Часодеи. История продолжается

На Чернолют опустилась ночь, укутав чернильным полотном небосклон. Звенящую тишину замка лишь изредка нарушал стук колес механических клоков и мерное потрескивание огня в факелах и подсвечниках. Через щель в плотных шторах пробился луч лунного света, оставляя бледную полосу на каменном полу комнаты. Василиса, тяжело вздохнув, закрыла книгу по часовому зодчеству, ее любимому предмету. Несмотря на усталость и сонливость после долгого и насыщенного на события дня, девушка не изменяла привычке читать перед сном. Ей хотелось как можно лучше разобраться в сложных темах и овладеть тонким искусством корректировки судеб и временных витков. Ведь именно это позволяло помочь исправить ошибки и дать человеку шанс на прожить жизнь счастливо. После случившегося в Рубиновой комнате Василиса дала себя обещание стать часовым архитектором и, возможно, одним из лучших. Как Миракл. Ну, или как ее мама… Мелодичный перезвон нуль-зеркала оповестил о скором визите ночного гостя. В следующий момент из него показался Фэш, выглядевший довольно бодро. Казалось, он был в хорошем расположении духа. — Привет. Ну, рассказывай, что там твой папаша наговорил, — с этими словами парень совершенно бесцеремонно завалился на кровать рядом с Василисой. Та неодобрительно глянула на него: — Во-первых, не называй так моего отца. Во-вторых, я не разрешала… — Да ладно тебе уже. У тебя плохо получается быть грозной и строгой, — перебил ее Фэш с невозмутимой улыбкой. Василиса недовольно надулась. — Это все потому, что кое-кто даже не дает мне потренироваться. Хотя Королеве Эфларского Времени могло бы пригодиться иногда быть строгой и внушающей трепет. — В этом точно нет никакой необходимости. В случае чего я быстро всех по струнке построю вместо тебя, — вполне серьезно произнес парень. — Ах, какие мы опасные, — шутливо толкнула его в плечо Василиса. — Да ничего невероятно важного отец не сказал, на самом деле, — спокойно продолжила девушка. — Разве что… Помнишь, мы изучали эфер смены внешности? — Такое забудешь, — фыркнул Фэш, закатывая глаза, — Миракл из нас тогда все соки выжал, по шесть часов гонял. Только не говори, что экзамен по нему будет твой отец принимать, — умоляюще произнес парень, ведь в таком случае ему точно не стоит ждать хорошей оценки. Черноключницу это немало позабавило. — Нет, все гораздо интересней. Мы с Грейс отправимся в Астроград, а вы с Искандером — в какой-то остальский город, чтобы там и применить это умение на практике. — Любопытно, — Фэш в задумчивости заложил руки за голову. Он все еще был в дневной одежде, хотя Василиса уже давно переоделась в длинную темно-зеленую ночнушку. — Получается, наши новые знакомые потом в подробностях опишут ход и результаты экзамена? — среброключник вопросительно взглянул на Василису. — Да, — кивнула она в ответ. — Между прочим, — продолжила Василиса уже более серьезным тоном, — ты мог бы проявить к ним больше учтивости, Фэш. Зачем же ты так грубо? Они не сделали нам ничего плохого, — девушке было обидно за Грейс и Искандера, ведь они показались ей вполне приятными людьми. Она не пыталась отчитать парня, а лишь понять причину такого поведения. К тому же, Василиса невольно вспомнила, какого это — испытать подобное отношение на себе и она не желала, чтобы парень и девушка оказались в таком же положении. Он раздражённо передёрнул плечами. — Не внушают мне эти двое доверия. Уж слишком странно они появились. И почему именно сейчас, а не, скажем, год назад? Когда мы намного больше нуждались в компании ровесников, ведь с друзьями видеться и даже переписываться было нельзя, — протянул Фэш, лениво осматривая комнату. — О-о-о, режим охоты на злых шпионов включен, — усмехнулась Василиса, вспоминая, как парень ее в этом обвинял. — Ну, а почему бы и нет, — не отступал он. — Вот ты сама подумай. Мы им секреты свои разболтаем, по дружбе, а они потом все Зодчему Кругу передадут. Где у нас потайные места для встреч в Замке, как мы переходы настраиваем и запутываем, когда в Драголис хотим убежать. Фэш перевернулся на живот, внимательно смотря на девушку. — Знаешь, я не склонна верить, что старшие решились бы на это, — несмотря на то, что в чем-то Василиса была согласна с Фэшем, ей не хотелось даже немного сомневаться в Зодчем Круге.— Они и так глаз с нас не спускали все это время. Тем более, мне понравились брат с сестрой и я думаю, они не согласились бы шпионить за нами. В любом случае, — миролюбиво произнесла Василиса в наступившей тишине, — пожалуйста, будь снисходительнее к ним. Всем было непросто, когда мы только знакомились друг с другом. Фэш вздохнул, очевидно, не соглашаясь с Василисой, но продолжать спор не стал. Только прищурился, думая о том, что если под «многочисленными поклонниками, горящими желанием их разлучить», пророк понимал Искандера, то пусть даже не надеется. Ни ему, ни кому бы то еще ничегошеньки не светит. — Кстати, — продолжила вдруг девушка, — отец сказал, что Норт и Дейла хотели бы со мной помириться. — Что, прямо так? — удивленно вскинул левую бровь Фэш. — Ну… Он ясно дал мне понять, что они поменяли отношение ко мне в лучшую сторону. — Еще бы. После того, что ты сделала, они вообще должны подол твоего платья целовать, — усмехнулся парень. — Мне этого уж точно не надо, — весело фыркнула Василиса, представив такую картину. Король улыбнулся, обнажая на мгновение так любимые девушкой ямочки, и придвинулся ближе. Парень любовно провел пальцами вдоль линии ее подбородка, а затем вверх по щеке, пока не зарылся в медно-рыжих волосах, таинственно поблескивающих в тусклом свете факелов и свечей. Эти, казалось бы, легкие и мимолетные касания вызывали в душе Василису бурю эмоций и заставляли ее нежную кожу пылать. — Пусть только твой вредный братец попробует тебя обидеть, — без доли шутки произнес Фэш, перебирая шелковистые пряди. — Уверена, все это в прошлом, — убежденно улыбнулась девушка. Ей льстило желание парня ее защищать. Тот только хмыкнул в ответ. После глянул на браслет и присвистнул: — Уже поздно. Я, пожалуй, пойду, — парень встал с кровати. — Спокойной ночи, Василек, — он быстро наклонился и поцеловал девушку в лоб. — До завтра, Фэш, — улыбнулась в ответ Василиса. Как только парень скрылся в переходе, девушка задула свечи на прикроватной тумбочке и мгновенно погрузилась в долгожданный сон.

