Кафе "Реборн"

Время на острове летело непонятно куда и зачем, останавливать не стали – и так хорошо. Детки росли, учились бегать и стрелять, и любыми способами не давать обожаемым родителям заскучать. После шестого Нового Года на Острове даже было введено военное время – как и пророчил в далеком прошлом Автор (выпив на Новый Год с Владыкой, Автор на три дня забаррикадировался в ванной и оттуда, с завывающими интонациями прокурора с похмелья, пророчил все подряд гадости) дети случайно нашли в Старом Замке записи с планами захвата, чертежи тайных ходов, катапульт и обрывок бумаги с сочной итальянской руганью – как оказалось, план Занзаса по захвату острова. Судя по активно развернутым на Острове действиям – дети не слабо вдохновились. Окруженный раздраженными родителями Ириэ клялся и божился, что дотошно сжег все конспекты и записи с прошлогодней монополии (закончившейся полной победой Тёти Эдиты, которая, захватив воинственный домик Зазнаса, раскидала всех остальных по острову и, оседлав дымоход, самолично огласила себя победителем), Мармон в это время куда-то тихо слинял. А детки уже вторую неделю резво делили остров на секторы и вели активные военные действия, заручившись поддержкой двух гениальных детей Спаннера и их козявкометов. Многочисленные чада Занзаса объединились со своими родственниками по линии Рикардо (коих насчиталось уже три – третий сын родился незадолго до пресловутой монополии, и усаженный заботливыми братьями-близнецами на Лапусю больше от туда и не слезал – кот как нельзя больше походил на боевого коня), а те в свою очередь подбили сыновей Закуро отловить пару-тройку бесхозных драконов – летать нельзя, но для воздушной атаки как нельзя лучше сгодятся. Автор, хватаясь за голову, наблюдал с окна, как любимые дети с сачками и задорными криками гоняли вконец ошизевших от такой малины драконов, Чукча с Владыкой философски пили чай, а папы в саду, матерясь на чем свет стоит, конструировали детям катапульту на колесах. Одиннадцатое поколение Вонголы, видя такое дело, тоже организованно соорудили из ананасового бамбука носилки для трехлетнего сына Тсуны, и, используя как таран, пошли в бой. Понемногу подключались и остальные, Спаннеровские чада при любой возможности тащили на «базу» все, что можно использовать как оружие, а что нельзя просто тащили как боевые трофеи, там же по вечерам все дружно жрали стащенные сладости – войны войнами, а вместе в одном мире же живем. Так называемая «База» вообще была одичалым домиком кого-то из уехавших в город – со временем несколько пар решили показать детей родственникам, да так и не вернулись – видимо на пару с детьми посуду до скончания века мыли, как наказание. А детки быстро просекли, что одиноко стоящий в Ананасовой Роще домик больше никому не понадобится, и за пару дней переделали его в собственную секретную базу. Дележ земель закончился только тогда, когда расшалившиеся дети сбили с ног Девятого с вернувшимися хранителями. Хранители, относительно недавно и не без вмешательства Тёти Эдиты возвращенные в круги семьи (на дармовых хлебах у Еноти дедки вообще забыли и о службе, и обо всем на свете, какая работа, когда тут такие..пирожки?) еле успокоили Девятого, бросавшегося их то обнимать, то душить, сам-то он, пока друзья прохлаждались на источниках, ходил, сшибая стены лбом от скуки, пока его унылый вид изрядно не поднадоел женушке, и она лично не притащила за шкирман всех зажравшихся пенсионеров и заодно саму Енотю – погостить. За которой впрочем на следующий же день приехал возмущенный до глубины души муж, которого случайно забыли предупредить. Дедуля, все еще пребывавший на седьмом небе от счастья, что вернулись светочи глаз его, решил, что что-то детки сильно расшумелись, и дабы избежать возникновению еще дюжины юных Занзасов – взял на себя труд провести воспитательную беседу. Таких занудных и долгих речей даже Мармон из себя не выталкивал в свои лучшие времена. Занзас, мысленно посочувствовавший своим детям, попытался выудить из комнаты хоть старшего сына, чтоб на нотациях деда совсем не погубить породу брутальных боссов, но был отловлен и тоже усажен заботливым дедушкой на лавку провинившихся. Так страстно о своих пистолетах Босс Варии не мечтал еще со времен стриптиза Джанинни (не садитесь играть в карты с Автором, чувство юмора всегда сильнее чувства жалости к своим же глазам. Тем более что Мармона тоже интересовало пополнение памятного альбома). Так года и летели, детки росли, появлялись все новые и новые, на третьем году, во время тотального бэби-бума почти никто не спал ночами, все остались живы исключительно Фонговским Чаем и Кофе Спаннера. Праздники проходили весело, дни шумно, гости исправно наведывали остров – то Енот приедет на детей поглядеть, новую партию коробок подписанных как «резиновые уточки для ванной» (Мармон наотрез отказывался предъявлять доказательства того, что там именно уточки, вместе с ним молчали и остальные мужики), то цыганки на шее у Графа Дракулы (поняв, что воевать бессмысленно, жить в лесу холодно, а замок и так пуст; оборотни и цыганки дружной толпой поселились вместе с Графом, который возражал только первые полгода) – после их визита у детей еле отобрали непонятно откуда взявшиеся горы амулетов, и накладных клыков и прочих радостей торговой жизни; да и просто гости с большой Земли иногда заглядывали. Наше время. Приблизительно седьмой-восьмой год от переселения на остров. Автор, прикидывая, долетит ли мусор из окна в надлежащую для него корзину, печально заключила, что не долетит, и огребать ей потом от неистовых бдителей чистоты по самое не хочу. С неким сомнением поглядев на свои ядовито зелёные пижамные штаны и решив, что мусор может подождать до более подходящего кандидата на честь его выноски, она с облегчением попыталась вернуться к нелегкому делу - опустошения холодильника. Но тут домой вернулись