Ночи Камелота

- Мерлин, я все утро тебя ищу, - мрачно известил Галахад, скрещивая руки на груди. Он возвышался над племянником, как грозное божество над жалким грешником в судный день. – И знаешь что? - Что? – Попытка Мерлина проскользнуть мимо дяди не увенчалась успехом, так как у того было боевое настроение. Теперь маг просчитывал другие пути к отступлению. - Я тебя не нашел! Пришлось просить Софию помочь с картинами, а она, помогая, слопала все кексы. Ты понимаешь, какой ущерб был нанесен моей таверне? Так где ты был? - Как бы тебе сказать, дядя… Я… - В этот момент в зал радостно ввалился Артур. Он смешливо фыркнул, заметив семейные разборки, и подошел ближе. - Не волнуйся, Галахад. Он был на освежающей прогулке, а я бдительно за ним присматривал. – С этими словами принц звонко чмокнул Мерлина в щеку. – Зайди ко мне позже, если останешься жив. – И он двинулся к лестнице с мерзким хохотом, так как маг приготовился отвесить ему оплеуху. Взгляд Галахада обещал долгие часы мучительного допроса и душеспасительных речей, но спасение пришло с неожиданной стороны. То, что ввалилось в таверну, вряд ли можно было назвать человеком, хотя, к несчастью, именно человеком оно и являлось. Чрезвычайно заморенным человеком с тонкими усиками, длинным лицом и трясущимися ручонками, которые напоминали крысиные лапки. - Мне нужен Мерлин! – Наконец, сообщил человечек, потирая ладони. – Моя великодушная, прекрасная и могучая госпожа желает его видеть! - Скажи своей госпоже, что я еще не завтракал, и если она так хочет посмотреть на меня, пусть сама придет сюда. Человечек помертвел и затрясся, будто готовился испустить дух. Галахад обеспокоенно подался вперед. - Вам нехорошо? - М-мне б-ббудет нехорошо, если М-ммерлин не п-пойдет со мной. Начавший подниматься по лестнице Артур вдруг обернулся и пристально посмотрел на человечка. На его лице появилось узнавание. - Я тебя помню! Ты Гейл, самый лучший помощник Каэлик. Лучший – потому что дольше всех продержался. Уже больше десяти лет. Остальные были уволены посмертно. Гейл слегка скривился, а потом внезапно бухнулся на пол, начав долбиться лбом об не слишком чистые доски. - Ваше Высочество! Час нашей встречи – несказанная радость! Воистину солнце озарило мое… - Умоляю, заглохни, - простонал Артур. Потом он повернулся к Галахаду и многозначительно поднял палец. – Если Каэлик явилась, значит, Лускан всерьез забеспокоился. - Я один не знаю, кто такая Каэлик? – Спросил Мерлин, настороженно наблюдая за распростертым на полу Гейлом. Он молчал, но продолжал слегка стучать головой, и выглядело это почти как припадок. - Каэлик – Верховная Жрица в Лускане. На деле этот титул равен нашему придворному магу, но вокруг Жриц всегда гораздо больше шума, потому что считается, что они напрямую говорят с Огмой. - Ха. – Маг снова посмотрел на Гейла и подумал, что общение с богом вдохновения вполне объясняет такое вдохновенное сумасшествие. – И что, нам надо пойти к этой Каэлик? Гейл мгновенно взлетел на ноги и взвизгнул жутким голосом: - Госпожа желает говорить с тобой! У госпожи есть объяснение и просьба для тебя! - Я с первого раза понял, спасибо. Не голоси так. Где твоя госпожа? - С королем, - неожиданно спокойно отозвался Гейл и побрел к выходу на трясущихся ногах. Артур проводил его сочувственно-насмешливым взглядом. - Когда-то я подложил сырую курицу ему под одеяло… В замок Мерлин отправился только после завтрака. Погода была славная, а людей на улице мало – кажется, многие горожане страдали от жестокого похмелья, вызванного слишком бурным восторгом