О такой любви не прочитаешь в книгах.

      Долгое ожидание нагнетало. Конечно, Владу не пришлось делать лишних телодвижений для поиска связки ключей или для выламывания двери. Всё сделают за него, за что спасибо хозяину квартиры. Однако парень чувствовал себя крайне некомфортно, расположившись в кухне незнакомца, попивая чаек из его кружки, не зная о чем с ним говорить. Молчание нагнетало сильнее, нежели факт долгого ожидания. О чем с ним можно поговорить? Какую музыку слушает? Очевидно. Какие книги читает? Смешно. Любимый режиссер? Актер? Односторонние вопросы. Влад понимал, что мог бы в полной мере ответить на каждый из этих вопросов, расписать каждого писателя, чьи книги побывали в его руках, но тогда это получится отнюдь не диалог, а затянутый, нудный монолог. И зачем, в таком случае, тратить время на то, что известно Владу, и что совершенно не интересно рыжеволосому.       Мысли блуждали по комнате, как и глаза бледнолицего. Сначала он изучал комнату в целом, потом сконцентрировал взгляд на более мелких вещах. Искал любую тему для разговора. Хочешь узнать о человеке больше — изучи его жилище. Но изучение пространства не принесло свои плоды. После пустой траты времени, взор парня остановился на самом хозяине квартиры. Обычный уличный парень, в поношенном спортивном костюме, растрепанные волосы, нелепая кепка. Помятая сзади мастерка, грязные спортивки. Такое ощущение, будто этот тип родился в этом костюме, и с тех пор его не снимал. Он был неаккуратным и небрежным. Эти наблюдения мало что давали. Но несмотря на неряшливость Славы, он притягивал. Влад понимал, что это абсолютное гейство видеть в этом гопнике хоть каплю «милого», но он не мог перечить самому себе.       Милые веснушки, будто звёзды на небе. Лохматые рыжие волосы, цвета огня. В этот момент он вспомнил песню Stigmata — сентябрь горит, и эта проведенная параллель задобрила Влада. Чуть ниже волос, и чуть выше веснушек расположились глаза, которые парень давно заприметил. Два синих моря, два кристалла, или же сплошное, чистое небо. Он засмотрелся на парня, одновременно изучая его и рассматривая. Может, он просто завидовал? Хоть он был неопрятен и в первые минуты их знакомства не внушал особого доверия, то сейчас мнение его повернулось на 180 градусов. Он завидовал его чуть загорелому лицу, чистыми глазами без синяков от недосыпа. Даже его чуть заметная расщелина между верхними зубами непонятным образом манила взор. Они совершенно разные, будто день и ночь, лето и зима. Он такой же светлый, как утреннее солнце за окном. Он такой же теплый, как первые весенние дни. Он такой же искренний, как ребенок, не познавший тяготы жизни.       Влад был запечатлен, а так же огорчён. Меньше всего ему хотелось сравнивать себя с кем-то. Никто не идеален, он — тем более. Но даже гопник с его района кажется божеством, по сравнению с ним. Тоска вновь накрыла парня с ног до головы.

***

      Слава сидел напротив гостя. Он смотрел то в окно, то на руки, которые расположились на обеденном столе, то кидал мимолетный взгляд на Влада. Ему также нечего было сказать. Было множество мыслей, идей как завести разговор, с какого вопроса начать, но также как и Влад, он не находил подходящей, родной им обоим темы. Он не спросит его про недавно прошедший матч по футболу. Он не спросит его про любимого рэп-исполнителя. Он не спросит его, какое пиво ему больше нравится. Он осознавал, что рядом с ним сидит законченный затворник и задрот. Славу также мало что привлекало в виде гостя. Разный контингент, разные миры. Его временный постоялец — мрачный тип, с явными проблемами со здоровьем и сном. Его огромная байка неуклюже смотрелась на фоне его немощного тела, а джинсы-скинни кричали «я гомосек». Рыжеволосый никогда бы не подумал, что ему придется делить пространство своей кухни с тем, кого скорее бы пошугал и постебал бы. Эта ситуация была комичной и трагичной одновременно. Но, невзирая на это, Слава находил нечто утонченное в загадочном незнакомце. Истинная бледность интеллигента, черная, словно смола, волосы. Глаза хоть и выглядели уставшими, но за этой усталостью скрывался целый мир. Засмотревшись в его зрачки можно было утонуть в бесконечности. Такие нетипично большие и грустные глаза. Хрупкие руки, с выступающими венами. Тонкая шея, виднеющиеся ключицы. По утонченности он дал бы фору всем местным девкам. Слава не мог смириться с этими мыслями. Совершенный уровень гейства.

