Будет моей.

-Бить будешь? -по-хозяйски заходя в квартиру Шатохина, выдает светловолосый. -Не хочу руки потом от дерьма отмывать.-расслабленно плюхается на диван тот, наконец зажигая сигарету. -Я знаю, что ты чувствуешь.-подходя ближе, начинает Голубин.-И я знаю, что чувствовала она. -Всегда знал, что твой Влад тебя в жопу долбил… -Этого не должно было быть. -Как и тебя, Голубин! -парень резко вскочил и замахал руками.-Она ебаных два месяца никого к себе не подпускала! Два, сука! Это то, сколько у тебя яиц, пока я тебе их не оторвал! Удар. Тишина. Голубин хватается за нос, горячие капли скатываются по лицу и падают на пол, пачкая ковер. Парень растирает кровь ногой, оставляя багровые пятна на бежевом покрытии и белоснежных носках. Он заваливается, опираясь спиной на кресло и задирая голову. -Помоги мне слезть. -Я и не сомневался. Приполз все-таки. -Клянусь, я исчезну после. Но… у меня никого не осталось. Ничего. -Почему бы тебе просто не сторчаться? Светловолосый медленно поднялся и, пошатываясь, поплёлся к выходу. Воспоминания вдруг холодным осколком вонзились в сердце. Он вспомнил, как впервые поцеловал здесь её. Как боялся, что оттолкнет. Как прижался, как раздевал и восхищался фигурой. Как тупо и быстро все просрал. -Я её люблю. Да, это звучит, как бред. Кто я вообще такой, чтобы любить? Я этого не умею. Шатохин заинтересованно посмотрел на собеседника, руки и голос которого уже тряслись из-за ломки и скомканных эмоций. -Я…её… Мы с ней… -Ебались? -Н-нет… ебутся со шлюхами. С такими, как она, занимаются л-любовью.-ему становилось только хуже. Ватные ноги не держат, озноб разливается дрожью по телу. Он падает, не в силах больше держаться за дверной косяк, слыша лишь мутные крики Депо. Противный белый свет и не более приятный больнично-блевотный запах. Полная женщина в белом халате меняет капельницу, одним глазом наблюдая за экраном телефона. Ведет переписку. Быть может, с мужем. Тот написал, что урвал кило бананов по акции. А может, с любовником, который банальными ванильно-сопливыми фразочками пишет, как соскучился. С мужем-бытовуха и дети, с ним-неподдельно нежные чувства. Только вот, кому они такие всрались, если разрушат семью. -Мммм.-сухими губами пробормотал Голубин. -Ой, божечки! -подрываясь с места, женщина бросает телефон в карман и бежит в коридор. Уже через секунду холодный свет заполнил глаза стоящего перед койкой Шатохина, подчеркивая пылающее в них презрение. Через две, светловолосому показалось, что последние пару месяцев его жизни-сон. Что он вот-вот проснется в постели с какой-нибудь размалёванной шмарой, физически страдая от извечного кутежа, что проявляется неебической головной болью. Что та самая девушка с золотисто-русыми волосами, все-таки оказалась шлюхой и успешно отсосала Сименсу, сняв тем самым его стресс и успешно покинув квартиру. Что он не лежит прямо здесь и сейчас, буквально подыхая от героиновой ломки. Ему кажется, что прошла целая вечность и эти люди стоят над его еле живым телом уже много часов. Что за окном ночь сменилась на день и наоборот. А прошло лишь пару секунд. Грозно посмотревший на медсестру Шатохин явно дал той понять, что она в этой ситуации лишняя. -Если я и буду тебе помогать, то об этом больше не узнает никто, ясно? -нависая над кроватью, грозно выпалил Депо. Сименс аж вжался в подушку. -Ты можешь отказаться. -Я уже согласился, уебок.-он поправил пальто и скрылся. С восхищением и гордостью Женя смотрела на Славу, увлеченного готовкой. Потянувшись, она нежно обняла его сзади и припала горячими губами к шее. -Ммм, детка. -Я бы приготовила. -Да ты спи иди, рано еще. Он чувствует ухмылку и медленно разворачивается, сжимая в руках её ягодицы, прикрытые его футболкой. Девушка жадно впивается в сухие губы, что мгновенно краснеют и начинают кровоточить. Слизывая красные капли и смакуя привкус железа, она тянет его за собой в комнату. -Воу, ты этого так хочешь? -охеревая от напора девушки, которая толкнула его на кровать и уселась сверху, поинтересовался Слава. Женя склонилась, щекотя грудь Михайлова волосами и снова страстно целуя. Его руки поглаживают