Ловец мудрости

От переводчика: Мысли героев в этой главе будут написаны жирным курсивом, а видения и прочие акценты по тексту – обычным курсивом. От автора: И вновь, извините за задержку. Я ценю ваше терпение и постоянную поддержку. Мой совет: не идите учиться. Я очень люблю учебу, но она занимает так много времени. Для тех из вас, кто не помнит, что, черт возьми, происходит, вот краткий пересказ: Каллены пытаются выяснить, от кого идет утечка информации в Министерстве. Эдвард начал подозревать волшебника по имени Яго Каллидон / Сейбер, после того как стал свидетелем, что этот человек вошел незваным гостем в дом Элфи Трумэна. Элфи Трумэн, аврор и претендент на роль главы Аврората, как позже выяснилось, был под воздействием сильного заклинания Конфундус, которое повлияло на его общее поведение. Когда Каллен столкнулся с Сейбером, подозревая, что он был тем магом, который напал на Беллу во время бала-маскарада на Хэллоуин, он понял, что его запах не совпадает. Злоумышленник пах корицей; Сейбер же пах лимонником и чесноком. Перед отъездом студентов на пасхальные каникулы в последней главе, Калленам стало известно о зелье, которое позволяет людям искажать свой естественный аромат. Запах чеснока всегда окружает человека, который выпил такое зелье. А теперь, в следующей главе…

Глава 28. Откровения

EPOV Я так и знал! Я знал, что это был он! Это был его запах с самого начала, но никто не слушал меня. Я был сердит. Разъярен. Не было слова достаточно подходящего, чтобы передать, как сильно я желал смерти этой убогой пародии на человеческое существо. Коварный поддонок не заслуживал воздуха, которым он дышал. - Черт побери, - прорычал Эммет. В его мыслях я мог слышать одну за другой волны накатывающегося гнева. Он ненавидел то, что еще одному человеку удалось обмануть нас, особенно после неприятностей с Ромильдой Вейн. Снова! Сначала идиотская девчонка, теперь это! - Мы уверены, что это он? – осторожно произнес Джаспер, ощущая шквал напряженности и гнева. Мои глаза выпучились, не веря, что мой брат идет на попятную. – Возможно, я должен перефразировать. Сейбер причастен; это само собой разумеющееся. Но можем ли мы утверждать, что он – это злоумышленник с маскарада? - Есть только один способ узнать, - усмехнулся Эммет. Его взгляд, хоть и горящий, не был сфокусирован, когда он посмотрел в направлении массивных арочных окон над главным столом в передней части Большого зала. Когда он потирал свои руки в предвкушении, он представлял сражение с аврором-предателем, как схватку с горным львом. С другой стороны, Белла стояла с широко раскрытыми глазами, ее сердце дико билось, как у паникующей лани. Рядом с ней находилась Элис со стеклянным взглядом, наблюдая за темнеющим в безвестности будущим. Я был убежден, вне всякого сомнения, что причиной ее внезапной слепоты являлось то, что все мы скоро столкнемся с тем же домовым эльфом, что помог напавшему на Беллу сбежать из замка на Хэллоуин. Домашние эльфы были еще одним из многих видов, которые блокировали видение моей сестры. - Какой у нас план? – спросил Гарри, внезапно давая о себе знать. Неужели он думал, что присоединится? Вообще кто-то из людей? Придется быть настороже. Если мы схватим его на его же территории, тогда… - Вы не пойдете с нами, - выпалил я. Взгляд неповиновения тут же появился на лицах Гарри, Рона и Беллы, и я сразу пожалел о своем взрыве. - Я поддерживаю это, - произнес Эммет. Белла практически зарычала на него, в результате чего крошечная улыбка появилась в уголках его губ. – Прости, Беллз. - Я думала, что из всех людей, ты поддержишь! Мой брат пожал плечами. – Итак, уже семеро против одного. Даже восемь, если считать Министра. Какой смысл в вашем присутствии? Не похоже, что там будет много народа, что бы вам было чем заняться. Кроме того, твое нахождение подтолкнуло бы Эдварда к краю. – Все взгляды обратились в мою сторону. Я посмотрел на Эммета, который, кажется, нашел некоторое веселье от моего дискомфорта. – Не то, чтобы была большая проблема, но я не думаю, что убийство подозреваемого раньше, чем у нас появится шанс его допросить, будет хорошей идеей. Люди переглянулись, когда оценили свои возможности. Рон пожал плечами, приняв поражение. Гарри и Белла выглядели менее счастливыми, и я мог сказать по их хмурым взглядам, что они оба хотели протестовать. Так или иначе, я должен был найти способ убедить красивую ведьму остаться. Я был обеспокоен, что она последует за нами, в противном случае. Она скрестила руки на груди, выгнув бровь. В зале было очень тихо, когда я искал, что сказать. Помимо моей семьи и наших ближайших человеческих союзников, он был безлюден. Даже на портрете в передней части комнаты никого не было; Дамблдор, как обычно, был в кабинете директора. - Пожалуйста, Белла, - пробормотал я. – Останься здесь. Останься в Хогвартсе. Пожалуйста. Ради меня. - Нет. - Белла, как ты ожидаешь, что… - Я не останусь здесь, Эдвард, и точка, - возразила она. – Помнишь, что сказала Чиёко? Провидица? А она здесь, каким боком? Я чувствовал, как мои брови сошлись вместе, в смятении. Белла закатила глаза. - Она сказала мне не тратить все мое время в Хогвартсе. Нахождение здесь не поможет разоблачить утечку в Министерстве. Мы уже знаем, кто из них крот. Нет никаких причин, почему я не должна идти с вами. - Пф! – фыркнула Элис, вознося руки к небу. – Она просто старая мошенница, Белла. Ничего более. Ты должна послушать Эдварда. – Моя сестра горящим взглядом окинула группу. Думаю, она ожидала, что все поддержат ее, особенно ее муж. Джаспер, на удивление, был единственным, кто избегал ее взгляда. Я, как и Эммет, оставался безучастным. После нашей встречи со сфинксом, братья и я знали, что была кое-какая правда в предсказаниях провидицы. Но не означало ли это, что мы действительно должны следовать ее инструкциям слово в слово? - Я с Беллой, - провозгласил Джаспер, глядя на мою невесту, в результате чего улыбки появились на лицах союзников. От его слов я запрокинул свою голову и застонал, а рот Элис приоткрылся с характерным звуком. Она воззрилась на Джаспера так, словно он только что ударил ее по лицу. О, мой Бог! Он на самом деле верит в это дерьмо? Конечно же! В то время как Джаспер ощущал шок и гнев своей жены, он не мог понять точную причину. Прежде чем он успел остановить ее, вампир с чернильными волосами развернулась на пятках, ее руки были плотно обернуты вокруг ее груди, а плечи слегка опущены, когда она ушла. - Я пойду и сообщу Карлайлу и Эсми, - произнесла она, даже не обернувшись. Джаспер сразу же бросился следом за ней, но не схватил ее за руку, чтобы остановить, пока они не оказались в вестибюле, где они, по крайней мере, были вне поля зрения. В секунду, что его пальцы сомкнулись вокруг ее запястья, новое видение появилось в голове моей сестры. Картинки мелькали в моем сознании, как кадры фильма. Я затаил дыхание, надеясь на что-нибудь полезное, но видение, как оказалось, не имело абсолютно никакого отношения к главной проблеме. Джаспер развернул жену к себе лицом. Я вздрогнул от взгляда, которым его одарили, Элис и Джаспер редко ссорились, но когда они это делали, я всегда боялся за объект, на который будет направлен гнев гипер убийственной пикси. Но уж лучше на него, чем на меня. - Что случилось? - Ничего! – прорычала Элис. - Не начинай это. Ты