дети. Братья-близнецы, не вписавшись в поворот, проехались по паркету метров пять, сшибая на своем пути все, от вазы до собственной матери, притормозили только на середине холла, уцепившись друг в друга и полку. Полка угрожающе треснула. Автор, отгоняя кружащие над головой звездочки, гневно уставилась на детей, а потом удивленно на двухместный скейтборд с сидениями. Заинтересованно потыкав в сию диковину ногой, девушка выгнала пацанов вместе с мусором и, разлегшись сразу на двух сидениях, оттолкнулась ногой. Заглянувшие в гости по делу Владыка с Чукчей слегка выпали в осадок от развернувшейся перед ними картины – на пороге, медленно топая к ближайшему мусорному баку, шли сыновья Закуро, мрачно обсуждая, увидят ли они игрушку свою опять или мамка приклеится к ней навечно. А в хате с диким хохотом и гиканьем «мамка», оседлав непонятную доску на колесах, ездила от стены до стены. - Братцы! Проблема транспортировки тела решена! Ради одной этой штуки и стоило заводить детей! – Дети, отнюдь не утешенные этим заявлением, плюнули и свалили на чердак искать что-то другое, что можно притащить потомкам Спаннера на усовершенствование. Владыка же, согнав Автора, сама уселась, жестом приглашая Чукчу присоединиться. Автор, надувшись в кресле, прикидывала, куда бы пристроить там третье сидение. Наконец вспомнив, зачем собственно пришли гости изложили тему. Скоро уже должен был начаться Хэллоуин, который толком ни разу так и не праздновали. - Сама посуди – по каким поводам мы только не гуляли… - На части «мы» Автор с Чукчей дружно хмыкнул – кое-кто уже на начале гуляний был в неприданном для прогулок состоянии. - Мы даже День Сурка праздновали, чтоб его! Автор тут же начал в сотый раз толкать речь о том, что День Сурка это очень важный праздник, и если не верить в силу Сурков, то может повториться судьба мужика из однозвучного Фильма. Эти дебаты повторялись каждый раз когда Владыка затрагивала тему сурков, и уже стали одним из вечно обсуждаемых тем и шуток, но сейчас не до того было. - Тихо, бл..блины вы пережаренные, вернемся к Хэллоуину. Действительно как-то не праздновали – то гости опять понаедут, якобы на Новый Год, да так до Пасхи и останутся, не выгонишь... Или сами куда-то едем, короче непорядок. Автор был всеми конечностями за – больше праздников, меньше времени у старшего населения ворчать, что детей воспитывать надо, а не на пару с ними выяснять, сколько нужно драконов, чтоб поднять в воздух двух детей или одного Автора. Вскоре план был составлен, Владыка пошла нести новости в народ, Автор, тоскливо проводив взглядом детей, уносящих доску, направился на задний двор искать Закуро, Чукчу же утащили собственные дети с восторженными криками: «Мамка, мамка, там того, и этого, а потом папа его молотком, а потом по пальцу, а потом пламя жахнуло со всех щелей, короче хана сараю!!» Чукча, лишь тоскливо прикидывая, сколько ж это засушенных травок на чай пропало. Но потом вспомнив, что там как раз и зимняя обувь стояла, которую почистить надо было, воодушевившись, побежала проверять, все ли сгорело и не надо ли еще один поджег, чтоб наверняка - сапоги новые. Под вечер народ начал кучковаться у собственных домов, кто-то вырезал с тыкв разные рожи, кто-то, не мудрствуя лукаво, прямо из ананасов неприличные комбинации пальцев, детей послали опять отлавливать драконов – раскрасить их флуоресцентной краской, чтоб не только огненные шоу закатывали, но и детям на радость, слабонервным на икоту, а режиссерам на новую Собаку Баскервилей, светились в темноте. Правда разрисовывать доверили Ару, Автору кисточки не дали, больно нехорошо у того глаза поблескивали, остальные как-то были более увлечены подбиранием костюмов. - Эт-то это что такое!? – Возмущенно крутя в руках что-то смутно напоминающее корсет, орал Закуро. - Это Хеллоуин, детка, – Пафосно раскуривая трубку, пробормотала Автор, и тут же закашлялась. – Примо, гад, что за дрянь?! Примо тут же начал качать права, мол, сами курить не умея, лапы тянут, а потом еще и клевещут на древнюю традицию индейцев перед важным боем выкуривать косяк мира. Намеренью орать друг на друга до следующей недели помешала Владыка, и, выхватив предмет раздора, бойко напевая: «Маая бабушка курит трубку…», направилась к Чукче. Сама-то Чукча на курево презрительно чихнула, а вот дети заинтересовались. Ровно до тех пор, пока перед ними не вырос разъяренный отец. Рикардо, выхватив курительную принадлежность, у всех на глазах вытряхнул оттуда табак и отправил вышеозначенную в длительный полет, попав прямо в крышу мимо проходящего дома Скуало. - Еес!! Майкл Джордан!! – Раздался ликующий вопль Психа, и бешеный рев Скуало, мол ебанный же врой, что за мусорная хренотень тут вылетает из порядочных дымоходов. Автор и Примо проводили трубку печальными взглядами, но девушка отвлеклась на пытающегося улепетнуть Закуро, а Примо при взгляде на Рикардо сразу вытащил откуда-то плакат «Я ЗА здоровый образ жизни. А вы?» и удалился распевать псаломбы в сторону Козарта, якобы подсунувшего ему реликвию раздора. Псих и Автор, на днях пересмотрев Пиратов Карибского моря, с гоготом и похабными шутками наряжали мужей для группового косплея – Скуало (принудительно поймав и связав) заплели-таки косички, приклеили бородку, одели в старые спортивные штаны и сапоги Психа, а так же Рубаху и поверху для наглядности корсет. Джек Воробей получился очень крикливый и сомнительного качества, но с бутылкой рома в руке слегка успокоился и даже согласился сделать татуировку Черной Жемчужины. Правда, не уточнял где, а зря. Сама Псих, отловив где-то осьминога, и кое-как прикрепив его на подбородок, начала искать другие компоненты для костюма Дэйви Джонса. Чтоб перещеголять мужа в росте и плечах ей понадобились бы по крайне мере ходули, так что, смирившись, она нацепила на одну ногу деревянную колодку, чтоб цокать на каждом шагу и