Часодеи. История продолжается

Василиса спустилась вниз в Янтарную Залу, в которой на креслах возле камина уже собрался весь старший Зодчий Круг, за исключением Константина Лазарева. Этот факт несколько испортил настроение девушке. Ей было неловко осознавать, что она, сама того не желая, оттолкнула от себя одного из немногих людей, которым искренне доверяла. Отец кивнул Василисе на место между собой и Мираклом, не оставляя ей ни малейшего шанса сесть рядом с Фэшем. Как только девушка заняла указанное кресло, ее взгляд невольно прошёлся по левой руке Нортона-старшего, лежавшей на подлокотнике. На безымянном пальце она не без некоторого удивления разглядела золотое обручальное кольцо. Странно, почему Василиса раньше его не замечала. Какое-то совершенно неясное чувство заставило девушку отвернуть голову в противоположную от мужчины сторону. Королева сама поразилась своей реакции. Что в этом такого: человек женат, вот и носит кольцо. В последнее время с ней творится что-то совершенно непонятное. Да ещё и проделка прадеда поставила крест на ее спокойствии. — Фэшиар, Василиса, — при этих словах Родиона Хардиуса Новое Время подняло глаза на мужчину. — Вы отлично справились с прокладыванием временных путей в прошлое и теперь мы решили отправить вас на настоящую королевскую коронацию в шестнадцатый век. Думаем, вам полезно будет посмотреть, как проходили подобные грандиозные мероприятия в прошлом. Парень и девушка переглянулись, не веря своим ушам. Это же так здорово: увидеть средневековый город, его жителей, их одежду, манеры! — Действительно, очень здорово. Особенно то, что люди в те времена вовсе не отличались интеллектом и дружелюбием, — фыркнула Черная Королева, и Василиса поняла, что вновь рассуждала вслух. — А учитывая, что это коронация одной из жен Генриха, — продолжила Повелительница лютов весьма осуждающим тоном и покачала головой. — Генриха Восьмого? — Фэш недоуменно изогнул левую бровь. — Того самого, у которого было шесть жен? — Да, именно его, — кивнул Миракл. — И это все, что ты смог запомнить об этом монархе? — насмешливо произнес Нортон-старший. Фэш недобро сузил глаза, обернувшись к мужчине с целью едко ответить, но, наткнувшись на предупреждающий и просящий взгляд Василисы, промолчал. — Вы отправитесь прямиком в первое июня тысяча пятьсот тридцать третьего года, — постарался предотвратить уже готовый разгореться конфликт прадед. — Кто-нибудь знает, какая именно королева Англии была коронована в этот день? — повернулся он к Новому Времени. Те задумались. Фэш вообще растерялся — он никогда не интересовался подобными вещами. — Кто из нас сдавал историю Осталы: я или вы? — укоризненно спросил Миракл, глядя на стушевавшихся ребят. Василиса тихо хмыкнула. Уж она знала, как среброключник написал этот экзамен. — Если тысяча пятьсот тридцать третий, значит… — протянул парень, делая вид, что знает ответ. — Анна Болейн, — закончила за него Королева.— Вторая жена Генриха Восьмого, мать королевы Елизаветы Первой Тюдор. — Верно. Сразу видно, кто учил, — Нортон-старший послал благожелательный взгляд дочери. Василиса улыбнулась ему, а Фэш лишь фыркнул и закатил глаза, вложив в этот жест все презрение, на которое был способен. — Что вам известно об этой личности? — вновь задал вопрос Хардиус. — Нуу… — начал среброключник, задумчиво скрепив руки в замок. — Она проправила всего лишь три года или тысячу дней и была казнена. — Казнена за ложные обвинения в том, чего никогда не совершала, — добавила Королева, грустно вздохнув. Да уж, судьбе этой несчастной женщины не позавидуешь. — Но, Анна сделала много ошибок, — вдруг возразил Миракл. — Ее единственной ошибкой было доверить свою жизнь не тому человеку, — покачала головой Василиса. — Человеку, не желавшему ничего, кроме власти и могущества, положившего на алтарь этого дела все — своих лучших советников, жен, детей. Девушка нахмурилась. Ей пришла мысль о том, что все это отчаянно что-то напоминает. Или кого-то. — И когда мы отправляемся? — спросил Король, не дав никому возможности ответить. Он нетерпеливо поерзал на месте. — Через час, — пожал плечами Нортон-старший, глядя на дочь, повернув к ней голову. — Так скоро? — пораженно обернулась к мужчине она. — Разве нам не надо подготовиться? — Будь уверена, дорогая, все уже готово: и ваши костюмы, и сопровождение, — успокоила девушку Повелительница лютов. Василиса и Фэш переглянулись одинаковыми взглядами. Неужели опять Грейс с Искандером пойдут за ними хвостом? — Уже на месте вас встретит специальный человек, замаскированный под пэра. Он вам все объяснит и покажет, — рассеял их подозрения Миракл. — Подождите. Ведь если мы будем в Англии, то говорить мы должны на местном языке? — вдруг поняла черноключница. — Вот именно. Поэтому попрошу быть осторожнее со словами, да и вообще быть на чеку, — предупредил отец. От его вкрадчивого, даже несколько угрожающего голоса по спине Василисы пробежали мурашки. Королева Времени осматривала себя в позолоченную раму зеркала Версальского стиля, с золотой лепниной вдоль всей стеклянной поверхности. Корсет желто-зеленого платья туго сжимал грудь, затрудняя дыхание. Хотя, возможно, виной тому было обыкновенное волнение. По краю непривычного, чрезмерно глубокого декольте, вгонявшего девушку в краску, были расшиты сверкающие камни, очень напоминающие бриллианты. Широкие жёлтые рукава были исписаны тончайшими серебряными нитями, переплетенными в причудливых узорах. Длинный подол шикарного одеяния услужливо следовал