знаешь, что я всегда могу определить. Я чувствую это. – Джаспер указал пальцем на ее блестящие, черные, тонкие каблуки. – Кроме того, твои Джимми Чу издают гневные звуки. - Так ты теперь эксперт по моей обуви? – Элис открыла ответный огонь, хотя ее голос был заметно мягче. Джаспер действительно знал, как играть с ней. Он ухмыльнулся и кивнул. - Я жил с вами достаточно долго, не так ли? Я приобрел огромное уважение к вашей обуви, мадам. – Элис хихикнула, когда Джаспер шагнул ближе к ней. – По этой причине, я теперь считаю себя хорошо разбирающимся в Чу. – Погружаясь носом в изгиб воротника своей жены, он ближе подтолкнул ее тело к своему и, наконец, пробормотал: - Итак… скажи мне, что тебя расстроило? Моя сестра нервно закусила губу. – Я… Я полагаю, я просто… - Разочарована. - Ну, конечно, ты уже знаешь это. Джаспер кивнул. – Я не знаю, почему. Элис закрыла глаза и вздохнула, прежде чем аккуратно положила свою голову на грудь мужа. – Меня расстраивает, что я не могу видеть, особенно когда некоторые люди утверждают, что знают все, что должно произойти. Я чувствую себя абсолютно бесполезной, и ничуть не помогает, что в настоящее время все, кажется, доверяют суждению обыкновенной прорицательницы, нежели мне. На мгновение Джаспер сделал паузу, его взгляд никуда не перемещался; а затем он, наконец, улыбнулся и прижался губами к уху жены. – Элис, сколько раз ты спасала нас? – Он не дал ей времени, чтобы ответить, прежде чем продолжил: - Ты являешься неотъемлемой частью безопасности этой семьи. Нас бы задолго до сегодняшнего дня не стало, если бы не ты, в том числе и Беллы. Конечно, мы доверяем твоим суждениям. Я, конечно же, доверяю тебе… свою жизнь. И так просто видение закончилось. Меня всегда удивляло, как много могла увидеть Элис в течение трех секунд. Как бы я ненавидел это признавать, но полагаю, это и было тем, что роднило ее с Аро: она видела так много за такой короткий промежуток времени. Джаспер развернул жену к себе лицом. Враждебность не наполняла ее взор, как это было в видении; удивление заменило это. Как пуля, Элис бросилась на эмпата. - Что… - О, Джаз, ты всегда точно знаешь, что сказать! - Но я… - Элис сразу заглушила его слова страстным поцелуем. Джаспер моргнул удивленно. Когда его крошечная любимая, наконец, отстранилась, он покачал головой и улыбнулся. – Я никогда не пойму тебя, женщина. Рядом со мной закашляла Розали. – Гм, можем мы вернуться к повестке дня, пожалуйста? Люди растерянно оглянулись. Они не слышали обмена любезностями в вестибюле, поэтому они не понимали нетерпение Розали. - Встретимся в кабинете, - провозгласила Элис, высовывая голову из-за угла. – Джаз и я пойдем оповестить маму и папу. Как только они ушли, я с опаской взглянул на Беллу. Раздражение блеснуло в ее глазах, когда она вернула мой взгляд. Я почувствовал знакомое ощущение, как был втянут в ее сознание, когда ее щит опустился. Ты с ума сошел, если думаешь, что сможешь держать меня подальше от этого. Я вздохнул. Великолепно. Только я собирался открыть рот, чтобы возразить, яркая вспышка красивого, серебристого света пронеслась мимо двери в Большой зал. Кошачий патронус был узнаваем сразу. Я видел его раньше. Он пролетел плавно по воздуху, остановившись только тогда, когда он оказался непосредственно перед взором Рона и Джинни. - Ваша мама ждет вас в моем кабинете, - произнес голос МакГонагалл. – Пожалуйста, приходите немедленно. Пароль «Гордость Портри». Святящаяся кошка внезапно рассеялась, оставляя после себя ничего, кроме путаницы. Рон обменялся нервным взглядом со своей сестрой, а потом с Беллой. Она была очень близка с семьей Уизли, благодаря дружбе с Фредом и Джорджем, которые приглашали ее к себе домой на время летних каникул в ее юные годы. Она сильно переживала о миссис Уизли, вероятно, поэтому она, в конечном счете, последовала за другими, оставляя меня с Эмметом и Розали. Часть меня хотела бежать за ней, но я колебался. Мысли миссис Уизли были в хаосе. В ее голове кружились горе, спутанное сознание и полное отчаяние. Через глаза МакГонагалл я видел, что женщина упала в кресло напротив большого стола директора. Вокруг ее глаз были темные тени, ее скулы резко выделялись, как будто ее кожа слишком сильно обтянула кости. Никакое подобие живого цвета не окрашивало ее кожу. Даже ее волосы потеряли свою яркость, теперь в них частично была заметно седина. Ведьма потеряла свой пыл; продолжающиеся неприятности подорвали его, да так, что она, кажется, была в опасности стать чем-то меньшим, нежели человеком, тенью себя прежней – просто призраком. Эммет бросил мне выжидающий взгляд, но я не собирался объяснять затруднительное положение миссис Уизли. Это была не моя задача, с одной стороны; а во-вторых, у меня не было времени, чтобы тратить его на это. Здесь была прекрасная возможность, и я намеревался использовать это. BPOV Мои мышцы горели, пока я заставляла себя продолжать бежать. Полет до парадной лестнице и подъем на верхний уровень действительно вымотал меня, тем не менее, я продолжала двигаться, не обращая внимания на огонь в моих протестующих конечностях. Наконец, мы остановились перед статуей, закрывающей проход в кабинет. Я должна была опереться руками на свои колени, в то время как мои измученные легкие вдыхали достаточное количество кислорода. Когда Рон обиженно прохрипел пароль, выглядя, словно ему насильно скормили что-то отвратительное (например, Бобы Берти Боттс всех вкусов), я фыркнула рефлекторно. Гордость Портри? В самом деле? Я не могла сказать, что была впечатлена выбором директора квиддичной команды. С другой стороны, полагаю, это было не так уж удивительно, что женщина с шотландским происхождением будет поддерживать шотландскую команду. Тем не менее, я возражала. Миссис Уизли выглядела разбитой, когда мы ворвались в офис. Джинни была первой, кто подбежал к плачущей ведьме, а вскоре последовали Гермиона и я. Рон похлопал свою маму по плечу, а Гарри продолжал внимательно посматривать, надев хмурую маску из сочувствия и заботы. Профессор МакГонагалл, тем временем, выглядела слегка недовольной, ее жесткий взгляд зеленых глаз выражал неодобрение, когда она заметила Гарри, Гермиону и меня. Я вдруг вспомнила, что нас не приглашали. - Что случилось, мама? – спросила Джинни. Миссис Уизли рыдала у нее на плече, прежде чем высморкалась в сиреневый платок. - Это т-т-твой отец, - плакала она. – В-вчера вечером он… он покинул д-дом, но он не в-вернулся обратно. Он д-долго не возвращался. Это все эти проблемы в Министерстве. О-он не мог их вынести больше. Я едва заметила тот факт, что терзала свою нижнюю губу. Я заставила себя остановиться, когда почувствовала слабый запах крови. В своем нервном состоянии я оцарапала зубами нежную кожу так, что содрала частично тонкий слой. Нехорошо, когда ты проводишь половину своего времени с вампирами. Вместе с моими человеческими друзьями я стояла в тишине. Никто не знал точно, что сказать, но атмосфера гудела от нашей тихой тревоги. Гермиона неловко переступила с ноги на ногу и протянула руку, чтобы переплести свои пальцы с пальцами Рона. Его челюсть была напряжена, а выше у виска было заметно вену, которая пульсировала от силы его гнева. Он не винил своего отца, он просто был разочарован ситуацией в целом. Как и остальные из нас, он в полной мере осознавал, что