Ночи Камелота

«Смерть и горе всегда приходят с войной, люди гибнут в огне и крови, вырывая друг другу сердца. Война – это череда невыносимых потерь и лишений. Единственное, что заставляет людей продолжать драться – это призрачный шанс на удачу, шанс выжить в самой зверской бойне. Но если твой враг бессмертен… то ты проиграл еще до начала главной битвы. Ты проиграл, понимаешь?» - Прекрати, Мефазм, - хрипло буркнул Мерлин, опуская книгу, которую пытался читать до вдохновенного монолога демона. – Мы еще не побеждены. Тем более, я впустил тебя себе в голову, чтобы ты нам помогал… «Да, но что если ты зря это сделал?» - Ты о чем это, скотина? – Прошипел маг, садясь на кровати. Демон замялся. «Я тоже могу проиграть, знаешь», - сообщил он после паузы. - Конечно, - протянул Мерлин. – Но перед сделкой это упомянуть ты не удосужился. Ты так уверено говорил, что я тебе поверил. Даже подумал, что не все демоны беспрестанно врут ради забавы. «Зачастую люди куда хуже демонов, Мерлин. И мне не смешно». После этого Мефазм замолчал, а маг раздраженно отшвырнул книгу, случайно попав ею в графин с водой. Графин жалобно звякнул и разлетелся на кусочки. В дверь постучали, и Мерлину пришлось слезть с кровати. - Открыто, - слишком злобно сказал он. - Не убивай меня! – София осторожно просунула в дверной проем голову и вопросительно изогнутый хвост. – Артур зовет всех в военный зал. Ну, не совсем всех, но всех важных. Ты важный? У-у-у! – Тифлинг заметила, что Мерлин без рубашки. – Можешь, конечно, и так пойти, но все-таки… - Внезапно она перестала трещать и уставилась на мага так, будто он стоял с топором в руках над трупом милой старушки. - Что? – Спросил Мерлин, поежившись под ее взглядом. - Ты что наделал? – Прошептала София. Маг замер с рубашкой в руках. - Смотря что ты имеешь в виду. - Он баатезу! – Девушка прошмыгнула в комнату и захлопнула за собой дверь. – Что ты у него просил? Баатезу всегда дают то, что просил, но это не значит, что ты получишь то, что хотел! - Я ничего не просил. – Мерлин решил, что если вопрос стоит так, то лучше не отпираться. – Он предложил сделку сам. Он поможет победить Короля Теней, а я покажу ему мир смертных. София всплеснула руками, а хвост нервно хлестал ее ноги. - Я бы на твоем месте ему не верила. Не может быть, что он сделал это по доброте душевной. Все баатезу – подлые и изворотливые твари! «Бедная девочка, какие эмоции. Танар'ри всегда ждут подвоха от баатезу. Потому что танар'ри – трусливые, жалкие недоноски», - встрял Мефазм. - Проклятые демоны и полудемоны, - простонал Мерлин. – Замолчите оба! Нет смысла причитать. По договору Мефазм пробудет со мной еще год, так что сейчас ничего сделать нельзя. Соф вздохнула и обреченно поджала губы, отводя глаза. Мефазм снова забился куда-то в уголок, и маг почти перестал ощущать его присутствие. - Так что там Артур?.. – Осторожно попытался сменить тему Мерлин. - Совет, - страдальчески ответила София. При виде вошедшего в зал Мерлина Артур слегка кивнул, не отвлекаясь, впрочем, от бурного спора с Ланселотом над столом с объемной картой. - Мы не можем дать им бой за воротами, - уже довольно раздраженно говорил рыцарь. – Судя по данным разведки, их в полтора раза больше. Минимум в полтора. - Да, но еще мы знаем, что мы не уследили за трупами якобы мертвых некромантов. И эти некроманты знали Крепость, как свои две сотни костей. Что мешает им воспользоваться потайным входом или припомнить слабые места в стенах? - Мы достаточно укрепили стены и башни. Крепость выстоит. А если мы сунемся за ворота, то битва будет очень короткой. Все прочие, кто был в зале, уныло слушали, не поддерживая никого из споривших. Видимо, бездействовать было проще, чем решать. Мерлин вздохнул. Спор был бессмысленным и нервирующим, а атмосфера в крепости была и так не самая спокойная. - Рано или поздно все равно придется драться с ними в рукопашную, - сказал маг. – А до тех пор будет эффективнее атаковать их с помощью магии и катапульт. То есть, со стен. Принц долго кусал губы и постукивал пальцами по столу, а потом неопределенно пожал плечами. - Может, есть смысл сойтись в рукопашной рано, а не поздно? - Нет. – Мерлин вышел в центр зала и оперся ладонями на стол. – Я отправляюсь в Западную Гавань, чтобы починить меч, который в теории может убить любое существо. Поэтому ваша задача будет очень простой: не умереть до моего возвращения. Со мной пойдет только Моргауза, а остальные будут защищать Крепость. Думаю, это лучшее, что можно сделать. – Маг прикрыл глаза на секунду, а потом выпрямился и скомандовал решительным отрывистым тоном: – За работу. Как ни странно, воодушевленные участники