по поводу суда богов. Моргана шла слева от Мерлина, подозрительно посматривая на него. Маг подозревал, что ее послала Нимуэй. Но когда Мерлин обвинил колдунью в шпионаже и попытался доказать, что рана на груди его не беспокоит, Моргана пригрозила ему огненной стрелой. Гавейн вызвался изображать почетный эскорт и, с хрустом вгрызаясь в прихваченное с собой яблоко, рассказывал про корабль контрабандистов. - «Лазурный гном», ну надо же, - смеялся он. – Было бы не так смешно, если бы капитан был и впрямь гномом, но он был человеком. Просто очень мелким. Так вот, сначала его люди стали грабить купца Энтира… Знаешь, того, у которого красный конь в окне лавки стоит? У него еще дочурка с большими… Мерлин фыркнул и ткнул друга в бок, а Моргана зачем-то покосилась на свое декольте. - Да, так вот, я был рядом с лавкой, и тут прибежала Мира – дочка Энтира – и сказала, что в лавке какие-то незнакомцы вымогают деньги. Ну, я пошел туда и всыпал им. А через несколько часов я стоял на посту около Академии, и ко мне подкатил этот лазурный гном. Стал предлагать взятку и намекать на перевозку оружия с моей помощью. Я и ему всыпал. И оружие конфисковал. – Гавейн швырнул огрызок яблока в ближайшую канаву. – А потом я откопал пару бумажек, и оказалось, что этот «Гном» - лусканское судно. И вовсе не контрабандное, а вполне себе легально действующее по их меркам. Как тебе это? Маг пожал плечами. - Похоже на чрезмерно затянутый и нудный план вторжения. - Я так же подумал, - торжественно кивнул Гавейн. – Мы вместе с инспектором написали письмо в Лускан, где очень вежливо попросили не таскать лусканские законы в камелотские доки. И знаешь, что они ответили? - Не представляю, - со смешком сказал Мерлин, оборачиваясь назад. Очень кстати – за ними быстрой решительной рысцой шел Артур. - Они вернули наше письмо со штампом «Неверное имя отправителя». Весьма тонко, если подумать. - Лускан не любит, когда их планы проваливаются или разоблачаются, - пропыхтел принц, наконец, догнав друзей. – Поэтому они прикидываются болванами или невинными овечками. Мерлин, маленький осёл, почему не сказал, что идешь в замок? - Ты так жаждешь побеседовать с Каэлик? – Поинтересовалась Моргана. Артур мотнул головой. - Я иду к отцу. – Он немного смутился под теплым взглядом Мерлина. – Решил не затягивать с этим. - Я могу поговорить с ним до тебя, если хочешь, - великодушно предложил маг. - Было бы неплохо… И, желательно, после того, как Каэлик свалит куда-нибудь. - Ваше Величество, - медовым опасным голосом мурлыкала Верховная Жрица. Она стояла перед троном, почтительно склонив голову, а ее злополучный ассистент трясся чуть в стороне. – Официально заявляю, что посол Клэвен и ее люди действовали без ведома и благословения Четырех Капитанов. Мерлина, видимо, ждали, потому что суровый королевский гвардеец распахнул тяжелую дверь тронного зала без лишних вопросов. Артур страдальчески закрывал лицо ладонями и отставал от друзей каждый раз, как видел кого-то знакомого. Увидев мага, король Утер слегка кивнул. Каэлик мельком обернулась, показав Мерлину обрюзгшее неприятное лицо, цепкие оранжевые глаза и слишком маленький нос. - Продолжайте, Жрица, - без особого вдохновения сказал король. - Черный Ценред, называющий себя Хозяином Пятой Башни, на самом деле – всего лишь беглец, скрывающийся от правосудия. Нас глубоко печалит инцидент с Эмбером, в котором он принял непосредственное участие, и мы приносим искренние извинения за эту ситуацию, к которой мы лишь косвенно причастны. Капитаны послали меня в Камелот, чтобы предложить