за каждым движением Василисы. Черноключница вздохнула. С каждым днём она все меньше и меньше понимала старших. Зачем они вообще затеяли все это? Почему события наваливаются на них с Фэшем столь стремительно и неожиданно? Неужели не лучше было предупредить их заранее? Или этот поход в шестнадцатый век — очередная проверка? — Да я бы руки поотрывал тем, кто это сшил, — раздалось недовольное бурчание позади Василисы. Среброключник, чертыхаясь, ввалился в гардеробную. Тяжёлый коричневый камзол с меховой оторочкой вдоль рукавов и на плаще, черная шапочка с пером и массивные сапоги делали его похожим на настоящего принца из остальской сказки. Только белоснежного коня не хватает. Ну, или тонкорога. Девушка весело ухмыльнулась своим мыслям. Фэшу же было явно не до смеха. — Тебе смешно, а мне в этом кошмаре неизвестно сколько ходить. — Это ты мне говоришь? — возмутилась Василиса, приподнимая шелковые складки платья, чем немного обнажила ногу в дорогих чулках. Лицо парня вытянулось от неожиданности, но после до него дошло, что именно она хотела показать — обитые чем-то, похожим на парчу, туфли на невысоком, но все же каблуке. — Мне вот на этом, — девушка сделала акцент на последнем слове, — неизвестно сколько ходить по мощеным улицам средневекового Лондона. Король оглядел ее с ног до головы, а когда дошел взглядом до выреза платья, многозначительно подёргал бровями и лукаво улыбнулся. Василиса смущённо опустила глаза в пол, досадуя на моду шестнадцатого века. К счастью, эту неловкость прервал Миракл, позвавший их в залу. Там, на знаке школы Светло- и Темночасов уже стояло нуль-зеркало, готовое к переходу в прошлое. Василиса взглянула на Нортона-старшего. Тот кивнул ей. Это придало черноключнице решимости. Отец верит в нее, в то, что она все сможет. И Королева докажет, что так оно и есть. Кинув последний взгляд на старших, Василиса глубоко вздохнула и, ведомая Фэшем, смело шагнула в неизвестность. Девушка запуталась в полах чересчур длинного одеяния и едва не упала, но Король мигом сориентировался и обхватил ее за талию, крепко обвивая руками. — Почему-то я не удивлен. Сколько бы лет не прошло, ты все так же падаешь, Василёк — едва слышно шепнул парень ей на ушко. Василиса не ответила, осматриваясь. Ее рот непроизвольно пораженно приоткрылся. Они стояли на одной из узких улиц столицы Англии, по обе стороны которой расположились невысокие деревянные дома. Некоторые были с балконами, некоторые без. Но на всех постройках без исключения развевались на ветру разноцветные флаги и гербы. В изображениях на них черноключница узнала символы дома Тюдоров — красно-белую розу, а также короны Англии — золотого льва. Под ногами у Повелителей Времени пролегали вымощенные серым булыжником дорожки. Василиса уловила смешанные запахи свежей выпечки и нечистот. Да, не слишком-то романтично. Вокруг царило поразительное столпотворение: люди, в основном бедно одетые крестьяне и совсем немногочисленные ухоженные мещане толкались, пихались, что-то кричали и все время шли вперёд. Неудивительно, что в таком хаосе почти никто не заметил двух разряженных в пух и прах молодых людей, появившихся, в прямом смысле, из воздуха. Король сжал ладонь девушки и потянул в сторону, подальше от этого муравейника, повинуясь инструкциям от старших. Через некоторое время к ним подошёл неизвестный человек. На нем красовался черный камзол с внушающего размера золотой цепью через грудь, шапка с пером, наподобие той, что носил Фэш и сапоги. Весь облик выдавал в мужчине высокопоставленного политического деятеля. Длинное, узкое лицо незнакомца с выдающимся вперёд подбородком было странно окаменелым и походило на статую зачасованного. Лишь часто моргающие темные глаза разбивали эту пугающую ассоциацию. Он поклонился Новому Времени и прошептал одними тонкими, потрескавшимися губами: — Ваши Величества. Прошу за мной. И первым направился по течению толпы. Фэш и Василиса лишь молча переглянулись. Значит, это и есть их сопровождающий. Довольно мрачный тип, но ничего не поделаешь. Король вновь взял на себя главенствующую роль и уверенно повел девушку вслед за вельможей. Вскоре они вышли на относительно открытое пространство, напоминающее небольшую площадь. Вдоль правой стены домов разместилась широкая анфилада с бархатно-алым навесом, в нишах которой сидели музыканты. Кого там только не было! И лютнисты, и барабанщики, и скрипачи, и ещё бог весть кто. С того же бока стояли «простолюдины» — Василиса терпеть не могла подобные определения. Мужчина отвёл Новое время вправо, к более достопочтимому обществу, успев шепнуть, что они будут ждать, пока проедут Король и будущая Королева Англии. Дамы в украшениях, стоящих, по всей видимости, целое состояние, в нетерпении обмахивали себя рукой, пытаясь хоть немного охладиться от солнечного летнего дня и перешептывались друг с другом. Господа же стояли, настолько сильно выпрямив спины, что стали походить скорее на постамент, нежели на живого человека. Василиса с некоторым удивлением подметила, что людей на самом деле было не так уж много. Счёт шел явно не на тысячи, даже не на сотни. Весьма странно для такого масштабного события. И все же сердце возбуждённо забилось в груди от восторга: она на самом деле в прошлом, почти на шесть веков назад! Иногда Королеве казалось, что она спит: настолько все было нереальным. — Mister Sherwood, dear, why don't you introduce to us your charming companions? (Мистер Шервуд, дорогой, почему вы не представите нам ваших