Ночи Камелота

Сосуществование с Мефазмом, как выяснилось, было довольно нелегкой задачей. Большую часть времени Мерлин чувствовал себя так, будто должен заново научиться ходить. Демон обычно помалкивал, видимо, просто копаясь в памяти, но иногда спрашивал что-нибудь так неожиданно, что бедный маг с возгласами хватался за сердце. «По идее, это должно было не так получиться», - признался Мефазм как-то раз после безуспешной попытки вынудить Мерлина приставать к какой-то крестьянке. «Я думал, что буду контролировать тебя». «Наверное, я тебе не по зубам», - злорадно отметил Мерлин и отправился в таверну к дяде. «Я обязательно еще разок попытаюсь. Но если не получится, мне придется притворяться, что все твои действия – последствия моих приказов», - уныло буркнул Мефазм и заткнулся. Галахад солнечно улыбнулся племяннику и продолжил жонглировать двумя бутылками рома. В зале было пусто, так как в первой половине дня даже самых заядлых пьяниц отправили работать. Мерлин плюхнулся за столик в середине зала и рассеянно воззрился на дядю. Демон в голове заинтересовался и мигом оставил в покое мерлиновы воспоминания о падении в колодец. «Симпатичный у тебя дядя», - уже привычно протянул Мефазм. «Не смей!» - В назидание Мерлин стал представлять, как гоняет гигантским веником крошечного демона. Правда, это не очень помогло. «И все же подумай», - не унимался Мефазм. Мерлин вздохнул. Оставалось только надеяться, что демон не попытается устроить неприличную сцену. Галахад был младше Балинора на шесть лет, то есть, сейчас ему было всего тридцать девять. И он выглядел таким отвратительно жизнерадостным, что это могло удивить кого угодно. Особенно учитывая, что молодость Галахад провел в сложных и долгих путешествиях. А потом совершил самый нелогичный поступок для искателя приключения: сел на задницу и открыл таверну. Но при этом, в отличие от многих, не отрастил брюшко и не растерял предприимчивости. В общем, мечта любой дамы: обеспеченный, красивый, умный, вежливый и сильный. Но, к сожалению для дам, его уже заарканил ядовитый двадцатисемилетний волшебник. - Дядя… - Мерлин робко прокашлялся. Галахад ловко поймал обе бутылки и шутливо поклонился. - Да? - Для меня было… неожиданностью… когда ты с Мордредом… ну… - А, это, - улыбнулся Галахад и присел на край стола. – Для меня тоже. Нет, на самом деле, я об этом подумывал, но раньше я как-то не осознавал, что это возможно. - Как и когда вы познакомились? - Пару лет назад, когда Мордред, кхм, уволился, он напивался в каждой таверне по пути от Лускана до Камелота. Так вышло, что моя оказалась последней. Он снял квартиру неподалеку и стал частенько наведываться. Я на него впервые серьезно обратил внимание, когда он умудрился разнять пьяную драку, не повредив мебель, и при этом так запугал зачинщиков, что они потом три дня мне полы драили. Ну, а он такой скрытный всегда был, даже когда мы вроде как подружились. А теперь выяснилось, что он на меня запал аж год назад, и я абсолютно не помню, что тогда случилось. - Если вы друг другу нравились, почему так долго тянули? - А кто его знает, - неопределенно махнул рукой Галахад. – Я постоянно занят какой-то ерундой, поэтому у меня мало времени даже на мысли о личной жизни… Это только сейчас я разленился. Ну, а Мордред просто не умеет ухаживать. Если бы я знал, что беспрестанная критика и обзывания в мой адрес – это способ выразить свою привязанность, я бы, конечно, раньше перешел к активным действиям. - Надеюсь, теперь у вас все будет хорошо, - искренне пожелал Мерлин, и тут же добавил: – Почему-то в опасное время всех тянет на любовь. - Да уж. Главное, чтоб срослось