***

Клокер, сребролицая девушка в кружевном переднике, пришла к Василисе в восемь утра. Пока девушка приводила себя в порядок и выбирала платье, горничная-клокер сообщила своим безэмоциональным металлическим голосом, что Черная Королева и ее почетные гости ожидают госпожу к завтраку в Каминной зале через двадцать минут. Как только она скрылась за дверью, Василиса уже успела облачиться в темно-фиолетовое платье с белым, расшитым серебряными и золотыми стрелками поясом. Ко всему этому она добавила сережки в тон наряду и строгие туфли с пряжками. Волосы Василиса решила оставить распущенными, лишь собрав сзади изящной заколкой с драгоценными камнями несколько прядей. Девушка невзначай положила руку поверх тиккера, неизменно покоящегося на ее груди. Ощутив под пальцами прохладу металла, Василиса подавила вздох. Она редко снимала медальон, даже ночью спала с ним, ведь он дарил эфемерное ощущение присутствия матери рядом. Спустившись вниз по винтовой лестнице, Василиса теперь шла по так хорошо знакомым ей коридорам средневекового стиля с факелами на каменных стенах и железными доспехами рыцарей. Неподалеку послышались чьи-то размеренные шаги, заставившие девушку обернуться. В следующее мгновение из-за поворота показался Константин Лазарев. Как и всегда, он был одет в обычную белую рубашку с закатанными до локтя рукавами и черные брюки, держа темный пиджак в полусогнутой руке. Когда Лазарев заметил Василису, сосредоточенная задумчивость на его лице сменилась доброжелательной улыбкой. — Здравствуйте, — первой поздоровалась девушка. — Доброе утро, Василиса. — Почему ты не воспользовалась зеркальным переходом? — улыбка Лазарева пропала столь же быстро, как появилась. — Тебя ведь могут заметить посторонние, что может иметь за собой не самые удобные последствия, — светлые брови Константина слегка нахмурились. — Простите, — стушевалась девушка, стыдливо опустив голову, чем мгновенно напомнила Лазареву маленькую Василису, только попавшую в самую гущу событий и интриг совсем незнакомого ей мира. — Я правда забыла об этом. Мужчина сразу смягчился: — Не стоит переживать, ничего же не случилось. Тем более, я был бы не против тобой поговорить, — улыбнулся он, заслужив заинтригованный взгляд ответ. — Так как теперь вам с Фэшиаром можно бывать на Эфларе, я всегда рад видеть вас в Лазоре и Черноводе. Как тебе известно, там теперь находится школа для мастеров и многое претерпело изменения, но покои в Северной и Восточной башнях я решил оставить нетронутыми, — отец Ника двинулся в сторону залы и Василиса направилась за ним. — Благодарю за приглашение. Мы с удовольствием приедем, как только разрешат, — с улыбкой произнесла Василиса, намекая на Нортона-старшего. — Уверен, Нортон не будет возражать, — понимающе покачал головой мужчина, — в последнее время я все чаще начал замечать, какие перемены происходят с твоим отцом. Конечно, он не стал тем, кого я знал раньше, много лет назад, но… Если бы кто-то сказал мне, что Нортон Огнев самолично перепишет на меня все свои богатства, я бы счел этого человека сумасшедшим, — усмехнулся Константин Василисе, гадавшей, с чего вдруг старший Лазарев так разоткровенничался. — А вы бы хотели с ним помириться? — задала вопрос девушка, подняв на мужчину глаза. — Я никогда не хотел враждовать с Нортоном, Василиса, ты же знаешь, — вздохнул тот, скрывая что-то непонятное черноключнице за этим жестом. — К сожалению, он пока не изъявил желания протянуть мне руку в дружественном жесте. Хотя я, не скрою, очень этого жду. Королева кивнула, соглашаясь с позицией Константина. Человеку сложно признавать свои ошибки, прощать старые обиды и каяться в совершенном, особенно если этот человек — ее гордый отец. — Да, Василиса, — словно неуверенно продолжил Лазарев, — до твоего Дня рождения еще чуть меньше недели, но, несмотря на это, я хотел преподнести тебе маленький, если так можно выразиться, подарок уже сейчас. С этими словами он остановился и под заинтересованным взглядом Василисы выудил из кармана пиджака небольшой прямоугольный лист, в котором Королева мгновенно узнала часограмму. — Это часовое фото, — подтвердил ее догадки мастер, аккуратно передавая его в руки девушки. Та принялась внимательно изучать запечатленных на снимке людей, расположившихся в два ряда. Среди стоящих позади она увидела незнакомого мужчину с серьезным, пробирающим до дрожи взглядом темных глаз. По левую руку от него стоят улыбающиеся Миракл и Диара Дэлш. А вот и сам Константин уже в первом ряду — все та же неугасающая улыбка и веселый взгляд карих глаз, вокруг которых еще совсем не было морщин. Под руку с ним — незнакомка, в которой Василиса узнала маму Ника. Ее таинственный, зачаровывающий взгляд ярко-зеленых глаз на миловидном лице мгновенно привлекал внимание. Губы Василисы непроизвольно растянулись в улыбке, когда она перевела взгляд дальше. На девушку смотрел никто иной, как Нортон Огнев. Василисе было совершенно непривычно видеть отца таким расслабленным, улыбающимся, живым и просто настоящим, без маски напускного равнодушия и убийственного спокойствия на лице, без единого проблеска презрительности и недовольства в глазах. А рядом с ним… Черноключница, не сдержавшись, ахнула — сама Лисса в искрящемся белоснежном платье стояла в объятьях Нортона-старшего, заботливо положившего одну руку ей на талию, а другую — на плечо. Ее мама была еще совсем юной, беззаботной и выглядела по-настоящему счастливой. — Здесь вся наша компания, — печально улыбнулся Лазарев. — Когда-то отличных друзей… — его голос как-то странно надломился. — Кто этот человек? — Василиса указала ногтем на незнокомца. — Оливер Сноудон, — Константин нахмурился. — Он работал в Змиулане на Астрагора как один из зодчих и удачно внедрился к нему в доверие, но был всецело предан Астариусу и РадоCвету, и поэтому тайно входил в Зодчий Круг. Благодаря ему мы получали ценнейшие сведения о запросах и планах Великого Духа. — И что же с ним стало? — с замиранием сердца спросила девушка, отчего-то уверенная, что у этой истории весьма печальный исход. — Однажды напарник и лучший друг Оливера, тоже «наш» человек, раскрыл его Астрагору, чтобы доказать свою преданность и отвести от себя подозрения, давно висевшие над ними обоими из-за слухов. Как ты сама понимаешь, долго бедняга не протянул — Драгоции знают толк в пытках, — с грустной усмешкой закончил Лазарев. — Это… Просто ужасно, — только и могла выговорить Василиса, потрясенная этим циничным, расчетливым и бесчеловечным предательством. Королева испытывала глубокое сочувствие к этому человеку. Теперь понятно, почему у него единственного не было на лице и тени улыбки. С такой сложной, рискованной и в итоге приведшей к смерти работой невозможно оставаться беспечно-беззаботным юнцом. — Эта часограмма — в одном-единственном экземпляре, который коллективно решили хранить у меня, как у инициатора съемки, — ободряюще улыбнулся Василисе Лазарев, словно пытаясь скрасить горечь только что прозвучавшего рассказа. — Почему же тогда вы решили отдать ее мне? — недоуменно вскинула брови девушка. — Я подумал, тебе она нужнее. У тебя ведь нет ни одной часовой фотографии с родителями? Василиса отрицательно покачала головой. — Спасибо вам большое, — благодарно улыбнулась она. — Я навсегда ее сохраню, — в подтверждение девушка в последний раз взглянула на родителей и осторожно спрятала часограмму в медальоне. Терзавшая ее мысль не давала покоя и Василиса все-таки решилась ее озвучить: — Вы хорошо знали мою маму, не так ли? Константин дернулся, очевидно, не ожидая такого вопроса. — Можно сказать и так, — несколько помедлив произнес он, будто раздумывая над ответом. — Я всегда был желанным гостем в Белом Замке, да и, как бы то ни было, я общался с Лиссой с детства. Мы познакомились, еще когда она жила здесь, в Чернолюте. Василиса с недоумением вскинула брови: — Получается, что вы были знакомы с ней намного раньше, чем отец? Константин изумленно нахмурился, и девушка сразу прокляла себя и свое неумение держать язык за зубами. Лазарев задумчиво потер переносицу, что-то подметив про себя или же поняв, что сказал лишнее. Повисло неловкое, отягощающее молчание. — Думаю, нам стоит пройти на завтрак. Ее Черное Величество не любит, когда кто-то