успокоилась. Дэйви Джонс вышел весьма неординарный, но на фоне седого Джека Воробья смотрелся довольно эффектно. Автор, вдохновившись Психом, нацепила старый кожаный плащ, коричневые шаровары с сапогами, рубаху Закуро и специально заныканные раритетные шляпу и трубу, которые прислали на день рождения цыганки, а так же свистнутую из Хотинской крепости шпагу. Убедив Паука Гошу побыть обезьянкой - раскормленный на хозяйских харчах (Автор все еще панически боялась пауков и предпочитала откупиться от наглой твари едой, чем потом всю ночь думать, где же оно ползает), паук по размерам как раз подходил, Автор со спокойной душой огласила себя Барбосой. Закуро же досталась завидная роль Элизабет. Быть Уилом Тернером никто не захотел. Теперь же Закуро, рассерженно ругаясь, напяливал на себя юбку, корсет, накладной бюст, даже парик где-то раздобыли, ироды. Остальные члены дефиле и просто свидетели этой сцены, тихо помирали с хохота. На моменте попытки надеть каблуки Автор начал икать, Психу не хватало воздуха, а у Скуало уже болел живот, на что Закуро, еще раз гневно фыркнув, надел кеды. Дети обоих парочек, не особо загружались, что да как, и кем быть – дочь Психа, нарядившись во что-то, напоминающее тогу, и нацепив на голову картонный убор египтян, стянула у папы рупор и решила, что она будет Клеопатрой. Авторские близнецы, оскорбленные тем, что маманька стянула себе роль пирата, нацепили костюмы роботов из звездных войн. Клеопатра, решив, что переворот в Египте не помешает, объявила их своими верховными визирами. Другая группа косплейщиков выбрала себе фильм Мстителей. Хибари отчаянно угрожал камикоросом, грозил натравить орду детей, но ничего поделать уже не мог и покорно пытался влезть в костюм Железного Человека. Выставив мужу ультиматум – или ходишь в шлеме или приклеиваешь бородку – Катиш радостно наклеивала мужу одолженные у Скуало остатки усов – Хибари решил, что хочет дышать. Шлем же уже с торжествующим улюлюканьем сперли дети. Сама Катиш, которой Хибари неосмотрительно предложил роль Локи, увидав рогатый шлем, полчаса гоняла его по дому. К счастью Хибари быстро бегал, а Катиш не умела хорошо стрелять по движущимся мишеням, и муж дожил до прихода Бьякурана и Бьянки. А там уже и Катишу надоело бегать, и она, милостиво обронив: «Впрочем, фильм-то я смотрела, так что живи..», оставила Хибари в покое. Бьякурану доверили роль Халка, посчитав, что предлагать зелёную маску кому-то из женского населения чревато особо жестоким убийством. Самой же Бьянки вручили щит капитана Америки и костюм с нашитыми бицепсами. Мужики, подло прикинув, что за две пары сисек получат конфет больше, чем за весь остальной парад подговорили Луссурию чуть-чуть скорректировать формы декольте. Таких злых, смущенных и обнаженных в определенных местах, Локи и Капитана Америку мир еще не видывал, но переделывать костюмы было поздно. К ним же присоединились Лучник в лице Няшной Кошечки, костюм которой тоже подвергся изменениям, и даже вместо штанов появилась кожаная мини-юбка. Няша, дабы отомстить довольному мужу, нарядила Рёхея в рыжий парик и облегающую униформу единственной канонной бабенции в фильме. Тётя Эдита, как истинный поклонник Толкиена, обрядилась в длинную синюю простыню, подвязанную поясом с банного халата и шляпой, подозрительно смахивающую на Сортировочную Шляпу Хогвартса, только неаккуратно перекрашенную в серый цвет, и Гэндальф ушел искать Хоббитов. Хоббиты довольно быстро обнаружились в компании Хранителей Девятого поколения – дедули быстро заскучали на острове и, чтоб не запросились обратно на источники, учтивый Дедушка Девятый припахал их к воспитанию собственных внуков, а так же вообще всех детей на острове, не желая слышать ни протесты Хранителей, ни даже самых родителей, которые быстро просекли, что появились халявные няньки и в рекордные сроки организовали детский сад. Теперь же счастливый дед в компании Ару и еще пары добровольцев, возил детей по луна-паркам, покрывал от родителей и покупал конфеты. Хранители пытались, чтоб добро не пропало, ввести хоть какой-то режим обучения, но каждый раз натыкались на удивленный взор детей и Девятого, которых отрывали от строительства мини-железной дороги или подкарауливания кого-то в кустах, чтоб облить краской и свалить с диким хохотом. Проще говоря, Дед впал в детство вместе с юными наследниками. Вот и идею нарядить деток в костюмы Хоббитов, а самого Деда (роль Гэндальфа Тётя отстаивала руками ногами и посохом, Девятый вынужден был отступить) на Бильбо. Хранителям дали делить между собой Леголазов, Баралгинов, Арагорнов и прочих. Решив, что без Саурона никак нельзя, у Девятого тут же отобрали светящийся меч, смутно наводящий мысли на Звездные Войны, и вручили доспехи. Хранителю Грозы же доверили быть Саруманом, оставшимся достались Назгулы. Решив, что Два назгула это лучше чем три орка, на том и порешили. Дети восторженно примеряли пушистые носки, а у сына Тсуны еле успели отобрать кольцо Всевластия и убедить того, что есть его прямо сейчас не желательно, а вот когда кто-то не захочет отдавать конфеты, тогда вполне можно. Семейство Аркобаллено Неба решило ставить для детей постановку «Волшебник Страны Оз», так как Юни уже сговорилась с Назару и Блюбелл, а отпускать детей одних рыскать в костюмах любимых героем Ария и Луче не собирались – самим хочется. Гамме не осталось выбора. Его же и заделали самим волшебником, чтобы хоть как-то утешить бурчащего, мол, вместо всяких праздников странных лучше бы гонки организовали, на автомобилях спортивных, или хоть бильярд-батл… Гамма, обмотанных изумрудной шторой и со шляпой поверху, как-то не особо утешился, но перечить двои любимым женщинам и теще не осмелился. Луче с Арией к ситуации подошли с юмором и обрядились одна в костюм из кастрюль (на похищенный из подвала топор Гамма только нервно икнул и побледнел, потуже закутавшись в