и после опасных времен, - улыбнулся дядя, хлопнув племянника по плечу. – У вас-то с Артуром все нормально? - Вроде бы, - осторожно ответил маг. - Ты на него хорошо повлиял, знаешь. Продолжай в том же духе, и у нас будет еще один замечательный король. Мерлин польщенно зарделся, а Мефазм внутри головы разочарованно заскулил: видимо, он ждал другого исхода разговора, но склонить Мерлина к паршивым мыслишкам о дяде так и не удалось. Шум на дворе вдруг усилился, раздались торопливые шаги, и дверь в таверну распахнулась, оборвав попытки демона подстроить новую пакость. - Балинор! – Взволнованно воскликнул Галахад, соскакивая со стола. В глазах у Мерлина слегка защипало при виде отца, и вместе с этим навалилось невероятное облегчение – отец выглядел усталым и тревожным, но он был жив. Мерлин сполз со стула, неловко потянул отца в судорожные объятия и по-детски шмыгнул носом, ощутив грубоватую ладонь на затылке. - Привет, - шепотом сказал Балинор и облегченно выдохнул. Потом отстранил сына за плечи и внимательно осмотрел, снова нацепив непроницаемое выражение лица. – Так вырос, будто лет пять не виделись. Мерлин почувствовал привычное раздражение от деловитости отца и невольно передразнил серьезную гримасу. - Кто еще выбрался? – Спросил Галахад, откупоривая бутылку рома. Мерлин отстраненно подумал, что дядя рассчитывает на плохой ответ и сразу собирается его запить. - Гаюс, Уилл, Георг, Уэбб. – Балинор хмуро покачал головой. – И то мы выбрались лишь благодаря Аммону. Если бы он нас не предупредил… - Остальные все?.. - Да. Галахад тихонько охнул, а Мерлин опустил голову. - Постой, - вдруг вскинулся дядя. – Аммон? Аммон Джерро? - Который погиб в битве? – Подозрительно уточнил Мерлин. - Как оказалось, он не погиб, - не слишком уверенно ответил Балинор. – Он ничего толком не объяснил, просто вдруг появился посреди площади и сказал, что сейчас на нас нападут. И сразу после этого появилась орда нежити. У нас как-то не было времени привередничать насчет союзников. Уилл не пришел поздороваться, поэтому Мерлин отправился на поиски. Старый друг сидел на срубе колодца и обводил двор пустым взглядом. Только когда маг позвал его по имени, он повернул голову. - Хорошо выглядишь, - неловко выдавил он после паузы. - А ты выглядишь ужасно, - криво улыбнулся Мерлин и присел рядом. – Почему не поздоровался? - Не знаю, - вздохнул Уилл, отводя взгляд. – Не хочется. Такое ощущение, что… - Он запнулся. - Что? Скажи. - Что ты во всем виноват, - жестко проговорил друг, сжимая пальцы в кулаки. – Все должно было быть хорошо после твоего ухода. Ты должен был забрать опасность с собой. Но на нас все равно напали. И нас осталось всего пятеро. А ты… Ты живой и невредимый. Мне даже смотреть на тебя больно. - Ты не знаешь, через что я прошел, - отчаянно сказал Мерлин. – Это несправедливо, Уилл. Я не сделал ничего плохого. Уилл передернул плечами и поднялся со сруба. - Ты вообще ничего сделал, чтобы спасти свой дом. – И он ушел, не дав Мерлину ответить. Это было чертовски обидно, и обвинение выглядело абсолютно бессмысленным. «Я же ушел ради Западной Гавани, - растерянно думал маг. – Я хотел всех защитить». «А Уилл – придурок», - охотно подсказал Мефазм. Гаюс, Георг и Уэбб поприветствовали Мерлина довольно сдержанно и тут же смылись в разных направлениях. Даже если они не разделяли точку зрения Уилла, то все равно не были настроены на общение. Юный маг в унынии бродил по двору, путаясь под ногами у рыцарей, и не мог найти себе места. Демон деликатно помалкивал и, судя по всему, копался в воспоминаниях, так как у Мерлина в голове неожиданно всплывали самые разные эпизоды из