Пожиратели Смерти были корнем каждой плохой вещи, что произошли с его семьей в течение последнего года. - Профессор, - произнес он, сохраняя спокойное выражение лица, - могу я получить разрешение на выезд из школы? Директор ответила быстрым кивком. – Как только это случилось, я предполагала, что вы и ваша сестра вернетесь в Нору со своей мамой. Ваш отец все еще может находиться в округе, мы найдем его раньше с большим количеством людей в поисковой группе. - Мы? - Да, мы. Я тоже помогу с поисками. – Заявление МакГонагалл встретило легкое сопение от рыдающей миссис Уизли. У нее была точка зрения – чем больше, тем лучше – и, на самом деле, что еще мне оставалось делать? Как бы я не хотела присоединиться к избиению Сейбера, пахнущего чесноком мошенника, я знала, в сердце, что они не нуждаются в моей помощи, чтобы схватить его. Семь вампиров против одного ничего неподозревающего мага наверняка справятся. У него нет шансов. Уизли, с другой стороны, необходима вся поддержка, что они могли получить. Моя рука покинула плечо Молли, когда я подошла на шаг ближе к директору, сознательно не пасуя под ее пристальным взглядом. - Мисс Свон? - Я тоже пойду. – Я не ожидала, что она вынесет мгновенное решение, являясь сторонником благоразумия и установленных порядков, которых она обычно придерживалась. По данному же вопросу, однако, уголки ее губ дернулись, и она кивнула в знак согласия. - Конечно. Гарри и Гермиона последовали моему примеру, так же пообещав помочь в поиске пропавшего Артура Уизли. - Не смотрите так удивленно, мисс Свон, - пошутила МакГонагалл, когда я продолжила смотреть на нее удивленным выражением лица. – Вы взрослый человек, не так ли? Вы можете поступать, как вам нравится, и у меня нет никакого желания уговаривать вас остаться в Хогвартсе, когда ваши намерения совпадают с моими собственными. – Она закатила глаза и покачала головой. – Это было бы контрпродуктивно. Ведьма выглядела абсолютно невозмутимой, когда дверь в ее кабинет вдруг распахнулась, портреты загремели на стенах, когда отряд учителей переступил через порог. Мадам Хуч шла во главе, одетая в развевающуюся изумрудную мантию, ее ястребиные глаза мерцали с нетерпением за стеклами больших прозрачных защитных очков. Как и многие из других, она с гордостью несла свою метлу, ожидая команды МакГонагалл. - Хорошо, вы все здесь. Сивилла? - Да, Минерва? – ответила склонная к неврозам учительница по гаданию. - Я хотела, чтобы вы остались здесь с Фиренцем. Мы не можем оставить замок без присмотра, независимо от текущей ситуации. - Конечно, директор. - Остальные из вас будут сопровождать меня в Нору. Вместе мы осмотрим Оттери-Сент-Кэчпоул и его окрестности на наличие следов мистера Уизли. Если кто-то из вас найдет возможные подсказки во время поисков, отправьте патронуса с сообщением о вашем местоположении. Итак, запомните, что неподалеку будут магглы. Не выделяйтесь. Последнее, что нам нужно прямо сейчас, привлекать излишнее внимание. Смесь тревоги и ожидания повисла в атмосфере, пока предупрежденный персонал впитывал строгие инструкции профессора МакГонагалл. Власть сквозила в каждом ее слове, и это было видно в ее жесткой осанке и напряженной челюсти. - Есть вопросы? – наконец спросил она. Все учителя покачали головами. Почти каждый преподаватель, работающий в Хогвартсе, был наготове: профессор Фулплум стояла рядом с суровым учителем по ЗОТИ, профессором Мартином. Последний принес метлу, но я уже знала, что учительнице по трансфигурации не нужны никакие вспомогательные средства, способные помочь ей взмыть в небо. Хагрид стоял слева от них, держа на поводке своего слюнявого бладхаунда, Клыка, который сидел на полу, тяжело дыша и пуская слюни, к большому недовольству хмурого Финеаса Найджелуса. Кроме этого, присутствовали профессор Флитвик, профессор Стебель, преподаватель древних рун профессор Баблинг, преподаватель астрономии профессор Синитра, профессор Слизнорт и преподаватель полетов профессор Вектор. Я уже не была особо удивлена, что МакГонагалл была готова пойти так далеко, чтобы найти Уизли. Как член Ордена Феникса, он продемонстрировал максимальную лояльность в борьбе против темных магов. Это, в сочетании с его сильной заботой о магглах, естественно, заслужило уважение этих ведьм и колдунов, которые отвергли отвратительную точку зрения Воландеморта – точку зрения, которая бы ввергла членов не магического сообщества в рабство, если бы тиран прожил достаточно долго, чтобы воплотить этот план в жизнь. И таким образом, преисполненные решимости, обитатели кабинета двинулись к директорскому камину, образуя упорядоченную очередь, чтобы в свое время войти в каминную сеть. Миссис Уизли проявила чуть больше надежды, когда ее слезящиеся глаза посмотрели на ряд людей, которые пришли, чтобы поддержать ее семью. Я, тем временем, решила отправить сообщение своему жениху, но у меня было предчувствие, что опустить щит, чтобы сделать это, будет недостаточно. Он не последовал за мной и моими друзьями до офиса, и если я знала Эдварда, он воспользовался отвлечением, предоставленным нынешним кризисом, чтобы сбежать из замка без меня. Что делать, если я неправа? – подумала я вдруг. - Что делать, если с ним что-нибудь случится во время его миссии? - Первые искры паники зародились во мне, и мое сердце быстро забилось. - Белла? – обратилась Гермиона, когда я нерешительно замерла перед камином. Гарри только что исчез перед моими глазами, поглощенный зеленым пламенем. Я была следующей в очереди, но обнаружила, что отступила в сторону прежде, чем повернулась к своей подруге, которая смотрела на меня с приподнятыми бровями. - Есть кое-что, что мне нужно сделать в первую очередь. Идите вперед. Я присоединюсь к вам, как только смогу. – И с этим я вылетела из офиса, оставив других позади, произносить их протесты. Не заняло много времени, чтобы достичь моей спальни. Маслянистые лучи солнца проникали сквозь окно, отражаясь от прибора, расположенного на моем ночном столике. Я направилась к шпионскому зеркалу и сразу схватила его. Я должна была носить его с собой, куда бы я ни пошла, но Эдвард и я были вместе так часто в последнее время, что оно было полезно только ночью, когда я должна была уходить в свою спальню, место, куда вход был строго закрыт для мужчин. В Форксе Эдвард настолько привык подсматривать за моим сном, что, несмотря на его понимание и принятие правил, он постоянно сильно негодовал из-за них. Шпионское устройство при таких условиях было почти идеальным решением данной проблемы. - Энгорджио, - произнесла я, направляя палочку на зеркало. Маленькое серебряное устройство мгновенно увеличилось в моей ладони. После возвращения тисовой палочки обратно в карман я вцепилась в зеркало обеими руками и уставилась в стекло. - Эдвард? Прошло всего лишь мгновение, прежде чем я получила ответ. Лицо Эдварда появилось в поле зрения, когда он открыл шпионский браслет. - Белла, ты в порядке? – быстро спросил он, встревоженный моим звонком. Я улыбнулась и кивнула, довольная, когда паника исчезла из выражения на его лице. - Я в полном порядке. Я просто хотела, чтобы ты знал, что я собираюсь в Нору, чтобы помочь остальным найти мистера Уизли. Эдвард кивнул. – Элис сообщила уже. Мы в Министерстве. Мы заручились поддержкой министра. Он и Брон идут с нами, чтобы схватить Сейбера. Мы вот-вот