ткань), вторая в пушистый ковер, а поверху маску льва. Зашедших Назару и Блюбелл ждала неподражаемая картина – Гамма неуютно устроился на диване, нервно озираясь назад, где любимая теща как раз учится размахивать топором, рядом Ария сквозь смех учится рычать, у самого главы семейства на лице явно написано недоумение, как он вообще в это все ввязался. Блю доверили роль пугала, обрядив в старый спортивный костюм Тазару и напихав соломы. Немного поерзав в костюме, русалка объявила, что чувствует себя как в гнезде каком-то и отрубилась. Юни в лично сшитом костюме Тотошки же алчно поглядывала на корзинку со сладостями, но в такие моменты рычание Арии приобретало более реалистичные ноты. Назару, под дружный хохот всех участников, насилу запихнули в пурпурное платье колдуньи Бастинды, и приставили к нему Тазару в костюме летучего обезьяна. Озы были в сборе. Ару, подговорив Асари и Кикё с Миури, решила косплеить цикл древнегреческих богов. Вырвав у Асари из-под носа роль Посейдона, довольная девушка обмоталась белой простыней, надела плетеные шлепанцы и удалилась к морскому побережью ловить водоросли для пущей схожести образа. Асари же осталось только, мрачно вздыхая, приклеивать к сандалиям перья и искать другую простыню – роль Гермеса, конечно, не Посейдон, но ведро власти еще с рождением сына-первенца перекочевало в жене, так что выбора не оставалось. Когда же Миури с Кикё пытались определить, кем хотят нарядиться они то в хату прокралась Асуна с телеграммой от Персефоны, мол, так и так, Аид заинтересовался, так что наши роли не разбирайте, мы к вам присоединимся позже. Парочка Парижан (недавно получили гражданство, беременная уже на сей момент Миури наотрез отказалась от всяких морок с прописками) не шибко расстроилась и начала делить роль Афродиты. В пылу спора решив, что Афродитой пусть будет сама Афродита, желательно без предварительных визитов, а вот костюмы Ёлочки и Оленя еще с нового года висят в шкафу, не порядок. Кикё на предложенные рога смертельно обиделся и ушел начесывать себе иголки. Миури, мстительно кинув в него ящиком с новогодними игрушками, обреченно натянула на шею бубенчики. Вернувшаяся Ару, сначала не поняв, а куда делась вся массовка, лишь пожала плечами и, привязав дракону к хвосту телеграмму для Ады, - мол, так и так, все боги разбежались, а у вас там и так блинов, тьфу ты, Ямычей полон двор, не хотите ли присоединится, - отпустила питомца на запах еды. Тем временем у Хром и Дино затянулся увлекательный спор на тему кому быть конской задницей. Маячащий там же Мукуро, в черно-белом парике и шубе (Роль Круеллы Девиль разыгрывалась в карты еще неделю назад, меньше всего повезло Кену, которому дети сейчас воодушевленно пририсовывали фингалы), обхватив руками колени Акси уже рыдал от смеха. Сама Акси в рясе священника одновременно пыталась отцепить мужа от колен, уследить за тем, чтобы дети, свои и чужие, не превратили Кена из пятнистого далматинца в совершенно черного лабрадора, и приклеить на подбородок хоть какой-то намек на бороду. Кадило с крестом лежало тут же рядышком, в накладном животе смысла не было – второй наследник ананасовой фермы должен был родиться через четыре месяца. Первый же как раз случайно выдрал Кену клок волос. А Хром и Дино, на свою беду решив одеть один костюм на двоих, уже решали спор «по-мужски» - камень-ножницы-бумага. И честь быть задней частью костюмы коня выпала Дино, который недолго убивался – согнувшись в три погибели, ему открывался чудный вид на ягодичную часть Хром. Которая, при первой же попытке посягнуть на главную достопримечательность, отправила мужа в глубокий нокаут, дети аплодировали. Сами Детки, решив, что если взрослые наряжаются, как последние психи, то младшее поколение не будет отклоняться от традиций. Двойняшки Хром были принцессой и рыцарем, а сын Акси – султаном. В Доме Занзаса сейчас тоже творилось черт знает что – Занзас ругался и бесчинствовал, но карточный долг нерушим, пришлось натягивать блестящие колготки и крепить крылья – встречайте Занзаса, великую Островскую алкогольную Фею. Дети и случайно заходящие гости ржать не рисковали, Леви преданно помогал крепить крылья, а вот Владыка, по чьей собственно идее и была начата та партия, оттягивалась по полной – от дикого ржача чуть перекосилась крыша, барная стойка об которую аккуратно бились башкой и руками треснула, фотик был заполнен фотографиями, а сама Владыка, икая, сползла под стойку и уже оттуда чем-то забулькала. Когда же её удалось вытащить и чуть успокоить, то она даже согласилась натянуть ушки и играть добропорядочного кота, но при натягивании на Леви костюма эльфа Боссовских носков, была вынуждена повторно выбежать на двор, где её, полуживую, но счастливую, в обнимку с деревом и нашли соседи. Дети, затащив маманю в дом, пошли и сами наряжаться в царей и придворных ведьмаков. Дочка, презрительно поглядывая на них, взяла сковороду и, оседлав Бастера, огласила, что она будет мамой. Пацаны, боязливо поглядывая в её сторону, предпочли играть на расстоянии. В соседнем к нему доме Рикардо витала похожая атмосфера – сыновья нашли на тумбочке у папы часть костюма Теклбери из полицейской академии (Чукча на кон карт ставила корсет с розовыми перьями, но в критической ситуации у Рикардо резко включился режим лучшего шулера на Лас-Вегасе) и, обнаружив, что он очень даже настоящий и даже заряжен, с ликующими воплями утроили соревнование ковбоев по соседским яблокам. Автор, которой сдуру захотелось нарвать провианта на дорожку, подумав, что началась очередная война, теперь восседала на крыше в обнимку с дымоходом, и, вопя благим матом, прикидывала, как бы без травм спустится. Закуро с детьми, уже приседая от хохота, тащили батут. Чукча же, вырядившись Джеем из «Люди в Черном», распаковывала коробку от Спаннера с специально выплавленным сувенирным оружием. С сожалением убедившись, что