правила поведения в библиотеке

После отчисления Кварц все попеременно наседают на Фос с прямыми требованиями рассказать как было и в чем реальная причина — благодаря грамотной схеме Лапис Кварц в группе запомнили первым кандидатом на пост жертвы харассинга и слоняющейся за Фос размытой тенью. Вдобавок Лапис запускает по колледжу слушок, будто бы именно Фос вынудила Кварц уйти — плевое дело с ее-то авторитетом. Ничего удивительного, что Фос проходу не дают, буквально окружают с порога и едва ли не интервью берут — Циннабар беснуется псиной на цепи, закрывая Фос собой, рявкает на окружающих и даже сэнсэю дерзит. Лапис мирно листает журнальчик на последнем ряду и скроллит бьюти-статейки в телефоне с покерфэйсом, улыбается еле заметно чему-то своему. Циннабар еще не в курсе, что ее ждет. Умница Каирнгорм реагирует прям как надо, все в угоду Лапис, все в ее пользу — Каирнгорм взбешен неожиданным отъездом сестры, оставлен в неведении и тем самым обернут против Фос самым страшным оружием. Лапис восхищена силой его гнева, Лапис поражена тем, как быстро Каирнгорм мутировал из перспективного козыря в ее любимую игрушку, в ее спасение и беспроигрышный вариант. Круг замыкается капканом на белой глотке Фос. Каирнгорм смотрит на Фос с такой лютой ненавистью, что Лапис немного завидно. Циннабар тоже оправдывает все возложенные на нее ожидания, пылает ярко и праведно, ух. Валькирия во плоти, фурия тотемная. Лапис жалко, что забыла захватить с собой ведерко попкорна — намечается кое-что совершенно потрясающее. Она торопится, перебегает от стенки к стенке, чтобы не заметили, поспевает как раз к нужному моменту, когда Циннабар отводит Каирнгорма за спортзал перетереть ситуацию и пояснить за Фос — Циннабар кидается на него по-змеиному, бьет размашисто, метко. Лицо Каирнгорма взрывается алым. Он падает на асфальт восковым гигантом, застигнутым врасплох айсбергом против Титаника, закрывается, отпихивает разошедшуюся Циннабар от себя. Примчавшаяся следом за Циннабар Фос кое-как стаскивает свою погнавшую борзую с него, увлекает за собой в сторону общаги, пока свидетели не подтянулись на шум. Лапис сохраняет отснятое видео недодраки в галерею, отступает чуть назад за колонну, чтоб не спалиться. Выжидает в целях безопасности секунд десять и появляется со стороны главного корпуса, ойкает наигранно, поспешив на помощь раненому. Каирнгорм садится и зажимает капающий нос пальцами, смотрит на Лапис исподлобья — Лапис надевает свое лучшее встревоженное выражение и подает ему руку, помогает встать и придерживает его по дороге к тетушке Рутил. Дезориентированный Каирнгорм, кажется, точно так же не просекает фишку. — Ужас какой! — В медкабинете Лапис картинно суетится, вертится подле Каирнгорма с горой спиртовых ваток и откровенно мешает. Рутил признает перелом, вызывает «скорую», велит Лапис сообщить сэнсэю и ступать уже отсюда по-скоренькому, но Лапис такой расклад не устраивает. Она остается до конца и едет с ними в больницу, самоотверженно ждет результатов рентгена и пока Каирнгорма привезут с МРТ. Так будет даже лучше, еще интереснее. Прям как в сериалах. Главное — продумать реплики и нигде не накосячить. Рутил пытается допросить Лапис, ничего конкретного не добивается, звонит отцу семейства Призрак. Лапис сочувственно поглаживает забинтованного Каирнгорма по предплечью, заглядывает в снимок с важным видом. Говорит Рутил, что ничего не видела, что шла с пар в магазин за мороженым, когда наткнулась на Каирнгорма навзничь и перепугалась дико. И вновь ложь ее покупают с потрохами. Лапис убирает серебристые слипшиеся пряди со лба Каирнгорма, обещает копировать для него конспекты и навещать почаще. От Каирнгорма вкусно пахнет свежей кровью, от Каирнгорма спиралью расходится странный пленительный жар. Лапис сама себя раздражает этой притворной добродетелью. Лапис слову не изменяет, приезжает к нему через день с уже готовой домашкой и враньем с пылу с жару. Ну, хоть сотряса нет, не может не радовать. — Это Циннабар? — Лапис предупреждает любой его вопрос своим, тщательно выверенным и заточенным под алиби с одной стороны и ее собственные интересы с другой. Каирнгорм кивает не сразу, смотрит спокойно из-под марли и повязки — глаза у него темно-серые, невыразительные. У Лапис час до того, как Кварц с их родителями придут сюда. — Мстить не собираюсь. Зла не держу, — Каирнгорм тихо охает, морщась от боли, расслабляется под анальгетиком. Он сдержанно улыбается, опускает веки — Лапис копирует его улыбку, зачем-то похлопывает его по руке, чуть сжимает пальцами. Ничего, Лапис за них обоих отомстит. Лапис все сделает сама.