очаровательных спутников?) — вдруг спросила у сопровождающего светловолосая женщина, присевшая в реверансе перед ними. Ее темные глаза пристально осматривали Новое Время. Их взгляд был сравним с остротой ножа: настолько пронзительно и глубоко в сознание он проникал, словно выискиваю самые далёкие и темные его уголки. — I just wanted to, Mrs Oxley. This young man is mister Dominic Blanshet, my cousin's eldest son and this pretty young lady is miss Margaret Thompson, his future wife (Я как раз хотел, миссис Оксли. Этот молодой человек — мистер Доминик Бланшет, старший сын моего кузена, а эта симпатичная юная леди — мисс Маргарет Томпсон, его будущая жена), — Королева на это лишь сделала книксен, моля небеса о том, чтобы не опозориться при первой же возможности, а Король — поклонился. Девушка слегка порозовела от мысли, что пэр представил их как жениха и невесту, пусть и под другими именами. — I've heard a lot about you, mister Blanshet and I'm so pleased to know you personally (Я многое о вас слышала, мистер Бланшет и мне крайне приятно узнать вас лично), — ответила миссис Оксли, не отрывая взгляда от Повелителей Времени. — What a pity: there аre so few viewers in here (Какая жалость: здесь так мало зрителей), — озвучила мысли Василисы она, повернувшись к Шервуду, — аlthough, it's not a big surprise for anyone. We all understand, that only some people want to see Anne Boleyn on the throne and most will never accept her as queen (Хотя, это ни для кого не сюрприз. Все мы понимаем, что лишь некоторые желают видеть Анну Болейн на троне, и большинство никогда не примет ее как королеву), — продолжила женщина и покачала головой, то ли соглашаясь, то ли выражая сочувствие. — You're right, Mrs. The Catholic Church didn't agree with this and even after the marriage of the King and his first wife was officially annulled, it is still sure that the only and true, lawful Queen is Catherine of Aragon (Вы правы, миссис. Католическая церковь не согласилась с этим, и даже после того, как их брак был официально аннулирован, она до сих пор уверена, что единственная, настоящая и законная жена Короля — Екатерина Арагонская), — доброжелательно ответил пэр, выступая вперёд и как бы заслоняя собой парня и черноключницу, совершенно не желавших участвовать в разговоре. К сожалению, у миссис Оксли на это были другие планы. — And what do you think about this? (А что вы об этом думаете?) — с этими словами женщина подошла ближе к Василисе, глядя только на нее. Королева облизнула пересохшую губу. Ей стало совершенно неуютно от ее застывшего, будто бы хищного, взгляда. — To my mind, the coronation we all are lucky to witness today was exclusively the King's decision and wish, so we can't dispute and discuss it in any way (По моему мнению, коронация, которою нам всем посчастливилось сегодня лицезреть, была исключительно решением и желанием Короля, поэтому мы не можем оспаривать и обсуждать его в любом ключе), — почтительно высказалась Василиса. Черноключница уклонилась от ответа, так как ей не хотелось дискутировать на эту многогранную тему, тем более в компании такой собеседницы. — You sound quite wise and sensibly for a girl your age, miss Thompson (Вы говорите очень мудро и осознанно для девушки своего возраста, мисс Томпсон), — похвалил Василису мистер Шервуд. Он смотрел на нее весьма одобрительно и уже не создавал впечатление сурового пэра. У девушки даже от сердца отлегло. Значит, она все делает правильно. От необходимости вежливо поблагодарить Королеву избавил резкий звук — трубачи неожиданно начали играть со всей силы, а за ними подтянулись и все остальные. Торжественная мелодия проникла в самое сознание, заставляя внутренне напрячься от ожидания. — The way! The King and marquis of Pembroke are coming! (Дорогу! Король и маркиза Пембрукк едут!) — оглушительно прокричал глашатай. Люди вмиг расступились по разные стороны, разговоры прекратились, и все без исключения пристально начали смотреть в начало площади. Первыми показались конные всадники, одетые идентично Шервуду, из чего Василиса сделала вывод, что они тоже пэры, за ними следовали герцоги, лорды и виконты, тоже на лошадях. Между этим группами то и дело сновали шуты в разноцветных костюмах с тихо звенящими колокольчиками на колпаках и бубнами в руках. А следом… Королева затаила дыхание: она, стоя в первом ряду, сразу заметила два паланкина, отделанных белой тканью и золотом, заряженные двумя лошадьми в белой дамастовой ткани каждый. В одном из них, том, что побольше, девушка увидела мужчину в богатом костюме и с короной на голове, в котором мгновенно узнала Генриха восьмого. В другом — изящную женщину в белоснежном наряде, с золотой повязкой поверх распущенных длинных темных волос. Анна Болейн. Над ее головой бароны Пяти портов держали бело-золотой балдахин. Вся процессия представляла собой захватывающее зрелище, заставляющее позабыть обо всем на свете, полностью погрузиться в его атмосферу. Но многие не поддерживали энтузиазма и восхищения девушки. Толпа встретила прибывших довольно сдержанно, раздались жиденькие и редкие хлопки. На лицах некоторых мужчин-аристократов вообще отразилась неприкрытая брезгливость и крайнее недовольство. Вдруг черноключница услышала свист, едва уловимый, но до жути неприятный. Затем увидела спереди нечто странное: человек, очевидно, конюх, идущий позади будущей Королевы, ничком свалился наземь. Василиса в страхе обернулась к Фэшу, бледнея от дурного предчувствия беды. Парень