Солнечный свет

John Mayer — New light.

Небольшая кофейня «Fiolatte» славилась своим превосходным кофе на любой вкус. Местные любители этого ароматного напитка собирались в уютном месте, чтобы насладиться им. Помимо всех разновидностей кофе и других напитков, в меню предлагались всевозможные десерты, которые делал с усердием и любовью итальянский кондитер Альберто Понтедра. Поэтому, истинные ценители сладкого были нередкими гостями этого прекрасного заведения. Своеобразной фишкой кафе был не только итальянец, делающий потрясные лакомства, но и то, что кофе продавался в любом виде и любых сортов: молотый, в зёрнах, в капсулах для кофемашин. Бетти полюбила эту кофейню давно, ещё когда переехала в Лос-Анджелес. Небольшое помещение в стиле «лофт». Стены графитового цвета, на которых висели картины с зёрнами и кофемолкой. Главная стена была украшена трафаретным граффити с изображением улицы, возможно, итальянской. Несколько круглых столиков из темного дерева, окружённых удобными серыми креслами. Недалеко от барной стойки располагался стеллаж с пачками кофе. Оригинальность добавляли предметы декора, отражающие историю напитка. Бетти иногда проводила время здесь часами, что тянулись для неё как минуты. Она сбегала от Ника ненадолго, чувствуя здесь спокойствие. Будто запах свежесваренного кофе мог защитить, будто имел возможность спасти несчастную девушку, что уходила от реальности, через некоторое время возвращаясь обратно. Это было до тех пор, пока Купер не решилась оставить бывшего мужа навсегда. Теперь она свободна. Бетти приступила к работе в этом кафе три дня назад, с лёту чувствуя себя так, будто занималась этим всю жизнь. На неё ложилось много обязанностей, и она справлялась с ними. Ей нравилось руководить, контролировать процесс, она всегда подходила ко всему с ответственностью. Тактичность и уверенность ей помогала разрешать конфликты, что иногда случались, будь-то между персоналом или гостями. До конца смены оставалось пару часов. На виски давила небольшая усталость. Элизабет всё ещё разбиралась с документацией, учётом и счетами, после предыдущего руководителя. Было сложновато, потому что опыта совсем немного, спасало то, что она подрабатывала в местном кафе Ривердейла и во время обучения в старших классах, и после. Решив на этом закончить, Бетти захлопнула папку с ревизией за прошлый месяц. В маленьком кабинете было очень душно и, заранее собрав свои вещи, Купер вышла в зал. Несмотря на то, что до закрытия кофейни оставалось немного, она была переполнена людьми. В помещение через окна просачивались лучи закатного солнца, создавая более необычную атмосферу. Бетти села на барный стул, просто наблюдая за людьми, которые своими разговорами создавали небольшой гул, разбавляющий приглушенную приятную музыку. — Бетти, — к ней подошла одна из официанток. Красивая афроамериканка со светло-каштановыми волосами, заплетенными в длинную косу. — Там за одиннадцатым столиком гость требует администратора. Честное слово, он сам опрокинул на себя капучино, — девушка закатила глаза, усмехаясь. — А ты ему предложила принести другой за счёт заведения? — Элизабет вскинула брови в удивлении. Тони обслуживает столики очень ловко, шустро и профессионально, будто с пелёнок бегает от столика к столику. Чего добивается этот гость? — Конечно, но он всё равно хочет видеть тебя, — вздыхает девушка. Элизабет направилась к указанному столику. За ним сидел молодой мужчина явно в дорогом костюме. Светлые волосы, уложенные на бок, худощавое телосложение. Бетти бросился в глаза перстень на его правой руке, что показался ей очень знакомым — у Николаса был такой же. Купер не знала, означает ли он что-то, но чёрный квадратный камень, обрамлённый какими-то символами всегда её пугал. Пока мужчина её не увидел, Элизабет внимательно взглянула на черты лица. Светло-карие, близко посаженные глаза, острые черты лица, с ярко выраженными скулами — она узнала его — это Марк, лучший друг её бывшего мужа. От осознания в горле застрял комок, сердце в страхе ускорило свой ритм. Наверняка, дружок Ника здесь неспроста. После Николаса, это был самый мерзкий тип, которого Бетти когда-либо знала. Их тандем прекрасно отображал пословицу: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». Она побаивалась Марка даже в момент иллюзии с мужем, что у них всё прекрасно. Они, как два сапога — пара, заклятые друзья. Если