Эмпат и мизантропка

      Ланейя увидела его в первые, когда только прибыла во Флотзам. Он, в компании ещё одного эльфа, сидел на ветке дерева и не отрываясь следил за прибывшими торговцами. Она тогда открыла рот, поражённая его красотой. Высокий, худощавый эльф с тонкими чертами лица сразу же заставил её сердце биться в бешеном ритме. Его чёрные волосы и зелёный глаз не единожды снились ей жаркими ночами. Девушка долгое время не могла понять, что за чувства испытывает, а когда осознала, то пришла в ужас.       Йорвет славился своей ненавистью к людям, и его ненависть не была беспочвенна, однако, была настолько сильна, что порой затмевала любые другие чувства. Впрочем, он сдержался и не убил чародейку, когда она явилось в его лес с предложением своей помощи. Он оскорблял её, кричал и даже собирался ударить, если она не уйдёт, но она сбежала, по пути роняя на землю горячие слёзы.       Ланейя не знала, как себя вести. В первые за свои двадцать четыре года, она влюбилась, так искренне, так нежно, так по-детски, и потерпела такое сильное разочарование, что более надеялась никогда не любить. По наивности своей, и по неопытности, она надеялась заслужить его расположение, когда бежала на выручку к его бойцам, но встретила там ещё большее разочарование, увидев рядом с эльфом умелую воительницу, народную героиню – Деву из Аэдирна, на которую эльф смотрел не так, как на других. Она была человеком, но его возлюбленной. Сердце сжалось, а к горлу подступил ком, внутри словно разгоралось пламя. Ревность поглотила девушку с головой, и чародейка попыталась залить её спиртным, но безуспешно.       В 1270 году неподалёку от небольшой темерской фактории, расположенной на границе королевств Темерии и Аэдирна, у берега реки Понтар, в обширном хвойном лесу, где обосновались немногочисленные отряды скоя’таэлей, произошла резня, позже прозванная «Флотзамской», во время которой погибло несколько десятков нелюдей.       — Йорвет, как бы ты не ненавидел людей, и лично меня, признай же, что вам нужна моя помощь! Я – чародейка, могу создать магический барьер и прикрывать бегущих из Флотзама нелюдей! — девушка кричит на предводителя скоя'таэлей, размахивая руками и притопывая топая ногой, пытаясь достучаться до человеконенавистника. — Хватит противиться, прими мою помощь! — чародейка хватает эльфа за руку, на что он резко отдёргивает её.       — Хорошо! Твоя взяла, — процедил эльф и кратко объяснил девушке, куда идти и, что делать.       Чародейка прикрывала отход бегущих нелюдей, когда на неё напали. Около двух десятков кметов, вооружённых вилами, топорами и факелами, бежали на неё, желая изничтожить, растерзать.       Девушка не пощадила никого, но потратила на это много магической энергии, слишком много. Она упала на колени от слабости, когда приблизился ещё десяток разъярённых крестьян. Чародейка смогла убить четверых, прежде чем рухнуть на землю, не в силах подняться.       Оставшаяся шестёрка воспользовалась этим, они приблизились и стали избивать девушку, то руками, то ногами, один даже настолько осмелел, что проткнул её ногу ножом. И всё это действо сопровождалось безудержным смехом, ведь, что может быть веселее жестокого убийства?       Когда чародейке выкололи глаз, то она не выдержала боли и потеряла сознание, позволив силе Истока вырваться наружу.       Температура воздуха резко понизилась, ближайшее пространство стало покрываться инеем, а обмякшее тело стало излучать белый свет. Напуганные кметы собрались бежать, понимая, что происходит нечто опасное, но было слишком поздно. В одно мгновение часть леса заливается ярким светом, а от энергетической ударной волны деревья вырываются с корнями.       Когда Геральт из Ривии прибывает на место взрыва, то на опустошённой лесной опушке видит хрипящую избитую девушку, только пришедшую в себя. Всё вокруг покрыто толщей льда, а вместо крестьян остались лишь кровавые лужи с органами и костями.       Ведьмак приблизился к девушке и аккуратно взял её на руки. Худое избитое тело изо всех сил прижалось к мужчине, пачкая одежду кровью и слезами.       Йорвет отказал им в помощи и Мяснику из Блавикена пришлось нести чародейку до ближайшего города.

***

      В маленькой, но уютной таверне, где вкусно пахнет жареной свининой и варёным картофелем, на втором этаже, в крохотной, скромно обставленной комнате, мужчина пытается привести подругу в чувства.       — Ланейя, ты слышишь меня? — Ведьмак смотрел в приоткрытый глаз и видел в нём лишь разочарование, свойственное человеку преданному. — На, выпей, это облегчит твои страдания, — мужчина аккуратно влил зеленоватую жидкость в приоткрытый рот. — Тебе нужна магическая помощь, поскольку того, что я сделал явно недостаточно, — Геральт поднялся и двинулся к выходу из комнаты. — Насколько мне известно, Трисс где-то поблизости. Я отправляюсь на её поиски.       — Лани... — прошептала несчастная, глядя уцелевшим глазом на уходящего. — Зови меня так.       Так обращаться к себе чародейка позволяла лишь самым близким людям. Попасть в этот узкий круг – большая честь, ибо это означало, что девушка всегда будет на стороне друга, и никогда не оставит без помощи. Не легко заслужить безграничную любовь и благодарность чародейки.       Оставшись в одиночестве, раненная погрузилась глубоко в свои мысли. Девушка решила, что больше не желает когда-либо влюбляться. Удовлетворять потребность в сексе чародейка определённо будет, ведь это совсем иное. Можно вступать в половые отношения, не вкладывая в это никаких чувств. А ещё крайне необходимо перестать слепо верить всем вокруг. Каждый может предать, ведь предательство – неотъемлемая часть жизни. Нужно смириться и научиться жить с этим, и Ланейя непременно научится.

***

      Трисс резко влетает в комнату. Её волосы растрёпаны, а выражение лица обдаёт яростью, но завидев избитую подругу, вместо глаза у которой теперь чёрная дыра, чародейка заливается слезами и прижимается к пострадавшей.       — Бельчонок, как же так?! Как они посмели сделать с тобой такое?! — Меригольд гладит щеку девушки. — Мы обязательно отомстим им! Хочешь?! Боги, Лани, что же они с тобой сотворили?! — шатенка целует подругу в лоб, а после прижимает к своей пышной груди.       — Не стоит уподобляться им, Трисс, — голос непривычно низок и холоден. — Я сама виновата, что слепо рванула на помощь тем, кого даже не знаю, — серо-голубой глаз смотрит в прекрасные васильковые.       Четырнадцатая с Холма замечает во взгляде подруги пустоту, которую ранее видела лишь на поле боя у отчаявшихся солдат. Её любимая Лани изменилась раз и навсегда.

***

      Спустя три дня чародейки отправились в тёплый и солнечный Понт Ванис – летнюю столицу королевства Ковир и Повисс. Там у Ланейи остался небольшой, но уютный домик, в котором она, не без помощи любящей подруги, будет восстанавливать здоровье и силы.