тоже сначала посмотрел на этого человека, а потом вверх — на каменную серую часовню романского стиля со стрельчатыми окнами. Девушка похолодела от ужаса. Все стало очевидным: кто-то стрелял из ружья прямо оттуда. Василиса почувствовала, как паника стремительно накатывает на нее, словно гигантский прилив морских волн. Король понял ее состояние и сжал ладонь, погладив пальцы. Несчастного обездвиженного слугу королевские стражи в красных плащах и тяжёлой сбруей с изображением английского льва мгновенно оттащили к музыкантам. Кое-какие зрители не оставили этот инцидент без внимания, но не придали ему должного значения, списав все на обморок от волнения или переутомления. Сопровождающий тенью возник позади Нового Времени. — Сохраняйте спокойствие. Ни на минуту не отставайте от меня, — с этими практически бесшумными словами он сжал плечо Фэша и потянул за собой туда, куда только что поехали Их Величества. Уже пробираясь сквозь стоящих плотной стеной вельмож, черноключница спиной почувствовала чей-то взгляд и оглянулась через плечо. Миссис Оксли провожала девушку злобной усмешкой, исказившей ее симпатичное лицо и напомнившую звериный оскал. Вестминстерское аббатство встретило их высокими, острыми шпилями двух башен западного фасада. На правой красовался черный циферблат с золотыми цифрами и стрелками, на левой — окно-роза. Все здание было отстроено с невероятным архитектурным изяществом неоготического стиля. Вокруг него уже собрались зеваки, прохожие, периодически получавшие замечания от стражи. Мистер Шервуд уверенно повел их ко входу. Предоставив страже какие-то бумаги, он жестом увлек Фэша и Василису за собой. Внутри храм поражал своей пышностью и грандиозностью: самый высокий неф в Англии с внешними арками в ионическом стиле и крышей в не один десяток метров с фресками, свечами, расставленными повсюду в позолоченных подставках, посередине — хоры, а в дальнем углу под сводчатым потолком с витражами, сквозь бесконечные разноцветные детали которых пробивался солнечный свет, возвышался постамент с местом святого Эдуарда. На этом золотом троне с ножками в виде львов уже восседала маркиза Пембрукк, а на троне сбоку — Король. Василиса едва смогла отвести от них взгляд, чувствуя, что в груди словно разверзлась пропасть. Бедная, несчастная Анна. Она даже не знает, какой конец ей уготован, Думает, гладя себя по беременному животу, что носит мальчика, и что ее будущее светло и безоблачно. А Генрих? Даже не верилось, что он, с такой любовью смотрящий на будущую мать своего ребенка, возненавидит ее и отдаст приказ о казни. Ближе всех к мужчине и женщине располагалась ложа уважаемых свидетелей, облаченных в алые наряды с белым мехом на плечах, а поодаль — обычные скамейки для менее, но все же почетных гостей. Именно туда их и усадил Шервуд и, прежде чем устроиться позади, успел произнести: — После коронации мы в карете поедем в Виндзорский замок как приглашенные на празднество в честь новой Королевы. Парень и девушка лишь кивнули. Последней было неспокойно. Она оглянулась, но после облегчённо выдохнула: пугающей женщины с площади нигде не наблюдалось. Как только люди расселились по своим местам, откуда-то сверху зазвучал невидимый глазу орган. Из тени трона жены Генриха вышел священник, облаченный в фиолетово-белую рясу, с широким золотым крестом на груди и высокой тиарой. Он начал читать молитву, а после нее предкоронационную речь. Абсолютно все присутствующие сидели тихо, словно боясь пошевелиться, завороженно глядя на происходящие. В этот момент никому не хотелось отвлекаться на что-то, кроме самой церемонии, а полутемная атмосфера собора лишь ещё больше настраивала на упоительный, торжественный лад, ощущение свидетельства священного таинства, чуда на земле. Служитель церкви взял с лежащей на подушке корону и уже подошёл к Анне, как вдруг Король встал и попросил у него венец. Взяв его в свои руки, он громогласно произнес: — With this Saint Edwards crown I do solemnly crown you Queen of England! (Этой короной святого Эдуарда я торжественно нарекаю тебя Королевой Англии!) — и мужчина возложил корону на голову Анны, после чего вернулся на свой трон. — Аnd these are symbols of power (А это — символы власти), — священник протянул новой Королеве скипитр и державу. — Glory and honor to Queen Anne. May you succeed in all you affairs and may you bear us a son of royal blood. God save the Queen! (Слава и почет Королеве Анне. Да преуспеешь ты во всех делах своих и да родишь ты нам сына королевской крови. Боже, храни Королеву!), — закончил он, отходя вбок. По всей зале стройным хором в ответ пронеслось: — God save Queen Anne! (Боже, храни Королеву Анну!) На улице Василиса наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. В помещении, где воздух насквозь пропитался удушливыми запахами благовоний и тлеющих свечей, ей стало совсем жарко, голова закружилась. Она сочувственно глянула на Фэша — ему точно несладко приходится в меховом камзоле. Пэр подвёл их к одной из богато украшенных карет, запряженной двумя бурыми лошадьми, чем-то напомнивших девушке малевалов. Мужчина уже ступил на подножку, намереваясь залезть первым, как вдруг позади раздалось оглушительное, словно гром среди ясного неба: — Stop! (Остановитесь!) К ним подошли сразу три королевских стража. Выражение их лиц не предвещало ничего хорошего. — I'm sorry, mister Sherwood, but before you come to castle we have to inspect all of you (Прошу прощения, мистер Шервуд, но прежде чем вы