Ночи Камелота

Весь следующий день Артур действительно провел в употреблении алкогольных напитков разной крепости. На все попытки заговорить с ним он бормотал что-то невнятное, нервно хихикал и таращился в кружку, будто ожидал, что оттуда вынырнет русалка или бутылка с посланием. - Что с ним случилось? – Обеспокоенно спросил Галахад, влезая на табурет. В руках у него были молоток и гвоздь, а Мерлин стоял подле с картиной в руках и думал, что у дяди странный вкус в плане живописи – на картине был изображен танец сатиров, что, по мнению мага, выглядело ничуть не лучше, чем свадьба гоблинов или день рождения вурдалака. Впрочем, эти сатиры подозрительно напоминали некоторых завсегдатаев «Утонувшей фляги», так что картина, пожалуй, была уместной в главном зале. - Его Высочество опечален моей проницательностью, - бодро сообщил Мерлин. Галахад, примерившийся ударить молотком, действительно ударил, но от ужаса - по своему пальцу. - Клянусь подштанниками Сунэ!.. Мерлин тактично молчал, пока дядя нецензурно голосил и тряс ушибленной рукой, балансируя на табуретке. Наконец, Галахад с кислым лицом приставил гвоздь к стенке и принялся забивать его туда беспорядочными рваными ударами с таким отвращением, будто гвоздь был живым и шевелился. - Как ты узнал? - Дядя, умоляю. Он бегает в обнимку с реликвиями королевского рода. А еще у него и короля Утера одинаковые глаза – и по форме, и по цвету, и по выражению. - Кто ж думал, что ты станешь рассматривать, - проворчал Галахад. – Подай картину. Ага, спасибо. Он забрал жалкое произведение искусства из рук племянника и любовно повесил на гвоздь. Мерлин скептически взглянул на цветастую мазню еще раз. В висячем положении лучше не стало. - Что там произошло? Почему он ушел? Галахад соскочил с табуретки, осмотрев результат своих трудов, и гордо улыбнулся, а потом повернулся к Мерлину. - Он никогда со мной особо не откровенничал, и будет лучше, если ты спросишь его лично. - Дядя, он топится в пиве. - Так спасай его, Мерлин. - Предвкушаю увлекательную рыбалку. Пожелай мне удачи, - уныло вздохнул маг. – Кстати, ужасная картина. Может, ее и впрямь сатир рисовал? – С этими словами он припустил прочь, смеясь. Галахад, не прицеливаясь, метнул ему вслед тряпку для протирки столов и с беспокойством уставился на картину. Принц лежал головой в миске с салатом, слегка подергивая поникшими плечами. Вокруг него на столе выстроился парад кружек и стаканов. Это было умиротворяющее, прекрасное и чуточку грустное зрелище, и магу было даже неловко нарушать эту идиллию. - Уже утро? – Слабо поинтересовался Артур, услышав возню за спиной. - Пока что нет. – Мерлин безжалостно вывернул ведерко холодной воды принцу за шиворот и благоразумно отскочил в сторону. - Мерлин! – Артур вскочил, пылая жаждой мести, но тут же пошатнулся и замер. Его волосы напоминали тающие по весне сосульки, глаза покраснели, как у кролика, а какие-то детали салата медленно сползали по щекам и носу. - Мне кажется, что в пантеон наших богов следует добавить парня по имени Собер… Можно было бы молиться ему для эффективного отрезвления жалких пьяниц. – Мерлин закинул на плечо сумку. – Моя идея видится мне все более разумной. - Какая идея? – Спросил Артур, преодолевая сопротивление заплетающегося языка и пытаясь открыть одновременно оба глаза. Маг взял его за руку, крепко сжав пальцы, и улыбнулся. - Сбежать ненадолго. Идем со мной. Артур неуверенно улыбнулся и послушно двинулся за Мерлином. Вечером на берегу озера было прохладно, поэтому Мерлин развел гигантский костер и вытащил из сумки два теплых одеяла. Артур почти целый час плескался в воде, смывая салат, пока не протрезвел окончательно и не приобрел нежный синюшный оттенок в некоторых местах. Маг выгнал его из воды, заставил одеться и долго сушил потемневшие