оружие и вправду только сувенирное она заметила на дне коробки приписку, гласившую о том что – «Если же хозяину хреновины сей вздумается пострелять в ценителей, то пусть изволит шествовать к ближайшему колодцу, ибо они водяные». Подумав, что к единственному колодцу чесать долго, Чукча прошествовала к ближайшему крану. А тем временем к развлечению «Стащи Автора с чердака», отобрав таки у детей огнестрельное оружие, присоединился и Рикардо. Точнее Автора пока оставили куковать на крыше, а сами спасатели, усевшись кружком на поляне, неторопливо обсуждали дела насущные. - Драконы что-то низко летают, к дождю видать.. - Та не, они ж не ласточки. Скорее к падающим с крыш женам. – Закуро в затылок полетел один сапог. Полу босая Автор сердито заерзала на черепице и, ощутив, что соскальзывает, уцепилась в дымоход еще и ногами. Тут на улицу, наконец, вышла Чукча, с заряженными и готовыми к боевым действиям пистолетами. Увидав перед собой прекрасную мишень, она не замедлила пустить их в ход, и Автор, от неожиданности разжав руки, с воплем таки свалилась. Прямо на мирно спящего под окнами Лапусю. Кот, с прицепленными дополнительными лапами, которые делали его похожим на Котэ-автобус из Тотторо, от неожиданности вскочил, и для порядка пофыркав, опять улегся, попутно стряхнув Автора на землю. Належавшись на куче листья и всласть помянув родословную всех котов и мужей вплоть до третьей бабки со стороны двоюродного прапрадеда, Автор, поднявшись и отряхнувшись, как ни в чем не бывало, все-таки полезла за яблоками. Кто как мог, нарядились, и двинули в сторону главной поляны перед Замком, так сказать себя показать, с других поржать и решить, что делать дальше – друг друга пугать как-то не катит, и так уже семь лет вместе живем, видали всех и в запое, и в беременности, и голодных и с утра после Нового Года. Другие, видимо решив так же, уже организовывали транспорт – одним махом пару зайцев – пару человек давно рвались в Берлин, другие просто были не прочь наведать континент, третьи жаждали конфет. Из Замка вывалились его обитатели – в первую очередь Аделль, ради юмора натянувшая костюм монашки. За ней странное существо, оказавшееся Шамалом с паучьими лапками и в меховом пальто – мультяшный и киношных человек-паук вызывал у него лишь пренебрежительное «Пфе». Примо с Козартом усовершенствовали басню Крылова «Лебедь Рак и Щука», выпихнув из неё Лебедя и Рака, оставив щуку (Козарт в чешуе был довольно не плох) добавив, в лице Примо, медведя и закрепив это мутной бутылкой «С молоком» - как они утверждали. Далее последовала процессия аркобаллено – Лар в цыганских юбках и без козы смахивала на Эсмеральду, а скрючившийся рядом Колонелло с двумя горбами подушек был толи верблюд, толи и впрямь Горбун. Реборн с Верде же не желали работать в паре и нарядились каждый в свое – Реборн играл Леона, даже для этого заменил шляпу очками, и забыл побриться. А Верде, достав из закоулков шкафа кожаные брюки, стал стриптизером, под шутливые аплодисменты остальных аркобаллено и, вполне настоящие, женского населения Острова. Далее с песнями и плясками вывалился сказочный пантеон Диснея – Гокудера проиграл спор и щеголял в костюме Белоснежки, «гномов» в лице подрастающего поколения Вонголы он посадил на поводки, чтоб не разбежались. - Ремни безопасности, дамы. Всего лишь ремни безопасности, ребенок во время игр может нечаянно споткнуться и разбить свой драгоценный нос, а мы ведь не хотим, чтоб будущие представители самой прославленной (И самой разбалованной. – Мысленно добавил он) мафиозной семьи ходило со сломанными носами? – Отбивалась Белоснежка от разгневанных матерей. Матери сделали вид что поверили. К сказочному параду был насильно приплетен Ланчия, в нацепленном парике, длина которого указывала на ярую ссору со всеми парикмахерами мира. Рапунцель, задолбавшись постоянно подбирать сползающие патлы, психанул и сгрузил весь этот Диснейленд для блох на тележку, так и повез. Его жена играла Разбойника, дети хотели быть лошадью, но с другого конца поляны как раз подала голос Хром и дети спешно нацепили маски пиратов. Фонг нарядился Красной Шапочкой и, отключившись от Мира Сего, неспешно ехал верхом на куче картонных коробок, именуемых Спаннером, который не придумал ничего лучше, чем прикинуться Моской. Сам Спаннер восседал под этими коробками в кресле и с компьютером на коленях, оставив жене и деткам честь толкать сию махину как тележку. Леди, в костюме Пиноккио, недолго думая, пустила его с горки, судя по меланхоличному молчанию – доехал без препятствий. Мармон, сменив свой обычный плащ на костюм Орка-рекетира, спокойно сидел рядом с Фоном – планом на ближайшие два часа у него было только поспать. Тсуна, натянув белый парик, сидел под ближайшим бамбуком, вытесывая себе колья. Вжившись в роль Баффи он заинтересованно косился на Черепа с клыками, но возле того как раз крутилась Асуна с капельницами и шприцами, так что новоявленному Истребителю Вампиров светила сейчас разве что клизма. Потом из замка выплыло нечто напоминающее Титаник, только с башнями и пушками и всеобщее внимание переключилось на опознание сего дива. Дивой оказалась Хару, которая, разрываясь между несколькими костюмами, плюнула и надела все. Расиэль вместе с Призраком нарядились клоунами, Бел, составив им компанию, был подвергнут привязыванию огромных слоновьих ушей, и в итоге новоявленный Дамбо и клоуны, не дожидаясь остального цирка сели играть в новую партию карт. Вместе с ними затесался и Шоичи, замаскировавшись под Щелкунчика. Внезапно на поляну выкатился единственный гений, который захватил тыкву – Фран в костюме Джека. И то, как оказалось, это они с Лилей ссорились и женушка разгулявшись надела благо неверному на голову тыкву, да так и пустила по миру. Фран, впрочем, не возражал – со вчерашнего похмелья башка нещадно трещала. А тыква холодненькая, благодать. Сама Лиля