вам помощь и поддержку. - Неужели? – Мерлин встал сбоку, чтобы видеть и Утера, и Каэлик, и точно мог сказать, что король едва скрывал раздражение, а Жрица, несмотря на все извинения, говорила холодно и слегка презрительно. - Мы заинтересованы в поимке преступника так же, как и вы. Нам известно, что Ценред находится в разрушенной крепости на Перекрестке. Поскольку крепость стоит на камелотской земле, мы можем дать лишь информацию, а остановить Ценреда придется вам. - Зачем ему могла понадобиться старая крепость? - Это идеальное место, чтобы спрятаться, Ваше Величество, - слегка улыбнулась Каэлик. – Разве стал бы кто-то искать его в эти руинах? Тем более, это не единственные развалины на земле Камелота. - Боюсь, дело не только в этом, - резковато встряла Моргана, откровенно неприязненно глядя на Жрицу. - Да, деточка? – Голос Каэлик стал источать яд, а глаза опасно сузились, будто она увидела добычу. - Простите, что прерываю, Ваше Величество, - отрывисто сказала колдунья. – Перекресток – это место пересечения сторон света, а значит, и мощный источник силы. Считается, что любой перекресток является удобным местом для проведения ритуалов. Если учесть столкновения с некромантами, то, скорее всего, Ценред выбрал крепость на Перекрестке неспроста. Король кивнул девушке и слегка поджал губы, что-то обдумывая. - Благодарю Вас, Жрица. Вы можете идти. Будьте уверены, что участие Лускана не будет забыто. – Прозвучало это больше как угроза, и Каэлик ушла, даже не поклонившись. Гейл едва не падая ринулся за ней и стал подбирать шлейф ее длинного черного платья. - И не могли же они все так оставить, - с горечью пробормотал Утер и поднялся на ноги. – Увы, Лускан всегда усугубляет и без того трудное положение. - Мое знакомство с лусканцами было коротким и бурным, Ваше Величество, - сказал Мерлин. Гавейн и Моргана тихонько отступили в сторону от трона, но явно навострили уши. Король одобрительно улыбнулся магу и, подойдя поближе, даже слегка похлопал по плечу. - Такие люди, как ты, нужны сейчас. Я отправлю разведчиков к Перекрестку, но потом попрошу тебя пойти за Черным Ценредом. Насколько я могу судить, ты достаточно упрям и силен, чтобы не дать ему ускользнуть. - Я сделаю все необходимое, - заверил Мерлин, а потом неуверенно помялся, посмотрев в сторону двери. – Мы могли бы поговорить наедине, Ваше Величество? - Оставьте нас, - скомандовал король, и все присутствовавшие один за другим покинули зал. – Присядем? – Утер указал на стулья, очевидно, предназначенные для членов совета. Маг опустился на один из них, лихорадочно перебирая в голове все варианты своей дальнейшей реплики. - Я бы хотел задать Вам личный вопрос, если Вы не против, - наконец, промямлил Мерлин. - Задавай. - На что бы Вы пошли, чтобы вернуть своего сына? – Маг с трудом заставил себя поднять голову и посмотреть королю в глаза. Тот вздрогнул, и его самообладание явно дало трещину. - Я не стану спрашивать, откуда тебе вообще известно про мою семью, - тяжело ответил Утер и принялся крутить вокруг пальца кольцо, явно бывшее обручальным. Тонкие символы богини любви сильно потерлись, и поверх них резко въелась в металл более свежая гравировка – знак Келемвора. – Я бы пошел абсолютно на все за шанс поговорить с ним. - Вы искали его? - Искал. – Король скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. – Видят боги, я искал. Мерлин грустно улыбнулся, слыша искренность в его голосе, и подумал, что Артур удивительно похож на отца. Такой же непробиваемый и такой же живой под своей скорлупой. - Но боги прокляли