Сuil Eden

      На следующее утро Леголас проснулся на спине. Синяки почти не давали о себе знать, и оттого настроение у него было приподнятое. Понежившись в постели и получив утреннюю порцию любви, принц выкарабкался из стальных объятий Глорфиндела и поспешил обслужить второго самого важного эльфа в его жизни — Гила. Правда, после умиротворённого завтрака обстановка в их маленькой семье накалилась до предела.       Как водится, семейная ссора началась на пустом месте. Глорфиндел настоял, чтобы Леголас заплёл косы своей семьи, но Леголас был категорически против. После недолгих препираний, грозный рык Глорфиндела склонил чашу весов в его пользу, и Леголас, ворча нечто нечленораздельное себе под нос, плюхнулся к его ногам с недовольным видом. Правда, когда тот пообещал стереть недовольное выражение с его красивого личика добротной взбучкой, бурчание мигом стихло.       — Очень красиво. Эти косы идут тебе гораздо больше, чем твоему напыщенному братцу, — улыбнулся Глорфиндел, чмокнув своё надутое сокровище в бровь. — Так, а теперь давай подберём тебе подходящую одежду. Надень-ка вот эту тунику из голубой парчи и серые леггинсы. И не забудь взять меч.       — Да я же с Гилом иду на прогулку! К чему вся эта официозность? — воскликнул Леголас, но Глорфиндел рассмеялся и покачал головой.       — Нет. Сегодня у тебя другие планы. Поторапливайся, копуша, ты уже опаздываешь!       Леголас нахмурился, но предпочёл не спорить, перевес сил был не в его пользу. Мельком взглянув на себя в зеркало, он снова увидел в нём незнакомца — принца Эрин Гален.       — Могу ли я спросить, какие у меня на сегодня планы, мой лорд? Вы намерены отправить меня в лес в таком виде? Думаете, эти красивые тряпки смогут произвести впечатление на лягушек и тритонов?       — На лягушек и тритонов вряд ли, а вот торговцы точно не пропустят такого красавца. Сегодня ты отправишься на рынок Карас Галадона, — фыркнул Глорфиндел, смерив своего Синда оценивающим взглядом. Два огромных сапфировых глаза непонимающе уставились на него как на Эру во плоти, явившемуся своим непутёвым детям, воин расплылся в довольной улыбке. — Тебе же нужно купить новую одежду, чтобы гулять с Гилом. Если, конечно, ты не собираешься бродить по Золотому Лесу голышом, демонстрируя свои прелести всем, кто ещё не имел счастья их лицезреть.       Леголас зарделся как нецелованный девственник. Н-да, подходящей одёжки у него и впрямь не осталось, ведь последний комплект пал в бесславном бою с Халдиром. Это воспоминание заставило принца измениться в лице и внутренне содрогнуться.       — Вы пойдёте с нами, мой лорд? Я не знаю, в какой стороне рынок, и вообще я легко теряюсь в незнакомом пространстве. Келейдур говорил, что у меня пространственный кретинизм, и я в трёх соснах могу заблудиться.       Леголас умолк и смущённо потупил глазки, потому как это была лишь часть правды. После вчерашних событий он тупо боялся высунуть нос из талана.       — Леголас, ну видели все воины Лориэна твою тощую голую жопку. Эка невидаль, — снисходительно улыбнулся воин. — Ты не можешь прятаться в талане до конца своих дней. Что же касается твоего пространственного кретинизма, то Владыка Келеборн прислал тебе в провожатые своего лучшего стража. Он будет твоим личным телохранителем в течение всего времени, что мы пробудем в Золотом лесу. Это было меньшее, чем он мог бы искупить столь возмутительное обращение капитана его стражей с моим возлюбленным. К слову, о твоём телохранителе. Он будет здесь с минуту на минуту.       — В этом нет никакой необходимости, — слабо мяукнул Леголас, но громкий стук в дверь оборвал его невнятный лепет.       — Открой дверь, пожалуйста, — расплылся в хищной улыбке Глорфиндел, наблюдая за тем, как его Синда, понурив голову, бредёт к входной двери.       Леголас не мог взять в толк, на кой ему сдался телохранитель в Лориэне, и почему Глорфиндел не мог приставить к нему кого-нибудь из своих воинов. В нём теплилась слабая надежда, что за дверью окажется Румиль, но он и предположить не мог, что он увидит этого эльфа так скоро.       Сердце Леголаса пропустило удар. Лениво облокотившись на дверной косяк, на пороге их талана стоял великий и ужасный Халдир собственной персоной. Заметив, что Леголас шарахнулся от него как чёрт от ладана, галад расплылся в презрительной ухмылке, которую тот просто ненавидел. Ох, он бы многое отдал, чтобы стереть её с этой наглой рожи!       — И снова здравствуй, маленький принц! — промурлыкал Халдир, не сводя насмешливых, синих, хищных глаз с оцепеневшей добычи. То, каким тоном он обращался к Леголасу, не оставляло ни малейшего сомнения, что вежливостью здесь и не пахло.       — Явился, наконец! Уверен, Владыка Келеборн подробно ознакомил тебя с твоим новым назначением, но, думаю, ты не станешь возражать, если я разъясню Леголасу круг твоих обязанностей, чтобы все были в курсе, так сказать… — сказал Глорфиндел. Он возвышался за спиной хрупкого принца как незыблемая скала, а для пущей убедительности ещё и положил руку на его плечо, давая Халдиру понять, кто стоит перед ним.       