Ночи Камелота

- Куда мы идем, Гвен? – Ворчливо спросила Моргана, вынужденная чуть ли не гнаться за чрезмерно активной девушкой. Та сжалилась и замедлилась, взяв колдунью за руку. - Это сюрприз. - Я не люблю сюрпризы, - буркнула Моргана, однако сплела свои бледные пальцы со смуглыми пальцами возлюбленной. – Обычно они идут в комплекте с какой-нибудь дрянью. Или сами по себе неприятные. - У меня иногда ощущение, что тебе не двадцать лет, а восемьдесят. Если ты сейчас такая, то представь, какая жуткая из тебя выйдет старуха. Будешь варить зелья из куриных лап. – Гвен рассмеялась и потянула колдунью к городским воротам, где бдительно дремал, опираясь на копье, юный страж порядка с жидкой бороденкой. Видимо, он решил, что ночью можно не дежурить, поэтому Моргане пришлось поколдовать, чтобы проникнуть за ворота. Но открывать створки она не стала, а просто сделала их нематериальными на полминуты, отчего дерево и металл стали полупрозрачными и лиловыми. Девушки прошли сквозь них, как два призрака, и Гвен повела Моргану в сторону от дороги через поле, заросшее высокой густой травой. В такие чудесные ночи, как эта, в язвительной и мрачноватой колдунье просыпался романтик, который в обычное время храпел где-то в самом темном уголке ее души. Девушка почти с азартом следовала за возлюбленной, подхватив свободной рукой подол зеленого платья. Даже по ночам в Камелоте тихо не бывало. Там всегда что-то бурлило, и самые разные звуки разрывали ночной воздух: безумный полуночный музыкант с лютней или плотник с бессонницей и большим напильником, кошачья драка или ссорящаяся женатая парочка, поздние любители эля или девица легкого поведения во время работы, швартующийся корабль или собачья свадьба. За городом было совсем иначе, и Моргане нравились крупные звезды, стрекотание сверчков, свежий прохладный ветерок и таинственные очертания деревьев на фоне темного неба. И, конечно, ей нравилась Гвен. Ее теплые руки, развевающиеся на ходу темные волосы и звонкий смех. Девушки ушли довольно далеко от города. Туда, где под сводами векового леса все еще жили сказки. - Уже совсем близко, - шепнула Гвиневра, перепрыгивая маленький ручеек. Моргана вздернула подол повыше и последовала за ней. - Почему шепотом? И что это вдруг на карачках ходить начала? – Как раз в этот момент Гвен присела на выпирающий из земли древесный корень и жестом указала колдунье опуститься рядом. Моргана со вздохом уселась на сырую траву, надеясь, что трава примерно одного оттенка с платьем и не оставит пятен. - Мы шли все это время, чтобы посидеть в кустах? Странные у тебя… - Гвен приложила палец к ее губам и, улыбаясь, отвела в сторону ветки орешника, около которого они остановились. За кустами оказалась небольшая полянка, сплошь покрытая трепещущей серебристой травой и прекрасными фиолетовыми цветами вроде шафрана. В самом центре возвышался замшелый стоячий камень, а вокруг него по воздуху носились маленькие сияющие светлячки. Приглядевшись, Моргана поняла, что это вовсе не насекомые, а пикси – редкостно вредные и столь же красивые крошечные создания. Будучи в хорошем настроении они беззаботно танцевали непонятный воздушный танец, и поляна наполнялась веселым шепотом и легким шелестом сотни маленьких крыльев. Девушки смотрели, не шевелясь, как пикси вырисовывали над камнем замысловатые узоры, тающие через секунду, замирали и тут же снова срывались в полет. Наконец, Моргана перевела взгляд на Гвиневру. Видимо, она не в первый раз приходила к этой поляне, чтобы полюбоваться на крошечных существ, и, наверное, это было для нее чем-то особенным. Чем-то, чем бы она не поделилась с каждым. Невольно на лице колдуньи расцвела несвойственная ей нежная улыбка, и Гвен, почувствовав взгляд, повернула голову. - Я люблю тебя, - тихо сказала Моргана, кладя руки на колени возлюбленной и глядя на нее снизу вверх. Теплые ладони накрыли ее пальцы, и Гвен с улыбкой потянулась за поцелуем. В первый раз они поцеловались, когда распутывали пряди волос, сплетенные шаловливыми ручонками Софии. Обе смеялись, стоя неприлично близко – тифлинг заплела косичку довольно высоко – и дотрагивались до волос и кожи друг друга, и вдруг Моргана поняла, что ловит этот честный и жизнерадостный взгляд, а косичка уже никого не волнует. А потом колдунья коснулась губ Гвен своими, обняв девушку за талию. ..Страстного ответа она не ожидала. Косичку расплели уже позже, лежа поверх одеяла и лениво обнимаясь. Уже позже оказалось, что Гвен с удовольствием читает Моргане вслух, делает ей сложные прически по утрам, ценит даже мрачноватое чувство юмора и любит получать цветы в подарок. Из-за желания обрадовать возлюбленную Моргана приобрела паршивую привычку регулярно грабить клумбы в квартале Черного Озера. Также пошло в ход не самое очевидное умение колдуньи печь пирожки. Этому пришлось научиться во время обучения в Академии, так как Моргана ненавидела еду, которую давали в столовой. Гвен смеялась и говорила, что под суровой маской волшебницы и похитительницы растений живет скромный мягкий пекарь. Моргана завершила поцелуй с тихим чмокающим звуком, и пару секунд девушки сидели, просто глядя друг другу в глаза. - Я тебя тоже люблю, - улыбнулась Гвен. Не успела колдунья и рот открыть, как поляна вдруг