влажные волосы заклинанием, перебирая пряди пальцами. Артур прижимался головой к его рукам и довольно жмурился, как гигантский кот. - Теперь ты готов к разговорам? – Поинтересовался Мерлин, обнимая принца сзади за шею. Он не совсем понимал, зачем так нежничал, но ему казалось, что это как-то помогало им обоим. Сидевший перед ним Артур засмеялся, откидываясь спиной на Мерлина и придавив немалым весом к одеялу. - Ты так старался только ради грязных подробностей моего прошлого? Мое сердце разбито. – С этими словами он повернулся лицом и оперся локтями на одеяло с двух сторон от головы мага. – С чего же начать… Артур был теплый, тяжелый, и нагло лежал между разведенных ног Мерлина, изображая мыслительный процесс на лице. Впрочем, он быстро посерьезнел и вздохнул, но все равно не слез с распростертого под ним тела. - Моя мать умерла при родах. Наверное, это и стало первой причиной моих разногласий с отцом. – Принц поерзал, вдруг сполз ниже и положил голову магу на грудь. – С раннего детства я знал, что если бы моя смерть могла вернуть маму, отец убил бы меня своими руками, не колеблясь. - Не могу себе такое представить. Это… дико. – Мерлин обнял голову Артура обеими руками и закрыл глаза. – Моя мама погибла над моей колыбелью, защищая меня, и я тоже рос с отцом. - Он винил тебя? - Не думаю… Разве что поначалу от отчаяния – он любил и до сих пор любит ее. Но я ведь ее сын. Тот, за кого она без раздумий отдала жизнь. Не любить меня значило бы обесценить ее жертву. – Голос звучал уверенно, хотя Мерлин буквально только что осознал все именно так. – Твой отец не может не любить тебя. В ответ раздался тяжелый вздох. - Все его действия доказывали обратное. Знаешь, это такая донельзя обычная и скучная история – отец и сын не нашли общий язык. - Твоя история необычная, потому что вы – королевская семья. У тебя, как и у твоего отца, есть определенные обязательства. - Теперь ты говоришь почти так же, как отец, - фыркнул Артур. – Он превращал меня в какой-то инструмент и твердил про долг перед народом. Он требовал от меня взрослых решений, но не воспринимал меня всерьез. Он не мог уделить мне десять минут на разговор, но ждал от меня… целый мир. - Может быть, он просто не знал, что делать с ребенком? Звучит так, будто он был растерян, - прошептал Мерлин, зарывшись рукой Артуру в волосы. Он слышал боль в голосе принца, и ему отчаянно хотелось как-то прогнать ее. Или хотя бы приглушить. - Может быть. Но потом-то я вырос. Я стал самостоятельным, как мне казалось, и независимым. Я часто высказывал отцу свое несогласие по тому или иному вопросу – порой чисто из принципа, и это злило его. Он постоянно наказывал меня, а я упрямился и продолжал стоять на своем. Думаю, мы оба были идиотами, но, наверное, мы бы и дальше смогли так жить, но когда мне было шестнадцать, прямо в замке на отца напал какой-то маг. Его старания привели к небольшому пожару, отцу навредить он не успел, но послужил причиной паранойи. Ты ведь знаешь, как мой отец относится к друидам? Так вот, это лишь отголосок того, что он начал тогда. - До Западной Гавани всегда плохо доходят слухи, - усмехнулся Мерлин. - Если бы отец сделал то, что хотел, то новости бы дошли до вас. Вместе с королевской гвардией и кострами. – Артур приподнялся, разрывая объятие. – Он решил, что маги хотят свергнуть его и захватить власть в Камелоте… По его приказу были казнены несколько колдунов, и он собирался отправить солдат в Академию. Ты знаешь, там ведь учатся маги разных возрастов, а в тот год было больше всего маленьких детей. Их бы всех убили, и я не мог допустить этого. Я вступился и сказал, что нельзя судить всех по поступку одиночки и что нельзя омывать неудачное покушение детской кровью. И тогда отец решил, что я участвую в заговоре против него, и