жизни. - Ты Мерлин, верно? – Мягкий и спокойный голос вырвал мага из бездны раздумий. Он увидел перед собой высокого тощего мужчину, чей возраст явно близился к семидесяти, некогда здоровая кожа шоколадного оттенка сильно посерела, а большая часть волос мистическим образом покинула макушку. Примечательными являлись слегка мерцающие золотистые узоры на лбу и щеках. Значение татуировки Мерлин не совсем понял, но она явно излучала какую-то магию. Старик был одет в черную мантию почти до земли, грудь крест-накрест охватывали два ремня, на которых были закреплены причудливые голубоватые кристаллы. - А Вы, должно быть, Аммон? - Да, очень приятно познакомиться. – Старик улыбнулся и протянул руку. Потемневшие металлические браслеты на его запястье вопросительно звякнули, но Мерлин не пожал руку в ответ, поэтому вопрос повис в воздухе. - Все считали Вас погибшим. - Видишь ли, - с легкой досадой начал Аммон, опуская руку. – Я остановил Короля Теней, что вызвало бурную магическую реакцию… назовем это энергетическим штормом. Он забросил меня в мир Теней, где я бесцельно блуждал долгие годы. Лишь недавно я смог найти путь обратно. Мерлин прикусил губу и, подумав пару секунд, пришел к выводу, что с этой историей что-то не чисто. Мир Теней сильно отличался от остальных миров, поэтому даже энергетический шторм вряд ли смог бы забросить кого-то туда. - Я Вам не верю, - сообщил он. – Не знаю, что там случилось на самом деле, но Вы лжете. - Ты меня обижаешь, - спокойно сказал Аммон. – Я спас твоего отца, а ты даже не поблагодарил. - Спасибо, что спасли моего отца, - немного язвительно проворчал Мерлин. – Но я все равно Вам не верю. И вообще, идите и поздоровайтесь с Вашей внучкой. Казалось, Аммон очень удивился. С минуту он стоял без движения, а потом кивнул. - Верно. Внучка. Спасибо. – Он круто развернулся на пятках и деревянной походкой направился к замку. Нахмурившись, маг смотрел ему вслед. - Как Аммону удалось выжить в схватке с Королем? Балинор помогал строить новую катапульту, аналогичную той, что стояла справа от главных ворот, поэтому расспросы Мерлина вызвали у него сдержанное недовольство. - Я не знаю, - отрезал он, вытирая лоб рукавом. – Лучше бы ты помог. Мерлин с интересом посмотрел на пилу, которая с помощью магии парила в воздухе, быстро распиливая большое бревно на две части. - По-моему, ты и сам нормально справляешься. Просто не хочешь разговаривать. - Я действительно не знаю ничего насчет Аммона, - вздохнул Балинор, и по взмаху его руки пила остановилась. - Вообще никаких идей? - Нет. - Мне это не нравится, - признался Мерлин недовольным голосом. – Не может же быть, что он сидел двадцать лет в мире Теней, но сейчас вдруг заскучал и нашел выход. Многовато совпадений. - Он точно не ходячий труп, если ты об этом, - отозвался отец, критически разглядывая распиленное бревно. - Не совсем, но об этом тоже. – Мерлин никак не мог связно выразить причины своего беспокойства. Он незаметно проверил Аммона несколькими заклинаниями и не обнаружил ничего плохого. Однако ему смутно казалось, что Аммон что-то скрывает, и что у него есть какие-то причины появиться одновременно с нападением орды мертвецов. - Не будь таким подозрительным, сын, - строго сказал Балинор. – Если что-то не так, то мы об этом скоро узнаем. А если все в порядке, то не нужно напрасно изводить недоверием человека, который, возможно, ни в чем не виноват. Мерлин вздохнул и пару минут молча смотрел, как отец поднимал магией половину распиленного бревна. - Уилл не хочет со мной говорить, - наконец, выдавил маг. – Считает меня виноватым в том, что нежить напала на Гавань. - Он не