наполнилась истеричным хлопаньем маленьких крыльев и испуганными тонкими визгами. Пикси быстро улетали куда-то вверх по спирали, постепенно сливавшейся в сплошной сияющий круг. Вскоре остался только неуверенно тренькающий где-то неподалеку сверчок и шелест травы. Девушки переглянулись, поднялись на ноги, и вышли из-за орешника на поляну. Пикси точно окончательно скрылись. - Раньше такого никогда не было, - растерянно пробормотала Гвен, озираясь. Где-то совсем близко раздался странный грохот, будто кто-то крупный и злобный наподдал по бревну, а потом появился отчетливый звук торопливых шагов. Моргана решительно шагнула ближе к валуну на середине поляны и воинственно одернула платье. Однако ощущение ей вовсе не нравилось: она чувствовала смутную тревогу и желание уйти поскорее. - Скажем ему, что он поляной ошибся? – Прошептала Гвиневра. Ближайший куст вспыхнул ярким оранжевым пламенем, слепя глаза. Колдунья зажмурилась на мгновение, а когда она открыла глаза, перед ней стояло существо, которое никак нельзя было спутать с человеком и тем более уговорить уйти с поляны. Оно было намного выше человека, кожа казалась черным камнем, все тело было изрыто огненными жилами, а глаза переливались алым и желтым. - Это голем, - после заминки классифицировала Моргана и тут же пустилась наутек, так как голем вознамерился стукнуть ее по макушке пылающим кулаком. – Гвен, уйди куда-нибудь, пока он тебя не заметил! Гвен замерла на месте в ступоре, но голем явно не интересовался темнокожими крестьянками и с удовольствием принялся гонять колдунью вокруг камня. - Чертовы тряпки, - пропыхтела Моргана и на ходу оборвала подол чуть выше колена. Бегать стало легче, но радости это все равно не прибавило. Големы просто так никогда не ходили, то есть, где-то неподалеку сидел гнусный колдунишка и, пакостно хихикая, применял заклинание. Моргана от души пожелала ему подавиться, но искать его времени не было, поэтому девушка просто ударила в каменную морду молнией. - Во имя Девяти Преисподних! – Колдунья исполнила изящный пируэт, сделавший бы честь любой танцовщице, и едва увернулась от огненной стрелы. Точнее, это было больше похоже на огненный плевок, так как голем выпустил заклинание откуда-то из головы. – Мне кажется, или он стал больше?! Гвен подтвердила это предположение воодушевленным воплем и, наконец, нырнула куда-то в орешник. Чудовище и впрямь как-то неуловимо увеличилось в размере, что сделало уклонение более трудной задачей. - Что ж ты не помрешь, каменюка… - Шипение сквозь зубы практически не тратило дыхание, но зато поднимало боевой дух. Внезапно Моргана почувствовала себя невероятно слабой, но в то же время едва не захлебнулась бурлящей в груди магией. Пришлось быстро выплескивать избыток энергии еще одной молнией. Но стало только хуже, так как радостно заревевший голем вырос еще на несколько дюймов и заплевал колдунью огнем. И вот тут Моргана начала догадываться, что это за тварь. Голем души, призванный уничтожить мага, заставить утонуть в собственной силе. Он впитывал любое заклинание и становился только сильнее при каждой попытке нанести ему урон. Обычно после встречи с големом души можно было только закопать бренные останки мага и всплакнуть на могилке. Голем загрохотал, будто рассмеялся, и все же попал по колдунье кулаком, отбросив в сторону. От удара об землю в голове потемнело, но смерть все же не пришла, так как у трупов ничего не болит. Моргана со стоном поднялась на локте и с ужасом уставилась в пустые огненные глаза, мысленно прощаясь с этим миром. Боковым зрением девушка заметила какое-то движение. А потом из кустов торжественно выскочила полуголая Гвен и метко швырнула голему на голову свою мокрую рубашку. С шипением и громом чудовище закрутилось вокруг своей оси, огненные жилы в его теле погасли, и оно начало рассыпаться. Каменная крошка осела с шорохом, и через минуту на поляне стало тихо. Вдалеке робко брякнул сверчок. Моргана с облегчением потеряла сознание. - Милостивые боги! – Воскликнул Галахад при виде девушек, вползавших в таверну. Рубашка Гвиневры была абсолютно мокрой и покрытой угольными пятнами, а платье Морганы было оборвано снизу, открывая живописный вид на стройные ноги, покрытые синяками. Выглядели дамы при этом ужасно помятыми (а Моргана – даже побитой), но довольными. – Чем вы занимались?! - Это было… самое романтичное свидание в моей жизни, - немного шепеляво сказала Моргана, а потом поморщилась, ощупывая зубы языком. – По-моему, у меня половина зубов шатается. Гвиневра тихо засмеялась и обняла колдунью за талию покрепче. - Идем, нужно показать тебя Нимуэй. - В жизни не разденусь перед этой наседкой! - И будешь ходить со сломанными ребрами. - Я говорю тебе, они целые. Зубы, зубы, вот где беда! Девушки неуклюже заковыляли в сторону лестницы, продолжая препираться на тему сломанных костей. Галахад растерянно почесал голову, глядя им вслед. Следующие несколько дней Моргана отлеживалась под присмотром заботливой Гвиневры. Обеспокоенные друзья заходили проведать несчастную колдунью и постепенно выпытывали подробности схватки с големом. Все снова стало как обычно, но Моргана знала, что неизвестный недоброжелатель обязательно пошлет голема еще раз. Или еще кого-нибудь, раз уж голем не сработал.