Страшные сказки на ночь

Лекарство против нового заболевания куда опаснее самого заболевания.

- Джерри, ты готов? Обаятельная молодая медсестра пригласила юношу в процедурный кабинет. Внутри была наскоро оборудована станция помощи заболевшим – кресла с фиксаторами, инфузионные системы, компьютеры, призванные фиксировать состояние пациента, выводя его на монитор. Два из таких кресел были заняты – на них были прикованы люди. Первый, мужчина далеко уже не средних лет, пытался укусить хоть что-то рядом с собой. Его нижняя губа была похожа на лохмотья, обнажая кости нижней челюсти. Его вены были какого-то противоестественного желто-оранжевого цвета, явно просвечивая сквозь голубоватую кожу. От его взгляда Джерри бросило в дрожь, и он перевел глаза на второго пациента – девочку лет двенадцати. Она сидела спокойно, испуганно глядя на беснующегося мужчину, на медсестру и Джерри, на все, что было в комнате. Дрожащими губками она шептала: «Помоги, пожалуйста», и можно было бы подумать, что она здесь по роковой ошибке, когда б ее кукольное платье с пышной юбочкой не было залито кровью, а под аккуратно наманикюренными ноготками не сохранились кусочки плоти. - Тебе сюда, - медсестра пригласила его пройти в соседнее помещение, и Джерри поспешил воспользоваться приглашением. Здесь на таких же креслах сидели пришедшие на профилактику. Некоторые также были зафиксированы, другие же сидели спокойно, безучастно глядя в потолок. Девушка, ставшая соседкой Джерри, спала, уронив голову на плечо. - Вы же подписали согласие? – с натянутой улыбкой спросила медсестра. Джерри кивнул. Да, он оставил свой автограф на этой бумаге, доходчиво дающей понять, что с некоторой долей вероятности Джерри может умереть во время процедуры, а также почти наверняка умрет в течение некоторого времени, так как экспериментальная вакцина, к сожалению, полностью убивает иммунитет, что делает смертельно опасной даже простуду. Впрочем, доктор заверил его, что вовсю ведутся исследования, и, надо верить, скоро данного побочного эффекта удастся избежать, а подвергнутых ему получится вернуть к полноценной жизни. «Надо верить» - так и сказал. Человек науки говорит о вере – видимо, все очень паршиво. Джерри не верил. Он просто не хотел быть потенциальным убийцей любимой девушки и их сына, который только вчера впервые встал на ножки, который уже узнает папу и тянет к нему ручки, сидя в своей колыбели… Медсестра присоединила к коже Джерри датчики и ввела ему в локтевой сгиб толстую иглу, как для переливания крови. Когда препарат начал поступать в вену, парень невольно ойкнул (рука медсестры тут же легла на кобуру, так нелепо выглядящую на бедрах, обтянутых белым халатиком). - Все нормально, - попытался успокоить ее Джерри – не хватало еще пулю в лоб заполучить. – Просто неожиданно больно. Медсестра настороженно кивнула и пристегнула его руки к креслу – недостаточно туго, чтобы это было болезненно, но вполне достаточно, чтобы задержать его в случае буйства. А там на помощь придет верный пистолет… «Интересно, он заряжен пулями или капсулами с транквилизатором?» - подумал парень, глядя вслед медсестре, отправившейся за новым пациентом. Помимо других людей, так же, как и Джерри, подключенных к капельницам, в комнате заслуживал внимания только, пожалуй, телевизор. Призванный развлекать пациентов, сейчас он был бесполезен – по всем каналам на каждой передаче обсуждали только одно: туман, окутавший планету в мгновение ока и пропавший так же внезапно, как и появился; служители разнообразных религий поясняли, почему туман можно считать проявлением воли именно «их» бога или его антипода; псевдонаучные передачи вещали, что туман стал следствием методичного нарушения человеком законов природы, расплатой за это, чуть ли не апокалипсисом; федеральные каналы призывали обращаться в медицинские учреждения для прохождения профилактических процедур, рассказывали о первых признаках заражения и необходимости уничтожения зараженных или, как минимум, их тщательной