в костюме Садако взяла восточную танцовщицу Генкши под белы ручки и направилась заедать «горе» за ближайший стол. К столу её не очень-то и пустили – мол жрать уже по прибытии будем, но недовольные длительным ожиданием люди, не заморачиваясь, поразводили костры, не отходя от замка далеко – по ближайшим кустам. Жаря на небольших костерках зефир, зрители с воплями и свистом встречали каждую новую пару костюмов. Самый большой фурор вызвали Луссурия и Кнакл, переплюнувшие самих себя – Луссурия нарядился Снежной королевой, как положено, и корона, и платье… Ну и что, что это максимум длинная майка, зато белое и с снежинками. А так же чулки-сеточка, плётка, и кожаные ремни, всё белое. Кнакл, успешно имитировавший сани (на доске с колесиками, великий и непобедимый ЭКСТРИМ первый хотел, заделавшись в йоги, обойтись без доски, но у Спаннера доброе сердце и стальные нервы), тоже был обтянут в кожу, заодно играл и оленя, хотя на рога косился слегка подозрительно. Луссурия только невинно насвистывал. Энма, на радость женам и на нервную икоту мужьям, был белочкой. Киёко, в паре с ним, была мухомором, который слегка разбавлял впечатление, хотя Шамал все еще косился то на Энму, то на винный склад. Торикабуто с Шиттопи-чан, которые в последнее время вместе с детьми увлеклись просмотром мультфильмов, раздобыли где-то старинные часы, в которых просто отвинтили дно и уже с удобствами там поместили кресло, получив похожую конструкцию как у Спаннера. Засунув в сие строение Торикабуто, Шиттопи-чан кое-как влезла в макет подсвечника и бодро заколесила за супругом. Завершали дефиле Деймон и Елена, одна в клетчатом комбинезоне, соломенной шляпе и рубахе, с вилами, в которых угадывался Деймон, и то только по некстати торчащему хохолку. Мукуро, глядя на предка начал было ржать, но жмущие каблуки и вечернее платье быстро поумерили его пыл. Как только все собрались, костры затушили, последнюю еду доели, последние тыквы с корзинками (предварительно выгнав от туда дракончиков, решивших, что более идеального места для гнезда не сыскать) захватили, и двинулись в направлении транспорта. Автор, под ручку с Катишом направившись к самолетам, мрачно прикидывал, к какому бы креслу лучше приклеиться, чтоб при посадке удобнее драпать с ненавистной машины было, захватив очередной подлокотник с кресла или клочки обивки под ногтями – боязнь высоты все еще не поддавалась борьбе. Но остальной народ в сторону самолетов даже не шелохнулся и все еще топтался у подножья замка, где Спаннер пытался что-то разглагольствовать. Одной рукой ухватив непоседливых сыновей за шкирки, механик пытался привлечь внимание соостровников, размахивая свободной конечностью. Заметил потуги мужчины только Скуало, остальные же с интересом наблюдали за детками Катиша, которые, раздобыв где-то рогатки, вели обстрел орехами по драконам. Те чешуйчатые, которые подачку поймали, остались вполне довольными, а вот большая часть менее ловких драконов с возмущенным карканьем (граждане островики так и не определились, на что именно походит звук, который обычно издают драконы – кто-то предлагал кряканье, кто-то сравнивал с криками чаек, некоторые считали, что в родословной предметов спора не обошлось без жаб, а единогласно утвержденная характеристика звука не прошла цензуру) бросилась выпрашивать еще. А поскольку запасы орехов не вечны, а драконов развелось великое множество, то вскоре дети с воплями капитулировали. Голодные крылатые захватчики бросились вдогонку, но наткнулись на Катиша – смекалистые детки сразу просекли, что кто-кто, а маманька в обиду не даст. Маманька и не подкачала – вскоре обиженные на «А ну пшли в свои пещеры, крылатые твари, ат-то я вас, вы у меня опять в яйца попрячетесь и под землю на три метра закопаетесь!» драконы поразлетались кто куда – дикие обратно в лес, домашние – жаловаться хозяевам. Откормленный до размеров упитанное кошака дракон Бьянки попутно поджег пакетик маршмеллоу Бьякурану, мол, кто не делится, тот голодным и умрет, и схоронился от рассерженного мильфиорца на руках у хозяйки. Дракон Занзаса спокойно приземлился хозяину на плече, зная, что тут-то его не достанут. Но он не учел такого фактора как очень ревнивый до хозяйской любви Бастер – лигр, разогнавшись, прыгнул на Занзаса, пытаясь достать дракона. Дракон поспешно улетел, а вот Занзасу, на автомате ухватившемуся за шесть питомцу – то ли чтоб самому не упасть, то ли чтоб кошак не свалился, пришлось не сладко – коль бы не была велика сила Босса Варии, но тяжесть крупного кошачьего взяла свое, и оба рухнули на землю. Другие хозяева, чтобы избежать внеплановых аварий, уступили драконам корзины – сладостей там и так пока не было, а так хоть будут всегда на виду. Дождаться зрителям окончания огненного шоу, параллельно с цирком, было не суждено – у Скуало кончилось терпение и от громового «Врооойматьвашу» все, наконец, обратили внимание на Спаннера. Механик, переводя дух, подхватил детей на руки, чтоб точно не сбежали, и начал толкать речь. Поскольку подняли его сегодня ранним утром, кофе не дали, и сразу работать, то речь выходила не особо внятной и связной, а почему, слегка задолбавшись, он что-то быстро пробормотал Скуало и забился под свои коробки обратно досыпать. - Врооой, короче, наш гений решил что летать это уже слишком банально, или ему просто нечего делать было, а тут как раз нагрянули некоторые родители с просьбой устроить детям познавательную морскую экскурсию, мол рыбы и все такое, красиво, полезно… В общем морским ходом прем. Подводным. Автор, прикинув, что хуже – морские чудища или высота, пожал плечами и почесал в направлении моря, захватив с собой Чукчу и Катиша, мол, пошли место у смотровой площадки поищем, а то щас все занято будет. Ару восторженно обсуждала с Акси морские прелести и тащила за собой ведро всевластия, а за ней, загипнотизировано уставившись на любимое