятиях, поддаваясь этому долгожданному и крышесносному моменту. Сердце сейчас вырвется из груди, а возбуждение накрывает его с головой, отдаваясь тяжестью в брюках. Джагхед немного усмиряет свой пыл, целуя медленно и нежно. Не разрывая поцелуй, кладёт руки на горящие щеки Бетти, ласково поглаживая. Возможно, она почувствовала животом его эрекцию. Но Джагхед не хочет торопиться, нельзя спешить с ней. Он чмокает её во влажные губы и немного отстраняется. — Вау, — выдыхают они одновременно.