назвал меня предателем. – Помолчав, принц усмехнулся и продолжил. – Тот еще разговор получился. Я даже сказал, что лучше бы покушение было удачным. После этого он приказал бросить меня в темницу на несколько дней, но я сбежал оттуда, выкрал собственные вещи и ушел. Я всегда хотел свободы и наконец-то получил ее. Артур замолк, глядя в костер задумчивым взглядом. Мерлин мягко обхватил лицо принца ладонями и заставил посмотреть себе в глаза. - Что такое свобода в твоем понимании, Артур? - Я сам себе хозяин. Делаю, что хочу, и иду, куда хочу. - Это еще не все. - А ты можешь что-то добавить? – Немного ехидно спросил Артур, дунув магу в нос. Мерлин поморщился. - Свобода – это движение вперед. Ты должен знать, чего хочешь, и уверенно идти к какой-то цели, а старые обиды не должны иметь над тобой власти. Артур, ты не свободен. Ты завис в пустоте и ходишь кругами. – Мерлин гладил кончиками пальцев высокие скулы принца и наблюдал за тем, как его зрачки то расширяются, то сужаются в отсветах костра. – Десять лет ты в плену своих отношений с отцом. Свобода должна приносить счастье, а ты в большую часть времени – угрюмое, злое и язвительное создание с колючим взглядом. - Как мы вдруг складно заговорили, - невесело рассмеялся принц. Его пальцы коснулись подбородка Мерлина, а потом спустились на шею и ключицы. - Свобода и пустота – разные вещи, - прошептал маг. Артур ничего не ответил и склонился ближе, осторожно прихватив его губы своими. Это вышло совсем невинно, и принц быстро оторвался, напоследок легонько оттянув верхнюю губу Мерлина. - Можно?.. Зачем он спрашивал, было непонятно. Даже если бы Мерлин сказал «нет», Артур вряд ли бы остановился. Но Мерлин не собирался отказывать, так что вопрос был больше риторическим. - Да. Артур снова поцеловал его, на этот раз глубоко и страстно. Мерлин отвечал немного неловко и суматошно, от чего они сталкивались зубами, судорожно выдыхая. - Что ты со мной сделал? – Пробормотал принц, приподнимая одну ногу мага под колено, чтобы прижаться теснее. - Попытался вправить тебе мозги, - задыхаясь, ответил Мерлин и потянул рубашку Артура вверх, задевая ногтями по коже. - Плохой из тебя помощник. Из-за тебя мои мозги еще больше съехали. – Принц с явным удовольствием стягивал с мага одежду, а потом прижался горячими влажными губами к обнаженному плечу и стал спускаться вниз. Мерлин возбужденно сопел, выгибаясь от поцелуев на животе и бедрах. Дыхание Артура обжигало, и маг невольно закрывал ладонями рот, кусая пальцы, чтобы сдержать стоны. До тех пор, пока принц не отвел его руки за запястья. - Хочу слышать тебя. От этих слов кровь прилила к щекам, и Мерлин громко стонал, вцепившись Артуру в плечи, и тянул его вверх. Тот сначала не слушался, тихо посмеивался и не больно кусал выступающие бедренные косточки. - Артур, - протянул Мерлин, удивляясь собственной хныкающей интонации. У него перед глазами искрило, магия скручивалась где-то у сердца горячей пружиной, будто собираясь вырваться и вспыхнуть вторым костром прямо на двух разгоряченных телах. Артур поднял голову. В расширенных зрачках отражалось пламя, голубые радужки стали совсем темными, а ресницы отбрасывали причудливую тень на щеки. Принц медленно перебрался повыше, внимательно глядя магу в лицо. – Пожалуйста... Объяснять, что он хотел, не пришлось. Охнув, Мерлин нахмурился и невольно скривился, когда Артур медленно вошел в него и легонько толкнулся на пробу, тут же замерев. Этого было слишком мало, и маг сам подался навстречу принцу, крепче обхватывая его талию ногами. Артур коротко ругнулся, подхватывая одну ногу Мерлина чуть выше, и начал двигаться, уже не осторожничая – сперва с явным усилием, а потом все легче и быстрее. Все слилось в жаркую пульсацию глубоких, быстрых движений. Стоны вырывались в