Цветы сквозь время

Утро выдалось каким-то хорошим, можно сказать весёлым и бодрым по сравнению с остальными. Никогда по утру, сидя за чашкой кофе, Эррор не был столь рад и счастлив ранней поре. Но для него это казалось чем-то волшебный. Новый день — новая прожитая минута и вновь жизнь, как будто проживая все заново. Вправду хотелось бросить абсолютно все, отдать в бега с Инком и начать новую жизнь где-то в загородном домике около озера. Но, боже, кто сказал, что наши мечты обязательно сбудутся? Никто не даёт гарантии, кроме наших решений. Странность этого начала заключалась в том, что он был абсолютно спокоен. Нет протяжной тревоги от решения его соулмейта, нет страха социума, нет плохих ощущений. Спокойная утопия дома, тепла и уюта, и совсем немного радости. Это радовало, даже очень. Ведь Инк не волнуется, будто успокоился и расслабился. Может он действительно сомневался в действиях Эррора. Сейчас на этот вопрос Ру-ру самому не хотелось отвечать. Давно хотелось отдохнуть от вечной тревожности, суеты. Но такие моменты появлялись крайне редко. Чувство лёгкости и свободы сопровождалось ещё и красочным праздником апреля — первое число считается не только днем смеха, но и днем птиц. И Эррору хотелось верить, что этот день даст ему надежды для нового полёта, вместе со своей искрой. Чего-то нового и желанного. Наверное, этот день назвали в честь птиц, потому что они возвращаются из далёкого путешествия за тёплым ветром. В этот день хотелось также: чтобы все вернулось. Чувства, эмоции, жизнь… Вернулись, после своего долголетнего отсутствия. Так, сидя за столом с кружкой, чуть подостывшего кофе, Эрр вглядывался в появляющиеся силуэты стай под покровом ало-розового рассвета этого дня.

***

Как ни странно, но Глючный сразу сел за свою работу после завтрака. Никаких прогулок, размышлений о Инке, об ответе, лишь житейская обыденность. Руки уже сами чесались, но за ощущением легкости мало что можно было понять, кроме лишь некоего отрешения от мира сего. Надев наушники, включив песню и запустив программу, пальцы рук вновь были готовы творить чудеса. После часа, а то и двух, украшение было составлено. К такому празднику Эррор решил создать украшение, простое, но цепляющее. Бижутерия с элементами летящей птицей, как легкий признак свободы души. Очень красивое изделие просто идеально смотрелось на заколках, они подчеркивали глаза, особенно голубые. И все наталкивало на Инка. — Мои мысли в плену его образа. Может, это знак, что пора встретиться, — Эррор устало взглянул на экран ноутбука и решил закончить работу на сегодня. Правда сделанное изделие подбодрило его, поэтому выходя из дома, на его лице расплывалась чуть заметная улыбка.