***

Начинается третий курс. Давно выписанный Каирнгорм возвращается в кампус после каникул с небольшим пластырем на переносице, отшучивается ребятам, что не смог убежать от гопников. Впрочем, не сильно перевирает оригинал. Лапис задерживает на нем синий взгляд чуть дольше, чем нужно, так, чтобы он заметил и обернулся к ней в ответ. Он все ж симпатичный. Даже с розоватым рубцом после перелома, даже с темными руслами артерий под челюстью. Один в один Кварц. Лапис триггерит немножко. Она сегодня блистает в своем выглаженном костюме примерной ученицы и лучшей девочки — в апреле юбки ее подтягиваются повыше коленок, чулочки обзаводятся самую малость заметными подтяжками, стрелки на глазах сменяются шиммерными тенями. Лапис проходит меж рядов с партами к доске, покачивает бедрами, намереваясь расправиться с дифференциальным уравнением на раз и показать класс. На нее по обыкновению смотрят все, двадцать голов направлены в ее сторону лучами софитов, даже сэнсэй отрывается от журнала, чтобы попасть под ее мягкое золотистое сияние, но ее заботит лишь определенная персона. Каирнгорм все еще не отвел взор. Лапис закусывает губу, расчеркивает мелом символ «равно» на грифеле. Вторая стадия грандиозного плана наконец-то воплощается в реальность. После коллоквиума по биологии именно Лапис задерживается с рабочей тетрадью, напоминает сэнсэю невзначай, как Каирнгорм хорош в естественных науках. С кем же еще ставить в пару отстающих по предмету, как не с отличниками, право. Именно Лапис подсказывает дать тупенькой Фосфофиллит шанс, поставив ее на проект с Каирнгормом. Сэнсэй, ясное дело, видит логику в ее предложении, распределяет список в соответствии с ожиданиями Лапис. Лапис не надоедает пересчитывать комбо-победы и удачные стечения обстоятельств. Конечно, ее ход наносит нехилый урон Циннабар и ее вроде бы воскресающим отношениям с Фос — на следующей практике Циннабар вскакивает с места, стоит сэнсэю объявить партнеров по проекту, огрызается и клацает зубами, пока Фос не прищучивает ее, сдернув на место. Лапис демонстративно не обращает на них внимания — ей вообще никого не досталось, так как количество нечетное. Все одна, ох. Следующим немаловажным пунктом становится примирение Каирнгорма с Фос, что, в принципе, Лапис удается без особого труда — она предлагает им готовиться в библиотеке, консультироваться с ней при необходимости. Это срабатывает. Колесо крутится, Циннабар бесится, Фос грызет гранит науки, налаживает неплохие такие приятельские отношения с Каирнгормом, осторожно спрашивает у него, как там сестра. Каирнгорм справляется бесподобно — невозмутимый, хладнокровный. Заготовка под недалекое совершенство, платиновый экземпляр в оранжерее Лапис. После пар Лапис как всегда поднимается в библиотеку. Без Кварц работы у нее ощутимо прибавилось, но ей действительно нравится сортировать устаревшие пособия по алфавиту и смахивать пыль со стеллажей пипидастром — Каирнгорм без просьб встает из-за стола, чтобы передвинуть за нее коробку с учебниками по физике, подает ей руку, снимает ее со стремянки. Лапис благодарит его неглубоким книксеном, намеренно чуть задевает его плечиком по пути к стойке с брошюрами. Фос как всегда все портит, зовет его настырно — опять что-то не понимает, опять тормозит на одной и той же задаче на рецессивные признаки, но Лапис к ней снисходительна. В конце концов, Фос — ключевая фигура ее козней. Проект готов к сдаче