День сурка

Тайлер устало вздохнул, рассматривая старинный клинок с непонятными символами, выгравированными на нем. Витиеватые буквы нахально сверкнули на солнце, а парень прикинул про себя, не разорить ли библиотеку Клауса - пусть это и займет целое столетие, возможно, там будет что-то вроде словаря. "Инструкции, кхм", - усмехнулся про себя Локвуд. Мэтт стряхнул с рук паутину и пыль, вытер ладони о клетчатую рубашку и предложил: - В Интернете можно найти что угодно. И раз уж мы сумели разыскать эту вот штуку, - он указал на меч, - то со Всемирной сетью вы с Кэролайн быстро разберетесь, что к чему. Тайлер кивнул, вглядываясь в непонятные символы, и тут же моргнул: - Мы с Кэр? Мэтт, ты не хочешь... - он осекся, увидев лицо Мэтта, - нет, старина, если ты занят... Донован зачем-то перестегнул пуговицы на вороте рубашки, сильно дернув ткань. - Тай, я должен работать. И это приключение... я о Ребекке и о том, что мы в доме Клауса, если ты понимаешь, о чем я... Локвуд снова кивнул, не решаясь просить еще раз. "Слишком много для одного утра опасных приключений", - говорили глаза Мэтта, и парень знал, что другу и так нелегко пришлось. - Мэтт, прости. Ты и так загружен, а тут мы со своими просьбами, и все как одна, жуткие. А ведь ты только... - Тайлер одернул себя, чтобы не произнести "только человек". Ведь Мэтт имеет полное право отказаться, напомнил себе парень. - Ведь ты только закончил тренировки с Джереми, - нашелся он. На лице Мэтта отразилось явное облегчение. - Так что ж тут торчать? - оживился он, и Тайлер почувствовал себя виноватым еще больше. В последнее время они с Мэттом отдалились друг от друга. Они не разговаривали, как друзья, просто ни о чем, уже сотню лет. И он тронул друга за плечо, отогнав мысль, что Кэролайн одна в гостиной Гилбертов с Клаусом. "Двадцать минут ничего не решат", - подумал он, попутно решив для себя, что Кэр - благоразумная девушка. Скорее она доведет Первородного до белого каления, чем он ее. - Пройдусь до "Мистик-Гриль" вместе с тобой. Поболтаем, - предложил он. - А Кэролайн, - забеспокоился Донован, - ведь она осталась одна, и там Клаус... - Он ничего ей не сделает, - махнул рукой Тайлер, - он же за магической стеной. А Кэр не станет подходить близко и провоцировать его. К тому же, я давно хотел... - Что? Мэтт погладил блестящий клинок, и Тайлер вложил его в ножны и спрятал в сумку. - Ты хочешь поговорить о Хейли и о том, что было в Аппалачах? - догадался Донован. Тайлер секунду поколебался, но он знал, что Мэтт распознает вранье, и ему не хотелось лгать. А друг так быстро понял, что именно его тревожит. Поговорить с кем-нибудь о своих чувствах было необходимо, а Мэтт всегда был рядом в трудную минуту. И он никому не расскажет, и не станет хуже относиться к Тайлеру потому, что... "Потому что ты влюблен в другую, а не в свою девушку, старина", - обратился Локвуд сам к себе. - Наверное, это слишком очевидно, да? - спросил Тайлер, закидывая сумку на плечо и направляясь к выходу. - У меня было много времени для размышлений, и я пришел к следующему выводу: зачем мне притворяться профессором перед кучкой подростков и их телохранителей, я имею в виду братьев Сальваторе и твою сестру, Николаус, - если я могу получить желаемое гораздо более легким путем. Экспедиция на остров состоится, но я пересмотрел ее участников. И можете порадоваться, вы в списке. Сайлас лениво потянулся, наблюдая за реакцией слушателей. - Но... - Кэролайн запнулась от волнения, - кто еще? - Конечно же, Бонни Беннет. Теперь я буду куда более осторожен с влиянием на ее сознание, и не позволю повторяющемуся дню все испортить. - Но зачем тебе мы с Кэролайн? - спросил Клаус. - Я еще не рассказал главного, - развел руками колдун, - но скажу, что в первую очередь для того, чтобы я мог вас контролировать, так