это можно, конечно, назвать дружбой. Элизабет до сих пор чувствовала вкус текилы на языке, вспоминая тот момент, когда Марк, воспользовавшись её веселой эйфорией, поцеловал очень пошло и мокро, пытаясь соблазнить. Но на тот момент Бетти думала, что любит мужа, отпихивая его друга и с отвращением вытирая губы тыльной стороной ладони. И тогда она впервые разочаровалась в Нике, потому что он ей не поверил. Она всегда была честна. Отбросив мерзкие воспоминания, она взяла себя в руки, подходя ближе и оказываясь в поле зрения мужчины. Его губы сразу озарила ехидная ухмылка, напоминающая бывшего мужа, от чего Купер слегка передернуло. Она разгладила несуществующие складки на платье сиреневого цвета, которое сидело на её стройной фигуре, как влитое. Бетти знала, что сейчас выглядит хорошо, и это придавало уверенности. — Долго же ты шла, Элизабет, — его голос был низкий и неприятный. На рубашке красовалось кофейное пятно. — Чего тебе надо, Марк? — на лице Купер не дрогнул ни один мускул. Взгляд голубых глаз был холоден. Такие фокусы, как опрокинутый кофе, были в его стиле, так что теперь Бетти уверена на сто процентов в словах Тони. — Зачем устраивать цирк и подставлять моих официантов? — Хотел посмотреть на твоё личико, ангелочек, — Элизабет передернуло от прозвища, произнесённого Марком. — Как ты поживаешь без Николаса, просто интересно. Вздохнула, наверное, без него, расслабилась, да? — тон голоса Марка был ленивый, он растягивал слова, наблюдая за реакцией девушки. Его слова звучали как угроза, или он её дразнил, чтобы напугать. — На что ты намекаешь? — Бетти выгнула одну бровь, окружая себя деланным спокойствием. Взглянув на наручные часы, она добавила: — Кафе уже закрывается, можешь не платить за кофе. Считай, ты его вылил на себя за счёт заведения. Купер хотела поскорее выпроводить Марка, не желая разбираться, зачем он наведался к ней, как вообще нашёл и узнал, где работает она. С минуты на минуту придёт Джагхед. Осознание этого вызвало в сердце трепет и волнение. День был таким насыщенным, пролетел так быстро. Бетти соскучилась по Джонсу, с этими отчетами не было времени думать о нём. Вдруг стало плевать на Марка, на прошлое, связанное с ним, а точнее — его другом. Их намерениями этим визитом. Хотелось поскорее оказаться в крепких и надежных объятиях Джага. Возле кофейни остановился знакомый чёрный «мерседес», а Марк уходить не торопился. Он внимательно изучал Бетти, разглядывая её с головы до ног. Внешний вид, отражающий в себе красоту уверенной в себе девушки, видимо, ему очень нравился: её распущенные волосы, заколотые в причёску; строгое, но довольно-таки сексуальное платье; её прямой раздражительный взгляд васильковых глаз, обрамлённых густыми ресницами; пухлые губы, накрашенные помадой персикового цвета. — А ты изменилась, ангелочек, — усмехнулся мужчина, освобождая своё кресло. — Такая дерзкая и смелая. — Не смей меня так называть, Марк, у меня есть имя, — Бетти поморщилась, с его уст это звучало, как издёвка, вызывающая неприятные эмоции. Воспоминания, когда Марк ухлёстывал за ней, наплевав на дружбу, пока Ник не видел. Она думала, что прошлое не будет теперь её преследовать. Услышав звук колокольчиков, Элизабет перевела взгляд на гостя, и не смогла сдержать улыбки. Джагхед. Он такой красивый, особенно сейчас в солнечном закате, все ещё просачивающимся через окна и открытую дверь. Смольно-чёрные волосы будто горели, отливая светом последних лучей солнца. Марк проследил за взглядом девушки, вдруг наполнившимся восторгом и нежностью. — Как скажешь, Элизабет, — ухмыльнулся он, смотря на подошедшего парня. Джаг мягко провёл ладонью по спине Бетти, обнимая её за талию, словно заявляя незнакомцу, чья она. Этот собственнический жест вызвал в ней такую радость, что она с уверенностью могла сказать, как уже любила парня. Кожу Элизабет покрыли мурашки от этой обычной близости, но чувствовать себя защищённой было невероятно. Джонс недовольно обсмотрел мужчину, не считая нужным здороваться. — Мда, какая ты быстрая, смотрю, — перед тем, как уйти, произнёс мужчина. Голос Марка не был удивленным. Он знал, конечно, знал. Да, Бетти в разводе только две недели, да, она знает Джагхеда около трёх месяцев. За это время она умудрилась влюбиться в Джонса. Разве это плохо? Это электричество между ними, взгляды, случайные касания, разговоры, его забота — делало Элизабет… счастливой?