совета тут же ринулись прочь из зала. Артур со смешком скрестил руки на груди. - Мне придется назначить тебя своим советником, чтобы твои приступы властолюбия не уничтожали мой авторитет. - Извини, - отозвался маг, проводя рукой по глазам. – Ты бы и сам все правильно решил, просто я немного ускоряю процесс. Времени совсем мало. Теплая шероховатая ладонь коснулась его плеча и переместилась на основание шеи. Артур придвинулся ближе и невесомо поцеловал в висок. - Когда все это закончится, нам с тобой больше не придется торопиться, - шепнул он. Даже неприличный комментарий Мефазма насчет торопливых постельных сцен не смог испортить этот момент. - Ты готов отправляться? – Тихонько спросила Моргауза, закрывая лицо вуалью. Гитзерай стояла на северном луче розы ветров в главном зале Крепости. Недавно некроманты проводили здесь свой ритуал, но Мерлину казалось, что это было сто лет назад. - Да. - Знай… Тебе будет нелегко увидеть свой дом в таком состоянии. - Знаю, - кивнул Мерлин. Почему-то это беспокоило его меньше всего. «Да ты повзрослел, - усмехнулся демон. – Ты знаешь, что ничто не будет, как прежде. Ты знаешь, что возвращения домой не будет». Маг только слегка нахмурился и шагнул в центр розы ветров. В этот момент в зал вошел Аммон. Он остановился неподалеку, пристально глядя на гитзерай. - Собираетесь чинить мой серебряный меч? – Доброжелательно поинтересовался он. - Он не твой, колдун, - холодно ответила Моргауза. – Покинь помещение. - Это бессмысленная затея, - продолжал Аммон, напрочь игнорируя женщину-гитзерай. - Не узнаем, пока не попробуем. – Мерлин покосился на левую руку и обнаружил, что ремешок у наруча снова расстегнулся. По скромному мнению мага, наручи, даже металлические, являлись не очень хорошей защитой, но Артур настоял на том, чтоб он их надел. Вместе с довольно нелепыми наплечниками. Это бы имело смысл в сочетании с кольчугой, но от нее Мерлин наотрез отказался, а один из наплечников таки сорвал, от чего весь его наряд приобрел несимметричный и залихватский вид. Мерлин мрачно застегнул треклятый ремешок. Моргауза шагнула ближе к магу и крепко сжала его предплечья. - Жаль будет, если меч не сработает, - буркнул Аммон. – Получится, что вы безо всяких оправданий сбежали от сражения. - Выйди, - хором сказали Мерлин и Моргауза. Гитзерай тут же начала певуче читать заклинание, и комната вокруг стала размываться, так что маг не видел, послушался Аммон или нет. Магический вихрь почему-то упорно ударял Мерлина под коленки так, что маг едва не падал, и только руки Моргаузы удерживали его на месте. Заклинание сильно отличалось от обычного телепорта: Мерлину почудилось, что в этой воронке крутятся его воспоминания и мысли. Мимо проносились лица людей, которых он знал, места, в которых он бывал, деяния, которые совершил или надеялся совершить… И когда через несколько минут Мерлин упал на колени во влажно блестящую под тусклой луной траву, ему показалось, что перемещение заняло долгие годы. - Покажи мне, где был сломан меч. – Голос Моргаузы мягко выдернул мага из бури прошлого и вернул в реальность. С трудом поднявшись на ноги, Мерлин быстро осмотрелся. Без светящихся окон и людских голосов ночь в Гавани была слишком темной и глухой, а полуразрушенные дома маячили плохо различимыми зловещими силуэтами. Сердце болезненно сжалось. «Никакого возвращения домой, - сказал себе маг. – Не сейчас. Соберись». Демон одобрительно хмыкнул. - Сюда. – Мерлин торопливо перебежал расшатанный мост и двинулся в сторону площади. Гитзерай молча последовала за ним. Неверный дрожащий свет месяца высеребрил всю траву, поэтому черный шрам на земле выглядел еще более уродливым, чем обычно. Моргауза провела над ним ладонью и, кивнув, уселась около него, скрестив ноги. - Я чувствую глубокую рану, - проговорила гитзерай, раскладывая осколки меча посреди черного пятна. – Мы должны закрыть ее. - Согласен, - отозвался Мерлин. Невероятно тоскливое и гложущее чувство заставляло мага беспокойно озираться и обхватывать руками собственные плечи. - Без твоей воли это лишь пятно на земле, - укоризненно сказала Моргауза. – Твой разум – это горн, в котором будет откован серебряный меч. Поэтому отбрось все лишнее в сторону, сосредоточься. Ты готов? Невольно маг попытался вспомнить количество раз, когда он очертя голову бросался навстречу неизвестности. Число было внушительным и вызывало серьезные сомнения насчет психического состояния Мерлина. - Я готов, - вымученно сообщил он и сел напротив гитзерай. - Внимательно слушай мои слова, но услышь и смысл, скрытый в них. – Моргауза с неприкрытым наслаждением начала говорить непонятными и высокопарными