это говорится? Помните, с чего все начиналось? Я желал опустить завесу и все сверхъестественные существа вернулись бы. Но тогда у меня не было вас. Бонни Беннет, сама о том не подозревая, оказала мне услугу. - И что же ты хочешь сделать? - почти одновременно спросили Кэролайн и Клаус. - Отомстить Кетсии и вернуть Маив, мою возлюбленную. С помощью ведьмы Беннет я смогу воспользоваться вашей связью для того, чтобы повернуть время вспять и оказаться на две тысячи лет раньше. - Только и всего? - ошеломленно проговорила Кэролайн. - Это все, чего я хочу, - неожиданно устало произнес Сайлас. - Когда Кетсия забрала Маив у меня, я готов был на коленях молить ее обратить магию, но теперь я способен заставить Кетсию пожалеть об этом. Она навеки останется на другой стороне, я никогда не приму лекарство, а Маив будет жива, снова, она будет со мной. И это стало возможным благодаря заклинанию Бонни Беннет. Кстати, вот и она. Двери распахнулись, впуская ведьму. Лицо мулатки выражало лишь холодную решимость, и в безразличных, пустых глазах Кэролайн не смогла увидеть ничего от прежней Бонни. - Сайлас, я готова выполнить условия нашей сделки. - Подожди, - Кэролайн подняла руку, привлекая к себе внимание Бонни, - ты не должна делать то, что он требует. Ты можешь бороться с его влиянием! Но ведьма безучастно посмотрела на нее, ведомая внушенной ей целью, и только сказала: - Это займет немного времени, Кэр. А после он оставит нас всех в покое. Сайлас пожал плечами. - Таковы условия, и я не собираюсь их нарушать. - Но это опасно, - не отступала девушка, - что он вообще хочет сделать? Разрезать наши руки над каким-нибудь мистическим валуном, или вырезать сердца? У Бонни на лице появилась отстраненная улыбка. - Этот ритуал перенесет в прошлое только Сайласа, Кэролайн. А я с помощью Экспресии, использовав связь, к которой могу подключиться как к источнику силы, обеспечу начало и конец этого путешествия. - Но для того, чтобы вернуться во времени, требуется колоссальная энергия, - заметил Клаус. - И, даже не будучи тобой, Бонни, я могу сказать наверняка, что это может убить ведьму, которая проводит ритуал. Тебя, то есть. - Бонни ничто не грозит, она в совершенстве овладела Экспрессией на том уровне, какой необходим для осуществления такой магии, - заявил Сайлас. - А вам, мои дорогие, тем более - если никто не будет мне перечить. - Ты не можешь допустить этого, Бонни! - воскликнула Кэролайн. - И я не собираюсь никуда идти! Она посмотрела на Клауса, в напряжении наблюдавшего за колдуном. - Мне озвучить угрозы или тебе, Николаус, уже ясно, что я сделаю с Кэролайн в случае неповиновения? Кэролайн коснулась рукой лба, отчаянно желая - снова, - чтобы эта реальность оказалась лишь страшным сном. Сайлас выбрал ее в качестве объекта для манипуляции, а теперь тащит невесть куда для осуществления своего нового безумного плана. Что Сайлас сделает с ней, если она откажется подчиниться ему? Кэролайн слишком хорошо успела узнать, на что способен колдун. Ей вдруг отчаянно захотелось, повернувшись к Древнему, броситься в его объятия, переложить все свои тревоги на него, и воспользоваться его силой, его уверенностью для того, чтобы страх, снедающий ее, исчез. Чтобы Сайлас исчез. В руках Ника она почувствует себя в безопасности. Но присутствие Бонни и здравый смысл заставляли стоять так же прямо, убеждая себя: стоит подождать еще немного, и все закончится. Вот только чем? Сайлас встал с дивана, прошелся по гостиной и остановился напротив ведьмы. - Следовало применить внушение, - сказал он, и Бонни негодующе подняла руки. - Я не стану в этом участвовать, если ты причинишь вред Кэролайн, - словно через силу, сказала она. - И ты не внушишь мне больше ничего, иначе сработает мое защитное заклинание. Сайлас всплеснул руками: - Умная девочка. Но