***

— Кто это был? — ревностно спросил Джаг, как только они сели в машину. Они так и стояли возле кафе, припаркованные на обочине. Сумерки окрасили небо в фиолетовый цвет, огромная полная луна ярко выделялась на этом фоне. Улица была уже почти безлюдна, в вечер пятницы все уже отдыхают. Неужели Джагхед её ревнует? Как же это приятно — чувствовать себя нужной. Прямо сейчас Бетти так хотелось поцеловать Джага, ощутить его руки на своём теле, горячий язык и возбуждение. Она не знала, что именно между ними происходит. Это было не простое влечение. Они будто родственные души, потерявшие друг друга миллионы лет назад, и сейчас встретившиеся вновь. Взаимопонимание, комфорт и доверие — то, что зародилось в них с первой минуты знакомства. Уже тогда сердце Элизабет болезненно ёкнуло, когда на её плечи Джаг заботливо накинул свою куртку. И она как-то с облегчением вздохнула, наслаждаясь ароматом корицы и цитруса, исходящим от куртки. Спокойствие и защищенность. — Джагги, это друг Ника, — тихо ответила Бетти. Ей не хотелось врать Джагхеду. Его проницательный взгляд прожигал насквозь. Купер рассказала всё, что её связывало с этим наглым мужчиной. А ведь она оставалась верна своему бывшему мужу даже тогда, когда он начал поднимать на неё руку. — Что он сейчас от тебя хотел? — Джаг напрягся, его лоб исказили морщинки, а пальцы нервно постукивали по рулю. Марк не был агрессивен с Бетти, но посягнул на неё когда-то, видимо, это Джагхеда и разозлило. Или… Что-то болезненно кольнуло Бетти, почувствовав его внезапную холодность и отстранённость. Вероника рассказала в двух словах из-за чего Джаг развёлся с женой. И эта ситуация, пусть и отдаленно, была схожа с его. — Не знаю, — прошептала Элизабет, немного поёжившись. Джагхед смотрел вперёд, избегая её взгляда. Сердце болезненно сжалось из-за того, что он снова закрылся от неё. Он не готов ещё до конца быть откровенным. И Бетти так захотелось сорвать с него эту маску, открыть его до конца перед собой, подтолкнуть на этот шаг. Три дня назад, когда Джонс поцеловал её, она на секунду подумала, что просто спит. Утро и вечер того дня были самыми яркими и запоминающимися. Джагхед просто дал волю всему, позволяя Элизабет буквально читать его. Жар и восторг во взгляде, игривое настроение, его эрекция, которую она ощущала животом, будоражила всё внутри девушки. Она тоже хотела Джага, до безумия. Желала стать с ним ближе во всех смыслах, изучить его досконально. Бетти, резко выдохнув, решительно перебралась к Джонсу на колени. Она взяла его лицо в ладони, заставляя посмотреть на неё. Его глаза столько всего отражали, что никаких вопросов не требовалось. Джаг обязательно ей все расскажет и поделится, она не будет на него давить. Пальцы Элизабет нежно порхали по его загорелой коже. Джагхед внимательно следил за её действиями из-под полуопущенных ресниц, наблюдая за её легкой улыбкой. Она очертила его густые брови, аккуратный нос, затем благоговейно дотронулась до пухлых и соблазнительных губ, которые неистово её целовали тогда. Он словно произведение искусства: такой красивый, что сердце замирает. Купер обняла его за шею, пробираясь пальчиками в густые волосы. Они с первой встречи привлекали её внимание, вызывая желание до них дотронуться, ощутить мягкость. Бетти приблизилась к лицу парня, неотрывно смотря в его сапфировые глаза. — Забудь обо всём, Джагги, — шёпот Элизабет обжег его губы. Они тяжело дышали одним воздухом, обоим хотелось сдаться и, наконец, ощутить поцелуй в полной мере, но наслаждались этим напряжением, что скапливалось между ними, натягивая нервы, как струны гитары. Руки Джагхеда мягко легли на поясницу Бетти, а