отправимся. - Ну, если вам что-нибудь понадобится, дай мне знать, хорошо? От моих слов нежная улыбка появилась на лице вампира. Поверх его плеча я увидела Эммета, который нетерпеливо переступал с ноги на ногу. - Бро, может, мы уже пойдем? Я умираю, как хочу каких-нибудь действий! – Кое-как я уговорила себя не закатывать глаза. - Увидимся позже, - быстро произнесла я. – Будь осторожен. - Ты тоже, - напутствовал Эдвард. В спешке он сказал мне, что любит меня, на что я ответила то же самое, а потом наш диалог подошел к концу, когда он закрыл металлическую крышку, оставив меня наедине с собственным отражением. После возвращения зеркалу вновь нормального размера, я положила его в карман и покинула спальню. Мое путешествие обратно в кабинет МакГонагалл было прервано Виолой и Амикусом, которые задержали меня в общей гостиной, отчаянно желая поделиться своим рассказом о шалости, что они недавно провернули со злым слизеринцем с пятого курса. С большим сожалением, я сообщила им, что подробный отчет придется отложить. Это, конечно же, сразу привело их в полную боевую готовность. Какой гриффиндорец упустил бы возможность послушать подобную историю? - Должно быть, какие-то проблемы, - сообщил Амикус Виоле, когда они последовали за мной по лестнице. – Что случилось, Белла? - Ничего, что касалось бы вас, - ответила я, защищаясь, не желая вовлекать своих молодых товарищей по команде. Несмотря на мои усилия, они следовали за мной всю дорогу до седьмого этажа, остановившись только тогда, когда поняли, что мои дела привели меня к каменной горгульи, охраняющей вход в кабинет МакГонагалл. Я вздохнула с облегчением, когда оставила их позади, радуясь, что мне не пришлось использовать магию против своих друзей. Офис был безлюден, когда я вошла во второй раз. Все они исчезли в камине и уже приступили к поискам мистера Уизли. Не колеблясь ни секунды, я потянулась к золотому сосуду, расположенному на дубовой каминной полке, где хранился изумрудный порошок. Кабинет и все яркие предметы в нем исчезли из поля зрения, когда меня затянуло в радужный вихрь. Не заняло много времени, чтобы добраться до дома Уизли; я прибыла за считанные секунды и очутилась в пустынной гостиной, слегка дезориентированная и покрытая с ног до головы сажей. Я могла бы даже попробовать ее на вкус и чувствовала ее на задней стенке своего горла. Под гадким привкусом чувствовалась металлическая резкость. Я закашляла в попытке очистить мои дыхательные пути, прежде чем использовала палочку, чтобы убрать следы сажи, испачкавшей мое лицо. - Думаю, я использовала слишком много, - произнесла я, ни к кому, в частности, не обращаясь. В комнате, как обычно, потертая, но невзрачная мебель прекрасно дополняла эклектичный стиль и любовь к теплым тонам миссис Уизли. Тривиальный уют увеличил мое нежелание уходить, и в результате глубокого вдоха я вдруг резко столкнулась с приятными воспоминаниями. Там, в доме Уизли, мои воспоминания о близнецах были четче, чем когда-либо. На одном из подлокотников дивана было пятно выжженной ткани, куда Перси случайно опрокинул керосиновую лампу после нападения Фреда и Джорджа. Еще когда «Всевозможные Вредилки» были лишь мечтой, близнецы проводили продолжительные летние каникулы, используя своего не склонного к подобному брата как морскую свинку для различных изобретений. Без ведома Перси, они тайком подложили магически замаскированную подушку-перделку на его любимое кресло, поэтому, когда ничего не подозревающий маг, наконец, сел, в комнате эхом раздался громкий пукающий звук. К сожалению, для Перси, его братья-кролики были очень, очень изобретательны и добавили внутрь подушки навозного порошка. После появления неприятного красновато-коричневого облака, их смущенная жертва бросилась через комнату с намерением задушить ужасную парочку. Миссис Уизли впоследствии прогнала своих сыновей в их логово, где мы провели следующие полчаса, катаясь по полу, воя, как стая волков. Старинные дедушкины часы быстро положили конец воспоминаниям. Их стрелки обеспечили связь с напоминанием о нынешнем кризисе. Сила наполнила мои ноги, когда я повернулась и ринулась к двери. Я только переступила через порог, когда львица вырвалась на поверхность, рожденная естественным инстинктом защиты. Я могла только надеяться, что стрелка с именем мистера Уизли не будет указывать на «потерян» долгое время. Львица POV Запахи везде. Так много: сочные, чистые, мерзкие и сладкие. Вдохнула, и они преобразились: сочная трава, речная вода, пыльца, водоросли, мох и плоть. Аппетитная плоть. Кровавая. Живая. Далеко в небе летали люди, как большие, вкусные птицы. Джордж был среди них. Я могла увидеть каждую черточку на его лице – одно из преимуществ животного зрения. Хагрид тащился на север с Клыком. Было бы неправильно съесть собаку – естественного врага кошки? Конечно, нет. Мои внутренности громко заворчали. Да, я знаю. Голодная и раздраженная я побрела к ближайшему сараю и хорошо обнюхала дверь, потом облизала ее для пущего эффекта. Дубовый аромат с намеком на человеческий запах. Как хорошее вино. Толкнула дверь лбом, но она не сдвинулась с места. Я посмотрела на свои лапы и возмутилась тем, что у меня нет больших пальцев. Злая сейчас, я врезалась в хрупкое дерево. Оказывается, хрупкому дереву и ржавым петлям не нравится четырехсот фунтовая большая кошка. <п/п: 400 фунта = 181,4 кг> Дверь распахнулась, чтобы явить еще больше ароматов. Едкие запахи атаковали мое обоняние: химикаты, металл и дерево. Под ними был какой-то гораздо слаще запах – тот же запах, что был на двери. Контрастнее, однако. Укрытие сарая сохранил его, защитил от атмосферных воздействий. Мистер Уизли. Мне понравилось, как он пах. Очень понравилось. Его запах был везде – на каждом гаджете и на любой поверхности. Облизав свои губы, я повернулась спиной к двери. Найти мистера Уизли. Не должна съесть его, хоть он действительно вкусно пахнет. Спасти его. Да. Уловила след недалеко за парадными воротами. Слабый, но не оставляющий сомнений. Я покружила минуту, или около того, просто чтобы убедиться, что я нашла правильное направление, затем ринулась на север в сторону леса, сквозь дикие травы, цепляясь за крапиву. Я двигалась все быстрее и быстрее, набирая скорость с каждой секундой, порывы ветра хлестали по моему лицу, моим лапам, моему вздымающемуся телу. Клык взвизгнул, когда я обогнала его, а Хагрид подскочил. - Черт возьми, Белла! Ты пыталась довести меня до сердечного приступа? - Его голос стал затихать, когда я вырвалась вперед. Пожалуй, хорошей вещью было то, что он не мог не отстать. Я напугала Клыка. Резко остановилась у кромки леса. Осторожно просканировала область на наличие признаков опасности, но увидела только копошащихся насекомых, настороженных птиц и скачущих млекопитающих. Подумала съесть белку в один момент, но решила не делать этого. Большеухие хомяки, вероятно, не являются хорошим блюдом. Запах, учуянный ранее, все еще присутствовал – мистер Уизли был здесь. Не смогла найти причин, что препятствовали бы моей охоте, и поэтому продолжила, избегая колючих веток и кустов, но все еще держа продуктивный темп – примерно пятнадцать миль в час. [п/п: 24 км/ч] Я могла бы двигаться в два раза быстрее, но не хотела выбиться из сил прежде. Подошла к неглубокому пруду, чтобы попить, после семи миль бега. Я уже