Как приручить рыцаря

      Следующее утро – первое, в которое Кастиэль проснулся не от солнечных лучей и в одиночестве. Дина не было, а его покрывало на земле оказалось небрежно смято. Кастиэль встал на ноги и потянулся. Спать на покрывале гораздо удобнее, чем на голой земле, и Кастиэль ощутил горячую благодарность.       - Эй, Кас!       Кастиэль обернулся и тут же отшатнулся в сторону, когда ледяные капли брызнули в его лицо. Он изумленно хлопал ресницами, пока Дин смеялся во весь голос, согнувшись пополам.       - Ты б-бы видел свое лицо-о, - застонал он едва различимо. – Такое удивленное-е…       У Дина влажные волосы, пахнущие свежестью и мылом. Он сменил рубаху и штаны, но кольчуга все еще на нем, как и пояс с мечом.       - Кас? – медленно переспросил Кастиэль.       Дин перестал смеяться, его улыбка моментально погасла, и Кастиэль сразу же начал по ней скучать.       - Прости, - Дин вскинул руки в извиняющемся жесте. – Само вырвалось.       - Кас, - повторил Кастиэль, словно пробуя свое сокращенное имя на вкус. Оно мягкое и сладкое, как долгожданный искусно приготовленный воздушный десерт. – Пусть останется.       Дин неуверенно улыбнулся и, напевая под нос, принялся собирать вещи в мешок.       - Ты в хорошем настроении, - заметил Кастиэль, когда Дин вручил ему из своего бездонного мешка еще один сэндвич, уже холодный, но не менее вкусный.       - Ну, мы уже много прошли, а значит, близки к цели. Я поел, выпил пива, нашел рядом ручей и вымылся, сменил одежду – так чего грустить?       Кастиэль – Кас – хмыкнул и закинул мешок на плечо. И они вновь побрели вперед под четким внутренним ориентиром Кастиэля. Только теперь рядом не было реки, и вокруг – лишь сотни деревьев, а солнечный свет почти не пробивался сквозь плотные кроны, лишь пятнами высвечивал кусочки земли тут и там.       - И как ты не сбиваешься с маршрута? – проворчал Дин себе под нос.       Теперь он не шел следом за Кастиэлем, а уверенно шагал рядом, пусть и на расстоянии.       - Магия, - ответил Кастиэль.       - У тебя на все мои вопросы один ответ, - фыркнул Дин.       - Потому что он самый…       Кастиэль вскинул голову и резко остановился.       - Что за…? – начал было Дин.       Но Кастиэль ураганом снес его, прижал к толстому гладкому стволу ближайшего дерева своим телом и крепко зажал его рот ладонью. Совсем близко послышались мужские голоса. Свободной рукой Кастиэль сделал едва заметное движение, скрывая их обоих от посторонних глаз невидимой пеленой.       - Молчи, - одними губами сказал Кастиэль.       Лицо Дина было всего в нескольких сантиметрах, его глаза непонимающе бегали по сторонам, но он едва заметно кивнул. Кастиэль заметил, что Дин дрожит всем телом, и только потом осознал собственную дрожь. Они были слишком близко друг к другу. Все усугубилось, когда Дин положил ладони на предплечья Кастиэля. Ладони были горячими и обжигали кожу, это чувствовалось даже через рукава рубахи. Но кольчуга Дина была контрастно холодной, а его оберег больно впивался Кастиэлю в грудь, и это позволяло сознанию не поплыть окончательно.       - Эй, мне показалось, тут кто-то говорил! – незнакомый голос прозвучал совсем близко, и из-за соседнего дерева вышел плотный седой мужчина с луком наготове. – Наши сюда не заходят.       - И то верно, - ответил ему второй мужчина, чуть моложе и темноволосый. – Ты уверен, что тебе не послышалось?       - Ты сомневаешься в моих словах?       Их разговор сменился перебранкой. Они стояли всего в нескольких метрах от Дина и Кастиэля, но не видели их, лишь переругивались и бросались друг в друга оскорблениями.       Лицо Дина усеяно веснушками, особенно нос и щеки. У Дина зеленые глаза и длинные темные ресницы. У Дина крепкое, скрытое под одеждой и кольчугой тело. У Дина большие уверенные ладони. Кастиэль отмечал все эти факты краем сознания.       Наконец, охотники прекратили спор и ушли, и только тогда Кастиэль убрал руку с губ Дина. Теплое дыхание опалило его кожу, и Кастиэль сделал шаг назад.       - Что это было? – хрипло спросил Дин и с трудом отлип от дерева.       - Охотники, - Кастиэль снял с них невидимую пелену. – Я сделал нас недоступными для их взоров.       - Их было всего двое, мы бы справились, - Дин откашлялся и быстро пришел в себя.       - И ты мне говорил о причинении вреда невинным? – усмехнулся Кастиэль, и Дин отвел взгляд. – Идем, Дин. Мы и так отстаем от графика.       