опаздывает, — мужчина, не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал в сторону залы. Василиса расстроенно вздохнула, идя за ним. Она и не ожидала, что ее, казалось бы, простой вопрос повлечет за собой такие последствия. Королеву разрывали досада на саму себя одновременно со смятением и непониманием. Девушка отлично помнила из давнего разговора с отцом, что он и Лисса познакомились там, в Змиулане. Но если мама росла в Чернолюте, а Нортон-старший — сын Черной Королевы, то… Они просто не могли не пересекаться хотя бы на занятиях, живши в одном замке. Василиса сама удивилась, почему эта простая истина так долго не приходила ей в голову. А учитывая то, что отец дружил с Лазаревым… Мысли Василисы резко вернулись к последнему. Какова истинная причина того, что он отдал ей столь редкое фото? Тем более, на нем ведь изображена его погибшая жена, что делало часограмму бесценной для мастера. Окончательно запутавшись в собственных догадках, девушка и не заметила, как они вошли в тяжелые, кованые двери Каминной залы, по середине которой уже сидели за столом все, включая Грейс и Искандера. Приветливо улыбнувшись и поздоровавшись с присутствующими, Василиса заняла место между Фэшем и Дианой, а Константин словно специально сел в углу стола, подальше от девушки. Это лишь еще больше смутило черноключницу. Некоторое время в зале был слышен лишь стук приборов, но потом Черная Королева взяла слово: — Хотелось бы сказать, что сегодня вечером вы, — она кивнула в сторону Нового Времени и Грейс с Искандером, — Отправитесь в Расколотый замок. — Но, простите, Ваше Величество, — робко начала Василиса, — разве мы не должны были пробыть здесь несколько дней? — Планы несколько изменились, милая. У Зодчего Круга они вообще, к слову, меняются чаще, чем мысли в голове, —иронично ответила повелительница лютов, неодобрительно качнув головой. — А мы разъедемся по домам, так ведь? — вежливо поинтересовалась Диана, имея ввиду себя и Ника. — Да, и боюсь, до Дня рождения Василисы и сопутствующей ему Коронации вы не увидетесь, — ответила повелительница лютов, тем самым, не дав Василисе самой рассказать друзьям об этих событиях. Орден Дружбы заметно погрустнел. Никому не хотелось вновь расставаться, тем более, они так давно не виделись и успели провести совсем немного времени вместе. От Черной Королевы не утаился поникший настрой ребят. — А сейчас вас ждет урок с Мендейрой, только совместно с тремя моими ученицами. Фэш и Василиса переглянулись, обменявшись одинаковыми понимающими взглядами. Без сомнения, Ее Величество говорила про Грозу, Римму и Цзию. Королева приободрилась при мысли о встрече с давними подругами. Как только трапеза была завершена, ребята направились в сад, где их уже поджидали девушки и Мендейра. Обменявшись объятьями с первыми и учтиво поклонившись второй, все расселись в круг прямо на траве, на том самом месте под пышной кроной дерева, где вчера Василиса и Искандер впервые встретились. Девушка, не удержавшись, скосила на того глаза. Парень смотрел на нее в открытую, очевидно, думая в этом же ключе. Искандер улыбнулся ей, но Василиса не смогла ответить тем же, подавленно отвернувшись. Фея Темных мыслей без лишних прелюдий начала урок: — Сегодня мы поговорим о будущем. Что вы можете мне о нем сказать? Мендейра цепким, внимательным взглядом оглядела задумавшихся ребят, особенно задержавшись на Василисе. Грейс несколько неуверенно подняла руку. — Будущее есть лишь бесконечное множество вероятностей, — медленно начала девушка, — его нельзя знать со стопроцентной точностью, так как каждую минуту человек совершает различные действия, способные повлиять на итог всего, — после утвердительно-одобрительного кивка учительницы закончила она уже смелее. — Верно. Всем отлично известен пример с яблоками из начальной хронологии. Мы принимаем решения ежесекундно, часто не задумываясь о том, что они повлекут за собой гораздо худшие последствия, чем боль в животе после плохого фрукта. — При этом далеко не все поступки несут за собой события, способные кардинально изменить судьбу человека, — бойко продолжила Диана, — они происходят довольно редко и называются судьбоносными точками. Зодчие занимаются их поиском и уже после выбирают из сотен вероятностей лучшую. — Лучшую для кого? — этот неожиданный вопрос Феи Темных Мыслей порядком озадачил ребят. В нем не было подвоха или ехидства и прозвучал он очень серьезно. — Главная сложность в работе часового архитектора как раз заключается в том, что порой и сам человек не знает, как ему будет лучше, где и с кем он обретет свое счастье. Моделирование и планирование чужой судьбы — это хождение по зыбкому, хрупкому льду, состоящего исключительно из твоих собственных предположений, где ты никогда не знаешь, какой шаг может стать роковым. А учитывая тот факт, что некоторые люди особенно склонны винить других в своих проблемах и перекладывать на них всю ответственность… — с прищуром ответила за всех Мендейра и по неприязни, отчетливо слышной в последней фразе, Василиса поняла, что она явно имеет в виду ее отца. Ведь он когда-то обвинил Черную Королеву в сговоре с Лиссой и их плане продать нить судьбы едва родившейся дочери Великому Духу Осталы. Эта ошибка стала причиной того, что их когда-то крепкая и дружная семья разрушилась. Девушка кожей почувствовала долгий взгляд Феи Темных Мыслей на себе, отчего осознала, что все сказанное относилось непосредственно к ней. Но что же именно она имела в виду? Василиса не знала. — Еще есть прорицатели — те, кто способны видеть наиболее вероятное будущее, — отметил Фэш, очевидно, вспомнивший их недавний визит к представителю Гильдии. — Они связаны обетом правды и поэтому всегда говорят то, что видят. Но их предсказания почти всегда настолько туманны и лишены абсолютно любой конкретики или правдоподобности, что к ним редко обращаются за практическими советами. — Некоторые часодеи обладают подобным даром, — вдруг добавила молчавшая до этого Римма. — Их часто называют специалистами по будущему. — Это скорее не дар, а совокупность способностей, — возразил ей Маар. — Такие люди часто имеют первую или высшую степень часодейства, а также прекрасный аналитический склад ума, позволяющий им предугадывать исход событий с наибольшей точностью. Василиса подумала о своей матери. Ведь она и была тем самым талантливым специалистом по будущему. Она предвидела их с Нортоном-старшим ссору, свое зачасование, часовой флер у дочери. Почему же тогда все так трагично получилось? Выходит, что есть вещи, на которые нельзя никак повлиять, которые нельзя изменить, даже зная их? Девушка вспомнила слова Миракла о том, как Лисса умоляла Нортона уйти в другую параллель, говорила, что их будущее предопределено. И оказалась права. — Думаю, нам нужно размяться, — вырвала Королеву из горьких размышлений Мендейра, поднимаясь. Это послужило сигналом для ребят. — Гроза, покажи-ка, как нужно правильно с крыльями обращаться, — Фея Темного Образа обратилась к ученице, рукой указав на дерево, в спасительной тени которого они находились. Все разошлись, освобождая ей место. Гроза отошла подальше, приготовилась, вызывая крылья и молнией бросилась к дереву. Мгновение — и вот она уже вихрем закружилась вокруг себя, сложив крылья острыми краями. Раздался громкий звук, свидетельствовавший о том, что крылья достигли цели. На дереве появились три глубоких, длинных трещины, а само оно покачнулось назад. Маар одобрительно присвистнул, а все остальные разулыбались. Да уж, Грозе не было равных в крылатых боях ни тогда, ни сейчас. — Василиса, давай теперь ты, — обернулась Мендейра к девушке. — Хочу посмотреть, чему тебя в этом в вашем хваленом Расколотом Замке научили. Легкая издевка в голосе Феи еще больше раззадорила Королеву. Быстро кивнув, она встала на ту же позицию, что и Гроза. Разбежавшись, на ходу вызывая крылья, девушка остановилась на большем расстоянии от дерева, чем ее предшественница. Василиса подскочила вверх, спиралью прокручиваясь в воздухе и со всей силы саданула сложенным для удара крыльями по толстому стволу. Воздух прорезал оглушительный свист и дерево повалилось на изумрудный ковер травы с треском и грохотом, словно подкошенное точной подсечкой топора. Вокруг зазвучали радостные и восхищенные