запомни одно: в случае неудачи я вырежу у твоей драгоценной подруги сердце. Каменистая почва осыпалась под ногами, а туфли застревали каблуками-шпильками в небольших расселинах и скользили, значительно затрудняя движение. Кэролайн невольно позавидовала удобной обуви мужчин, а Сайлас обернулся, хотя мог бы не делать этого: его пленница и не думала убегать. Клаус остановился, протянув девушке руку - но она покачала головой, отказываясь. Не все ли равно, сколько времени уйдет на путь, если это путь в никуда? Она не верила сказанному Сайласом, ни одному слову. Кэролайн опустила взгляд на ободранные носки туфель из светлой кожи - их не спасти, но туфли волновали ее в последнюю очередь. Палящее солнце раздражало даже больше, чем порывистый ветер, и напоминало о том, что ее спасает только кольцо. В сущности, Сайласу будет очень легко избавиться от нее, если она не оправдает его надежд. И он уже пообещал сделать это. Клаус нахмурился, неодобрительно взглянул на ее легкое платье, развеваемое ветром. - Как долго... - начал он, но Сайлас предугадал вопрос. - Сколько потребуется, - резко сказал колдун, - Кетсия решила не закапывать меня прямо на берегу. Ты за тысячу лет не научился терпению, Николаус? Кэролайн снова отстала, чтобы высвободить застрявший каблук. Если бы не острые камни, она бы сняла туфли, но ранить ноги не хотелось. Девушка раздумывала, каковы шансы на то, что Сайлас не солгал, и ближайшее будущее не радовало ее. - Если бы мы применили некоторые возможности вампиров, например, быстроту передвижения, это ускорило бы путь, - заметил Клаус. Кэролайн подумала, что хорошо еще, что в доме Елены отыскались походный рюкзак, несколько пледов и даже палатка - Джереми с друзьями часто бывал в походах. Все это нес сейчас Клаус, а у Сайласа на плечах был рюкзак профессора Шейна. Странно, что она не подумала взять удобную обувь. Или нет, учитывая напряженное состояние, в котором она пребывала до сих пор. Тогда она думала только о Бонни, а Клаус был занят поисками самых нужных вещей. Непривычно было видеть Древнего, собирающего рюкзак. Сайлас пожал плечами, схватившись за корни, торчащие из земли. Став, наконец, на твердую и ровную землю, он произнес: - Нет. У нас достаточно времени. И у этого тела, - он указал на себя, - клыков нет. Кроме того, Бонни тоже не вампир. Упомянутая ведьма шла впереди всей группы, явно хорошо зная дорогу. Кэролайн пробовала заговорить с подругой, но та снова ушла в прострацию, и пребывала в своих - или внушенных Сайласом, - мыслях. Каждый раз, глядя на нее, девушка мысленно разрывала Сайласа на кусочки, и в один из таких моментов он повернулся к ней со зловещей улыбкой, сказав: - Ненависть - сильное чувство, оно поглощает. - Оставь свои психологические приемы, - вмешался Клаус, снимая свой пиджак и набрасывая его на плечи Кэролайн. Девушка запротестовала, но надолго ее не хватило. Аромат парфюма Клауса, такой знакомый, почти неуловимый, окутал ее невидимым облаком. Пиджак, еще хранящий тепло тела Древнего, согревал ее, защищая, к тому же от холодного, порывистого ветра. "Еще бы туфли удобные...", - подумала она. - Спасибо, - слегка смущенно произнесла девушка и тут же, перестав глядеть под ноги, споткнулась, застряв шпилькой в корне дерева. "Лодочка" осталась на месте, а сама девушка не удержала равновесие и упала бы, если бы ее не подхватили сильные руки. Клаус озадаченно посмотрел в сторону злосчастной туфельки. - Похоже, туфлям пришел конец, - Кэролайн сбросила вторую "лодочку" и вопросительно взглянула на Древнего. Он, кажется, понял ее по-своему. Нет, она вовсе не собиралась просить, чтобы он нес ее на руках! - Ты можешь опустить меня, - предложила она, не представляя, что станет с ее ногами после суток перехода по колючим веткам и камням. - Рюкзак... - девушка замолчала, подумав, как