меня. Я не нашел ни единого следа, никаких зацепок. Мой сын просто пропал, и я сам в этом виноват. - Иногда богам тоже нужно время. Вы рано отчаялись, мой король. – Мерлин поднялся и быстро направился к выходу из зала. Утер удивленно следил за ним взглядом. Всего на один момент маг испугался, что принц передумает, и его не окажется за дверьми. Артур не передумал. Стоило Мерлину приоткрыть двери заклинанием, принц сильно толкнул их с обратной стороны и едва не вбежал в зал. - Отец, - выдохнул он и умолк, потеряв все подготовленные слова. Утер глухо вскрикнул, вскочил и шагнул ему навстречу, протянув руку вперед, будто боялся, что перед ним призрак. Глаза его заблестели, и Мерлин отвернулся, испытывая странную неловкость при виде слёз короля. - Прости меня, - наконец, выдавил Артур и со всхлипом опустился на колени. Прежде чем выйти за дверь, маг все же посмотрел на них. Утер говорил что-то тихим срывающимся голосом, сжимая ладонью затылок сына, а тот только кивал, низко опустив голову, и его плечи судорожно вздрагивали от рыданий. Мерлин позволил дверям закрыться за своей спиной и шумно выдохнул. - Король занят, - со странной легкостью сказал маг, останавливая ладонью Агравейна, который вознамерился войти в зал с каким-то гигантским свитком. – В момент слабости с ним могут быть только самые близкие родственники. Советник сурово нахмурился и открыл рот, чтобы поставить зазнавшегося мальчишку на место, но потом смысл сказанного дошел до него. Он охнул, и искренняя улыбка смягчила его резкое лицо. - В нашу первую встречу я бы не поверил, что Артур принц, - вздохнул Гавейн. – По правде сказать, он до сих пор кажется мне жутким засранцем. Разве принц может быть таким? - Все люди, обладающие властью, в той или иной степени засранцы, - ровно отозвалась Моргана. – Знаешь, почему? Всем этим королям, вельможам, рыцарям, стражникам, магам всегда чего-то не хватает. Так что и ты засранец, и я засранка. Самые честные люди – это такие, как Гвиневра. У них нет денег, нет титулов или магии. Они просто делают все, чтобы проснуться следующим утром. И они счастливы. Я даже немного завидую Гвен. - Ты поэтому с ней спишь? Чтоб приобщиться к ее счастью? – Гавейн шутливо потыкал колдунью в плечо. - Вовсе нет, - фыркнула она. – Не приписывай мне свои мотивы. Я просто восхищаюсь ей. И мне приятно, что мое общество может сделать ее еще счастливее. Когда я с ней, мне легче. Так что дело тут не только в постельных утехах. - Слушай, может быть, Артур тоже из-за этого к Мерлину лезет? - Что это вы тут обсуждаете, сплетники? – Возмущенно воскликнул маг, выходя из-за угла. – Стоило ненадолго вас оставить! - Вообще-то мы изначально говорили не о твоей личной жизни, честно, - рассмеялся Гавейн. – Просто у тебя талант появляться в неподходящие моменты. - Как все прошло? – Спросила Моргана, отодвигаясь от стены, к которой она прислонялась до этого. - Судорожно, - после заминки выдал Мерлин. – Надеюсь, они нормально поладят, когда успокоятся. Думаю, мы можем с чистой совестью идти домой. - Довольно иронично, что теперь я считаю таверну своим домом, - ворчливо заметил стражник, расправляя плечи. - Ты и до этого в тавернах почти всю жизнь торчал. - Молчи лучше, ведьма. - Нет, ну правда. - Я арестую тебя за противоречие представителю закона. Мерлин закатил глаза и, посмеиваясь, первым двинулся в сторону «Утонувшей фляги». Препирающиеся спутники последовали за ним, и маг подумал, что его дом всегда будет там, где живут люди, которых он любит. «Значит, весь Камелот – мой дом», - мысленно усмехнулся Мерлин.