хлопки, заставившие Василису раскраснеться от смущения и некоторой гордости. — Весьма недурно, — в своей излюбленной манере похвалила Мендейра, коротко взмахнула стрелой, возвращая дереву первозданный вид. Фея Темного Образа несколько часов гоняла ребят по сложнейшим приемам, заставив их раз за разом оттачивать технику ударов, а после разбила их на пары для боя вдвоем. К середине дня друзья так измучились, что едва держались на ногах, когда Мендейра все-таки смиловалась и отпустила их отдыхать до ужина. Только добравшись до комнаты, Василиса без сил «звездочкой» плюхнулась на кровать. Девушка села на край постели, достав из медальона подаренную часограмму. Она не могла перестать рассматривать такие живые, молодые лица. В особенности девушка не могла оторвать взгляд от родителей. Ей вдруг подумалось, что они весьма неплохо смотрятся вместе. Вспомнила, как мечтала видеть родителей друг с другом и лелеяла надежду, что они помирятся. Василиса усмехнулась собственной детской непосредственности и глупой наивности. Сколького она не знала. И не знает до сих пор… Девушка решительно сняла с шеи тиккер и занесла его над фотографией, преисполненная любопытства и отчаянного желания хоть ненамного приоткрыть завесу тайны жизни одного из запечатленных часовщиков. Ведь часограмма может не только рассказать историю своего создания, но и про жизнь изображенных на ней. Медальон начал размеренное вращение, пространство озарилось светом цифр часового флера, вызванного Василисой. Медленно, будто нехотя, начали появляться мантиссы. Очертания комнаты стремительно теряли четкость и вот уже девушка стоит в… Саду Чернолюта! Все те же дорожки, усыпанные гравием, аллея могучих деревьев с широкой кроной, клумбы с цветами и скамейки с ажурными спинками. Вдруг перед девушкой промелькнула тонкая, стройная фигурка в светло-зеленом платье, развевающемся на ветру. У Василисы перехватило дыхание — это же Лисса! Ее мама… Молодая девушка летящей походкой направлялась к одной из скамеек, спрятанной от посторонних любопытных глаз ветвями дерева с густой листвой, на которой ее уже кто-то нетерпеливо ждал, постукивая ногой. Человек встал при виде Лиссы и Королева сразу узнала в нем старшего Лазарева. Он был еще более юным, чем на фото как, впрочем, и ее мама. Василиса опустила тиккер, поддерживая мантиссы теперь уже одним лишь флером. Для этого требовалась максимальная сосредоточенность и концентрация, поэтому девушка полностью погрузилась в созерцание картины далекого прошлого, оставив все мысли и эмоции на потом. — Здравствуй, Константин, — произнесла ее мама нежным, звонким голоском. — Ну зачем же так официально, Лисса. Как будто ты меня в первый раз видишь, — пожурил парень, хотя по его неестественно напряженным плечам было заметно, что он нервничает. — Я пришла попрощаться. Не знаю, как скоро нам выпадет возможность встретиться. Улыбка медленно сползла с лица Лазарева. — Так ты все-таки уезжаешь, — с грустью констатировал он, не отрывая взгляда от девушки. — Да, Черная Королева позволила мне учиться в Змиулане. — Но ведь это будет так долго, — в голосе Лазарева слышалось неприкрытое удивление, перемешанное с нотками отчаяния, — к тому же не тебе, а Нортону. — А я поеду с ним, — гнула свое рыжеволосая, кажется, не замечая состояния парня. — Прошу тебя, Лисса, останься, — горячо произнес Константин и обхватил ее за запястья, немного притянув опешившую девушку к себе, — не нужно тебе ехать в это страшное, мрачное место. Астрагор так коварен и опасен, от него можно ожидать чего угодно, — теперь в словах мастера отчетливо слышалась мольба. — И я боюсь. Боюсь за тебя, — закончил он севшим голосом. — Ты напрасно так беспокоишься, Костя. Астрагор лично пообещал матушке нашу полную безопасность. Я и сама хочу у него учиться, это великая честь, особенно для женщины, — заверила его девушка, мягко, но упрямо высвобождаясь.— Уверена, он сможет дать нам уникальные знания, которые больше нигде не получить. К тому же, Нортон всегда будет со мной и будет защищать от нападков вредных Драгоциев, — произнесла Лисса как можно убедительней. На Константина ее слова не возымели ни малейшего действия. — Ты говоришь прямо как Нортон, его словами. Как можно восхищаться этим бессердечным Великим Духом Осталы? Да и черт с ним, с этим Огневым! — вдруг разозленно воскликнул Лазарев, заставив девушку вздрогнуть. — Но ты не обязана ехать туда только потому, что ее величество окончательно помешалась на Астрагоре и его сомнительных методах обучения! У меня дурное предчувствие, Лисса, — продолжил он уже чуть более спокойно, вновь взял руки девушки и, словно извиняясь за свою несдержанность, погладил ее пальцы, — что-то плохое должно случиться, если ты станешь ученицей Змиулана. — Кость, — устало выдохнула она, — что-то плохое случится, если Нортон поедет один. Я не могу его туда так отпустить. — Видишь, ты все же не доверяешь Астрагору, — не оставлял попыток уговорить Лиссу парень. — И не собираюсь. В конце-концов, мне не жизнь с ним проживать, а всего лишь несколько лет побыть его ученицей, — упрямо тряхнула рыжими волосами девушка. — Вижу, тебя не переубедить, — с досадой признал свое поражение Константин. — Но ты не забывай обо мне, ладно? Пиши мне письма, летунов посылай, да что угодно! — Конечно. Думаю, нас будут отпускать на Эфлару хотя бы пару раз в год, — лучезарно улыбнулась Лисса, подбадривая, хоть в ее голосе проскользнула неувереность. — Я буду очень скучать, — добавила она, едва заметно хмурясь, отчего на ее прекрасное лицо набежала тень. — Я тоже, — сказал Лазарев и отпустил девушку. На этом моменте воспоминание оборвалось и мантиссы исчезли, не оставляя после себя ни следа. Василиса вцепилась ногтями в щеки, в шоке от увиденного. Образ матери — такой до изнеможения реальный, что, казалось, протянешь руку и коснешься ее теплой кожи, источающей цветочный, едва ощутимый аромат, окончательно вывел девушку из относительного душевного равновесия. Домыслы и чувства насчет разговора двух друзей смешались с болью и горечью от осознания полной невозможности хотя бы мимолетной встречи с самым дорогим человеком, ведь Лисса жила в совершенно новой параллели и даже не подозревала, что где-то там, в другой реальности, у нее есть дочь, так похожая на мать, не помнила ни Василису, ни Нортона, никого. На глаза девушки навернулись слезы. Но Василиса тут же мысленно устыдила себя. Ее мама жива и наверняка счастлива, а это самое главное. К тому же, не одна Королева потеряла близких. Фэш, Захарра, Ник, Маар и Диана… Каждый из них пожертвовал самым дорогим. Девушка вскочила с постели и рывком открыла шкаф, начиная укладывать вещи в сумку-таймер. Ей не хотелось раскисать и погружаться в жалость к себе. Это было недостойным и попросту непозволительным поведением для Королевы Эфларского Времени. — Я должна быть сильной, — тихо, но уверенно произнесла Василиса, смотря в зеркало, — и я буду.

***

Спустя полчаса девушка уже была полностью собрана и готова. После приглашения клокера проследовать в Каминную Залу на ужин, Василиса накинула на плечи дорожную мантию, взяла сумку и, в последний раз оглядев комнату, вышла. Девушка быстро дошла до нужного места. За столом не было лишь Дианы, Грейс и Константина. Василиса нахмурилась, заметив отсутствие последнего. Как только Василиса села рядом с Захаррой, с аппетитом уминающей уже вторую порцию, девушки вошли одновременно, извинившись за опоздание. К слову, Маар и Захарра были единственными из присутствующих, кто не надел мантии и возле которых не лежали сумки-таймеры, ведь они никуда не собирались. Василиса взглянула на брата с сестрой — Грейс то и дело теребила сережку, выдавая тревогу, а Искандер все время поглядывал на часовой браслет. Девушка сделала вывод, что они довольно сильно волнуются. Еще бы, ведь неизвестно, как изменится их жизнь с переездом в Расколотом Замке. Василиса вдруг подумала, что Грейс наверняка боится, что не сможет понравится ей и хорошо выполнять свою работу, это было заметно по мимолетным жестам девушки и ее обеспокоенными взглядами исподтишка в сторону Королевы. Поймав один из них, Василиса мягко и ободряюще улыбнулась, получив в награду благодарную улыбку. Черноключница отвлеклась и обратила внимание на пустующее