эбоси, ковылял Асари. Асуна пыталась одновременно и поддержать разговор и тащить Черепа, который хоть и был самый геройский герой на острове, но с водой был не в ладах с недавнего небольшого наводнения, в котором выяснилось, что хатка Асуны очень даже любит плавать, а вот её хозяин что-то не очень. Морское путешествие прошло почти спокойно – дети прилипли к стеклу, дергая отцов восторженно-вопросительными воплями: - Ой, а что это? - Рыбка. - А там что? - Тоже рыбка. - А вон то что за хрень? - Рыбк…Ааа, б*я, на*уй, на*уй, кто там капитан, Скуало поворачивай!!! - А что все-таки это было?? - …Рыбка. Дети, поняв, что их этого каши не сваришь, обратились с теми же вопросами к Ару, которая, тоном человека-энциклопедии, с радостью все начала объяснять. Мукуро и Деймон разбавляли свой досуг игрой в прятки на выживание – после неудачной попытки спародировать утиную походку своих беременных половинок, с подушками под одеждой и распевая на всю глотку: «Мы весёлые медузы, мы похожи на арбузы». Жены мысленно прикол оценили, но для профилактики, а так же от скуки, таки погоняли мужей по периметру вокруг капитанской рубки. Остальным пассажирам сонливую скуку резко отняло – какие уж тут рыбки, куда интереснее наблюдать, как беременная женщина ведет обстрел по мужу из водяных пистолетов, а сам он, держась за обожженную филейную запчасть, улепетывает со всех ног – в пистолетах-то вода горячая была. Дракончики, которые активно пытались выбить стекло и поживиться плавающей туда-сюда едой, после случайного столкновения с большой белой Акулой резко угомонились, штука ли смотреть на няшных цветастых рыбок, и тут фига выплывает откуда-то сбоку трехметровая фиговина, которая сама кого сожрет и не поперхнется. А вот Скуало пришлось держать всем скопом, чтоб не кинулся пополнять свою коллекцию морских хищников, решающим аргументом стала Ало, которая без спросу матереализовавшись, попыталась ревниво откусить голову или сопернику или самому Скуало. Ограничившись тем, что треснула обожаемого хозяина хвостом, она, закусив на дорожку ближайшим табуретом, вернулась обратно в коробочку. - А морское чудище то все-таки кокнуло Джека Воробья.. – Задумчиво протянул Закуро, наблюдая за живописно валяющимся на ковре Скуало. Капитан, поднявшись, поковылял к штурвалу, бурча себе под нос несколько бранных комментариев, мол, уже и рыба диктует свои условия, научатся дети как следует орать и вообще можно будет на пенсию спокойно уходить, что за беспредел.. Как всплывали и добирались до предельно населенного центра - это уже отдельная история, успели и поклясться, что больше под водой даже за деньги не попрут – самолетом оно быстрее, надежнее, и хоть понятно где высадились и куда там дальше чесать. А так – вынырнули где-то на опознанном побережье, где только лес да агрессивные черепахи, которые за что-то яро не возлюбили Бьякурана, и чуть не забодали бросившихся ему на помощь Дино и Генкши. Но, наконец, доковыляв до ближайшего поселка, путешественники воспрянули духом – характерные украшения к Хэллоуину и толпы раскрашенных и разодетых детей указывали, что прибыли все именно туда, куда надо. Решив, что хозяев любой хаты незамедлительно посетит Кондратий от столь пестрой и огромной толпы, все разделились. Разве что возникло пару споров на тему: ходить группами по тематике костюмов или уже вполне сформировавшимися, за долгие годы совместных походелок, компаниями. Выбрали второе – костюмы костюмами а собственный комфорт дороже, да и хозяевам представлялась чудная игра «Собери пару комплектов фильмов». На том и порешили, самая людная компашка возглавляемая Клубом почитателей Толкиена, плюс Первое Поколение с женами, и примазавшимися некоторыми группками из Десятых Хранителей и Шимон в полном составе выбрали своей целью крупные Дома, по виду там жили дружными семьями человек по тридцать. Первый такой попавшийся домик их ждал сразу по входу в деревню, но на пути стояли преграда из таких же алчущих до богатых угощений детей. И судя по воинственно покачивающимся корзинкам – отдавать такой лакомый кусочек без боя они не собирались. - Какие…Милые детки, – Пробормотала Катиш, спешно переходя в группу к Автору – таран тараном, а детки выглядели весьма недружелюбно. Акси и Кукла тоже попыталась слинять, но тут у Мукуро заиграл тестостерон и он, выпятив колесом грудь (а вместе с ним и живот – подушку-то из-под платья так и забыл вынуть) угрожающе цокая каблуками, направился прямо в гущу детей. За ним, вдохновившись с такого мужества, потопал Энма в обнимку с Шамалом – доктор на нервах приложился к заветной пятилитровой бутылочке Аделль, которую она из сентиментальности таскала с собой – именно на этой бутылке Занзас упал мордой в салат, в третий раз проиграв турнир на звание главного алкаша на острове; и теперь явление белочки ему казалось абсолютно нормальным явлением. Примо с Козартом потоптались-потоптались, да и поковыляли за «предводителями бунта». Их спешно обогнала Елена, воинственно размахивая вилами. Вилы только постанывали и пытались голосом Деймона пробудить в ней благоразумие, или хотя бы уведомить о наличии в людей такой ценной штуки. - Да постой, куда ж ты так несешься, не тряси, меня ж укачивает.. Женщина, у тебя инстинкт самосохранения вообще присутствует, нет? Ну пропусти вперед хоть Шамала, его не жалко, по крайне мере мне. Да погодь ты, у меня там дома горошек посажен, как же он без меня, сожрут, растопчут, ироды. И нас тоже растопчут, гляди у них пена изо рта валит, любимая, они бешенные, ну давай ноги унесем, ну, пожалей хоть себя, если меня не жалеешь совсем, а у меня радикулит, да не тряси мной так, я ж не дубина, я честный.. грабли, бля. Мы все подохнем из-за конфет, более глупой смерти и вообразить нельзя, ну вот что… Но договорить ему не дали, ибо Елена с криком «Банзаааай» в лучших традициях японских камикадзе влетела прямиком в толпу враждебно настроенных детей. За ней, приговаривая: «Праапустите, расступитесь, женщина с ребенком, блять, простите, НЕ ТРОГАЙ МОЙ ЗАД, МЕЛКИЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ!!...