прохладный воздух с облачками пара, и Мерлин почти не мог вдыхать. Только выдыхал и выдыхал, ловя ртом воздух, пока не остался только беспомощный хрип в груди. Губы Артура ласково касались лба, щек и подбородка, одна рука придерживала ногу под колено, а другая упиралась в одеяло около плеча мага. Мерлин извивался, гладил широкие плечи ладонями и смотрел чуть слезящимися глазами в усыпанное звездами небо. - Мерлин. – Легкий шепот внезапно коснулся уха, щекоча. – Мерлин, - снова повторил Артур и укусил шею под ухом. От того, как он произносил это, у мага в очередной раз перехватило дыхание, и он вскинул руки, обнимая принца за шею и притягивая к себе для лихорадочно-горячего поцелуя, после которого движения стали совсем беспорядочными и резкими. Мерлин судорожно всхлипнул, темное небо вспыхнуло алым и покачнулось, чтобы вернуться на место в тот момент, когда Артур тоже кончил и расслабленно опустился рядом с магом, мелко подрагивая. - Почему приступы страсти неизменно одолевают нас в самых неподходящих местах? Это пагубная привычка, от которой надо избавляться. – Мерлин уютно устроился у Артура под боком, обняв принца поперек живота. - Мы с тобой дикие, вот и сбегаем в леса, чтобы слиться в единое целое под луной. – На его счастье Мерлин поленился стукнуть его по животу и только одарил презрительным взглядом. – А вообще, это потому, что мы по-настоящему одни здесь. – Артур лениво погладил мага по пояснице, заставив слегка выгнуться. – Никто не орет над ухом и не таращится. - Наверное. Дядя бы был в ужасе… Кстати, как он вообще вписывается в твою историю? - Я был маленьким обиженным принцем, неподготовленным к суровой жизни в одиночестве. Мне посчастливилось повстречать твоего дядю на середине бурной разборки с лесными разбойниками. Галахад спас меня, выходил и сохранял мой секрет, за что я ему благодарен. Однако не могу сказать, что мы с ним поладили. Он считал и считает меня глупым мальчишкой, который сбежал от трудностей, а я всегда говорил, что он не имеет права меня осуждать и воспитывать. Так что я не остался жить с ним – предпочел путешествовать, работая то тут, то там. Наемником, в основном. - А почему Ланс и Элиан никак на тебя не отреагировали? Они же королевские рыцари. - Они поступили на службу после моего ухода, очевидно. Я их не видел даже среди оруженосцев. Мерлин поежился от холода, и Артур, приподнявшись, притянул второе одеяло, чтобы накрыть мерзнущего мага. Некоторое время оба молчали, прижавшись друг к другу покрепче. - Знаешь, твой отец до сих пор подавлен твоим уходом. Обрати внимание: никого из волшебников он так и не тронул, и вообще, магия процветает в Камелоте, а это кое о чем говорит. Ты должен хотя бы поговорить с ним. - Почему тебя это так беспокоит, а? – Неожиданно мрачно спросил Артур, приподнимаясь на локте. Уловив изменение в тоне, Мерлин отстранился и поджал губы. - Мне жаль вас обоих. – Маг посмотрел на принца исподлобья. – А еще я забочусь лично о тебе, королевская ты задница. Артур фыркнул и опустился обратно на одеяло. - Думаешь, отец примет меня с распростертыми объятиями после этих десяти лет? - Нет. Но этот разрыв между вами будет расти, пока не станет слишком поздно что-то исправлять. Сейчас еще не все потеряно, а вот если ты подождешь еще пару десятков лет... Артур странно клокочуще хохотнул и притянул Мерлина обратно к себе, целуя во взъерошенную макушку. Маг пихнул его в бок, но объятия не ослабели. - Ты говоришь, что свобода должна приносить счастье… - Голос принца слегка охрип. – Что ты сделаешь, если я скажу, что сегодня я свободен впервые за все это время? Мерлин потрясенно промолчал и просто теснее прильнул к нему, пряча лицо на его плече. - Я поговорю с отцом, - добавил Артур после паузы. – Потому что ты прав, Мерлин. Насчет всего прав.