место возле Ника. Заметив это, парень ответил на молчаливый вопрос девушки: — Отец уехал еще утром, после завтрака. У него появились какие-то неотложные дела в Астрограде. Поэтому я пока побуду в Белом Замке. — Ясно, — понурила голову Василиса. Настроение резко упало. Теперь она была уверена, что именно ее глупые расспросы стали причиной столь скорого отъезда Константина. Захарра с Фэшем заговорщицки переглянулись через разделявшую их Василису, многозначительно хмыкнув на слова Лазарева. От хлесткого ответа мгновенно вспыхнувшего Ника сдерживало присутствие Черной Королевы, которая в этот момент что-то тихо втолковывала сидевшей по правую руку от нее Грейс. Ну, а еще рука Дианы, успокаивающе сжавшая его собственную. Фэш, в свою очередь, изучающе взглянул на грустную Василису. Что с ней сегодня такое творится? С самого утра девушка словно сама не своя. Мысленно пообещав попытаться выяснить причину такого несвойственного ей поведения позже, парень незаметно ото всех положил свою руку на ее колено и легонько сжал, как бы говоря: «Я с тобой». Василиса подняла на него глаза, уголки ее губ легонько дрогнули вверх. Она правильно истолковала этот жест, и на душе сразу потеплело. К концу вечера Василиса так увлеклась разговором с Захаррой, что почти полностью успокоилась и постаралась хоть ненадолго выбросить все переживания из головы. После ужина пришло время прощаться на еще одну неделю. Крепко обняв каждого из друзей по очереди, Василиса и Фэш, помахав им напоследок, скрылись в зеркальном переходе вслед за Повелительницей лютов и братом с сестрой. В Расколотом Замке царила так хорошо знакомая, легкая атмосфера. Гулял ветер за окном, мирно полыхали свечи в бронзовых подсвечниках, создавая настоящий уют, а хрустальная люстра отбрасывала тысячи играющих бликов на все предметы в Янтарной Зале. Встречавший их улыбающийся Миракл сразу заверил всех, что за время отсутствия Нового Времени в замке ничего выдающегося не произошло. Василису и Фэша сразу же отправили отсыпаться в свои башни, причем слуги, очевидно по приказу Черной Королевы, сопроводили их каждого по отдельности к себе, словно под конвоем. Грейс с же Искандером остались в зале, что-то обсуждая с Мираклом и Повелительницей лютов. Василиса обессиленно укуталась в одеяло, слушая успокаивающий треск камина. Мысли девушки все снова и снова возвращались к мантиссам Константина и мамы. Она всегда знала и понимала, что Лисса и старший Лазарев были хорошими друзьями, но чтобы вот так… В сознание Василисы врезался образ мастера, отчаянного умоляющего подругу не уезжать. Но она не послушала его, ведь так беспокоилась о Нортоне-старшем. Девушка вздохнула, закрыв лицо руками. После в очередной раз достала часограмму, без устали разглядывая часовщиков. Василиса, будто в трансе, провела пальчиком по изображению родителей. Страшное чувство, которое она пыталась схоронить глубоко внутри, вновь развертывалось обжигающими волнами по всему телу. Каждый раз, когда девушка задумывалась о судьбе своей семьи, в груди словно завязывался тугой узел из тысячи веревок. Каждый вопрос, на который Василиса не могла найти ответа, затягивал его все сильнее. Девушка настолько ушла в себя, что не обратила внимания ни на забегавшие по стеклянной поверхности нуль-зеркала искорки, ни на его перезвон, ни на мягкие, практически бесшумные шаги. Лишь негромкое, но показавшееся оглушительным в тишине комнаты «мяу» заставило Василису вздрогнуть от неожиданности и испуганно опустить глаза. На широком ковре сидел черный треугл, внимательно смотрящий прямо на девушку своими голубыми глазами. Королева отложила фотографию и улыбнулась: — Ну, чего сидишь, запрыгивай сюда, — черноключница пригласительно похлопала ладонью по месту рядом с собой. Треугл покачал головой, вильнув острыми ушками. — А-а-а, — понимающе протянула Василиса, хитро сощурившись. — Хочешь на ручки? Кот опять мяукнул, теперь уже утвердительно. — Хорошо. На ручки так на ручки, — с этими словами девушка нагнулась и осторожно подняла треугла на кровать, усадив к себе на колени. Тот сразу удобно свернулся в клубочек. Василиса стала поглаживать кота по гладкой шерстке, беря в другую руку часограмму. Фэш-треугл поднял голову, заинтересованно рассматривая фото. Королева почесала его за ушком, услышав довольное мурлыканье. Теплое тельце приятно грело кожу через тонкую ткань ночнушки. Кот сел и аккуратно ткнул острым когтем в листок. Туда, где стояли Нортон и Лисса. — Да, Фэш. Это мои родители, — вздохнула Василиса. Треугл вдруг зашипел и резко спрыгнул с колен девушки. В следующее мгновение черноключница почувствовала, как кровать возле нее прогнулась. Скосив глаза вбок, девушка ожидаемо увидела Фэша. Он неотрывно смотрел на часограмму. — Откуда она у тебя? — спросил парень напряженным шепотом, от которого девушка покрылась мурашками. — Константин подарил. Сегодня перед завтраком, — уточнила Василиса, хотя парень и так все понял. — Можно? — Фэш потянулся к часограмме. Девушка молча передала ему в руки листок. Парень всматривался в изображение с какой-то судорожной внимательностью. Его лицо побледнело, словно обескровилось, а тусклое освещение лишь усиливало этот жуткий эффект. — Ты знаешь его? — наконец спросил Фэш, указывая на Оливера. — Лазарев рассказал мне немного. Это Оливер Сноудон, — Василиса взволнованно посмотрела на парня. — Он входил в Зодчий Круг и работал на Астрагора, тайно шпионил в Змиулане. А потом еще один человек Астариуса выдал его. — Значит соврал, гад, — будто сам себе сказал Фэш, отдавая ей фотографию. Поймав недоуменный взгляд девушки, уже спрятавшей часограмму в медальон, он медленно начал: — Как-то раз у нас был общий урок в Змиулане. Тогда даже Захарру и Марка позвали. Там я его и увидел, — парень откинулся на подушку и закрыл глаза, будто в деталях вспоминая тот день. — Он был связан и выглядел ужасающе — повсюду кровь, одежда изорвана в клочья, а лицо бледное, как у мертвеца. Всем тогда сказали, что он незаконно проник в замок, при этом успел принять препарат, блокирующий действие эликсира правды. Оливера пытали два часа, но он так и не произнес ни слова. Тогда нам дали задание — придумать способ, как заставить его говорить. — И тебе пришлось играть для Астрагора, — договорила за него Василиса, содрогнувшись от такой жесткости. — Моя идея ему понравилась, а когда пленник согласился говорить, он напоследок сказал только мне, — Фэш запнулся на мгновение, нервно сглотнул, — что ему все равно не жить, ведь мой дядя крадет чужие души. Но мне не о чем беспокоиться — мою душу он уже давно забрал. Девушка видела, насколько тяжело ему дались эти воспоминания, какую глубокую и рану они вновь вскрыли, какой давний и самый сильный страх пробудили они в парне. Василиса подалась вперёд и нежно, но требовательно взяла лицо Фэша в свои ладони, заставляя того поднять голову. — Это неправда. Ты никогда не стал бы таким, как Астрагор. Твое сердце, — девушка приложила руку к груди парня, туда, где чувствовалось неровное, встревоженное сердцебиение, что заставило Фэша замереть.— Всегда было чистым и светлым. Ты столько раз доказывал это. В тебе есть и было то, чего ему никогда не узнать — любовь. Астрагор пытался убедить тебя в том, что она делает тебя слабым, запугивал и всеми способами старался искоренить это в тебе. А все потому, что в этом — твоя сила. Сила, которая помогла нам победить. Фэш прерывисто вздохнул, пораженный этой до безумия искренней речью, в который раз ощущая прилив невероятной благодарности этой удивительной девушке за ее понимание и бескорыстное желание помочь, приободрить. Поддавшись чувствам, парень приблизился к Василисе и приник своими губами к ее. Девушка ответила на поцелуй, обвивая тонкими руками его шею. Фэш, мягко придерживая спину Василисы, опустил ее на кровать, нависая сверху. Они так соскучились, что теперь просто не могли оторваться друг от друга. Парень легонько отстранился и, заглянув прямо в глаза девушки, погладил ее по щеке. — Останься со мной, — едва слышно попросила Василиса. — Хорошо, — Фэш повернулся на бок и лег рядом с девушкой, прижимая ее к себе в успокаивающих объятьях. Он решил отложить все расспросы на потом. Парень понимал, что сейчас ей просто нужно его присутствие рядом.