изоляции. Вот и сейчас ведущий беседовал с гостем программы – неким доктором, который сообщал о том, что удалось выяснить научным институтам за эти две недели. Из беседы, изобилующей научным терминами, было ясно одно – ни-че-го. Ничего им не удалось выяснить. Некоторые люди, ничем не выделяющиеся среди соплеменников, внезапно приходили в ярость и уничтожали ближайшее к ним живое существо. Люди бросались на людей, собак, раздирали на части домашних питомцев, истребляли целые семьи, популяции. Они не становились быстрее или сильнее обычного человека, но ими полностью овладевало желание убийства, так что они не замечали боли, игнорировали просьбы и сопротивление. При этом физическое состояние взбесившегося ничем не отличалось от параметров обычного человека, кроме всплеска гормонов. Когда же те приходили в норму – люди также более не проявляли агрессии. Более того, в научных центрах не удавалось воссоздать вспышки агрессии такой силы ни у одного пациента. Таким образом, данное заболевание (конечно же, врачи тут же объяснили это заболеванием, как УФОлоги – «даром» инопланетян) признано неизлечимым, все взбесившиеся подлежат уничтожению либо, в случае внесения родственниками некой суммы «на исследование болезни» могут быть подвергнуты экспериментальному лечению в оборудованных кабинетах. Более того, все население Земли должно пройти обязательную вакцинацию. Мужчина из соседнего помещения перестал рычать и затих. Со своего места Джерри не мог его видеть, однако ему была видна девчонка. Она была еще бледнее, чем когда Джерри увидел ее в первый раз, ее сильно трясло и, кажется, она скулила. Внезапно все ее тело изогнулось в судороге, а когда столбняк прошел, тело девочки безвольно раскинулось на кресле. Аппараты, прикрепленные к ней, оповестили всех, что девочки, чьего имени Джерри так и не узнал, больше нет. К ней тут же подошла медсестра и молодой мускулистый врач, отключившие ее от систем и аппаратов. Врач легко подхватил девочку на руки, когда к нему обратился парень лет пятнадцати, стоявший неподалеку – видимо, пациент, за которым отходила медсестра. - Она что… - Мертва, - будничным тоном закончил за него врач. - А этот? – видимо, паренек имел в виду мужчину. После секундного промедления доктор констатировал, что этот тоже мертв и обратился к медсестре с просьбой вызвать санитаров и увезти тело. Медсестра провела паренька в комнату, где находились «профилактирующиеся». Тот глазами, полными ужаса, обвел всех, находящихся в комнате, задержавшись на Джерри. Джерри слегка улыбнулся ему, и паренек ответил робкой улыбкой. - Будет больно, - предупредил Джерри за секунду до того, как игла вошла в руку паренька. Тот закусил губу, но сдержал вскрик – что, впрочем, не уберегло его от привязывания к креслу. Медсестра отправилась в соседнее помещение, а Джерри обратился к парню: - Тебя как зовут? Я Джерри. - Калеб, - отозвался мальчишка дрожащим голосом. – Очень приятно. - Знакомство – да, но не место встречи, - попробовал пошутить Джерри. Получилось вяло. – Не бойся так, мы хотя бы живы. Возникла тишина, нарушаемая тихим жужжанием аппаратов, которую вскоре прервал противный писк монитора. Джерри и Калеб, не сговариваясь, переглянулись. Пищал аппарат девушки – той, что, казалось, спала, склонив голову. Медсестра тут же подошла к ней, нажала на тумблер аппарата и вышла из комнаты, едва улыбнувшись парням. Немой вопрос возник в глазах Калеба. Джерри кивнул и явно увидел, как у того заблестело в уголках глаз. С телевизора прозвучал вопрос ведущего, удалось ли достичь каких-либо успехов в лечении данного недуга. Доктор покачал головой и прокомментировал: «На данный момент выживших после терапии нет, однако опыт свидетельствует, что ни один из переживших вакцинацию не заболевал до конца своих дней». С экрана вновь заговорили о необходимости вакцинаций. Взгляды парней пересеклись. - Скажи… те, Джерри… Тебе… Вам тоже больно? – спросил Калеб. - Да, - ответил Джерри. Препарат и вправду будто жег вены, заставлял