попадете в замок нам придется осмотреть вас всех), — заявил низким басом, судя по всему, их главный. — Is something wrong? (Что-то не так?) — спросил пэр. Несмотря на то, что мужчина держался уверенно, Василиса услышала в его голосе настороженность и беспокойство. — Nothing. It's a usual procedure designed to enhance the safety of the King and Queen (Ничего. Это обычная процедура, призванная повысить безопасность Короля и Королевы). Василиса не доверяла этому заверительному тону и была убеждена, что причина кроется в попытке покушения во время прохождения процесси на площади, ведь никто, даже стража Короля, не стала бы ни с того ни с сего обыскивать достопочтенных господ. Кажется, Фэша тоже посещали подобные мысли, что было заметно по его нахмуренным бровям и пульсирующей жилке на шее. — Follow us (Следуйте за нами), — этот безапелляционный приказ заставил теперь уже Шервуда недоуменно сместить брови к переносице. Напряжение нарастало. Прислужник короля сверлил всех подозрительным и словно бы обвиняющим взглядом. Сердце Василисы пропустило удар, когда стражник, не дождавшись ответа, кинулся к сопровождающему и буквально сволок его со ступеней повозки, до треска вцепившись руками в воротник костюма. Двое других последовали примеру начальника и сначала схватили под руки парня, а потом и девушку. Они отчаянно пытались вырваться, но хватка мужчин была слишком цепкой. — What right do you have to behave with us like that? (Какое право вы имеете так обращаться с нами?) — воскликнул Шервуд. Растерянность в этой фразе не на шутку напугала Королеву. Мужчина определенно не понимал, что здесь происходит и как им выбраться из этой ситуации. — I act in the name of the law(Я действую именем закона), — ледяным тоном ответил стражник. — One lady has told that you can be implicated in the conspiracy against the King. To be more exact, you organized attack on their Majesty's (Одна леди сообщила мне, что вы можете быть замешаны в заговоре против Короля. Если быть точнее, организовать нападение на Их Величеств), — он сказал это как можно тише, стараясь не привлекать внимание уже и так во всю глазевшей на них публики и не вызывать панику, но для Королевы эти слова звучали громче боя самых больших колоколов. Она так и знала, что все дело в этом. Девушка чувствовала, что они попали в крупные неприятности. Но их же не могут арестовать только из-за ничем не подкрепленные обвинений какой-то сумасшедшей? — I demand a fair hearing of all the details of the case. You have no evidence of our guilt (Я требую справедливого рассмотрения всех деталей дела. Вы не имеете доказательств нашей вины), — пэр изо всех сил старался говорить ровно. В этот момент стражник, державший Василису, зачем-то больно скрутил ей пальцы. Девушка вскрикнула от неожиданности и негодования. — Отпусти ее сейчас же! — прорычал Фэш, с яростью пытаясь освободиться. Лишь через несколько секунд его лицо искривилось гримасой одновременно ужаса и отчаяния — парень понял, что натворил. Все замерли. Казалось, будто кто-то остановил время. Даже мысли скользили замедленно, словно Василиса вновь оказалась во временной петле. Девушка ощутила, как по венам и артериям по всему телу с неимоверной скоростью распространяется дикий, животный страх. Из этого оцепенения ее вывели истошные вопли из толпы: — Spy! (Шпион!) — Ghoal! (Вурдалак!) — Traitor! (Предатель!) — Demon in flash! (Дьявол во плоти!) — Burn him! (Сжечь его!) Король, очевидно, отрезвленный и взбодренный такими жёсткими эпитетами и угрозами расправы, молниеносно подпрыгнул прямо на ноги своему пленителю, отдавив ему добрую половину пальцев. Тот разъяренно зашипел, но от неожиданности расцепил руки. Черноключница тоже в долгу не осталась и пустила в ход острые каблуки. Попавшийся ей страж оказался более сообразительным, чем его товарищ и предпринял очередную попытку схватить девушку, что у него получилось. Но та, недолго думая, укусила его в в предплечье. Мужчина, будучи совершенно не готовым к этому, выпустил ее, осыпая проклятиями: — Red bitch! (Рыжая сучка!) Параллельно с ним Шервуд выкрикнул: — Run! (Бегите!) Собственно, другого выбора у них и не было. Фэш, мигом сориентировавшись, потянул Василису в сторону, орудуя локтями, чтобы хоть как-то пробиться сквозь будто набежавших со всего города людей. Девушка же, приподнимая полы платья, неслась за ним. Чьи-то пальцы, стараясь ее остановить, больно полоснули ногтями по плечу, но черноключница не обратила на это внимания — Don't let them go! (Не дайте им уйти!)— закричал начальник охраны, но его крик потонул во всеобщем гаме. Василиса, не оборачиваясь, бежала все дальше и дальше. Не осталось ни страха, ни сомнений, ничего. Лишь одна мысль: бежать. Быстрее, ещё быстрее. Ткань наряда девушки неприятно липла к мокрой спине, стопы стирались в кровь, дыхание сбивалось, а шикарно заплетенная прическа превратилась в один растрёпанный узел. Пролет, ещё один, переулок, поворот влево, вправо. Средневековый Лондон напоминал лабиринт Минотавра с бесконечным числом задворков и улиц. Только вот у них не было Ариадны, готовой протянуть спасительную нить. Дважды Королева едва не попала под колеса повозки и копыта тянущих ее коней, при этом сбив с ног мирно идущую крестьянку с, к счастью, пустым чаном. Девушка все время спотыкалась о выпирающие камни, но парень неустанно придерживал ее на ходу. И без того плачевную ситуацию усугубляли не отстающие от них стражники, словно тени следующие по пятам вот уже почти