***

Расколотый Замок дышал абсолютным спокойствием, томной негой обволакивающим все вокруг. Двери верхних покоев Южной башни тихо заскрипели, выдавая появление раннего посетителя. Грейс, в обязанности которой входило будить Королеву Эфларского Времени утром, остановилась на середине комнаты. Открывшаяся ее взору картина поразила девушку. Она никак не ожидала увидеть Новое Время, спящее в обнимку на одной кровати. Быстро справившись с собой, Грейс подошла ближе и села со стороны Василисы. Она легонько потрясла девушку за плечо. Этого было достаточно, чтобы Королева открыла глаза и сонно посмотрела на Грейс. Как только ее взгляд прояснился, девушка дернулась, ударившись головой о подбородок Фэша. Тот ойкнул, мгновенно просыпаясь. Ошалело глянув на Василису, он потер глаза, окончательно избавляясь от сладкой полудремы. Левая бровь парня изумленно изогнулась при виде нежданной гостьи. Между ними воцарилось неловкое молчание. Взгляд Грейс перебегал от смущенной Василисы, вмиг покрывшейся румянцем, к невозмутимому Фэшу. — Доброе утро, — сказала новая знакомая, улыбаясь краешком губ. — Доброе, — промямлила черноключница, борясь с желанием спрятаться под одеялом от стыда. Вроде бы ничего такого не произошло — подумаешь, уснули вместе. Но ладно бы это была Захарра или Диана, они бы уж точно не удивились такому раскладу. А вот Грейс… Кто знает, что в голове у этой девушки. — Вас ждут на завтрак в восемь, — дружелюбно сообщила она и вышла. Василиса облегченно вздохнула и тут же простонала, ударив ладонью по лбу: — Как же неловко получилось. — Не воспринимай все так близко к сердцу, — беспечно отозвался Фэш, накручивая на палец медно-рыжий локон. — Главное, чтобы она старшим не растрещала, а то влетит нам по самое не хочу. — Это точно. Парень встал и, бросив на последок: «Встретимся в зале», скрылся в переходе. Девушка тоже поднялась с постели и проследовала в ванную. За завтраком Василиса изо всех сил старалась сохранять непоколебимо спокойный вид и не смотреть на Грейс, все еще памятуя об утреннем конфузе. Черная Королева тем временем сообщила, что сегодня Новое Время ждет встреча с модельером по поводу нарядов для церемонии, а Миракл добавил, что после у Василисы с Фэшем наконец-то пройдет экзамен по изученному эферу. От этого известия парень с девушкой взволнованно переглянулись. — У нас будет хоть немного времени, чтобы потренироваться? — нахмурилась Василиса. — Разумеется, дорогая правнучка. Вы отправитесь в одиннадцать часов, до этого у вас будет возможность все прорепетировать, — девушка обернулась к двери, кивком поздоровавшись с Родионом Хардиусом, занявшему место возле зодчего. — Кроме того, это не столько проверка ваших способностей изменять внешность, сколько умения перевоплощаться в совершенно другого человека и вести себя скрытно, — предед заговорщицки подмигнул Василисе. Та хитро прищурилась в ответ. Вот уж кто-кто, а Родион Огнев знал толк в ношении личин разных личностей. Как и обещала Повелительница лютов, после трапезы Василиса и Грейс направились в гардеробную комнату, сплошь уставленную зеркалами различных мастей, полками с туфлями, шкатулками, наполненными самыми разнообразными украшениями и, конечно же, десятками, если не сотнями платьев, развешенных полукругом. Наблюдательная Грейс отметила, что несмотря на всю разнообразную палитру оттенков, среди нарядов не было ни одного белого. Посередине комнаты на мраморном полу стоял фиолетовый пуф, над которым висела длинная люстра, закольцованная спиралью. Грейс восхищенно вздохнула, разглядывая все эти богатства, на что Королева лишь равнодушно пожала плечами. Она никогда не приходила в восторг от бесконечных нарядов и роскоши, даже неоднократно предпринимала попытки отказаться от них, но Черная Королева была непреклонна. Впрочем, ее старания сделать из Василисы истинную леди, обожающую наряжаться, так и не увенчались успехом, несмотря на то, что девушка, как и подобает Королева, стала крайне избирательна и требовательна к своему внешнему виду. Девушек встретил низкий, худощавый мужчина в пестром костюме с нашитыми на него всевозможными пуговицами и молчаливая девчушка, по виду младше Василисы на несколько лет. Первый представился, обращаясь к Королеве: — Джозеф Бейтс к Вашим услугам, Ваше Величество, — мужчина поклонился Василисе. А это, — кивок на девушку, присевшую в реверансе, — моя ассистентка. — Ничего себе. Это же самый знаменитый и высокооплачиваемый кутюрье Эфлары. Он принимет заказы лишь у наиболее обеспеченных семей, — шепнула Грейс Василисе. — Для меня огромная честь делать наряды Вам и Его Величеству для такого торжественного случая, — продолжил Джозеф и подал знак ассистентке. Та мгновенно подошла к Василисе, доставая измерительную ленту. — Позвольте мне сделать замеры, госпожа, — попросила девушка тихим, почтительным тоном. Королева просто кивнула. Пока ассистентка снимала мерки и записывала их, модельер задумчиво что-то черкал у себя в блокноте. После разложил на пуфе примеры тканей и подозвал Василису, чтобы та определилась с цветом. Глаза девушки разбежались от такого разнообразного выбора. Все оттенки зеленого, желтого, синего и даже красного пестрели на предмете мебели. — Мне нравится этот, — Василиса указала на изумрудный. — Хороший цвет. Благородный и аристократичный, умеренно-скромный. Но мне кажется, для такого случая Вам нужно что-нибудь особенное, — задумчиво произнес Бейтс, — например вот это, — мужчина взял в руки одну из тканей и поднес к девушке. — Красный? — удивленно подняла брови она, — я никогда не носила его раньше. — Рубиновый, — поправил модельер, — Цвет молодости, энергии, уверенности, власти и могущества. Одним словом, королевский цвет. — А еще оттенки красного издавна ассоциировались с любовью, — улыбнулась Грейс, дружелюбно подмигнув Василисе. — Совершенно верно. К тому же, он будет отлично гармонировать с вашими волосами, — добавил Джозеф. — Хорошо, — сдалась Василиса, мысли которой были целиком заняты предвкушением предстоящей увлекательной поездки. Ей хотелось как можно скорее очутиться в одиночестве и отработать эфер. Ну, или с Фэшем побыть. Но модельер еще долго не отпускал ее, спрашивая о предпочтениях Королевы в типах шнуровки корсетов, рукавах и фасонов платьев и ювелирных изделиях. Когда же он раскланялся, сообщив, что Его Величество также ждет консультация, Василиса лишь усмехнулась и мысленно пожелала Фэшу удачи. Попрощавшись с Грейс, которая убежала обустраивать свое новое жилище неподалеку от василисиной комнаты, девушка добралась к себе. Глянув на часы, она только вздохнула: у нее было два часа. Не желая тратить времени зря, Василиса вызвала стрелу и подошла к зеркалу. Девушка прикрыла глаза, сосредотачиваясь, и начала медленно водить стрелой над головой по часовой стрелке, детально представляя образ, который хотела получить. Королева действовала строго по правилам превращения, представляла, как идет по своему же временному коридору со свечой в руке, доходит до зеркала, видит в нем себя с другой внешностью и заходит в это самое зеркало. Василиса открыла глаза. Из отражения на нее смотрела брюнетка с серо-зелеными глазами и волосами до плеч. Девушка улыбнулась самой себе. Уроки Миракла прошли не зря. А что, если… Раз — и вот уже темно-каштановые волосы сменились привычными медно-рыжими. Королева поймала себя на мысли, что ей довольно хорошо подходят глаза отца. Интересно, нравилась бы она ему с самого начала больше, если бы имела его черты? Глаза? Волосы? Или независимо от этого страх быть зачасованным собственной дочерью все равно заставил бы Нортона-старшего ненавидеть ее? Скорее всего, так и было бы. Девушка вспомнила, как недоумевала, почему ее не любят и считала, что все дело во внешности. Святая простота! Василиса в который раз укорила себя маленькую за столь поверхностные суждения. Стрелка часов приближалась к одиннадцати, а девушка все продолжала экспериментировать над своим внешним видом. За это время она перепробовала десятки образов и сделала вывод, что блондинка с синими глазами на самом деле выглядит необычно и даже красиво, как впрочем и зеленоглазая рыжеволосая девушка. А еще, несмотря на это, Василиса уверилась, что никогда бы не перекрасила волосы в другой цвет и не обрезала бы их под каре. Королева решила пока вернуть себе истинный облик. Закрыла глаза, подняла над собой стрелу, вращая ее против часовой стрелки и представила зеркало, через которое она прошла. Посмотрела в него, увидела настоящую Василису и вышла обратно в свой временной коридор. В дверь постучали. — Да, — воскликнула девушка. В комнату вошла приветливо улыбающаяся Грейс, одетая в свободное бледно-розовое платье без рукавов и того же цвета дорожный плащ. В руках она