Перевоспитание

Каталкин фыркнул, и даже как-то нервно, на высокой ноте, сказал: - Только вот не надо строить из себя приличного человека, Белоусов! Уж передо мной точно не стоит! Я тебя знаю, как облупленного! - Борис Георгич! Че за хуйня вообще?! Вы можете нормально сказать, в чем проблема? – в сердцах воскликнул Леня. Мужчина поджал губы и стиснул кулаки, пытаясь сдержать жгучее желание съездить пару десятков раз по наглой роже этого мелкого ублюдка. - Белоу… - начал было полицейский, когда его прервал звонок его же телефона. Мужчина зло сверкнул глазами и, не выпуская парней из поля зрения, отошел на пару шагов. - Да! – рыкнул он. - … - Блять! – от переизбытка чувств мужчина взлохматил волосы на затылке, раздосадованно дернув их пару раз. – Точно? Твою же бабку-Ежку! Ладно. Проверь карту медицинскую. С врачом я поговорю сам, узнай фамилию, и где в этом захолустье он вообще находится. Положив трубку, Каталкин постоял с полминуты, пытаясь хоть немного уложить все имеющиеся данные в общую картину. Из всего выходило, что Белоусов если и замешан в краже, то весьма опосредованно. Вот только полицейского все равно тревожил факт подозрительной дружбы Синеокого и Белоусова. - Ладно, парни, - Каталкин очень не любил признавать свои ошибки. – У меня еще осталось к вам несколько вопросов. Не замечали ли вы последние дни за кем-нибудь странного поведения? Возможно, кто-то пропускал уроки? - К чему все это? – не унимался Леньчик. - У дружка у своего спроси, - вздохнул Борис Георгиевич, у которого напрочь пропало желание находиться в непосредственной близости от Лени, после чего развернулся и отправился в «Большие обыли» искать врача. *** Прозвенел звонок. Время перемены закончилось как-то неожиданно быстро. Парни поспешили в класс, находящийся на другом этаже. - Что имел в виду этот мент? – спросил друга на ходу Леня. - Ну, - замялся Паша. – После последнего занятия по боксу обнаружилось, что кто-то свистнул ценности из тренерской. Он ищет вора. - Синеокий постарался максимально извернуться, чтобы смягчить ситуацию. - Этот вонючий ментяра решил, что это я?! – громко возмутился Леня. - Белоусов, - послышалось из-за спин. Учитель русского языка и литературы Анжела Петровна тихонечко кралась сзади. – Что за выражения! Остаетесь сегодня дежурить! - Да бл… - блондин начал было возмущаться, но получил локтем в бок от Паши. Они зашли в кабинет, и расселись по своим местам. Леня весь урок пыхтел праведным гневом. Он по праву обиделся на Синеокого за то, что тот ему ничего не рассказал. Почему?! Это же касается его, Лени, в первую очередь! Теперь ясно, где он пропадал все это время! Может, они на пару с Каталкиным пытались пришить ему воровство? Понятно теперь, отчего этот примерный ботаник Паша начал общаться с таким, как Леня. Блондин чувствовал, как все сжимается внутри. От гнева, конечно же! Да! И совсем он не разочарован и не собирается прощать подобного кидалова! Синеокий – козел! Уебок! Сволочь! Мразь последняя! К концу урока Леня решил, что нафиг ему сдался такой друг. У него есть нормальные проверенные кореша, так что в сад этого Пашу! *** До конца учебного дня парни друг с другом так и не заговорили. На следующей перемене старосту вызвала директор узнать, что от них хотел Каталкин. Татьяна Николаевна долго и пространно возмущалась самоуправством полицейского, а изнывающий Паша переминался с ноги на ногу. После последнего урока на выходе из класса его поджидал Костя. Старший Синеокий был до крайней степени зол, когда Митя рассказал ему, что видел, как полицейский разговаривал с белобрысым крысенышем и его братом. - Ты о чем думаешь, дебил!? – зашипел Костя, схватив Пашу повыше локтя и дернув на себя. - Еще не хватало, чтоб к отцу пришли из полиции! - Да никто к нему не придет! – выдавил младший, пытаясь отодвинуться от брата. – Ничего такого не произошло. - Не ссы мне в уши! Если бы «ничего не произошло», мент бы с тобой не разговаривал! В этот момент из кабинета вышел Леня, за которым с выражением тревоги на лице тащилась Люся. Костя повысил голос, чтобы услышали все, кто был в коридоре. - Общение с этим уголовником ничем хорошим для тебя не закончится! Ты знал, что Белоусов состоит на учете и не раз привлекался? Если не хочешь опуститься до его уровня, лучше прекрати якшаться с подобными отбросами общества! Леня резко остановился и зло уставился на братьев. Люся вцепилась ему в руку, боясь, что брат сейчас кинется в драку. Девушка хоть и была бы рада, если б Леня начистил рожу этому ублюдку, но подобное поведение только подтвердило бы все вышесказанное. Однако Леня смотрел на Пашу. В горле клокотало, да так, что невозможно было выдавить и слова. Блондин, возможно, впервые пожалел, что имеет подобную репутацию. Предательское желание отбить Синеокого у его ублюдочного братца, и… и, что дальше, Белоусов не знал, но очень хотел, чтобы Паша не стал его презирать, а чтобы остался рядом, чтобы уважал, чтобы… любил. Младший Синеокий чувствовал себя букашкой, попавшей между молотом и наковальней. Сердце в груди бешено колотилось, хотелось отбросить руку брата, может, даже сказать что-нибудь в защиту Лени, но Люся уже поволокла того дальше по коридору. Паша обмяк, глубоко вздохнул, пытаясь успокоить разгулявшиеся нервы, и сказал спокойно и даже немного безразлично: - Отпусти. Я в состоянии разобраться со своими проблемами самостоятельно. Многолетняя зависимость, доведенная едва ли не до культа, дала трещину. Появился другой человек, ради которого младшему Синеокому хотелось стремиться вперед, к лучшему, и ему, тому самому человеку, он, Паша, был нужен гораздо больше, чем вечно недовольному брату! Только вот, похоже, Паша потерял этого человека. - Придурок! В состоянии он! Еще раз увижу тебя рядом с этим отребьем, пеняй на себя! – прошипел Костя и, резко отдернув руку и гордо подняв голову, удалился. *** На тренировку Паша не пошел, сославшись на плохое самочувствие. Эмоциональная опустошенность была хуже сильной простуды. Парень валялся в кровати, так и не открыв ни один учебник, открыл в интернете список лучших триллеров и смотрел их подряд. Зато Леня на тренировку по карате пришел, испытывая непреодолимое желание кого-нибудь или что-нибудь поколотить. Желательно говнюка Синеокого-старшего. И где-то очень глубоко внутри себя, лелея надежду вновь остаться с Пашей наедине и хотя бы попытаться наладить отношения, Леня почему-то чувствовал себя до жути виноватым. Когда брюнет так и не появился, Белоусов подумал, что надо бы зайти к нему в комнату, возможно, он там. Однако, когда Ленечка заходил в мужское общежитие, его решимость куда-то резко испарилась. Стало страшно, что Паша пошлет его куда подальше. Хотя, нет. Синеокий же воспитанный, он скажет как-нибудь по-красивому. За полчаса до отбоя Леня извелся так, что, плюнув на все, все же решил пойти поговорить. Пошлет так пошлет, а он хотя бы мозг себе трахать перестанет.