находилась здесь в течение часа, и во рту у меня было, как в сауне, горячо и сухо. Кроме того, я почувствовала себя довольно хорошо. Лучше, чем хорошо. Живой. Сильной. Бодрой. Один или два раза я думала, что слышала голос Эдварда. На самом деле, я была уверена в этом. Не была уверена, что это значит, но мне понравилось. Мой хвост качнулся из стороны в сторону. Да, обожаю его голос. Хороший. Слушала его, пока пила. Вода в пруду была стоячей, но прохладной. Бодрящей даже. Заставила меня хотеть идти вперед. Охваченная нетерпением вернуться на тропу, я вновь готова была идти по следу. Внезапно я уловила аромат чего-то прекрасного. Рев вырвался из моей груди, когда я бросилась вперед, возбужденная запахом. Кровь! Вкусная, притягательная кровь! Мой желудок – мой громко урчащий желудок – был пуст. Мне необходимо мясо. Я могла чувствовать запах мяса. Все для меня. Я летела, как молния, через лес, дикая и сумасшедшая. …На одно мгновение человечность вышла на передний план моего сознания. Я чувствовала, что мои умственные способности возвращаются назад с прежней силой, не на столь долгое время, конечно, чтобы позволить мне перевоплотиться обратно, но я вспомнила, что было бы непростительно полакомиться мистером Уизли. Он – это не вырезка бифштекса, а я – не убийца. Я была ведьмой на миссии – миссии, чтобы найти отца любимых друзей. Люди зависели от меня. Если я потеряю это… но это не то, о чем стоит задумываться. Львица в очередной раз встала во главу, с обновленным желанием найти и спасти… Остановилась у подножия скалистого склона, что возвышался сразу за лесом. Заметила красное пятно на остром крае большого камня в нескольких футах впереди. Наклонила голову, чтобы понюхать. Определенно запах мистера Уизли. Он, должно быть, споткнулся. Рассматривала каменный склон на несколько секунд дольше. Чего ради? В семи милях от дома и до сих пор удаляюсь. Но куда? Оттолкнулась от земли, мышцы двигали меня все дальше и дальше. Три вещи заставляли меня бежать быстрее, чем когда-либо: раздражение – не знаю, что делать, - беспокойство о мистере Уизли и неуемное желание пообедать. Только бы найти его. Только бы найти его в ближайшее время. Это или чувство голода. Пятнадцать миль в час превратились в двадцать, двадцать миль в час – в двадцать пять, а потом в тридцать. Запахи в носу, путь впереди, корни деревьев, исчезающие подо мной, сами деревья – как в тумане. Все быстрее и быстрее, миля за милей! Не могу сказать, как далеко я забралась, когда аромат стал насыщенней, взрываясь в моей голове. Все потребовало более пристального внимания. Запахи. Окружающая обстановка. Звуки. Я могла услышать свое сердцебиение, пульсирующее. Глухое. Карьер. Пыльный. Опасный. Мои чувства говорили мне, что мистер Уизли был неподалеку. Запах был свежим. Он был здесь недавно. Шерсть встала дыбом, я медленно продвигалась дальше по карьеру, прошла мимо валуна и отвесного края скалы. Посмотрела вперед и увидела чьи-то ноги. Сломанные устройства. Нет. Чьи-то ноги. Я смогла услышать дыхание. Он был жив. BPOV Испытав волнение от своей находки, я вернулась в человеческую форму. Мистер Уизли лежал на земле, как тряпичная кукла, его ноги выглядывали из-за пыльной насыпи. Я бросилась вперед так быстро, как мои ограниченные человеческие мышцы могли нести меня, припав к земле, когда достигла бессознательного мага. После проведения быстрого осмотра, я предположила, что мистер Уизли будет в порядке, как только он выпьет воды и хорошенько поест. На его колене были следы крови, где он ударился им об камень, и, судя по его губам, я догадалась, что он немного обезвожен. Кроме нескольких поверхностных царапин, ничего серьезного с ним не произошло. Поскорее достав волшебную палочку, я наколдовала кубок и зачерпнула свежей воды из ближайшего ручья. Поддерживая голову мистера Уизли, я осторожно влила жидкость ему в рот. - Мистер Уизли? – нежно произнесла я. – Вы меня слышите? Это Белла… Мистер Уизли? Проходили секунды, а я не получала ответа. Я торопливо направила палочку в небо. Яркая красная вспышка взмыла в воздух, оставив сердитый шрам на голубом фоне. Будем надеяться, что кто-нибудь увидит это и предупредит остальных. Теперь, когда я знала, что мистер Уизли был в безопасности, я погрузилась в спокойные размышления. Что могло подвигнуть вполне разумного человека покинуть семью без предупреждения – уйти в пустыню с небольшим запасом еды и сотовым телефоном? После обыска рюкзака, который был небрежно брошен в стороне, я поняла, что мистер Уизли ушел из дома без намерения быстро вернуться. Никто не покидает дом, взяв более пяти банок бобов и буханку хлеба, если они планируют вернуться до наступления сумерек, и поэтому я должна была задаться вопросом… что могло мотивировать подобную экскурсию? - Белла? Рюкзак выскользнул из моих рук, и я развернулась. Конечно же, мужчина уже сидел, его налитые кровью глаза смотрели мне в лицо. - Сэр? Колдун осмотрелся вокруг. Он почти удивился, обнаружив себя здесь. Наконец, его взгляд снова нашел меня. Кое-что в том, как он смотрел на меня, доставляло неудобство, в результате чего я отвела свой взгляд. Рука мистера Уизли дернулась к его мобильному телефону. Я подавила смешок. Возможно, он боялся, что потерял его, но, на самом деле, кто именно позвонит волшебнику? Телекоммуникации точно не были распространены в волшебном мире. - Что ты здесь делаешь? – потребовал он. Я вздрогнула от гнева в его голосе. – Ты не должна быть здесь! - Я… - Прочь! – воскликнул он, вскакивая на ноги. Инстинктивно я отшатнулась. Мужчина выглядел сумасшедшим. Глаза у него были дикие, а его рот искривлен в обозленном рычании. Не говоря ни слова, он наклонился, чтобы схватить свой серебряный плоский телефон, обращаясь с ним, что можно было охарактеризовать только как преданно, ревностно. Маг вдруг отвернулся от меня, его внимание сейчас было приковано к телефону. Я, тем временем, нервно сжала свою волшебную палочку. В то время как он продолжал гладить маленькие прямоугольные кнопки, я воспользовалась возможностью, чтобы тщательно обследовать территорию. Я стояла в узком проходе, образованном двумя скалами. Ручей – едва ли больше струйки воды – бежал вдоль центральной части. Чуть дальше впереди путь перекрывала груда валунов и разрушенной горной породы. Хотя я никогда не была здесь раньше, мои нервы защипало от внезапного осознания. - Здесь были ранены Гарри и Рон, не так ли? – озвучила я догадку. Я повернулась к мистеру Уизли, который смотрел на меня мертвым взглядом. - Да. – А потом он поднял свою палочку. Пульсирующая боль у меня между глаз была последним, что я почувствовала, прежде чем потеряла сознание. EPOV Я застегнул застежку шпионского браслета с легким чувством облегчения. Белла отправилась в Нору искать мистера Уизли. Хотя я бы не особо удивился, если бы она вернулась с поисков с несколькими царапинами и синяками; я не мог представить, что она попадет в крупные неприятности в британской сельской местности, вдали от угрозы Пожирателей Смерти. Теперь-то ты готов? – скулил Эммет, как нетерпеливый младенец. - Мне нужно насилие, Эдвард, прежде чем я умру от скуки! - Хорошо! – огрызнулся я. – Я готов! - Полегче, тигр, - усмиряюще произнес Брон. Я повернулся к аврору, который стоял рядом с министром. Первый надел темную одежду и обул черные кожаные сапоги, а