держала такой же, только синий. — Привет, Василиса, — произнесла девушка. — Мы отправляемся через десять минут из Янтарной Залы. Вот, держи, — протянула Королеве накидку. — Спасибо. Честно говоря, я немного переживаю. Я так долго не была в Астрограде, — доверительно поделилась черноключница. — Не стоит волноваться. Все будет отлично. — Ты права, — вздохнула Василиса. — В последнее время я вообще стала слишком много беспокоиться по мелочам. В Янтарной Зале уже собрались все, присутствовавшие утром. После разрешения Родиона Хардиуса, Новое Время успешно применило эмер смены внешности под одобрительные кивки старших. Василиса выбрала первоначальный вариант, а Фэш стал блондином с карими глазами, очевидно, взяв за основу облик Ника. Девушка обвела взглядом помещение, словно ища кого-то. Ее плечи непроизвольно поникли, а на лбу пролегла тонкая, едва заметная складка. — Нортон просил передать свои извинения, что не смог присутствовать, — сказал Миракл, глядя только на ученицу, абсолютно правильно разгадав ее состояние. Черная Королева презрительно фыркнула, что-то пробормотав в своей привычной саркастичной манере. — Я понимаю, — кивнула Василиса, скрывая разочарование за милой улыбкой. Червячок обиды зашевелился в груди. Разум шептал ей, что это вполне естественно — отец живет в своей параллели, у него наверняка много дел и забот. А сердце кричало совсем другое. И, к сожалению, его голос всегда перекрывал все аргументы здравого смысла. Ведь она так хотела увидеть реакцию Нортона-старшего на то, что дочь выбрала его глаза… — Пора в путь, — деловито щелкнул пальцами Родион Хардиус. В то же мгновение появились два абсолютно одинаковых нуль-зеркала. — Левый переход настроен на Эфлару, а правый — на Осталу. Грейс и Искандер знают, что нужно делать и как вам вернуться обратно, — пояснила Повелительница лютов. Когда ее внимательный взгляд из-под полупрозрачной вуали прошелся по Василисе, она сказала: — Чуть не забыла. Сними тиккер, пожалуйста. В столице ты можешь случайно встретить старых знакомых, которые могут узнать тебя по нему, — Черная Королева требовательно протянула ладонь в черной кружевной перчатке. Заметив секундное замешательство девушки, свидетельствовавшее о нежелании расставаться с такой важной вещью, она сказала уже намного мягче: — Не беспокойся, дорогая. У меня он будет в целости и сохранности до твоего возвращения. Василиса покорно стянула медальон с шеи и передала его Повелительнице лютов. Тогда Миракл жестом указал черноключнице на зеркало, приглашая пройти первой. — Удачи, — улыбнулась и помахала рукой Фэшу девушка и, прежде чем скрыться в зеркальной глади, заметила такое же прощание. Оживленная улица Астрограда встретила новоприбывших залитыми ярким солнечным светом каменными дорожками. Над головами девушек с шумом пролетела крылатая повозка. Одни прохожие часовщики и мастера спешно куда-то шли, другие — спокойно прогуливались, наслаждаясь окружающим их городским ландшафтом. Василиса восхищенно осматривалась вокруг. Все казалось неуловимо знакомым, таким близким и далеким одновременно. Эти невысокие узкие домики разных цветов, внизу которых расположились всевозможные магазинчики: от бакалейных лавок и пекарен до ювелирных мастерских и модных бутиков. Вот вдалеке, где-то на линии горизонта, гордо и торжественно сияют шпили Воздушного Замка и Ратуши, возвышается купол Звездной башни. Астроград, словно пульсирующее сердце, жил и расцветал во всем своем великолепии, дыша смешанными ароматами медовых пряников и инфомасла, непреодолимо влек к себе часовщиков со всей Эфлары. От зачарованного разглядывания столицы девушку отвлекла Грейс, потянувшая ее за руку куда-то вперёд, прямо в гущу толпы. Они шли вдоль главной аллеи, сплошь обсаженной деревьями, в направлении главной площади с фонтаном, до которой идти около получаса. Чтобы не молчать, Василиса попросила спутницу: — Можешь рассказать мне немного о себе? Своей семье? — Конечно. Что тебя интересует? — Например, какая у тебя степень часодейства? — начала Королева с самого простого. — Первая, — улыбнулась девушка. — При поступлении в школу Светлочаса часы Тайноса определили меня на восьмой круг, а когда нас пригласила к себе учиться Черная Королева через три года, я была на десятом, — предусмотрительно добавила она, явно зная, что этот вопрос будет следующим. — Почему ты не захотела остаться в Светлочасе? — Мне не нравилось там из-за директрисы. Мортинова никогда не вызывала у меня приятных эмоций, а под конец обучения у нее совсем крыша поехала, — честно призналась девушка. Василиса понимающе кивнула. Она-то уж прекрасно знала, на что была способна эта сумасшедшая. От мысли о Елене девушка брезгливо передернулась. — Во сколько тебе провели посвящение? — поинтересовалась она. — Нам с Искандером было десять тогда. У него, кстати, тоже первая степень. Он старше меня всего на год, ему сейчас двадцать два, но при любом удобном случае припоминает мне это, особенно когда мы спорим, — при упоминании брата на лице Грейс расцвела нежная улыбка, делавшая ее еще более прелестной. Василиса же нахмурилась. Из головы никакак не выходили слова прорицателя. Но она не хотела им поддаваться и портить отношения с Искандером. Девушка лишь в очередной раз убедилась, что ей обязательно надо улучить момент и поговорить с ним наедине. — Моя семья происходит из очень древнего рода. Его основателями, если память мне не изменяет, были одни из первых фей, — продолжила рассказ Грейс. — Выходит, в тебе течет кровь фей? — Да. Но ее настолько мало, что я не имею практически никакого отношения к этим прекрасным созданиям. Но отец говорил, что его предками были Остальские Духи. — То есть, феи по материнской линии и Духи по отцовской? — Уточнила Василиса. — Вроде того. Опять же, процент духовной крови во мне максимум одна сотая, — отмахнулась Грейс. — Во всяком случае, крылья у меня стандартные для часовщицы, — в подтверждение этих слов за спиной девушки появились четыре бежевых крыла с переливающейся красной каймой по краям. — Очень красивые, — искренне восхитились Василиса, задумавшись. Было у них с Грейс что-то общее. Ведь и сама Королева далеко не человек — полудух, полуфея. Не пойми кто, одним словом. — У тебя тоже, — польщенно улыбнулась девушка. — Цвет такой необычный. — Угу, — пробормотала Василиса, все ещё поглощённая мыслями о своих родителях. За этим разговором девушки дошли до места назначения. Грейс решительно направилась в сторону одного из кафе, расположенных на площади. На его террасе было довольно многолюдно, но им всё-таки повезло найти свободный столик. У приветливого официанта Василиса заказала кофе и пирожное, которое ей когда-то давно довелось попробовать в одной из астроградских пекарен, а Грейс — просто чай. К счастью для Королевы, девушка совершенно не вспоминала о необычном и крайне смущающем пробуждении, чему Василиса была бесконечно благодарна. — А у тебя много родственников? — вновь спросила она у собеседницы. Ей хотелось узнать как можно больше о Грейс, ведь им как-никак предстоит жить под одной крышей. — На самом деле нет. Только родители, мой несносный братец и дядя по отцу. Но он живёт на Остале и я никогда его не видела. Только вот, — девушка нахмурились и Василиса сразу напряглась, — моя мама рассказывала, что у нее была сестра. — С ней что-то случилась? — обеспокоилась Королева, обратив внимание на слово «была». — Она, — Грейс смолкла на мгновение и, тяжело вздохнув, продолжила. — Пропала, будучи ещё совсем маленькой. Мама и сама плохо помнит сестру, ей тогда было только пять лет. — Как же это могло произойти? — изумилась Василиса. — Никто так и не знает. Возможно, попала в какой-то временной поток и затерялась в нем, может, ее похитили — в общем, одни догадки. — Мне очень жаль, — от всего сердца посочувствовала черноключница. Она и представить себе не могла, какое это горе для родителей — потерять ребенка. Но Грейс не услышала ее, смотря куда-то за спину Василисы. Ее всегда такое дружелюбное и спокойное выражение лица сменилось напряженно-презрительным. Предчувствуя недоброе, девушка медленно обернулась. И сразу же об этом пожалела. Прямо к ним шла Маришка Резникова. Сердце Василисы гулко забилось в груди. В ином обличье она чувствовала себя крайне некомфортно и все это время сидела как на иголках. Королева боялась выдать себя голосом и решила молчать так долго, как это возможно. Про себя она отметила, что за эти годы хрустальная ключница практически не изменилась: все тот же надменный взгляд льдисто-голубых глаз, высокомерно задранный кверху подбородок и самоуверенная походка. Единственное, что сразу бросалась в глаза, это то, что Маришка стала ещё больше походить на Елену, теперь уже не только манерами, но и