глупо выглядит это замечание. Для Древнего вес рюкзака не представляет совершенно никакой тяжести. - Чтобы потом Бонни наложила на меня какое-нибудь страшное заклинание? - Причем здесь Бонни? - Как же, - рассудительно сказал гибрид, - если ты причинишь себе вред по моей вине - ведь это я не подумал о нормальной обуви, - мне придется за это ответить. И, - он наклонился ближе к девушке, так, чтобы слышать могла только она, - должно же быть хоть что-то приятное в этой экскурсии на природу. Кэролайн легонько ударила его кулачком в плечо. - Ты невыносим. - Зато ты - прелесть, - улыбнулся Клаус, явно довольный, что девушка прекратила спорить. Кэролайн поудобнее устроилась в его руках, положив голову на плечо Древнего. - Прекрати улыбаться, - велела она ему, чувствуя, что сама не может сдержать улыбку. Почему каждый раз, когда она оказывается рядом с Древним, ей становится без разницы, наблюдает ли за ней весь остальной мир? Все безразлично, кроме него, кроме ощущения биения его сердца. Она хотела не думать о нем, но судьба постоянно сталкивает их. Она требовала от себя опомниться, сбросить туманное марево чувства, которого не должна испытывать - не к Клаусу. Но вот снова, позабыв о том, в какой опасности находится она, что грозит Бонни, теряет себя, заглянув в голубые, по-детски наивные глаза Ника, любуясь ямочками на его щеках. И ничего так не хочется, как снова почувствовать его губы на своих губах, ощутив их теплоту и бархатную мягкость. - Ты можешь быть серьезным? - требовательно спросила она, глядя в смеющиеся глаза гибрида и ясно понимая, что эта просьба относится в первую очередь к самой себе. - Если ты не забыл, Сайлас хочет вытворить нечто совершенно невероятное и убить мою подругу! И шепотом, для чего ей пришлось положить руку на шею Клауса, побуждая его наклониться к себе, она добавила: - Мы должны этому помешать. - И ты все это время молчал? Мэтт посмотрел на друга, подумывая, не приложить ли палец к виску в самом выразительном жесте. У парня в голове не укладывалось услышанное, потому что, хотя Тайлер был его другом, он считал своим другом и Кэролайн, а Локвуд поступает, по меньшей мере, нечестно. Но Мэтт сдержал свой порыв, ожидая ответа. - Я подумал, что не знаю, чего хочу, старина. Это сводит с ума. Я был предан Кэролайн долгое время... Мэтт покачал головой. - Ты не должен обманывать Кэролайн, Тай. Пойми, она не простит тебе этого. Тайлер всплеснул руками, поймал съехавшую с плеча сумку. - Я запутался, Мэтт. Я люблю... Кэролайн по-прежнему дорога мне, но Хейли как наркотик. У меня никогда не было такого с Кэр, я желаю видеть ее каждую секунду, понимаешь? Я схватился за оголенный провод, и он не отпускает меня! - Тайлер говорил и говорил, а Мэтт не решался прервать этот поток откровенности, которым разразился его обычно немногословный лучший друг. В самом деле, нужно ли считать, что Тай предал Кэр? Мэтт вспомнил Ребекку, и подумал, что Хейли спасла его друга, тогда как Ребекка Майклсон сбросила его с моста, но он не может не думать о ней. Его друг был влюблен, а теперь полюбил, по-настоящему и серьезно. Тут не было "за" и "против", нет ограничений, нет границ. Нельзя справиться с собой, если тебя тянет к девушке чувство, более сильное, чем ураган, и более разрушительное, чем землетрясение. Донован забрал у друга сумку, в очередной раз упавшую тому на локоть, и сказал, глядя ему в глаза: - Ты должен объясниться. Тайлер пару раз моргнул, непонимающе уставившись на Мэтта. - С Кэр? - И с Хейли! Это придется сделать, и чем скорее, тем лучше. Если ты хочешь этого. Тайлер уставился на сумку в руках Мэтта. - А это я отнесу сам, - сдался Донован. - Тебе нужно хорошенько поразмыслить, прежде чем видеться с Кэролайн. Потому что твои слова причинят ей боль, - уже совсем тихо добавил парень.