кровь кипеть. В начале боль была только в руке, затем переместилась дальше по телу, продолжая захватывать все большую площадь. Кроме того, ужасно тянуло в сон. В комнату зашла медсестра, сопровождая нового пациента, и Джерри решился на вопрос: - Скажите, пожалуйста, а боль по всему телу – это нормально? - Да, - ответила та без лишних подробностей. Джерри, чтобы отвлечься стал думать о своей семье. Его девушка, даром что мать, не задумываясь, отказалась пойти вместе с ним на вакцинацию. Мало того, ребенка тоже запретила прививать, антипрививочница чертова. Ладно, корь там или столбняк, но здесь-то речь о настоящей неконтролируемой эпидемии! Мысли путаются, глаза тяжелеют… Внезапно мир заставляет Джерри прийти в себя страшным грохотом. Девушка, которую привели последней, заняла место рядом с Калебом, и они о чем-то мило болтали – ровно до той секунды, когда дверь в кабинет слетела с петель под ударом рослого юноши. За ним неслась целая толпа, схватившая медсестру и доктора. Та же участь постигла Калеба, Джерри и безымянную девушку – их отсоединили от систем и кресел и куда-то потащили. Часть толпы осталась с предводителем в комнате с креслами, проверяя остальных пациентов. Сопротивляться не было сил – по крайней мере, у Джерри. Все тело болело, как после хорошей тренировки. Что-то возмущенно кричала девушка, Калеб молчал, но тоже не сопротивлялся. Пленников протащили по коридорам больницы и затолкнули в кузов грузовика, заперев снаружи. Позже к ним добавился один из тех, кто был в комнате до Джерри. Машина тяжело рыкнула и покатила, видимо, с неплохой скоростью. Сложно сказать, долго ли их везли и куда. Врач, медсестра и тот, которого освободили последним, вели себя как роботы – спокойно и безучастно. Калеб плакал, девушка пыталась кому-то позвонить. Джерри почти засыпал. Через некоторое время после того, как машина остановилась, створки кузова раскрылись и пленников по одному стали выводить наружу. Судя по всему, их вывезли далеко за город. Процессия зашла в какое-то здание, похожее на больницу или школу. По партам в комнатах Джерри понял, что одно из его предположений было верным. Школа. В нескольких классах он заметил следы жизнедеятельности людей, другие были абсолютно пусты. Пленников завели в то, что с большой долей вероятности служило физкультурным залом – однако сейчас там тоже стояли парты. За одной из них сидел молодой человек – кажется, тот же самый, что руководил ворвавшейся в больницу группой. Он сидел лицом к остальным. Осмотрев новоприбывших и, видимо, удовлетворившись, он начал: - Приветствую Вас в штабе группировки «Карантин». Джерри слышал про этот «Карантин». Фанатики, которые противоборствуют вакцинации и лечению. Образовались не так давно (как и болезнь, впрочем), но уже успели помешать множеству процедур. Со слов правительства, отчасти безуспешность лечебных действий можно объяснить как раз действиями вот таких группировок. Вожак (Джерри решил пока называть его так) тем временем продолжал: - Здесь мы занимаемся самостоятельным исследованием недуга, объявившего о себе не так давно, но уже потрясшего весь мир. Отсюда же мы ведем эфиры… Действительно, Джерри не раз наблюдал, как телевизионные эфиры прерываются роликами «Карантина». Их быстро блокировали, и тексты никогда не запоминались… - Мы уверены, что эта болезнь, туман, который вы все видели – не то, чем его считает большинство. Неважно, откуда он взялся! Мы пытаемся обнаружить, что он нам дал. Выяснить природу приступов ярости и причину их исчезновения. Большинство слушателей сидели недвижимо и без эмоций слушали Вожака. - К сожалению для некоторых из Вас, мы уже выяснили некоторые неприятные факты о том, что вводят населению в качестве вакцины и лекарства, - сказал Вожак, слегка понизив тон. На этом он замолк, а стоявшие за спинами слушателей люди принялись выводить из комнаты тех, кто сидел слишком безучастно. Когда парты опустели почти наполовину, Вожак продолжил: - Тем несчастным мы уже вряд ли