внешне. Этот факт сильно разозлил Василису, заставляя руки под столом беззвучно сжаться в кулаки от ненависти. Так вот значит, кого имел в виду Грегор, когда говорил о встрече с тем, кого она предпочла бы забыть. Да уж, хорошее начало, ничего не скажешь. — Грейси, какой приятный сюрприз, — приторно-сладким голоском пропела Маришка, подойдя к их столику. — Сколько лет не виделись. Брови Василисы взметнулись вверх от удивления. Так они знакомы? — Я предпочла бы продолжать так и дальше, — в словах Грейс отчётливо слышались ледяные нотки. — А ты все не меняешься. Такая же противная, — уязвленно ответила Резникова. На ее выпад Грейс недобро прищурилась: — Как и ты, Маришка, как и ты. Все также пытаешься строить из себя невесть что. Черноключнице пришлось сжать губы в тонкую линию, чтобы скрыть злорадную усмешку. Ее мнение о новой знакомой поднялось еще на несколько пунктов. Резникова гневно нахмурились: — Знай свое место. Не забывай, с кем ты разговариваешь. Я — хрустальная ключница и лучшая ученица Светлочасов, — горделиво вздернула подбородок девушка. Грейс весело фыркнула, ещё больше разозлив Маришку: — Это ты сама себе такой титул присвоила? Даже если и так, мы все прекрасно знаем, как ты его получила. Как, впрочем, и ключ. — Ты всегда мне завидовала, Грейс Ньюэлл, — процедила светловолосая, мгновенно разрушая образ пай-девочки. «Ньюэлл, значит? Красивая фамилия. Звучная такая, на английский манер» — подумала Василиса. — Ты всегда была слишком высокого мнения о себе, Маришка Резникова. В отличие от медленно выходящей из себя хрустальной ключницы, Грейс сохраняла абсолютное безразличие. Василиса невольно восхитились ее выдержкой и самообладанием. — Слышала, ты в прислуги подалась? Неужели у твоей семьи дела настолько плохи? — жеманно уперев руки в бока продолжала Маришка. Василиса возмутилась такой наглости. — У тебя неважные осведомители, если ты не знаешь, что я теперь работаю в Расколотом Замке, — Ньюэлл иронично улыбнулась. — И не прислугой, а личной помощницей Ее Величества. Королева чуть приподняла брови. А статус-то какой. Наверное, это как фрейлина у Белой Королевы. — Это той самой, у которой скоро День рождения? — умело пропустила мимо ушей первую фразу девушки Резникова. — К твоему сведению, я и мои родители в числе почетных приглашенных, — с неким хвастовством и чувством внутреннего превосходства подняла она голову. Василиса едва сдержалась, чтобы не скривиться от досады. Прекрасный подарок, спасибо, уважаемый Зодчий Круг. От осознания, что ей придется лицезреть хрустальную ключницу и ее семейку у себя на празднике Королева окончательно упала духом. — К слову: Его Величество уже видела? — вдруг спросила Маришка, заинтересованно прищурившись. — Должно быть, он настоящий красавчик, — девушка мечтательно закатила глаза. Черноключница почувствовала, как внутри медленно, словно оставленный на костре котелок, вскипает ярость. Она отлично помнила, как Маришка приставала к Фэшу и изо всех пыталась завоевать его. — Тебе не стоит беспокоиться об этом, — снисходительно улыбнулась Грейс. — Он птица явно не твоего полета. Твой уровень — максимум чужих бывших парней донашивать. Девушки смерили друг друга одинаковыми уничтожительными взглядами. Между ними так искры и летали. Было очевидно, что у них есть множество причин для разногласий и старых счетов. Грейс определенно знала, о чем говорит и била прямо в цель, да так, что Резникова аж покраснела от злости. Наконец Маришка обратила внимание на молча слушавшую их обмен любезностями Василису, делающую вид, что целиком поглощена десертом. — А ты кто такая, куколка? Что-то я не видела тебя здесь раньше. — Меня зовут Мелексима. Я, — Королева изо всех сил старалась произнести это как можно естественнее, но голос все равно подвёл. — Это моя двоюродная сестра, — пришла ей на выручку Ньюэлл. — Она приехала с Осталы в гости на пару дней. — Первый раз на Эфларе? — деланно-заинтересованно спросила Резникова. — Да, — волнуясь, девушка безотчетно заложила за ухо прядь каштановых волос. Заметив пристальный взгляд хрустальной ключницы на своей ладони, Василиса ужаснулась, слишком поздно поняв свою оплошность. На руке у нее сверкало кольцо, подаренное Фэшем. А что, если Маришка помнит его? И обо всем догадается? К неимоверному облегчению и радости Королевы, Резникова быстро потеряла к ее скромной персоне всякий интерес. — Не буду мешать вам развлекаться, дамы, — лишь сказала она вместо прощания и, круто развернувшись, отошла. — Фух, наконец-то. Я уже испугалась, что нам придется целый день ее терпеть, — выдохнула Грейс. — И не говори. Кстати, а что там за история с парнями? — полюбопытствовала Василиса. — Да так, было дело. Когда я училась здесь, я начала общаться с одним из Школы Темночасов. Сначала мы с ним просто дружили, а потом как-то незаметно я влюбилась, — видя желание Королевы узнать об этой истории, Нюьюэлл начала рассказ. — Мы с ним около года вроде как встречались, а потом расстались по обоюдному желанию. — Почему же? — Я погрузилась в учебу с головой, начала все свободное время проводить в библиотеках и за учебниками. Соответственно, ему не нравилось то, что я совершенно не уделяю ему внимание и постоянно отказываю в встречах. — А причем здесь Маришка? — недоумевала Василиса. — Притом, что ещё когда мы были вместе, она положила на него глаз и любыми способами пыталась увести у меня. Но когда у нее это не получилась, Резникова решила сжить меня со свету. Распускала обо мне грязные сплетни и слухи, не давала прохода со своей компашкой безмозглых поклонниц, — неприязненно объяснила Грейс. Ей явно были очень неприятны эти подробности прошлого. — Как это низко, — с отвращением поморщилась Королева. Хотя, чего ещё можно ожидать от любимицы Мортиновой? — Я изо всех сил старалась пропускать все это мимо ушей и игнорировать ее. Тем более, Искандер меня всячески поддерживал. Но, сама понимаешь, все равно было трудно. — Понимаю, — сочувственно вздохнула Василиса. Оказывается, поливать других грязью — излюбленный прием хрустальной ключницы. Девушка даже представить не могла, что Маришка будет говорить за ее спиной, когда узнает, кто именно стала Королевой Времени. Черноключница также вдруг подумала, что Искандер — очень хороший брат и, скорее всего, человек в целом. — Как ты уже догадалась, когда он стал свободен, Резникова сделала все, чтобы с ним встречаться. И она-таки добилась своего. О, как она злорадствовала, — Ньюэлл раздраженно цокнула и закатила глаза. — Слушай, может пойдем отсюда? Пока ещё кого-нибудь не встретили. — Давай, — согласилась Василиса. Девушки оставили на столе деньги и вышли на оживленную площадь. Прямо по середине возвышалось настоящее произведение архитектурного искусства — фонтан, состоящий из множества самых разнообразных часовых механизмов: стрел, шестерёнок, цифр и, конечно же, часов. В центре композиции расположилась фигура человека, замотанная в длинную мантию с вытянутой стрелой в руке. Черноключница сразу же узнала в нем Эфларуса. Грейс уверенно шла в определенном направлении и Королеве ничего не оставалось, как послушно следовать за ней. Неожиданная мысль поразила Василису, заставляя застыть на месте: а что, если эта встреча с Маришкой была подстроена? Неспроста ведь Черная Королева предусмотрительно попросила ее снять медальон, а слова Родиона Хардиуса про смысл задания лишь подтверждали эту теорию. Черноключница продолжила идти вровень с ничего не заметившей Ньюэлл и скосила на нее взгляд. Навязчивое ощущение того, что Василису вновь неумолимо втянули в какую-то игру, правила которой никто не собирался ей объяснять, не покидало девушку. И какая же роль в ней отведена Грейс? Противоречивые чувства разрывали Королеву. С одной стороны, ей была очень симпатична новая знакомая, но с другой… Ее пугал факт того, что Зодчий Круг доверил Грейс руководить экзаменом, ведь очевидно, что девушка действовала по чёткому плану. Как ни трудно было это признавать, но Василиса еще больше задумалась о том, что подозрения Фэша приобретают все более плотную почву. Грейс завела их в какой-то узкий тихий переулочек, сплошь забитый магазинчиками. В один из них и зашла Ньюэлл. Это была лавка с часодейными товарами, подобная той, в которой Василиса восемь лет назад покупала браслеты для стрел и часы в подарок Лешке. Только эта была много меньше и в ней не было ни одного посетителя. Грейс подошла к нуль-зеркалу. — Нам пора возвращаться, — подтвердила она догадки Королевы. Та лишь глянула на браслет. Ого! Они пробыли в Астрограде больше трёх часов. Василиса только удивилась тому, как быстро пролетело время. — Не отставай, — бросила Ньюэлл и скрылась в зеркальной глади перехода. Василиса оглянулась напоследок и последовала за ней.