И пошло все по п...

***

      Мадара смерил меня тяжелым взглядом и со вздохом, будто я неразумная, продолжил говорить. — Тебя позвали, чтобы мы еще раз все вместе прогнали основные моменты нашего соглашения с Дайме. Хоть он уже в курсе нашего запроса на использование земель страны Огня взамен на наш вассалитет ее правителю, тем не менее остались вопросы, на которые стоит обратить внимание и рассмотреть более детально. В прошлый раз мы эти моменты выделили… — он продолжал что-то говорить, смотря уже то на Хаши, то на Тобираму, но мне становилось все труднее фокусироваться на его словах. Я будто погружалась в воду.       Дыхание постепенно замедлялось, становилось размеренным. В какой-то момент ко мне пришло осознание, что пальцы немеют, замерзают, а перед глазами начало темнеть. В конце концов, даже стоять стало сложно: силы окончательно покинули меня и я пошла ко дну.       Вопреки всем стандартам, мне не было страшно, наоборот: меня окутало ледяное спокойствие и умиротворение. Стало так хорошо, будто мне подвластно все на свете; будто передо мной весь мир на ладони; будто я контролирую все и вся и могу делать, что захочу – полный контроль. Наконец-то я начала управлять происходящим. Будто течение меня вынесло на берег и теперь я осознано стою на ногах.       Становилось так легко, опьяняюще…       Я пробыла с этим чувством довольно долго. Иногда мне казалось, что я слышу кого-то, но это быстро забывалось. Я была наедине с этой тьмой и это было прекрасно.       Но в голове вдруг вспышкой появилось понимание, что это неправильно. Я поняла, что нужно выбираться. И все спокойствие смыло паникой. Я больше не растворялась во тьме, она стала окутывать, присваивать. Больше не приносила того умиротворения, теперь она только пугала. Топила меня. Заставляла дрожать.       И я забарахталась, пытаясь выплыть, так интенсивно, как только смогла. Я больше не чувствовала себя всесильной, такие не задыхаются от страха! Главное — это я не должна останавливаться, но с каждым движением становилось все труднее. Я плыла, но не уплывала, не отдалялась. Я увязла по самую макушку. — Изуна! Изуна, борись! — Мадара… мне не послышалось?       Где же это знаменитое второе дыхание? Единственная мысль, что еще стучала набатом в голове — это «Нужно быстрее выбираться». Я прямо физически ощущала, что время ускользает.       Неожиданно дышать стало намного легче. Через секунду глаза обожгло ярким светом, будто перед лицом включили прожектор. Но тьма не отступила, скорее стала ярче. Так глупо и нелогично звучит, но я именно это ощущаю. Свет не поглощает ее, только разбавляет.       Окрашивается все в алый.       А тем временем я достигла глубины. Когда пальцы леденели, когда воздух по минимуму поступал в легкие, когда глаза видели лишь алый свет и вокруг была лишь пустота. Странно, но казалось, что я приближаюсь к финишу.       В этом красном мне вдруг захотелось ощутить тепло. Чужое тепло, которое бы передалось через простое прикосновение. Мне бы хотелось прикоснуться к чужой ладони, взять ее в свои руки, пока вторая бы прошлась от моего локтя к плечу, потом перешла на спину, пока я не оказалась бы в объятиях. Пока бы не почувствовала себя в безопасности. Я остро ощутила одиночество. Но ведь оно было со мной все это время, с момента попадания в новую жизнь, а может и гораздо раньше…       И снова тьма вернулась, а вместе с ней пришла тоска. Время будто остановило движение, до тех пор, пока я не услышала свое имя. — Мам? — я не могла не узнать ее голос. Обернувшись на него, я увидела голубоватый туман.       Став осматриваться, я поняла, что он приближается ко мне со всех сторон. Голубой цвет стал обволакивать пространство вокруг меня, а я время от времени улавливала свое имя с разных сторон. Свыкшись с мыслью, что меня настоящую никто в чужом мире не знает, я уже стала забывать его, стала забывать свою прошлую жизнь, ведь воспоминания о ней так болезненны.       Но этот голос, голос мамы… возвращает обратно.       Туман подобрался ко мне, подобрался к моим босым ступням. Стал ползти выше по ногам. В какой-то момент я перестала видеть что-то, кроме синевы.