прав. – Балинор терпеливо удерживал бревно в воздухе, пока двое рабочих закрепляли его в положенном месте. – Двадцать лет назад на Гавань тоже напали. Ты не несешь ответственности за все это и никогда не нес. - Ты это Уиллу объясни, - буркнул Мерлин. - Послушай, найди себе занятие, - не выдержал Балинор. Он отпустил бревно и потряс слегка зудящей из-за магии рукой. – Отвлекись. А то твоя болтовня и меня нервирует. Поразмыслив, юный чародей решил найти Мордреда и извиниться за странное поведение накануне. После недолгих поисков Мерлин услышал голос Мордреда из кузницы и отправился туда. - По-твоему, это меч? – Излишне трагично спрашивал волшебник, с презрением похлопывая тупым лезвием клинка по ладони, как палкой сырокопченой колбасы. – Из нас двоих ты кузнец, но даже мне ясно, что это не меч, а фаллический предмет с рукоятью. Темнокожий кузнец Джекоби казался слегка смущенным, но видно было, что он изо всех сил прятал улыбку. - По сути, любой меч является фаллическим предметом, если так смотреть, - осторожно сказал он. Мордред тяжело вздохнул и вручил ему меч. - Заточи этот презренный объект. А после этого я, так и быть, зачарую его. О, здравствуй, Мерлин. – Волшебник приветливо улыбнулся и взял с верстака каплевидный щит с изображением золотого дракона. – Поможешь? Тут целую кучу всего зачаровать надо. А этот ленивец думает, что мои заклятия исправят все огрехи, поэтому кует, как… - Не порти мою репутацию, - расхохотался Джекоби. Отсветы огня в горне плясали на его влажной от пота коже, когда он раздувал мехи. - Будто ее возможно еще больше испортить, - отозвался Мордред и принялся размахивать руками над щитом. Мерлин долго разглядывал кучу доспехов и оружия на верстаке и на полу рядом и, наконец, выбрал латный нагрудник. Заклинаний зачарования предметов было несколько видов. Некоторые вплетались в структуру предмета на стадии изготовления; некоторые напоминали нитки, которые нужно было обматывать вокруг предмета; некоторые заклинания были абсолютно идентичны, но отличались временем, в течение которого чары держались на предмете. - На сколько зачаровываем? - Девять дней, - ответил волшебник, продолжая делать немыслимые пассы руками. Выбранное заклинание было предельно простым и тратило минимум сил, так что мельницу Мордред изображал явно из вредности. Мерлин коснулся нагрудника ладонью и привычно ощутил всплеск магии, который зародился в груди и жарко ткнулся в переносицу. - Мордред? - Ммм. – Убедившись, что щит зачарован, как нужно, волшебник беспечно швырнул его куда-то в угол. Джекоби укоризненно вздохнул, но не оторвался от заточки меча. - Извини, что так странно себя вел вчера, я просто… - Поняв, что Мерлин сейчас выдаст секрет про одержимость, Мефазм начал орать не своим голосом. То есть, понятное дело, что не своим – он начал орать голосом Мерлина. Мордред замер с наголенником в руке и непонимающе воззрился на мага, который монотонно выл «А-а-а-а-а» на одной ноте. - Знаешь, ты и сейчас себя ведешь довольно загадочно, - наконец, выдавил волшебник. – Но я совсем не в обиде. Это даже забавно. «Я не дам тебе меня контролировать, - прошипел Мерлин демону. – Ты хотел смотреть через мои глаза, и я тебе это разрешил. Но я здесь все еще хозяин». Мефазм ничего не ответил, но вдруг Мерлин почувствовал, что демон резко ослабел, и загнать его куда подальше оказалось совсем просто. Мерлин неловко отвернулся от недоумевающих Джекоби и Мордреда и продолжил зачаровывать доспехи. Однако этот эпизод изрядно его напугал – впервые Мефазму удалось взять контроль, пусть и на несколько секунд. Мысленно маг пообещал себе, что больше такого не допустит.