Леголас очнулся. Только сейчас до него дошло, что в привычном облике заносчивого капитана Лориэна не хватало одной детали — красного плаща. Галад был одет в серую форму простого стража.       — Халдир назначен твоим личным телохранителем до конца нашего пребывания в Лориэне. Владыка Келеборн временно освободил его от обременительной должности капитана его стражей. Если он осмелится тебя чем-то прогневать, любовь моя, просто дай знать мне или Владыке. Учитывая, что он был в ярости, когда новость о том, как неуважительно бывший капитан его стражей отнёсся к его гостю и родственнику, достигла его ушей, я не удивлюсь, если очередная выходка понизит Халдира до... помощника конюха. И, боюсь, на этот раз он останется в этой должности навсегда.       Леголас нервно сглотнул. Мысль о том, что отныне, куда бы он ни пошёл, этот наглый, заносчивый, самодовольный тип будет следовать за ним по пятам как тень, его не радовала.       — Отведёшь Леголаса и моего сына на рынок, и не приведи Валар, если с их голов упадёт хоть один волос, — угрожающе прорычал Халдиру главнокомандующий Имладриса и, не удостоив его больше ни единым взглядом, нежно проворковал съёжившемуся от ужаса Леголасу: — Малыш, купи себе одежду, подходящую для прогулок с нашим сыном. Ему безумно нравится ползать в грязи, поэтому выбери что-нибудь немаркое, а лучше всего чёрное. И не забудь, что у поросёнка скоро день зачатия. Если увидишь что-нибудь примечательное, купи ему подарок. Вообще-то, я хотел попросить тебя ни в чём себе не отказывать, ведь теперь у тебя есть кому таскать тяжести. Можешь покупать всё, что душе угодно, только умоляю, не покупай орчонку пони.       Леголас натянуто кивнул. Глорфиндел улыбнулся и, не обращая внимания на зрителя, поцеловал оцепеневшего Леголаса взасос. Оторвавшись от распухших губ, он прошептал Леголасу на ухо:       — Накупи побольше всего. Не стесняйся. Хочу, чтобы весь Карас Галадон видел, как он ползает за тобой с кучей сумок как слуга за господином. Он наказан и знает, что виноват. Он будет хорошо себя вести. А если нет, ему не поздоровится. И, малыш, не забудь купить подарок и для меня. Что-нибудь, что меня порадует.       — Может быть, хотя бы намекнёте мне, что бы вы хотели получить в подарок, мой лорд? — смущённо пролепетал юный принц.       — Ты — мой самый лучший подарок, Леголас. Ты и твоя улыбка. А в остальном... У тебя богатая фантазия, думаю, ты справишься и без моих подсказок, — рассмеялся Глорфиндел, но, заметив неуверенность в синих глазах, добавил:       — Я буду на седьмом небе от счастья вне зависимости от того, что ты мне подаришь. А теперь беги веселись. И не давай спуску Халдиру.       — Не дам, — заговорчески улыбнулся ему Леголас и невозмутимо направился к двери, косяк которой с преувеличенно скучающим видом подпирал Халдир. Правда, не успел он сделать и пару шагов, как был вовлечён в поцелуй, от которого он забыл как дышать.       — Прости, мне всегда так сложно с тобой расставаться. Пусть и на краткий миг, — выдохнул ему в губы Глорфиндел. — Я забыл дать тебе кое-что, чтобы купцы знали, кому предъявлять счета для оплаты.       Он снял с пальца массивное золотое кольцо с печатью дома Гондолина и нахмурился, не зная, на какой из изящных тонких пальчиков его надеть. Не придумав ничего лучше, Глорфиндел надел чудом уцелевшую реликвию на большой палец Леголаса, надеясь, что оно с него не свалится.       — Оно немного великовато для твоих пальчиков, — смущённо заметил он и поцеловал дрожащую конечность своего принца. — Прости, я всегда забываю, какой ты хрупкий.       — Но… Это кольцо… Оно ведь… — Леголас хватал воздух губами, не в силах оформить мысль в связное предложение.       — Твоё.       Если бы от слов можно было умереть, то сердце Леголаса перестало биться. Он так бы и стоял с открытым ртом, пялясь на кольцо на своём пальце, если бы не недовольное сопение Гила.       — Ну сколько тебя ждать, ada? Я хочу белую лошадку! У-И-И… — взвизгнул неугомонный эльфёнок, но, заметив на пороге незнакомца, устроил ему допрос с пристрастием: — А ты кто такой? И что ты здесь делаешь?       — Хм… По всей видимости, сегодня я вьючный ослик, — с одной из этих своих неопределённых ухмылочек ответил Халдир. Ничто не могло сбить с него спесь. Леголасу оставалось только позавидовать тому, как тот мог оставаться таким невозмутимым в любой ситуации. Особенно сейчас, когда он стал рабом бывшего раба.       Звонкий смех эльфёнка разлился по гостиной.       — Ты смешной! А на рынке есть пони? Я хочу белую лошадку, как у atto.       — Кто бы сомневался, — насмешливо вздёрнул бровь Халдир и исчез за дверью.       — Леголас, никаких пони! Ни белых, ни серых, ни коричневых, ни в яблочко! Мне и одного строптивого roch-neth вполне достаточно, — строго проговорил Глорфиндел и вытолкал Леголаса за дверь, легонько шлёпнув по заднице.       — Я знаю одного превосходного мастера, — промурлыкал Халдир, грациозно и с чувством собственного достоинства спускаясь по винтовой лестнице. Леголас понуро брёл за ним по пятам. — Он делает упряжь под стать необузданным строптивым лошадкам. Полагаю, чёрная уздечка и седло будут прекрасно смотреться на белоснежном roch-neth.       Леголас закатил глаза. А ведь день так хорошо начинался.