поможем… Но у вас еще есть шанс! Вожак встал и принялся ходить между парт. - Итак, туман. Как вы помните, он был везде. Он проникал в вентиляцию, в подземные помещения и шахты, даже сквозь поры противогазов. От него не было спасения, но он и не причинял дискомфорта. А затем он пропал, и человечество вздохнуло спокойно. Потом… Потом начались убийства. У наших ученых есть предположение о том, как выбирались жертвы… Впрочем, я пока не рискну заявлять об этом предположении уверенно. Мы знаем одно – после расправы все убийцы возвращались в свое нормальное состояние. Как известно, взбешенных не отличает от нас с вами ничто, кроме уровня некоторых гормонов в крови. Тогда была изобретена жидкость, которая при попадании в организм блокирует любые эмоции. Любой выброс гормонов будет блокирован, не начавшись. И человечество вновь вздохнуло спокойно, отправившись в медицинские учреждения. Правда, тех, кто был замечен в приступе агрессии, ждала весьма безрадостная перспектива. Доза, вводимая им, была столь велика, что несчастные умирали во время процедуры. «Здоровым» повезло чуть больше – у них был шанс пережить вливание полудозы. На самом деле, впоследствии некоторые все равно умирали – без гормонов нет рефлексов. Люди не боялись… Люди не боялись, да. Бросившихся животных, утонуть, запаха газа… Продолжать можно бесконечно. Вожак замолчал, остановившись возле молодого мускулистого доктора. - Этот человек нас крайне заинтересовал. Могу я попросить вас ответить на несколько вопросов? Собеседник кивнул, и Вожак задал первый вопрос: - Девочка, которую Вы несли на руках… Кем она была при жизни? - Моей дочерью, - ответил врач, не изменившись в лице. - И за что ее лечили? - Она убила любимую лошадь, придя на тренировку в конный клуб. - Разве она не была привита? - Нет, она часто болела, у нее был мед.отвод от любых прививок. Я сам следил за ее здоровьем. - Она была здорова в день приступа? - Абсолютно. - А что вы сделали, когда увидели ее, стоящую с ножом рядом с агонизирующей лошадью? - Я добил животное и привез дочь в больницу. - Вы были вакцинированы? -Да. Весь диалог врач не менялся в лице. Повисла тишина. - Итак, как мы видим, вакцинированный человек способен на убийство в особых случаях. У лошади, замечу, было перерезано сухожилие, но животное еще можно было спасти. А почему Вы несли ее на руках, а не вызвали санитаров? Куда Вы ее несли? Врач не отвечал. Он не изменил выражения лица, однако из глаз его потекли слезы. - Извините, - тихо сказал Вожак. В класс практически вбежала невысокая женщина. Она что-то сказала почти на ухо Вожаку и передала ему пробирку с мутноватой жидкостью. Вожак расправил плечи и подошел к своей парте. - Сейчас Вы станете свидетелями одного эксперимента. Мадемуазель, Вы же не были вакцинированы? – он обратился к девушке, так и не выпустившей из рук телефон. Та помотала головой. Вожак пригласил ее подойти. Из-под стола он извлек переноску, в которой сидел декоративный кролик. - Как Вам это животное? - Он милый, - ответила девушка, протягивая руку, чтобы погладить кролика. - Согласен, - хмыкнул Вожак. – Подождите минуту. Он схватил кролика и резким движением влил содержимое пробирки ему в рот. - Вот, возьмите теперь, успокойте беднягу, - предложил он. Девушка взяла кролика. На глазах присутствующих ее внешность преобразилась, и с лицом, полным ненависти, она скрутила кролику шею. Бездыханный трупик опал на пол, а спустя еще несколько минут девушка рыдала над ним на глазах пораженной публики. Лишь врач взирал на происходящее абсолютно отсутствующим взглядом. - В пробирке был вирус сибирской язвы, - пояснил, наконец, Вожак. – Наши исследования показали, что все жертвы нападений были больны неизлечимым заболеванием, могли заразить других и сами были обречены на мучительную гибель. Джерри с трудом мог переварить полученную информацию. Перед его глазами стояла девочка с дрожащими губами, в кукольном платьице, умоляющая о помощи. Туман не сделал людей убийцами. Он сделал их санитарами.