второй отдал предпочтение гораздо более ярким цветам. Кингсли надел пурпурную мантию, в сочетании с изящными туфлями из лучшей коричневой кожи и с изумрудными мысами. Элис посмотрела на его ансамбль с выражением легкого раздражения. Насколько моя сестра была помешана, маггловская мода сильно превосходила моду ведьм и колдунов, хотя она все же отвела отдельное место в своем сердце для шелкового платья, что досталось нам с покупкой волшебной палатки в «Коттон и Твид». В ее мыслях я видел, как она сфокусировалась на видении, когда образы пришли в движение. Это продолжалось в течение секунды или около того, но это вызвало улыбку на моем лице, тем не менее. - Просто Белла превратилась, - быстро объявила Элис. – Она собирается найти след, который приведет ее к мистеру Уизли. Он в шестнадцати милях от Норы. Она должна найти его за два с четвертью часа. Эммет засмеялся и толкнул меня в бок. – Она, оказывается, правильный маленький охотник, а, Эдвард? Я бы согласился с ним, если бы не угрюмое выражение, что вдруг появилось на лице Брона. Несмотря на медленное проявление благодарности, что он испытывал к моей семье – продукт недавнего откровения - он все еще презирал идею со страданием человека от укуса вампира, независимо от мотива. Его глаза встретились с моими, и хотя я не мог прочитать его мысли, его отвращение было очевидным, но все же он заставил себя промолчать по этому поводу. Это, должно быть, потребовало некоторых усилий, учитывая силу его предубеждения. - Белла Свон хорошая девочка, - кивнул министр, возвращая меня обратно к текущему разговору. Последовавшая за этим улыбка, которая появилась на его лице, была настолько теплой и искренней, что это вызвало естественный взрыв гордости, такой, что обладал силой и мощью дымящегося горячего гейзера. - Во всех отношениях. Действительно. Как только было сказано о моей невесте, это возродило вопрос о предателе, работающем в Министерстве. Яго Каллидон, так же известный как Сейбер для своих коллег, не должен был уйти с работы раньше пяти. Сейчас было только три, что оставляло нам добрых два часа, чтобы схватить его домового эльфа, который, как мы подозревали, будет ждать его дома. Поскольку не было возможности напрямую аппарировать в Министерство и из него, по причинам безопасности, сначала мы воспользовались личным камином министра, который использовался лишь в чрезвычайных обстоятельствах, оставили внушительный офис позади и переместились по каминной сети в лондонскую квартиру Брона. Из того, что я заметил, она была маленькой, чистой и с полным отсутствием декора. Мы не задержались там, вместо этого аппарировав прямо к месту нашего назначения. Мы материализовались на длинной проселочной дороге, которая уходила вверх в густую лесистую местность, в конечном итоге исчезая из поля зрения. На середине пути вверх по дороге, на фоне зеленого склона холма находился старый викторианский дом, построенный из почерневшего камня и голубого сланца. Жилистые лозы с кроваво-красными листьями покрывали фасад, а некоторые даже достигали крыши, словно душа дымоход. В общем, это было очень зловещее здание. Мы спрятались за деревьями, в то время как я со своей семьей прислушивался в поисках признаков жизни. Люди ждали в полной тишине сигнала, доверяя нашим выводам. Помимо своеобразного жужжания и быстрого, повторяющегося глухого звука, которые, я предположил, объясняются мыслями и сердцебиением домового эльфа Сейбера, не было ничего, что свидетельствовало о возможной угрозе. Я кивнул Кингсли, который последовал за мной и моей семьей к открытому пространству, Брон шел позади него. - Эльф находится на первом этаже, - одними губами произнес я. – В задней части дома. Вместе мы прокрались вдоль стены, пока не достигли заднего крыльца. Сад был во власти огромной ивы. Трава была дикой, и сорняки прорывались сквозь трещины в дорожке. Осторожно, чтобы избежать обнаружения, министр подполз к открытому окну. Нежное жужжание было слышно изнутри; судя по звукам, эльф была женщиной. Она, должно быть, готовила обед для хозяина, потому что ароматы свинины, овощей и йоркширского пудинга витали в воздухе. Ароматы запеченного ревеня и заварного крема следовали следом за ними. Мой нос сморщился от отвращения. Для человека, я уверен, еда пахла бы божественно. Кингсли и Брон практически пускали слюни, загипнотизированные ароматами. Другой запах выплыл на свежий воздух, и тут же я напрягся. Я должен был сжать кулаки по бокам, чтобы удержать себя от пробивания дыры в каменной кладке. Запах домового эльфа подтвердил наши подозрения. Он был тем же, что принадлежал тому, кто помог напавшему на Беллу сбежать. - Мы были правы, - тихо прошипел я сквозь зубы. С мрачным выражением Брон кивнул в знак согласия. Его взгляд метнулся вверх, и его тело напряглось, а затем, словно разящая кобра, он выпрямился из своего скрюченного положения под окном. - Остолбеней! Последовали внезапный глухой удар и звук разбивающегося фарфора. Когда я встал, я увидел домового эльфа без сознания, упавшую рядом со столешницей из розового дерева, в окружении осколков битой посуды, руки ее безвольно лежали по бокам. - Мило, - произнес Кингсли, который позволил себе войти в дом через заднюю дверь. Брон хмыкнул в ответ, потом последовал за ним. Сначала я думал, что буду хотеть ударить сообщника Сейбера, но я понял, что это не так, как только увидел большой лиловый синяк, что был у нее под левым глазом. Ее тряпье было чистым по большей части, за исключением нескольких пятен от готовки, но остальной ее внешний вид кричал о безнадзорности и жестоком обращении. Она была худой, как грабли, и покрыта с головы до пят синяками. Заботливый инстинкт Карлайла немедленно проснулся. Он бросился вперед, чтобы поднять слабое существо, прежде чем аккуратно положил ее на стол. - Что с ней будет? – поинтересовалась Розали. Плохое обращение, несмотря на то, к кому оно применялось, всегда влияло на нее самым болезненным образом. - Она будет доставлена в Мунго, чтобы поправиться. После ареста Сейбера, он автоматически потеряет права на эльфа, - произнес Брон. - Таким образом, не будет ли она способна помочь ему сбежать? - Нет. Порядки владения эльфами для волшебников определяется высшим законом, но власть Сейбера разрушится, как только мы арестуем его. После того, что он сделал с ней, я сомневаюсь, что эльф захочет ему помочь, но даже если захочет, это будет не в ее силах. Хорошо, – подумал я. – Он заслуживает того, чтобы сгнить. Мы быстро договорились, что Кингсли аппарирует с Карлайлом и эльфом в больницу Святого Мунго. Эсми решила пойти с ними, оставив нас здесь дожидаться появления злодея. Мы стояли в тишине, пока ждали возвращения министра. Кухня была просторной, но, несмотря на большие окна, сквозь которые лился яркий свет, сине-зеленые обои в стиле барокко, в сочетании с насыщенными тонами деревянных шкафчиков, значительно затемняли пространство. Кингсли прибыл как раз тогда, когда я рассматривал картину, написанную маслом, изображающую величественного сибирского тигра с ярко горящими глазами в ночном лесу. - Мы должны подождать снаружи, - высказался Джаспер. – Мы же не хотим быть здесь, когда Сейбер вернется. – Последовало предложение брата, которое единодушно поддержали, после чего мы отступили под сень деревьев. Несмотря на видения Элис, никто