Остаток пути они проделали в молчании, и только пение птиц да шорох листвы нарушали тишину. В этот раз Кастиэль дождался, пока Дин принесет дрова для костра и разложит их, а после сразу же щелкнул пальцами. Дин мягко улыбнулся ему.       - Обычно я не использую магию понапрасну, - сказал Кастиэль. – Только в случаях крайней нужды или самозащиты.       - Как тогда с оленихой? – Дин достал из мешка очередной сэндвич. Казалось, он запасся на неделю. – Это последний.       Дин смял салфетку и разделил сэндвич на две равные части, одну протянул Кастиэлю.       - Нет, - покачал головой Кастиэль. – Ешь, тебе нужнее. Я найду себе еду.       - Кас.       Голос Дина властный и не терпящий возражений. Кастиэль, не привыкший к такому тону, от неожиданности принял сэндвич.       - Олениха страдала, - тихо произнес он, когда они закончили ужинать и смотрели на огонь. – Она звала на помощь. Она едва родила и сразу же оказалась под огнем.       - Ты слышишь животных? – удивленно спросил Дин.       - Всех живых существ. Я слышу людей и животных, растения, иногда даже воду и камни. Их боль, мольбы, яркие эмоции.       - А… - Дин замялся, не решаясь, но все же спросил: - А меня ты слышишь?       Кастиэль покачал головой.       - На тебе мощный защитный оберег. Не такой, как у остальных рыцарей. Этот могущественнее. Он не дает мне почувствовать твою энергию и услышать тебя.       Рука Дина взметнулась к оберегу и погладила металл. Оберег, с виду казавшийся обычным, таил в себе хорошо сокрытую силу. Небольшая побрякушка, плоский кусок металла в форме изящного незнакомого цветка в обрамлении тонких изгибающихся полос, был одним из мощнейших оберегов, что встречал Кастиэль.       - Его дала мне мама. Давно.       Они ступили на опасную территорию, и Кастиэль ощутил это моментально даже без магии. Дин крутил в пальцах оберег, а потом медленно открепил его от кольчуги.       - Она дала мне его незадолго до своей смерти, - бесцветным голосом сказал Дин. – Это все, что от нее осталось. Она сказала никогда не снимать его, потому что он сможет оградить меня от злых умыслов. Только ее он не оградил, - он горько усмехнулся и поднял взгляд. – Без него ты сможешь услышать меня?       Кастиэль коротко кивнул. Дин раздумывал буквально мгновение, а после аккуратно положил оберег на покрывало рядом с собой. Едва его пальцы отпустили металл, Кастиэль задохнулся от накрывшего его урагана эмоций.       Гнев. Дин гневается, это чувство самыми яркими вспышками пронзает его энергию, горячими волнами омывает Кастиэля.       Скорбь. Он терял близких людей и бесконечно горюет о смертях и расставаниях.       Тоска. Тщательно скрытая, тонкой серой нитью вплетенная среди остальных эмоций, но весомая и значимая.       Раскаяние. Что-то совершенное прежде, страшное, темное, тяжелое, не дает Дину покоя, тревожит его душу, снится ему ночами в редких, но реалистичных кошмарах.       Радость. Она яркая, не такая, как гнев, но счастливая, направленная всего на нескольких человек в жизни Дина, от встреч с которыми в его душе расцветает теплота.       Преданность. Дин – верный до последней капли крови, надежный, защищающий дорогое ему до прощального вздоха.       Жажда жизни. Находясь на волоске от смерти, Дин испытывал желание жить дальше, несмотря ни на что, несмотря ни на какие преграды.       Желание. Дин…       - Эй, Кас! Кас! Ну же, приятель, возвращайся в реальность!       Его рука на плече будоражила, под кожей и где-то глубоко в душе взрывались фейерверки энергии, и Кастиэль, не в силах выдержать такой напор эмоций и ощущений, отшатнулся в сторону, прижал ладони к горящему лицу.       - Кас?       Голос Дина звучал обеспокоенно и встревожено, но больше он не прикасался; первая волна вихря чувств ослабела, и Кастиэль посмотрел ему в глаза, такие темные в ночи.       - Все хорошо, - хрипло прошептал Кастиэль. – Просто… Ты…       Он не смог найти подходящих слов. Отстраненно Кастиэль наблюдал, как Дин подцепил пальцами оберег и прикрепил его обратно к кольчуге, и только тогда стало легче, окончательно отпустили волнение и возбуждение.       - Ты напугал меня до чертиков, - нервно рассмеялся Дин и упал на свое покрывало. – Я думал, ты упадешь в обморок. Видел бы ты свое побледневшее лицо. Это из-за меня? – за маской безразличия звенело напряжение. – Все настолько плохо там, внутри?       Кастиэль после этих слов вскинулся.       - Нет! – резковато воскликнул он. – Совсем нет, - добавил уже спокойнее. – Просто я никогда не встречал настолько живых и искренних эмоций ни у одного человека. Они настолько сильные, что мне не удалось бы с ними справиться, если бы не ты.       Дин смущенно опустил взгляд и принялся палкой ворошить затухающий костер. Огненные вспышки делали его лицо загадочным. Кастиэль посмотрел на него, словно в первый раз, и подумал, что Дин изумительно красив. Как раньше этот факт оставался незамеченным, было откровенно непонятно.       Они молчали очень долго, и Дину пришлось вставать и искать поблизости больше веток, чтобы подкинуть в огонь. Когда последняя ветка оказалась в костре, Дин заговорил.       - Мне было четыре зимы, когда моя мама погибла. Она сгорела заживо в пожаре. Ее убил маг. Очень могущественный. Сэму не было и одной зимы, когда я вынес его из горящего дома. Наш отец после того случая обезумел. Он никогда не был рыцарем, но преследовал того мага до конца своих дней, пока не встретил смерть от его заклятья. Мне было восемнадцать, и я решил уничтожить каждого мага на этом свете, но в первую очередь найти того мудака, поэтому оставил заботу о Сэмми другу отца, Бобби, и ушел добровольцем в рыцари. Я учился так усердно, как только мог, стал лучшим в отряде новичков, познакомился с Бенни. Через несколько зим я нашел мага, выследил и прикончил прямо на месте. Пострадал знатно, но Сэм и Бобби выходили меня, как видишь, теперь я в порядке. И потом вдруг я понял, что моя жизнь стала бессмысленной без мести. Сэм решил учиться серьезным важным наукам, у Бобби есть мастерская по ремонту, а я нашел того мага, убил его и больше не знал, что мне делать. Поэтому и пошел в рыцари. Как-то так.        Кастиэль глубоко вздохнул. Он и подумать не мог, что жизнь Дина была настолько полна событиями, оставившими глубокий след. Кастиэль тщетно пытался подобрать слова, утешить, дать надежду, но все они выходили жалкими и никчемными, а разрушить парой слов то хрупкое доверие, выросшее между ними, Кастиэль не хотел. Поэтому он лишь протянул руку и ободряюще сжал плечо Дина. По коже побежали мурашки от простого прикосновения. Дин поднял взгляд.       - Ты поступил верно, - твердо сказал Кастиэль, глядя ему в глаза. – Тот маг заслуживал смерти.       - Будешь оправдывать меня? – усмехнулся Дин. – Я убивал магов десятками. Выслеживал, загонял, ненавидел искренне, как тебя, желал очистить мир от грязи. От вас всех.       Его слова ранили, но Кастиэль запер эмоции глубоко и пообещал себе разобраться с ними позже.       - Я понимаю тебя. Твоя ненависть объяснима. Твои помыслы были искренни, а желания чисты. Ты хотел сделать мир лучше.       - Как ты не понимаешь, - Дин скинул его руку и встал. – Ты ничего не понимаешь! Я убивал таких, как ты, не испытывая и капли жалости. Сильных и слабых, старых и молодых, совсем детей. А теперь, когда ты рядом, я вижу, что ты не такой, как убивший мою мать маг, что ты чист сердцем, а значит, среди тех, кто пал от моей руки, могли быть такие же, не причиняющие никому вреда маги. Не могу поверить, что ты оправдываешь меня после всего, что я натворил!       Дин развернулся и стремительно скрылся в темном лесу. Кастиэль потянулся следом за ним, но обессилено опустился на землю и зарылся пальцами в волосы. Все казалось слишком запутанным.       Воздух зазвенел, и Кастиэль напрягся, привстал на колени, вглядываясь в тьму меж деревьев и ожидая увидеть Дина, и вдруг рухнул на землю. Уже знакомая боль пронзила его тело, приветливо сжала внутренности в крепкий кулак, залила в горло раскаленный металл, выкрутила каждый сустав. Кастиэль подавился беззвучным воплем и мысленно попрощался с жизнью, как внезапно все кончилось, так же быстро, как и началось.       - Прости меня. Прости, прости, я забылся. Я идиот, я отошел слишком далеко. Прости…       Сознание медленно возвращалось, и зрение приобретало четкость. Кастиэль обнаружил себя лежащим на коленях Дина. Дин обхватил его плечи и баюкал, словно младенца, бормотал что-то несвязное, непонятное, неразличимое. Темнота почти поглотила их полностью; костер тлел лишь отдельными искрами, когда голос Дина, наконец, затих, но крепкие объятия не ослабли.       - Ты в порядке? – едва слышно спросил Дин.       - Да. А ты?       - Да.       И Дин отпустил его, отполз к своему покрывалу. Кастиэлю стало очень холодно, а в груди что-то заныло от ощущения потери.       - Будем спать? – глухо спросил Дин.       - Да, нужно. Завтра утром мы войдем в Темный лес.       - Тогда спокойной ночи, Кас.       - Спокойной ночи, Дин