загадками. Маг со вздохом закрыл глаза. – Воля Зертимона, моя воля, твоя воля. Пусть они станут единым в этом месте, что разрушила тень. – Голос гитзерай становился все громче, порождая гулкое эхо, словно все вокруг ей вторило. Легкое дуновение ветерка растрепало Мерлину волосы; в груди привычно кольнула зарождающаяся искорка магии, тревожащая осколок. – Рожденное от двоих, разделенное на части. – В этом месте слова ритуала окончательно утратили смысл в понимании Мерлина, но он постарался выбросить лишние мысли из головы. – Пусть соединится то, что было расколото, станет сердцем, направляющим волю. Волей, которая направляет руку. В этот раз ветерок был совершенно точно не природного происхождения. Сквозь неплотно прикрытые веки молодой маг разглядел трепещущий огонек и изумленно раскрыл глаза. Серебряные осколки плавно парили в воздухе, сталкиваясь с тихим звоном. Сначала это выглядело бестолково, но потом рукоять переместилась вниз, а осколки лезвия выстроились над ней, восстанавливая клинок. Около эфеса остался маленький просвет, будто зазубрина. Мерлин покосился вниз и увидел, что его осколок слабо просвечивал сквозь кожу и одежду. Это было не больно и совсем не страшно; наоборот, Мерлин почувствовал странное успокоение. Осколки зазвенели, сталкиваясь. Металл в местах их соприкосновения коротко вспыхнул белым огнем, который тут же погас, намертво скрепив обломки вместе. - И рукой, которая направляет клинок. – Голос Моргаузы снова стал обычным, и она выжидающе посмотрела на мага. Мерлин поднялся на ноги и осторожно дотронулся пальцами до рукояти, которая тут же отозвалась на прикосновение теплой дрожью. Отношения с оружием у мага всегда были натянутыми, но этот легкий и изящный меч будто специально подстроился под Мерлина, стараясь понравиться. Время от времени клинок вспыхивал изнутри тонкими световыми нитями, и маг чувствовал меч продолжением руки. - Получилось, - благоговейно сказал Мерлин, сжимая рукоять. – Спасибо, Моргауза. - Это твоя воля соединила клинок, - спокойно отозвалась гитзерай. – Я же просто шла рядом с тобой. - Все равно спасибо, - улыбнулся маг. - Знай, - торжественно и тихо произнесла Моргауза. – Теперь меч живет лишь для тебя. Ты больше не носишь с собой его Сердце, потому что ты сам – его Сердце. Клинок ответил на эти слова новой вспышкой и словно сильнее прильнул к ладони. Направив острие меча вверх, Мерлин обводил пальцами едва заметные трещинки на стыках осколков. - Его сила невероятна, - пробормотал он. - Это не его сила, Мерлин. Маг удивленно перевел взгляд с меча на гитзерай. - Чья же тогда? - Твоя собственная. Без тебя этот меч был бы просто обломками. – Помолчав, она добавила: - Странно, что клинок совсем не напоминает работу гитиянки. В нем есть что-то такое простое и звонкое… как крик ребенка. - Похоже на правду, - вполголоса усмехнулся Мерлин. – Я действительно кричал, когда меч разбился. Воздух в паре ярдов от шрама на земле дрогнул лиловой рябью, из которой вышло невероятно уродливое существо. Артур довольно подробно описывал свою встречу с таким же «красавцем», но воображение Мерлина было слишком воспитанным, чтобы суметь представить соответствующую описанию тварь. - Что это за кошмар? – Выдавил маг. В ту же секунду он вдруг понял, что Мефазм помалкивал во время ритуала, но не успел он удивиться, как демон закопошился. «Это один из удравших некромантов», - уверенно объявил Мефазм. Приглядевшись, Мерлин и впрямь увидел ошметки черной робы на деформированном туловище. - Обед, - величественно сказал монстр и повел тощей рукой в воздухе. Со всех сторон к Мерлину и Моргаузе устремились шепчущие тени, видимо, давно ждавшие в развалинах домов. Гитзерай действительно обладала весьма специфичной магией. Смертные маги всегда черпали силу изнутри, а Моргауза с легкостью проводила через себя энергию окружающего мира. И ее заклятия сияли чистым золотом, обжигая и отбрасывая алчных порождений тени. Теней было так много, что мысли Мерлина никак не успевали за его действиями. Наверное, мага направляла инстинктивная сила, сконцентрированная в мече, но Мерлин и об этом думать не успевал. Вдруг меч разлетелся десятками крошечных сияющих осколков, мгновенно ударивших в толпу врагов. Прежде чем Мерлин испытал хоть какое-нибудь чувство по этому поводу, осколки снова собрались в клинок. Моргауза коротко победно крикнула и отбросила ожившего некроманта прочь, а потом посмотрела на чародея сияющими глазами. - Теперь у нас есть шанс, Мерлин. Маг немного ошалело покрутил мечом. «Невероятно. Почему все это случилось именно со мной?» «Судьба любит загадочных идиотов», - немедленно откликнулся Мефазм.