час. Новое Время выбежало на набережную, заполненную неспешно прогуливающимися в тени деревьев небольшой аллеи мещанами. На противоположной стороне раскинулась во всей своей красе другая половина города, где среди тысяч деревянных домов то и дело виднелись хрупкие церкви, норовившие проткнуть небосклон своими острыми, как шпаги, шпилями. Впереди расстилался бесконечный горизонт столичных пейзажей. Василиса ощутила, как ей не хватает воздуха, все внутри сжалось. Казалось, ещё немного и сердце выпрыгнет из груди. Девушка поняла: она больше не может. Тело отказалось ей подчиняться: по груди, лбу, застилал глаза. Черноключница была готова упасть в обморок от усталости, нещадно палящего для первого дня лета солнца и боли. Фэш выглядел не лучше: покрасневший, запыхавшийся, он ошалело переводил взгляд с одного места на другое. Люди изумлённо, с глазами по пять эфларов, смотрели на этих двух странных богато одетых парня и девушку, словно на крыльях летевших куда-то, не разбирая дороги. Им всё-таки удалось оторваться от преследователей. Но, как оказалось, ненадолго. — In the name of the King! Stop immediately! (Именем Короля! Немедленно остановитесь!) — Василиса заметила прислужников Короны в развевающихся красных одеждах, стремительно приближающихся к ним, обнажив мечи. Среброключник, не останавливаясь, с усердием ринулся вперед, буквально таща на себе обессиленную Королеву. Народ испуганно расступился, открывая двум мужчинам беспрепятственный путь к ним. Бесконечно бегать они не смогут. Это осознавали все. Повелители Времени надеялись, что первыми выдохнуться уже довольно немолодые стражники, но их ждало разочарование: со всех сторон к ним подходила подмога, все сильнее зажимавшая Новое Время, загнанное в тупик. Отступать некуда. Спасения не было. Василиса, стоя за спиной Фэша, вгляделась в его лицо, перегнувшись через плечо парня. Тот смотрел на блики света в игриво плескающихся водах Темзы, словно зачарованный. В его голубых глазах мелькнул проблеск мысли. — Dominic Blanshet and Margaret Thompson, you're arrested! (Доминик Бланшет и Маргарет Томпсон, вы арестованы!) Король, больше не медля, запрыгнул на каменный парапет, заставив девушку сделать то же самое. На реке стояли, пришвартованные, или плыли, рассекая волны, десятки кораблей: грузовые и пассажирские, с белоснежными парусами и поднятыми флагами, маленькие и гигантские. — Готова охладиться? — Ты сумасшедший! — в отчаянии ответила Василиса. Голос сорвался на крик. — Мы разобьёмся, здесь высота огромная! — У тебя есть другие варианты? Девушка повернула голову. Королевская стража в дюжину человек трусцой шагала к ним. — Доверься мне, — шепнул парень, и черноключнице ничего не оставалось, как согласиться. — На счёт три. Ветер гуляет в растрепанных волосах, обдувает лицо прохладой и умиротворяет. — Раз. Послышался женский визг. Очевидно, какая-то сердобольная горожанка не могла вынести открывшейся всем гуляющим картины. — Два. Пронзительный, надрывный вскрик чайки. Окрики, угрозы и уговоры стражников спуститься вниз уже не доходят до сознания. Лишь один шаг отделяет от пропасти. Такой манящей пропасти. — Три. Крепко переплетённые в знак взаимной поддержки пальцы. Миг — и тонкая грань между явью и сном, жизнью и смертью, стирается полностью, словно ее и не было вместе. Истошный, всепоглощающий крик, готовый вырваться из груди, застрял в горле, не дойдя и до первой ноты своего звучания. Последнее, что увидела Василиса, прежде чем погрузиться в ледяную глубину, были разноцветные цифры часового флёра.

***

Вода была повсюду. Она заливалась в уши, в нос, в рот, беспощадно проникала под ткань платья, заполняя все: разум, тело, душу. Лёгкие разрывало от отсутствия воздуха, боль была медленной, губительной. Сквозь бессознательную пелену Василиса почувствовала, как сильные руки хватают ее под мышки и рывком вытаскивают из плена волн. Грудь тяжело вздымается, наполняясь долгожданным глотком кислорода, мгновенно проникающего в изголодавшиеся легкие. Бессильно открывая рот в бессмысленных попытках надышаться, девушка глазами отыскала Фэша, вынырнувшего неподалеку. Такой же мокрый и абсолютно потерянный, как она сама. — Ты как? — спросил он, стуча зубами от холода. — Вроде жива, — попыталась улыбнуться черноключница, но даже уголки ее губ не дрогнули. Девушка огляделась по сторонам. Очертания Лондона пропали, сменившись чудесным, ласкающим глаз пейзажем: песчаный берег, залитый щедрыми солнечными лучами, проникающими через полукруглую щель в горной пещере, стены которой обвиты диковинным плющом. С одного из утесов гордо спадал вниз тысячами искристых струй мощный водопад, с шумом разбивающийся о зеркальную поверхность водоема. Пораженно округлив глаза, Королева обернулась к не менее удивленному Королю. — Я ничего не понимаю, но, как бы то ни было, надо выбираться. Черноключница кивнула. Уже на земле она оглушительно закашляла, стараясь избавиться от скопившейся в груди жидкости. Парень, тоже насквозь продрогший, отплевывался и хрипел. Девушка присела, подогнув одну ногу под себя. Обуви уже не было и в помине, зато ноги сохранили ее следы надолго: кожа в некоторых местах содрана до крови, кое-где красовались отдающие фиолетовым синяки. Василиса обвела усталым взглядом простирающуюся лазурную лагуну и вытекающую из нее речку, так уютно спрятанные от посторонних в скалистой местности. — Красиво. Только как мы здесь очутились? — со вздохом задала интересующий их обоих вопрос девушка. — Не знаю. Может, мы