затем его губы накрыли её собственные, позволяя почувствовать на языке вкус виноградной жвачки, которую он недавно жевал. Воздух трещал между ними, наполняясь электричеством. Бетти прижималась к Джагу всем телом. Ей будто крышу сорвало, сгорели все предохранители. Она никогда себя не чувствовала такой страстной, такой живой. Это так естественно — сплетаться с его языком, покусывать сладкие губы, оттягивая немного зубами. Ей было мало его осторожных движений и сдержанных поглаживаний по спине. Промежностью она ощущала эрекцию Джага, и это сводило с ума, вызывая стоны нетерпения, потому что Джагхед не торопился. Элизабет завела руки за спину, находя горячие ладони парня и накрывая их своими, чтобы задать им направление, медленно переместив на свои ягодицы. И когда его длинные пальцы сжали их, прижимая ещё ближе к возбуждению в штанах, Бетти простонала ему в рот. Давление под другим углом приносило новое удовольствие. Влагалище пульсировало давно забытым желанием. Руки Джонса переместились на оголённые бёдра задирая платье почти к самой талии. Изучали бархатистую кожу ног и упругой попы. — Как представлю, что ты принадлежала кому-то другому, такая милая, нежная, чистая и невинная, что кто-то посягал на тебя, что кто-то обижал тебя, издевался… руки чешутся набить им морду, — горячо признался Джагхед, а Бетти ничего не ответила только прижалась ближе, прильнула к его губам в ласковом поцелуе, желая показать, что сейчас она только в его власти. Купер не хочет, чтобы Джагхед думал об этом. Его мысли должна заполнить она. Её ладони проворно пробрались под футболку Джага, ощущая под собой напряженные мышцы. Элизабет плавно двигалась на его коленях, потираясь о его эрекцию. Трусики давно были мокрые, и Бетти потянулась к ремню Джагхеда, но он мягко перехватил её запястья. — Малышка, мы не будем заниматься сексом в машине, — решительно прервал действия Элизабет он. Её огромные голубые глаза наполнились растерянностью и разочарованием. Она бы даже подумала, что он не хочет её, если бы не упирающееся возбуждение прямо в её сгусток нервов в самом сокровенном месте. — Надо, чтобы было всё правильно. Наш первый раз должен быть не здесь, понимаешь? — Джаг погладил её по румяной щеке. — Да, — едва слышно ответила она, чувствуя себя какой-то грязной искусительницей, пытающейся соблазнить парня на секс. — Я… прости, я не… Он прервал её мягким поцелуем, вкладывая в него все свои чувства, убеждая, что она нужна ему. Она не очередная женщина для удовлетворения своих эгоистичных потребностей. Джагхед губами припал к шее Бетти, посасывая её, вдыхая приятный аромат ванили и банана, сладкий, чарующий и такой полюбившийся. — Я сказал, мы не будем заниматься сейчас сексом, но это не значит, что я не дам тебе кончить, малышка, — его бархатный голос прозвучал прямо в ухо. Горячая ладонь в это время пробралась в трусики, вызывая громкий стон Элизабет. Большим пальцем он массировал круговыми движениями её клитор. — О, Боже, какая же ты мокрая и соблазнительная. Давай, Беттс, я хочу, чтобы тебя быстро накрыл оргазм, потому что сегодня у нас ещё свидание кое-где. — Элизабет просто теряла связь с реальностью, утопая и концентрируясь на его голосе, на пальцах, которые доводили до исступления своими манипуляциями. Она буквально насаживалась на них, двигая бёдрами. Купер не сдерживала тихие стоны, сжимая руками плечи Джага. Тёплая волна удовольствия разлилась по венам, вызывая дрожь во всем теле. Жар между ног пульсировал. Она была прекрасна в этот момент: пылающие щеки, закушенная губа, горящий взгляд блестящих потемневших глаз. — Ты очень красивая, Беттс.

***

Demi Lovato — Heart by Heart.