Хорошо полетел, пропустите, зашибу нафиг..» пошла Акси, а там уже и остальные подтянулись. Череп все еще соображал, хочет ли он и сегодня быть героем, но тут Асуна, разогнавшись, запрыгнула ему на спину, и хочешь не хочешь, пришлось бежать, сначала от перепугу, а потом, поняв, что это не монстр какой-то, а родная и любимая жена – по инерции, чтоб не терять лицо. Аркобаллено с парами и, присоединившаяся к ним Вария, ушли в другую сторону, выбрав дома помельче, где им, наивно полагая, что это детки, открыли. Каково же было удивление несчастных жителей, когда вместо милых деток в простынях и обмотанных туалетной бумагой эдакий двухметровый мужик с злыми красными глазами и в блестящем трико гаркал «Вискарь или хату спалю, мусор!». Но высунувшаяся вперед Владыка, отпихнув мужа бедром, уже выхватила у шокированных хозяев дома миску с конфетами и с гоготом удрала. - У кого меньше всех конфет будет, тот уборку в доме делает!! – Заорала она, отбежав на безопасное расстояние. За спиной бешено взревели, и все охотники за сладостями как подстегнутые кинулись на поиски новых домов. Зычный голосок барменши долетел и до остальных групп, в которых новое правило мгновенно утвердилось. Прогулка за конфетами набирала обороты турнира. Автор на автомате, прихватив Закуро, двинул вслед за Чукчей и Рикардо, к ним же и присоединилась дезертировавшая с первой группы Катиш с мужем, а так же вернувшиеся, довольно потрепанные, но довольные и с конфетами, Асуна и Череп. Детки все, решивЮ что ну их нафиг, этих взрослых, опять какие-то соревнования затеяли, прихватили драконов и дружной мелкопузой компашкой углубились в центр, выпрашивать конфеты по-нормальному. На фоне честно стоящих под дверью, с умильными рожицами, детей - сами родители, с бешеным гоготом, хохотом и завываниями бегая от хаты до хаты и доводя жителей до нервных смешков и пустырника, выглядели настоящей повылазившей нечистью. Все остальные, сбившись в последнюю группу, взяли на себя вторую половину деревни. - Шо надо?! – Воинственно тыкая в сторону сунувшегося за конфетами Хибари, возопила какая-то бабка. – Изыди, бесь! - Да мы как бы за конфетами.. – Попыталась натолкнуть старушку на пусть истины, то бишь выманить-таки заветные сладости, Автор. - Изыди, изыди! – В энтузиазмом вторила ей старушка. – А щас я вас чесночком да колом! Тут уже «Беси» спешно дезертировали противоположную сторону. А Бабка, вслед еще чуть-чуть помахав им вслед палкой, доверительно прошамкала застывшему на заборе дракончику: - Ишь ты, решили, что у бабушки уже зубов нету и конфетки ей ни к чему.. Хе-хе, да бабушка вас всех еще пережрет, о как! Хошь? – Протянула она животинке конфету. Дракончик, испуганно крякнув, полетел вслед за хозяевами. – О, даже зверюга поумнее людей будет! Жаль, жаль, так бы хоть мышей наловило.. – Бабка, разочарованно засунув сетку, которую прятала за спиной, в комод и, зашуршав очередной конфетой, скрылась в доме. К счастью такая бойкая старушка была на селе только одна, правда один дедок пытался запустить граблями в непрошенных гостей, но те так жадно на них уставились, что пенсионер, поразмыслив, что грабли оно дороже будет, чем конфеты, молча протянув им туго завязанный мешок с конфетами, побежал в дом. Увы, когда вернулся с ружьем заряженным солью, уже никого не наблюдалось – шустрая «нечисть» уже капитулировала. Когда выклянченного уже перевалил второй мешок на душу, а дети так вообще еле тащили все свои трофеи «За няшную рожу», все решили, что подсчитать свое добро не помешает, и направились в лес. Заодно решить спор кто все-таки будет убирать листья – из своих дворов-то выгребли, но вот остальные участки никто не проявлял желания. Выиграли бесспорно дети, понавыпрашивав столько сладостей, что даже сами не соображали, что с ними вообще делать в таком количестве. Некоторые собирательством занимались из чистого интереса – фантики поколлекционировать, с конфет водку на пробу сделать (у Автора от такого расточительства чуть сердечный приступ не случился), и тому подобное. Драконов сластями кормить было абсолютно противопоказано – у крылатых, как оказалось, был весьма нежный организм, и моментальная изжога значила только большой капец шторам и обоям, а так же большинству деревянных хаток. У детей дома уже на второй день от жуткого обжорства начали болеть животы, так что Шамалу пришлось срочно трезветь, хотя и сам когда шоколадными батончиками закусывал чуть себе желудок не посадил. Но в основном праздник прошел весьма успешно, на огромной карте еще одна деревенька обозначилась большим черным крестом, значившим, что сюда возвращаться в ближайшие пять лет не нужно, пока вас всякие бабки с дрынами не подзабыли вашу рожу. Запасом конфет все были обеспечены на ближайшие тридцать лет, Персефона и Аид прислали весточку, что на днях заедут пересмотреть фотографии, цыганки тоже обещали в скором времени навестить с новыми видами амулетов на продажу «для постоянных клиентов». Жизнь текла своим чередом, обещая быть весьма богатой на разнокалиберные приключения и сюрпризы. П.С. Да-да, я сам в шоке со своей наглости три месяца не выкладывать проду, а, в общем и целом, фик-то закончен.. кажется Оо Хотя, что-то мне подсказывает что не закончится он никогда, но статус «Завершено» дает хоть какую-то надежду. В общем гомен за огроменную задержку, тысяча поклонов моей бете за то, что не послала меня куда подальше с этой главой в одном месте, и премного благодарности Чукче, неутомимому источнику пинков на тему «Автор-пиши-бля-проду-а-то-будет-тебе-огроменная-жопа», и всем кто прочитал, что-то я разблагодарился, короче добра вам люди, и с прошедшим, давным-давно уже, Хеллоуином)))