***

Обычно в том городке, в котором проживал Эррор, праздник птиц был почти официальным, почти как день смеха. Первое апреля каждый год оставался очень легким, веселым праздником у всех на душе, поэтому в изящном параде по запусканию воздушных змеев редко кто отказывался. Даже если и не запускали, то обязательно глядели, из-за стороны, на ползущий поток свободных «птиц». Выдохнув еще раз, Глючный отправился на главную площадь. Все же большой парад увидишь раз в год, не стоит отказывать себе в столь интересном удовольствии. Все же, определив свой последующий путь, Эррор отправился по тротуару до главной площади города. Площадка была действительно огромна: аккуратно уложенная узорчатая плитка, сцена, большая территория. На ней даже можно проводить крупногабаритные концерты, если понадобится. Да и народу к этому времени было не мало, оставалось буквально 15 минут до начала большого парада. Поразмыслив и поняв, что нужно быстрее занимать место на скамейках поблизости, Эррор отходил в более удаленный уголок для своего обития. Лавочка хорошая и вид прекрасный — отличное место для размышлений. Минуты летели со мощной скоростью ветра, будто пустой поток. И вот, словно грохот салюта, раздалась торжественная музыка и взлетели птицы свободы. Это было действительно потрясающее зрелище: легкие крылышки птиц чуть колыхались на ветру, создавая иллюзию жизни, а синхронное поднятие в воздух, быстрое, по попутному ветру, приносило необъятное ощущения легкости и той самой свободы. И Эррор тоже ощутил это чувство. Словно мысли освобождаются от оков, а душа начинает взлетать вместе со своей стаей. Наверное, именно такие праздники и нужны, чтобы сплотить, объединить и вдохновить людей на нечто прекрасное, совершенное. Добавлять ощущений в их жизни, красок. Переводя взгляд от своеобразных птиц, по ниточкам, к их создателям, взгляд зацепился за одну макушку, еле заметную, но видную. Светлые, чуть ли не белокурые волосы отдавались золотым отблеском из-за ослепляющий лучиков солнца. Сомнение закралось в душу, а вслед за ней, словно в ответ, прозвучала тревога у Инка. Замешкавшись на месте, но стараясь не отводить взгляд от того человека, Эррор все же решил оставить идею со слежкой. Сомнения, снова анализ и голова вновь загудела кипишом внутри — Эррор просто прикрыл глаза. — «Это всего лишь иллюзия, тебе кажется, » — уверял себя Глючный. И однозначно убедившись, он вновь раскрыл глаза, чтобы проводить уже уходящий назад, на землю, парад. Правда белокурых волос уже не было.

***

Прогуливаясь до парка, ощущения легкости, бодрости и полноты окутывали до самых ушей, словно вокруг был плотный вакуум проходящий вдоль и поперек. Настроение явно улучшилось и сил прибавилось. Незабываемое чувство. Такое, будто все действительно хорошо. — Жаль, что раньше не ходил туда. Эх, старый дурень, почему тебе пришла эта мысль только сегодня? Похоже, что наконец полоса удачи началась, — и вновь редкая, но теплая улыбка от собственных убеждений. Парк, как обычно, отдавался красотой заброшенности, некой утопичностью и покоем. Заманчивые чары тянули Эррора во внутрь и от этого чувства лишь обострялись до ярких красных цветов перед глазами. Какого это, взаимная любовь? Неужели Эррор сможет действительно прочувствовать ее? — Любовь… Красивое слово, не правда ли? — теплым тоном начал произносить Эррор, чуть посматривая на такую хорошую скамейку. Во всем смысле этого слова — хорошую! Глючный еще ни раз не пожалел, что пришел сюда и нашел то, что искал и ждал много лет. — История такая, словно… как в той сказке... — и все дальше уходя в свои мысли, воспоминания, он рефлекторно сел на скамейку, прислушиваюсь мирному затишью. Тихое шуршание крон деревьев редких берез, гул медленного ветра, сквозь лопастей елей и сосен. Эррор поднял голову, он хотел запомнить этот день во всех красках. Насыщенный, ярких и настоящих. Радостное понимание того, что вот — ты вновь живой, ты нашел своего соулмейта, грело душу и отпугивало любой дурман. Все же собравшись с силами, последний раз взглянув на чистое голубое небо, через чуть темные лапы сосн и елей, Эррор устремил свой взгляд к заветному храму их любви, заключенному в дереве… Однако счастье редкая штука, правда ведь? Об этом подумал и Эррор, увидев нежную, полуприкрытую желтую розу. Похоже, не всегда счастье можно искать везде и после горы смеха, прольется река плача. На еще крепких ногах,

наверное он просто не осознавал,

подходя к крепкому стволу сосны,

это точно не могло быть реальностью

на лице мельком скопились слезы, коликами пробегаясь по ободку глаз. Похоже, что все шансы были исчерпаны и сейчас двоякое чувство: чувствовать все или абсолютно ничего. Однако такая пустота… она ничего не давала, но слезы словно живые потекли по щекам, оставляя теплые потеки уходящей радости. Пальцы неприятно начали сдирать кору, оставляя ссадины на пальцах, с мозолями и занозами. Пусть кора и мешала, она не казалась чем-то важным на нынешний момент, кроме как раздирающей пустоты. Она как бы все, но при этом все тот же бездушный ноль, очерченный на лице безликой маской вновь уходящей жизни.