уже умерли, — безрадостно пробормотал парень, снимая сапоги и выливая из них воду. — Мне кажется, мертвым не должно быть так х-холодно, — судорожно передернула плечами Королева. Мокрый, потяжелевший в несколько раз наряд даже не думал распрямиться, когда девушка встала, принимаясь смешно прыгать то на одной ноге, то на другой в попытках вытрясти из ушей воду, а заодно и хоть немного согреться. — Неплохо было бы осмотреться, — парень встряхнул волосами, рассеив вокруг себя капли воды, и поднялся. Он подошёл ближе к одной из стен пещеры. — Ого! Да здесь потайной лаз! — воскликнул Фэш спустя некоторое время, обойдя вдоль водопад. Девушка, заражённая его энтузиазмом, подошла ближе. Настроение постепенно улучшалось. В конце-концов, они в относительной безопасности, здесь тепло и дружелюбно и, самое главное, нет Королевской стражи, готовой разорвать их на куски. Василиса присвистнула: далеко вверх пролегала крутая каменная лестница из, казалось, сотен ступеней. Опираясь на протянутую Королем руку, Королева ступила вперёд. Дойдя до последней ступени, девушка, не сдерживая восторга, ахнула: перед ними простиралась в бескрайний горизонт изумрудная роща. Босые ноги ощутили жар нагретого беспрестанно пылающим светилом скалистого обрыва. Зрелище было одновременно очаровывающим и пугающим. Теплый ветер ласкал кожу лица, словно чье-то дыхание. В этом таинственном месте чувствовалась особая энергетика, едва уловимая, но отчего-то такая родная и знакомая, греющая души получше всякого солнца. Особенно ярко это ощутила Василиса, когда они вернулись в грот с водопадом. Отовсюду словно веяло счастьем и умиротворением. Королева сама не понимала, с чем это может быть связано. Фэш молчал, усиленно что-то обдумывая. Он начал кидать камушки, в избытке разбросанные по берегу, но из-за сильного течения, вызванного обрушающейся завесой воды, сделать «жабку» никак не удавалось. Девушка присела рядом, положив голову ему на плечо. Парень тут же положил руку на ее талию, прижимая к себе ближе. — Знаешь, мне это место напоминает твою заставку, — медленно произнес среброключник. — Нашу заставку, — машинально поправила Василиса. Она не могла видеть этого, но не сомневалась, что парень сейчас улыбнулся, сверкнув ямочками на щеках. — Я тоже об этом подумала. Но это не она. — Все равно стоит попробовать вызвать часолист. Черноключница послушно очертила огненный круг стрелой, из которого сразу же выплыла книга в красной обложке. — М-да, — почесал затылок Фэш, — И все же как мы сюда попали? — Я не уверена, но мне кажется, что из-за флёра. — Почему ты так считаешь? — удивлённо отстранился Король, чтобы взглянуть в ее глаза. — Когда мы падали в реку, я заметила цифры, — девушка подняла голову. — Что ж, может, он поможет нам вернуться в Расколотый замок? — с надеждой спросил парень. — Не знаю. Флер появился внезапно и также исчез, — вздохнула Василиса. — Давай напишем кому-нибудь из старших? Судя по всему, мы где-то в Чародоле — феи любят такие места. — Что именно ты хочешь изложить в этом письме? — ехидно поинтересовался Король. — Что мы угодили в неприятности, какие даже представить не могли, и нам нужна их помощь, чтобы выбраться отсюда, — не растерялась девушка. — В конце-концов, я хоть что-то предлагаю, в отличие от тебя, ворчун, — она обиженно пихнула парня в плечо. — Ах, ворчун, значит… Фэш вдруг нежно обхватил ладонями ее лицо и, притянув к себе, поцеловал. Василиса несколько опешила, но на поцелуй ответила, и, вжимаясь в его тело, обняла за спину. Оба позабыли обо всем: об изматывающих приключениях в шестнадцатом веке, побега от стражи, необъяснимом перемещении в это место. Сейчас для них не существовало никого и ничего, кроме горячих губ друга друга. Парень переместил одну руку на шею Королевы, пальцами провел вдоль чувственной кожи. Для девушки даже гул водопада теперь казался таким отдаленным, будто бы даже затихающим, настолько острыми были ощущения. В Янтарной Зале царило оживлённое настроение. Каждый из четверых присутствующих был чем-то занят: Миракл и Нортон-старший с недетским азартом играли в карты вот уже второй час, сидя за дубовым столом, Черная Королева меланхолично помешивала кофе в чашке, просматривая сообщения в часолисте, а Родион Хардиус перебирал бумаги, время от времени поглядывая на часы. Все знали, что Повелители Времени ещё не скоро должны вернуться из прошлого, но все равно с нетерпением их ожидали. Неожиданно помещение на секунду озарилось ослепительным светом, и перед глазами Зодчего Круга предстала поразительная картина: в центр Залы буквально «вывалились» до нитки промокшие, босые Фэш и Василиса, причем первый упал сверху, едва не придавив девушку своим весом, но каким-то чудом успел расставить руки в стороны. Все не сводили одинаково потрясенных взглядов со смущенных своим неловким положением Короля и Королевы, не скрывая изумления. Брови Нортона поползли вверх, почти до середины лба, Миракл приоткрыл рот, Повелительница лютов едва не вывернула уже поднесенный ко рту напиток. Родион Хардиус лишь произнес: — Ваши Величества, должен отдать вам должное: что-что, а эффектно появляться вы умеете. Василиса поплотнее закуталась в плед, отпивая из чашки. Чай приятно обжег горло, а горячая посудина согревала оледеневшие пальцы. После теплой ванны и плотного обеда, в чистой сухой одежде, девушка чувствовала себя намного лучше. Волосы, которым черноключница вернула прежний облик, волнами ложились на плечи. — И вы не придумали ничего