бедра, а ее уже плавно двигаются на вставшем члене. -Мне приснилось…как я трахаюсь…с… -С кем? -эти слова насторожили Морта, он крепче схватил девушку за талию и прошипел: -С кем ты изменяешь мне во сне, сучка? Уложив Женю на кровать, затем, устроившись сверху, он положил горячую руку на внутреннюю часть её бедра и плавно провел вверх, касаясь  мокрых половых губ, а затем и клитора. Девушка застонала и принялась подаваться навстречу пальцам Михайлова, но тот вдруг остановился. -Хочешь? -Х-хочу. Мы два месяца не…аах… Слава, прошу. Не останавливайся. -С кем ты ебалась? -вновь прошептал он, опаляя её ухо горячим дыханием и вновь поглаживая клитор. -С…то-бой…и…аааахх… -И? Кто-то еще? -Кристиан… Грей… -Опля! -одергивая руку, вскрикивает Михайлов. Так значит! Как Кристиан хочешь? Будет тебе, как Кристиан! -он переворачивает девушку на живот, стягивая фуболку и оставляет звонкий шлепок на ягодице. Та вскрикивает и стонет, смеется и сбито дышит. -Достаточно сильно, мисс? -Да… -Господин.-не выдерживая своей серьезности, заливается Михайлов. -Да, господин.-подхватывает его смех Женя. Еще пара шлепков, девушка переворачивается и притягивает Славу к себе. Первый толчок отдался легкой болью, второй-чем-то давно забытым, но невъебенно приятным, третий готов был довести до оргазма. Плотнее прижимаясь к горячему телу любимой, Слава покрывал поцелуями ее шею и грудь,  периодически резко выдыхая ей в губы. Пара минут стонов, одновременное завершение, теплая жидкость внутри. -Ммм, это было…охуенно.-Женя поцеловала Михайлова и устроилась у него на груди. Тот поглаживал ее волосы и пытался отдышаться. -Жень? -М? -А когда вы с Греем там…ну…я что делал? Дрочил? Девушка рассмеялась и поцеловала Морта в живот. -Дурак ты, Михайлов. Я во сне только с тобой ебалась. А Кристиан… Ну надо же мне было сказать, что я пожестче хочу. -Воу, даже так? -с облегчением выдохнул парень. -Испугался? -Ни с кем не собираюсь тебя делить. Ты моя нах.-Он крепко обнял Женю, переплетая пальцы их рук. -Жизнь-это просто куча хуйни, которая просто случается, так сказать. -Пробило на псевдофилософские мысли? -Не, просто знаешь, у меня ощущение прям, что меня наебали. -Ты затрахал, капельницы-обязательное условие для выздоровления! -возмущался Депо, устанавливая систему Голубину, развалившемуся на диване. -Так я и говорю! Наеб какой-то! -Заткнись нахуй. И не шевелись. В вену не попадаю. -Знакомо бля. Внезапный звонок в дверь заставил Шатохина знатно трясануться и все-таки отложить это занятие до лучших времен. Вот уже две недели Голубин живет у него, тщательно скрываясь от остальных. По старой и давно отработанной схеме, Сименс запрыгивает в шкаф. Шатохин, все еще не переставая удивляться распиздяйству бывшего друга, хватает с дивана его толстовку и агрессивно кидает тому в лицо. А звонки становились все чаще и доёбистее. Стиль узнаваем и индивидуален: Михайлов. -Затрахал звонок ебать. -Затрахал жопу по часу вытирать.-бесцеремонно вторгается, отодвигая Депо рукой. Тот непонимающе посмотрел на парня. -Жопу вытирать? -Других объяснений тому, что я три минуты стоял под дверью, я не нахожу! -Что-то случилось? -Случилось, Депо, случилось! -И, судя по твоей пидорской лыбе, что-то очень хорошее! -Мы с Женей. Трахались. Утром. У сидящего в шкафу Голубина сжалось внутри. Списать на недостаток воздуха в пыльной коробке не получалось, слова Морта вызывали неприятные ощущения. -Воооу.-С неподдельным интересом завопил Шатохин и уселся рядом.-Она отошла? Уже? -Сам охуел. Но это было так…-мечтательно задумался Морт.-Так… Но все в жизни решает хуйня поносная. Именно поэтому, очередная ебучая пылинка, пролетающая над Голубиным, кажется, решила его судьбу. Или нет. Так или иначе, чихающий Сименс куборем выкатился из шкафа, наблюдая за охреневающим взгядом Михайлова и глазами Шатохина, в которых читалось:"Ебаный твой рот, блять. Ну как так можно, обсос ссаный?» Потирая место ушиба и делая вид, будто видит все это в первый раз и вообще не понимает, как тут оказался, Голубин смотрел на охуевающих зрителей и наливающиеся яростью глаза Морта. -Привет, ребят. -Здарова, педик.