из нас не был готов остаться в доме, чтобы Сейбер случайно застал нас врасплох. Все должно быть наоборот. Люди уселись на землю. К счастью, почва была сухой. Брон был немногословен, но министр оказался удивительно веселым и любознательным. Он болтал с Эмметом и Джаспером о квиддиче и поинтересовался у девушек о планах на лето. Прислонившись к стволу большого ясеня, я открыл крышечку на шпионском браслете. Пока Белла находилась в животной форме, я не ожидал, что буду в состоянии что-либо увидеть, и снова я ошибся. У меня был вид на мшистый лес. Один за другим деревья проносились мимо, как и представители фауны – мыши и ежи съеживались в своих норах. - Невероятно, - пробормотал Джаспер, заглядывая мне через плечо. – Разве это Белла? Я кивнул. – Она слилась с зеркалом. Словно я вижу все ее глазами. - Так и есть, - усмехнулась Элис, которая одобрительно улыбнулась от увиденного. – Эта девушка действительно нечто. Впечатляет, – согласился Кингсли, так же глядя в зеркало. - Ты знаешь, Эдвард… у твоей девушки есть кое-какая репутация. Скандально известная Белла Свон. - Я знаю об этом, я вас уверяю. – Я смотрел с большим вниманием, как одна сцена за другой разворачиваются, подобно комплексному оригами, в воображении министра. - Технически, я не должен потворствовать плохому поведению, но когда это знак протеста против Долорес Амбридж, кто будет спорить? - Вот, вот, - произнес Брон, содрогаясь при одном только упоминании имени жестокой ведьмы. - Всегда любил послушать о ее проказах с Уизли в былые дни. Фадж пытался замять… - Да, - прервал аврор, - но рассказам всегда удавалось найти себе дорогу, независимо от всего. Что неудивительно, если учесть, у скольких служащих есть родственники в Хогвартсе. - Верно, - добавил Кингсли, - и не было среди нас достопочтенных ведьм или магов, кто не восхищался бы ими. – Затем он быстро толкнул Брона в бок и произнес: - Помнишь то время, когда они пробрались в офис Амбридж и наполнили все ее трусики детенышами взрывастых дракл?* [* Взрывастые драклы – животное, помесь мантикоры и огненного краба. Были выведены нелегально Хагридом. При рождении около 6 дюймов в длину (~ 15 см), но взрослые особи достигают 10 футов (~ 3 м). Покрыты панцирем серого цвета, самцы имеют жало, самки – кровососущие присоски. Извергают огонь хвостом. Очень опасны. Гарри пришлось обезвредить взрывастых дракл в ходе Тремудрого турнира во время третьего задания (лабиринт).] Хор фырканья и хохота был результатом вопроса министра. Брон, с другой стороны, изобразил, что его тошнит. - Пожалуйста, не произноси «трусики» и «Амбридж» в одном предложении. Я съел за обедом рыбный пирог, Кингсли. Не ругайся, когда он окажется у тебя на брюках! - Через некоторое время, однако, даже суровый волшебник не смог сдержать улыбку. – Эта глупая летучая мышь. Она даже не проверила свои трусики, прежде чем одела их. Она заслужила все, что получила, насколько я могу судить. Кингсли зашелся в смехе. – Это то, что ты постоянно делаешь – проверяешь свое нижнее белье? - Возможно, я и не проверял прежде, но после этого – да. Сохраняет мне задницу от ожога и хозяйство в неприкосновенности. После очередного душевного смеха Кингсли отвернулся от своего друга и вернул внимание мне. – Это, наверное, хорошо, что ты планируешь сделать порядочную женщину из Беллы Свон. Честно говоря, я думаю, что большинство человеческих мужчин слишком боятся ее. Так и проходил разговор в течение следующих двух часов – Кингсли поощрял легкую болтовню в попытке снизить напряженность. Ровно в пять пятнадцать, однако, пузырь лопнул с отчетливым хлопком. Я быстро принял охотничью стойку вместе со своими братьями и сестрами, мои зубы обнажились в ожидании схватки. Резкое изменение в нашем поведении послужило достаточным предупреждением для магов, которые сразу же собрались, став бдительнее, их сосредоточенные взоры направились в сторону дома. Через заднее окно я видел, как Сейбер расхаживает по кухне. Вдруг он остановился как вкопанный, и самодовольная улыбка, что он носил, слетела с его лица. - ЧЕРТ ПОБЕРИ, ТИНКА! Я думал, что сказал тебе, чтобы у тебя был готов обед к тому времени, когда я вернусь! Думается, она должна была знать это после последнего раза. Он подошел к печи, где овощи продолжали мокнуть в воде. Чтобы предотвратить выкипание воды или пожар в доме, Элис потушила огонь, когда Брон оглушил домового эльфа, а Джаспер собрал осколки разбитого фарфора, чтобы не спровоцировать преждевременную настороженность Сейбера. Темный маг продолжил ходить и сыпать проклятия. Мы должны были сделать это сейчас, или отсутствие Тинки начало бы вызывать подозрение. Прежде чем Сейбер успел среагировать, я оказался перед ним. Кухонная дверь ударилась об стену, слетев с петель. С громким, злобным рычанием мои братья и сестры последовали моему примеру, и менее чем через секунду маг оказался полностью окружен, прижат к стене за шею, мои зубы в дюйме от его лица. Когда он попытался выхватить палочку из кармана, мои пальцы схватили его запястье и сжимали его, пока кости не хрустнули. Я не чувствовал никакого раскаяния при звуке его агонии. Отчаянные крики наполнили комнату, когда его оружие упало на пол. Я отпихнул палочку подальше, и Кингсли подошел ближе, чтобы поднять ее. - Даже не пытайся позвать своего эльфа, - усмехнулся я. – Она без сознания. Вены под кожей волшебника набухли, когда я увеличил давление на его шею, мои руки так и чесались. - Твое лицо полностью покраснело, Сейбер. Давай посмотрим, как скоро оно станет пурпурным. Один. Два. Три… - Эдвард, - вмешалась Элис. В своей голове я продолжил счет. – Как бы я ни наслаждалась, смотря, как ты пытаешь мистера Каллидона, но ты не думаешь, что мы должны приступить к делу? Он не сможет сказать нам, где найти Пожирателей Смерти, если задохнется? В ее словах есть смысл, – согласился Эммет. Их логика была справедливой, но это не уменьшило мою обиду; с большим нежеланием я ослабил хватку на трахее Сейбера. Он задохнулся, когда воздух ворвался в его легкие, и продолжал это делать, пока его кожа не вернулась к более естественному оттенку. - Никаких следов чеснока сейчас, - ухмыльнулась Розали, обращаясь к мужу. – Я же говорила, что нет такого человеческого запаха. – Конечно же, без зелья, искажающего запах, что он использовал, чтобы замаскировать свой привычный аромат, напавший на Беллу приобрел более органический запах. Его коричный аромат точно соответствовал нападавшему на Хеллоуине. Когда Джаспер подтвердил это министру, тот извлек из кармана флакончик, открыл его и подошел, чтобы влить содержимое в горло нашего пленника. Сейбер попытался сопротивляться Веритасеруму <п/п: сыворотка правды>, но быстро перестал, после того как я хорошенько встряхнул его сломанное запястье. - Во-первых, расскажи, как долго ты был Пожирателем Смерти, - приказал Кингсли. Сейбер ответил с механической твердостью, его голос был монотонным. – Я стал Пожирателем Смерти, когда Пий Тикнесс стал Министром Магии. - Тьфу! – сплюнул Брон. – Неудивительно, что мы не смогли найти их во время войны. Он скармливал им разведданные в течение года! - Это было бы не впервые, - зловеще произнес Кингсли. – Мы знаем от Каркарова, что Руквуд передавал информацию Воландеморту, когда работал в Отделе Тайн во время первой войны. Вот как они узнали о