лучше, кроме как прыгнуть в Темзу? — ужаснулась Черная Королева. Остальные предпочитали пока отмалчиваться, внимательно слушая сбивчивый рассказ парня и девушки. Василиса стыдливо втянула голову, а Фэш возмутился: — По-вашему, у нас была возможность посидеть и поразмыслить в тенечке? Или лучше было бы, если б мы сдались страже и дали увести себя в Тауэр? — И все равно это было глупо и безрассудно, вы могли серьезно покалечиться или вообще убиться, — поддержал повелительницу лютов Нортон-старший, смотря при этом только на дочь, усердно накладывающую целебную фейскую мазь на гематому, неведомо откуда взявшуюся на ее руке. — В общем, — прервал назревающий спор Миракл, — Как только вы спрыгнули в реку, вокруг Василисы засиял часовой флер и? Что было потом? — Мы оказались в лагуне в незнакомой скалистой местности, — продолжила черноключница, — там ещё был прекрасный водопад и лесенка, ведущая на горный выступ с видом на лес. Королева с удивлением заметила, как вытянулось лицо отца при ее описании. Маска уравновешенности и легкого равнодушия с треском сдиралась, уступая место сдвинутым к переносице бровям и бледности, отчётливо видной в залитом солнечным светом посещении. Нортон-старший нервно вздохнул, на мгновение печально, как показалось девушке, прикрыв глаза, судорожно сглотнул и постучал пальцами по столу. Василиса была в осадке: что так сильно обеспокоило отца? Он и до этого бросал на черноключницу тревожные взгляды, искренне волнуясь о состоянии ее здоровья после пережитого. Но что его так поразило сейчас? — Любопытно, — озадаченно потёр подбородок Родион Хардиус. — Дыхание времени в самом деле защищает своего обладателя, это не новость. Но я первый раз в своей практике встречаю случай, когда оно переносит в безопасное место, причем в неизвестное. — Знаете, у меня тогда возникло странное чувство, будто я уже была там раньше, — поделилась Василиса. Нортон-старший дёрнул щекой при этой фразе. — К тому же, ее первая заставка часолисте — похожий водопад, — ввернул Король. — И когда мы… Я ее создавала, я не думала именно об этой картине, она словно сама всплыла в подсознании, когда я сосредоточилась на ощущении спокойствия, теплоты и уюта, — черноключница запнулась, вовремя прикусив язык. Она едва не выдала их с Фэшем тайну. При этих словах уголки губ отца девушки буквально на секунду приподнялись вверх, а серо-зеленые глаза посмотрели на Василису с… Гордостью? Любовью? — Занятно и весьма, — вставил Миракл. — Мне кажется, ты каким-то образом связана с этим местом. Понять бы ещё, где оно находится. — В Чародоле? Там все так… В стиле фей? — Точно не там, — сказала Черная Королева, опровергая теорию девушки, — в царстве фей вот уже как сто лет не наблюдалось ни одного горного водопада. Нортон-старший снисходительно покачал головой. — Возможно, это временная аномалия, что-то вроде затерянного воспоминания или особой формы безвременья, — задумчиво протянул Миракл. — Но если бы это было так, мы бы не смогли вызывать часолист, — возразила Василиса. — А вы пробовали нам послать сообщение? Девушка часто заморгала, не зная, что ответить: извините, Ваше Величество, мы с Фэшем так увлеклись друг другом, что у нас из головы напрочь вылетел тот факт, что находимся мы непонятно где без еды, воды и прочих средств, способствующих выживанию? — Мы не успели, — спас положение оставшийся невозмутимым среброключник. — Часовой флер вернул нас сюда, мы и сами не поняли, как это случилось, впрочем, как и в первый раз. — Все это, конечно вызывает очень много вопросов, но больше всего меня интересует, кто эта особа, так нагло вас оклеветавшая, — произнес Родион, расхаживая взад-вперед по Зале, скрепив сзади руки в замок. — Есть вероятность, что ее и не было вовсе, просто этим пустоголовым громилам нужен был хоть какой-то аргумент, чтобы вас арестовать, — разозленно выдохнула Черная Королева. Как и подозревала Василиса, она с самого начала не одобряла идею отправить Повелителей Времени в прошлое, а теперь и вовсе негодовала. — Кое-кто тоже молодец. Это же надо было додуматься: в такой момент на русском заорать, — укоризненно стрельнул взглядом в сторону Короля Нортон-старший. Тот скрипнул зубами, но не стал разводить полемику. Всем, и парню в том числе было понятно, что он сплоховал. — А что будет с мистером Шервудом? — участливо спросила девушка. Ей была небезразлична судьба этого человека. — Не переживай, правнучка. Я лично займусь этим и разберусь, что же всё-таки произошло, — успокоил старший Огнев. Василиса не смогла ответить, так как тихонько чихнула в локоть. — Будь здорова, — слегка улыбнулся отец. Черноключница чихала донельзя забавно, будто маленький котенок. — Спасибо, — шмыгнула носом Королева. — Не хватало только ещё заболеть для полного счастья, — пробурчала Повелительница лютов. — Жаль, конечно, что вы не попали на бал, — повертел в руках карту Миракл, — вам бы наверняка очень понравилось. — Да, — кивнула Василиса, ощущая, как веки наливаются свинцом, а сознание мутнеет от усталости. — Мне кажется, вам нужно сейчас только одно — отдохнуть, — подметил состояние девушки Нортон-старший. Все остальные кивнули, соглашаясь. После того, как измученная Королева добралась до своих покоев, она сразу рухнула в кровать. Мысли путались, мешались, словно сотни бабочек в стеклянном шаре. Тысячи эмоций и чувств переполняли ее, но все они оказались бессильны перед желанием долгожданного сна. Девушка закрыла глаза, добровольно отдавая себя в плен царства Морфея.