Джагхед до последнего ей не говорил, куда они направляются. После того, как они заехали домой, и Джонс настоятельно попросил девушку переодеться в джинсы, ей стало ещё любопытней. Они петляли по улицам Лос-Анджелеса, рука Джага время от времени ложилась на колено Элизабет. Когда их взгляды встречались, Бетти не могла сдержать смущенной улыбки, накрывая его ладонь своей и переплетая пальцы. Наконец, они остановились возле одноэтажного здания. Его синий фасад казался необычным и несуразным на фоне городских высоток, несмотря на это — самое популярное место для любителей кататься на коньках и роликах. Вывеска светилась белым светом названием этого заведения: «Moonlight rollerway». Джаг заглушил мотор, и вышел вслед за Бетти. Она остановилась возле здания, со страхом смотря на него. Свидание на катке? Да он издевается. — Готова покататься, детка? — Джагхед приобнял её за талию, ласково прижимая обомлевшую девушку к себе. — Это наше первое официальное свидание, потому что наши завтраки, ужины, и время у телека не считаются, — он засмеялся. — Джагги, ты же знаешь, что я не вставала на коньки с того самого дня, как чуть не умерла, — промолвила она, не отрывая взгляда от здания, таящего в себе огромную зону гладкого льда. — Знаю, Беттс, но ты же так хочешь этого — снова почувствовать эту свободу полёта — это я тоже знаю, — он развернул девушку к себе, заключая её лицо в свои ладони, чтобы внимательно посмотреть в большие напуганные глаза Элизабет. — Мы должны преодолевать свои страхи, милая, должны с ними бороться. Потому что когда побеждаешь, чувствуешь себя сильнее и счастливее. — С тобой, я чувствую себя сильнее и счастливее, — вторила она его последней фразе. Больше слов не требовалось, Бетти кивнула его настойчивому взгляду, и послушно последовала за ним. Яркое освещение, две больших зоны гладкой поверхности, одна из которых состояла из искусственного льда, а другая с акриловым покрытием для катания на роликах. В круглосуточном заведении было много народу, но все в основном обитали на роллердроме. Гул голосов и веселый смех доносился отовсюду. Джагхед прав — в тайне она, действительно, мечтала побывать здесь. — Давай, малышка, — Джонс протянул ей руки, уверенно держась на льду. — Это не озеро, ты в безопасности, я же рядом, — и когда её холодные ладони оказались в его тёплых, Джаг притянул Бетти к себе, крепко обнимая за талию. — Вспомни, каково это. Почувствуй это, — тёплое дыхание Джагхеда обволакивало её губы, произнося шепотом последние слова, и Элизабет облизала их, заранее зная, что Джагги поцелует её. Но едва она хотела углубить поцелуй, Джонс оторвался от неё, ущипнув Бетти за щёку, покрывшуюся румянцем, отъехал и улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой, маня за собой. Купер отпустила свои страхи, догоняя парня. Казалось бы, чего тут такого, чего бояться. Это была психологическая реакция, после пережитого стресса ребёнком. Элизабет понимала, что искусственный лёд не провалится под ней, но воспоминания возводили некий барьер, до этого момента не позволяя снова встать на лёд. Спустя тринадцать лет она плавно скользила на катке, крепко сжимая руку человека, которого так быстро успела полюбить. Джагхед не только поддерживает её во всём, но и помогает переступать через выдуманные страхи, исходящие из подсознания. — Вот видишь, не всё так страшно, детка, — Джагхед затормозил зубьями коньков, поворачиваясь к Элизабет и скользя по льду спиной вперёд. — Не разгоняйся задом, Джаг, людей много, врежешься в кого-нибудь же, — Бетти засмеялась его зигзагообразным движениям. — Я задом не езжу, а ты? — передразнил он её, искажая слово в другой смысл. Купер засмеялась его глупой шуточке — больше всего на свете она любила его беззаботное настроение. Элизабет обогнула Джага, игриво улыбаясь, поехала за смеющейся и нарастающей цепочкой толпы. Джагхед быстро её догнал, Бетти повернулась к нему, показывая язык и хихикая. Когда он к ней приблизился, в него врезался какой-то мальчик. Джонс потерял равновесие, и Бетти хотела его удержать, но по всем законам физики не устояла на льду, упав прямо на него. — Оой, — Элизабет выдохнула, упираясь ладошками в грудь Джагхеда и не замечая его довольной, плотоядной улыбки. — Ты не ушиблась, малышка? — бархатный голос звучал обеспокоенно, никак не увязываясь с улыбкой. Руки Джонса мягко легли на талию девушки, прижимая её плотнее к себе. — Нет, а ты? — Бетти попыталась встать, но сильное кольцо рук вокруг её талии не позволило. Она откинула волосы на одну сторону, которые щекотали шею Джага, и закусила губу, невольно вспомнив его пальцы совсем не на своей спине. Щеки сразу покрылись румянцем. Его эрекция упиралась в бедро Купер, видимо, не у неё одной мысли не к месту. Их взгляды были устремлены на манящие губы друг друга. И когда Бетти снова облизнулась, Джагхед не выдержал, впиваясь в её рот требовательным поцелуем. Купер довольно улыбнулась сквозь него, наплевав на объезжающий их народ. На несколько секунд она снова забылась, утопая в его ласке горячего языка, контрастирующего с прохладным помещением и льдом под ними.