Холод души

Когда в голове стало что-то проясняться, я попыталась открыть глаза. Но как только сделала это, увидела темноту, постепенно она стала проясняться, предметы расплываются и невозможно понять, что это. Я снова закрыла глаза. Открыв, увидела перед собой потолок. Вернее над собой. Такой белый-белый. Пфф, банальность. Хотела было сесть, но видимо не судьба. Как только попыталась пошевелиться, тело пронзила ужасная боль. Да так, что кислород резко исчез, и я стала задыхаться. Пришлось лечь обратно, тяжело дыша, хватая ртом воздух. Как только боль утихла, я снова открыла глаза, осматриваясь. Эта какая-то гостиная: белый натяжной потолок с золотистой люстрой, на полу белый ковёр, на стенах обои с золотыми закорючками, диваны, кресла. На одном из последних, кстати, сидит какой-то парень. Вид его, мягко говоря, потрёпанный: помятая серая футболка; расстёгнутая толстовка в таком же виде; тёмно-синие джинсы в грязи и, похоже, скоро пойдут по швам, потому что порваны не только на коленках; глаза закрыты; кожа совсем бледная; волосы странного цвета — пепельные, не сказать, что в творческом беспорядке, скорее в хаосе, как колючки у ёжика. Интересно, кто он? Неужели этот парень сбил меня? — Таким транспортом, как автомобиль, не располагаю, поэтому сбить я тебя не мог, — неожиданно он открыл глаза, посмотрев на меня с нескрываемой насмешкой и странным холодом. Я поспешила отвести взгляд, ведь в открытую пялюсь на него. Как он узнал, о чём я подумала? — Ты же как раскрытая книга. Только слепой не заметит вопроса в твоих глазах, — опять сказал парень. Этот голос… Я ведь уже слышала его? Или нет… запах, да тот самый запах сигарет и одеколона. Я никогда такого не чувствовала. Или не вдыхала? Не знаю, как правильно. Задумавшись, я потупила взгляд на своей руке. А кто тогда меня сбил? Как только выберусь отсюда, поеду к папе, он разберётся. Хотя нет. Лучше в полицию. — Можешь уже сейчас катать заявы на Флинна, его всё равно отпустят, — этот рентген опять влез в мои мысли. Уже бесит! А может… Точно! Это же он! Он спас меня тогда ночью. — Это ты? — всё-таки для достоверности спросила я. — Ты про что? — он усмехнулся — Если про ту драку во дворах, то я, а что? — Нет, ничего, — я опустила взгляд снова, — спасибо. — Не стоит благодарности, Фрост у нас скромница, — услышала я откуда-то сбоку. Попыталась повернуть голову, но тут же пожалела: шея ужасно заболела, как и сама голова. Зажмурившись, я приняла изначальное положение. Через пару секунд на край дивана рядом с моими ногами уселся брюнет, оглядывая меня своими серыми глазами. Пепельноволосый как-то странно посмотрел на парня, но потом достал телефон и уткнулся в него. — Сколько я здесь? — прохрипела я, всё же, сжав зубы, приняла полусидячее положение. — Сутки, — хмыкнул брюнет, — ты слишком слабая физически и хрупкая. Так бы, можт, раньше очнулась. Ну уж спасибо! Слабая, значит? Да кто это сказал? Вот этот сероглазый, который видит меня в первый раз?! — Хотя… тебе нехило досталось! Юджин у нас так окрылён своей любовью, что никого перед собой не видит. Он вчера на меня кофе пролил, когда шёл по коридору! — возмущённо воскликнул парень, — где болит? Чего? — Ну, вернее, что болит, — исправился он. — Голова, шея, рука левая, правая нога и спина. — Слушай, крошка, давай так: ты не катаешь на нас заяву, на нашего друга… вернее, не пишешь в полицию заявление, а мы доставим тебя в любую точку города и дадим бабла на лечение. Взятка? Он меня бесит. Какая, к чёрту, крошка? Как будто он думает, что деньги заменят мне моё здоровье. — Во-первых, я не крошка, тем более для тебя; во-вторых, взятки не беру; в-третьих, я не дружу с полицией, у меня другие способы. Оба парня усмехнулись. Такое ощущение, будто я для них обезьянка в цирке! — Слушай, крошка, никто тебе не даёт взятки, — со смехом сказал брюнет, — не хочешь, не бери. Твоё дело. Нам же главное предложить. А насчёт других способов… было бы интересно их узнать, но… печалька, тебе ведь не больше 16, — парень картинно вздохнул. Заебали! Как он смеет со мной так разговаривать?! Что за извращённая фантазия? Только я открыла рот, чтобы возразить, как он продолжил: — Поэтому сейчас я дам тебе таблетку, и ты ещё немного отдохнёшь. Какую таблетку? Вы издеваетесь? А вдруг это будет наркотик. Видимо, он понял, о чём я думаю, раз поспешил добавить: — Таблетку обезболивающего. И что мне делать? Пока я тут размышляю, брюнет встал и куда-то ушёл. Всё это время пепельноволосый смотрел в телефон. Куда я попала? А ведь я даже не спросила, где я. Хотя, это самый банальный и ожидаемый вопрос в таких случаях. Сероглазый вернулся через несколько минут со стаканом воды в одной руке и чем-то в другой. Он опять сел рядом со мной и протянул таблетку, затем стакан. Наверное, действительно стоит выпить обезболивающее, им ведь нет никакой выгоды меня убивать? Запив лекарство, отдаю стакан брюнету. — Отдыхай, потом Фрост отвезёт тебя домой. Я только кивнула, не вникая в суть слов, и опять провалилась в темноту.