через неделю. В честь такого события Лапис приглашает Фос проветриться на шопинг, угощает ее гонконгской вафлей и помогает с выбором платьица на лето. Фос радуется, как ребенок, тут же сникает, сознается, что с Циннабар в последнее время все как-то не ладится — в переводе на человеческий Циннабар полностью ее игнорирует, не отвечает ни на сообщения, ни на звонки. Лапис качает головой, поправляет волосы в знак уважения старой привычке, накручивает переднюю прядку на палец. Лапис на самом деле знает, где Циннабар прячется от Фос — у старого грота, где море сходится под валунами и оседает солью во рту. Вслух Лапис лишь желает Фос удачи и ни в коем случае не унывать — все обязательно наладится, да. Круглое лицо Фос озаряет словно лампочкой, полосует ее фирменной лыбой во все тридцать два. Лапис вдруг охота порвать ее пополам, смачно плюнуть ей в непотопляемый оптимизм и оставить обтекать. Она проглатывает это ревностное желание, возвращает себе контроль. Фос называет ее «сэмпай» ровно как Кварц в свое время. Лапис совсем вживается в роль доброй феи Крестной и вызывается собственноручно сменить Фос имидж — со стрижкой под мальчика ей куда лучше, а задолбавшую всех за год бирюзу на ее волосах Лапис закрашивает остатками своей темно-синей краски. Получается весьма и весьма — индиго освежает Фос, красиво гармонирует с ее голубыми глазами. Лапис по-настоящему любуется, воодушевляется еще пуще, стоит ей представить, как все это разозлит Циннабар. Лапис подкидывает дров в костер и добавляет золотистый микстон на кончики Фос. Принимается за свою старую песню о потусторонней замечательности Каирнгорма, о его джентльменском характере и дюжем интеллекте — Фос мало что улавливает, но какая-то часть застревает меж ее ушей, не вылетает так скоро. Лапис почти видит сквозь ее пластмассовую головешку, как крепко Фос задумывается, как и впрямь старается наскрести в себе некогда закинутое под язык влечение, отголосок отлитой для нее перемены, способ хоть ненадолго забить на выебоны Циннабар. Лапис из крестной морфирует в ведьму Урсулу, отращивает рожки дьяволенка. Как же с ними просто. Пока Циннабар в общаге не ночует и мечется бесцельно по пляжу, Лапис обрабатывает Каирнгорма, усиленно подталкивает его к Фос в столовой и подбадривающе поднимает большие пальцы. Время проносится мимо галопом, время никого не щадит — летняя сессия близко, и, сколько бы Фос ни искала встречи с Циннабар, сколько бы ни пыталась достучаться до нее, толку особо нет. Отменить проклятие Лапис под силу только Лапис. Каирнгорм без проблем вытаскивает Фос на тайные свидания, проводит с ней вечера, изредка пишет Лапис просто для того, чтобы что-нибудь написать. Лапис всячески ему содействует, прокладывает им маршруты прогулок подальше от грота. В шкуре свахи ей нормально. Каирнгорм приходит к ней перед экзаменом по английскому под предлогом попросить словарь, жмется стыдливо на пороге — Лапис затягивает и его в свою пещеру, вознаграждает его за безукоризненные поступки щедрыми советами и наставлениями. От ее размеренного мурлыканья и убаюкивающего тона Каирнгорм в итоге забывает, зачем заходил, к себе уходит с аккуратно ввинченной в висок идеей — срочно предложить Фос встречаться. Наутро Лапис заносит ему словарь прям в аудиторию за десять минут до начала, благословляет ни пухом, ни пером. Ее снова провожают внимательным осмысленным взглядом. Старт третьей стадии не за горами.