***

      Утро проходило в явном напряжении. Ни один из них не посмел нарушить тишину, а от друзей Славы ни смс-ки, ни звонка. Им оставалось ждать. Очень долго ждать. Ждать и надеяться.       Хоть каждый из них и хотел избавиться от этой некомфортной ситуации, избавиться от присутствия друг друга, их обоих что-то держало приклеенными к своим стульям. Это было что-то неуловимое, еле заметное, что не готов был принимать ни один из них.       Они молча сидели, смотря то в свои кружки, то в окно, то друг на друга. Никто так и не решился сделать первый глоток, сделать первый шаг, произнести первый звук, слово. Первый час длился вечность. Первым нарушить тишину отважился далеко не самый храбрый парень на планете.       — Ты слушаешь альтернатив? — Влад решил начать с музыки, надеясь, что на ней они и остановятся.       — Альтер-что? — Видимо, никого, кроме уличных пацанов, уличный пацан не слушал.       — Жанр музыки такой… предложи что получше, если ты против.       — Ну, врубай свой жанр, что еще делать.       Слава подпер голову рукой и пристально наблюдал за движениями парня. Он мало что ожидал от «альтернатива», но это был хороший способ разбавить тишину. «А почему мы молчим? Музыкой наслаждаемся, ага-ага», — подумал про себя парень.       Влад нервно достал из кармана телефон, и стал прокручивать плейлист. Выбор был безграничен, но что может оценить парень, который не слышал даже о существовании такого жанра. Возможно, пару песен ему знакомы, но не сам мир альтернативного рока.       Влад остановился на Green Day. Попытка не пытка.        When It's Time, очередная лирическая песня с любовным подтекстом. Особо не напряжная, можно сказать, атмосферная. В такой ситуации включать что-то более «веселенькое» было всё равно, что игрой в случай. Возможно, это лишь бы усугубило ситуацию.       — Нудно, — сказал парень напротив. Он мало что понимал, и явно ожидал большего. Такое высказывание разозлило, но не удивило Влада. Он прекрасно понимал, что это был сплошной риск. — Нудно, скучно, грустно, не понятно, но парень пиздецки хорошо поет. Есть что повеселее?       Последующие слова ошарашили дистрофика, в какой-то мере обрадовали. Они долго перебирали песни Green Day, после перешли и к другим группам. Встречалось что-то грустное, либо же что-то, под что хотелось трясти головой, как рок-звезды. Это немного сблизило их двоих.       Тема для разговора нашлась, хоть и с трудом. После разговора по теме, начался разговор из области «лишь бы поговорить». Они обсуждали вкусы, вспоминали со смехом прошедшую ночь. Гопник и затворник вели беседу, схожую на беседу двух закадычных друзей. Влад давно так не улыбался. Всё же живое общение куда приятнее чтения книг.       — Как зовут-то тебя, Дракула?       Этот случайный вопрос смутил парня. Во-первых, назвали его фамилию, которую без смеха назвать нельзя. Во-вторых, его спросили про имя. Если подумать, они так и не представились друг другу должным образом. Влад слегка улыбнулся в связи с неожиданностью вопроса, а после и представился:       — Влад Дракула к вашим услугам.       Они оба усмехнулись, и наступила очередь второго парня.       — Ну, я попроще буду. Просто Слава.       Они еще долго разговаривали, затрагивая скорее обыденные вещи, нежели что-то сложное, к чему привык Влад. Он общался только в социальных сетях и только о вечных темах, типа смысла жизни и причины существования людей. Второй парень стал для него некой отдушиной, чем-то, чего еще не существовало в его жизни.       Они медленно начали влюбляться друг в друга, расценивая эту симпатию, скорее дружеской любовью. Новостей от друзей Славы все еще не было.