пророчестве. - Действительно! И, похоже, Аврорат бы их следующим приоритетом, не так ли, Сейбер? - Да, - ответил колдун с мертвым взглядом. - Ну и что? Какова была общая цель, а? - Целью было взять под контроль отдел. После смерти Темного Лорда я не был настолько глуп, чтобы променять работу в Министерстве на жизнь в бегах. Именно из лояльности я принял решение продолжить передавать информацию в качестве тайного агента. Я намеревался взять на себя роль главы Аврората, как только работа была предложена мне… - Вот почему ты пытался заставить Элфи Трумэна выглядеть законченным идиотом, - обвинил ирландец, - потому что ты хотел убедить Министра, что твой соперник не годится для этой работы! - Да. Попадание Аврората под контроль Пожирателей Смерти могло оказаться выгодным для нашей безопасности. Боже, я ненавидел этого мужчину. Хорошие ведьмы и колдуны были убиты, потому что он был достаточно коварен, чтобы сообщить своим злым друзьям о предстоящей атаке авроров. Как мне удалось не убить его, я никогда не пойму. - Где сейчас пожиратели Смерти? – потребовал я. - Нынешний глава Пожирателей Смерти находится в подземелье Уинчестерского собора. Руквуд наложил проклятие Империус на епископа, который потом закрыл крипту для обычных посетителей. Молчание встретило последнюю фразу. Во мне преобладало отвращение. Было ощущение, словно меня ударили в живот, и, судя по виду Джаспера, который выглядел так, словно ему предложили исключительно тухлые яйца на ужин, это чувство разделяли все. - Склеп! – недоверчиво произнесла Розали. – От этого просто тошнит. - Согласен, - сказал Брон. – Нет чертового уважения! Я серьезно собираюсь бросить тебя в кутузку, Каллидон. Кигсли кивнул. – В самом деле, но прежде чем мы это сделаем, у меня есть еще один вопрос. – Это был момент, которого я ждал. Как кипящая кислота, ожидание разъедало меня. – Кто еще работает на Пожирателей Смерти? Мы уже знаем, что есть, по крайней мере, двое, включая тебя. Сейбер преуспел в удерживании пристального взгляда министра, но его беспокойство выдало внезапное резкое движение. Его правая рука дернулась в сторону, порхнув над боковым карманом. - Есть один, - произнес он, наконец. – Другой. Эйвери выбрал его… - Кто? – потребовал я. Вновь рука Сейбера дернулась. Думая, что он собирается достать какое-нибудь оружие из своей одежды, я прижал его жестко к стене, рыча от ярости. По моему приказу Эммет обыскал мужчину. После ощупывания его он извлек нечто, что я действительно не ожидал – нечто небольшое, блестящее и прямоугольное: сотовый телефон. Что за… – челюсть Эммета со щелчком отвисла, и он вдруг перестал дышать. Мой взгляд переместился на брата, затем обратно на телефон. Когда я посмотрел вновь на лицо сильного вампира, весь ужас его мыслительного процесса был виден в его широко распахнутых голубых глазах. – О нет. А потом я был тем, кто не мог дышать. Всеобъемлющий страх выбил воздух из моих легких в тот момент, что силы покинули меня. Сейбер упал на пол, когда мои руки безвольно опустились по бокам. Безопасность и легкость, и все хорошее в мире растворилось в боли и ужасе в секунду, что душераздирающий крик атаковал мои уши. Белла, окровавленная и избитая, корчилась на пыльной земле, ее хрупкое тело выгибалось от боли. Рудольф Лестрейндж навис над ней, нацелив свою волшебную палочку, садистская ухмылка исказила его черты. Позади него находились его товарищи-дегенераты, которые издевались и выкрикивали ему слова поддержки: Руквуд, Селвин, Долохов, Крэбб, Нотт, Макнейр, Роул, Джагсон, Трэверс, Ранульф, Холден и другие, имена которых я не знал. Мистер Уизли, маг под империусом, стоял поодаль от остальных, растерянный и одинокий. - Не убивай ее слишком быстро, Рудольф, - смеялся Долохов. – Остальные из нас тоже хотят свою порцию. - Поверь мне, - хихикнул Пожиратель Смерти, - после лицезрения убийства ею моего брата, у меня нет никакого намерения подарить ей быструю смерть… ФЛАДЖЕО! С последним криком видение закончилось. Сначала мучительную миллисекунду я был парализован, замер в молчании и ужасе, а потом… Полное. Чрезвычайное. Безумие. Я стал животным. Кровожадный дикарь, страшный и примитивный. Направляясь к Пожирателю Смерти, у меня были все мотивы, чтобы оторвать ему голову. Элис крикнула моим братьям, чтобы они остановили меня. В то время как Розали и министр схватили Сейбера, которого я швырнул в стену за мгновение до этого, возможно, сломав ему несколько костей в процессе. В то время как Джаспер и Эммет держали меня, Элис положила свои руки мне на лицо. - Эдвард, мы должны добраться до Беллы. Сейчас же. Времени нет. - Что происходит? – потребовал Брон, запутавшись. - Пожиратели Смерти выбрали мистера Уизли. Он колдун под империусом. Если мы не найдем Беллу в ближайшее время, они убьют ее. Если бы это было возможно, то волшебник побледнел бы как вампир от предсказания моей сестры. Его панический взгляд метнулся ко мне, и, не говоря ни слова, он протянул мне руку. Элис закричала с остальными, но я не мог разобрать, что она сказала. Мой взор застило алым; я хотел убить. Я схватил руку мага и последовал за ним в темноту. BPOV Было такое ощущение, как будто мне в голову прилетел бладжер, когда я пришла в себя. Я громко застонала и схватилась за голову. Убила бы за адвил. Я не сразу с точностью вспомнила, как я оказалась на дне карьера, но когда память вернулась, однако, все вдруг встало на свои места. С самого начала это был мистер Уизли. Он был под проклятием. Пожиратели Смерти с помощью магии принудили его принять участие в их схеме. Я могла только догадываться об их причинах: они хотели кого-то с доступом к Гарри. Они уже выразили заинтересованность в его убийстве в ночь, когда они вторглись в Хогвартс. Мистер Уизли был идеальным кандидатом: он не только часто сталкивался с волшебником, он так же был членом Ордена Феникса. В прошлом Рон упоминал тот факт, что министр, возможно, несколько небрежен, продолжая доверять тем, кого он до сих пор считает близкими друзьями – мистеру и миссис Уизли. И кто бы подозревал его, в конце концов? Кто бы подозревал человека, работающего в Отделе по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов? Низкий мужской голос звучал слева от меня. Я боялась открыть глаза, особенно когда узнала зловещий свист Руквуда. Без предупреждения что-то быстро и жестко столкнулось с моими ребрами. Боль была невероятной. Она прошла сквозь каждую клеточку моего тела, оставив меня скулить на земле, свернувшись в позу эмбриона. Симулировать бессознательное состояние было уже не вариант. Во всяком случае, это бы только заработало мне еще один удар в бок или что-то хуже, и поэтому я позволила моим глазам открыться, только чтобы поприветствовать вид большого кожаного ботинка. Я подняла голову и увидела Рудольфа Лестрейнджа, стоящего надо мной. Я встречалась с ним раньше, во время их последнего вторжения в школу, когда я случайно убила его брата, Рабастана. - Очнулась, да? – улыбнулся Пожиратель Смерти. – Хорошо. Мое зрение помутилось, когда его нога врезалась в мою челюсть, и жгучая белая агония распространилась по части моего лица. Кровь напомнила мой рот, и, несмотря на недавний контроль, когда мне удалось справиться с подобным, пробудив моего внутреннего зверя, я все еще чувствовала непреодолимое желание блевануть. Глубокий смех наполнил воздух, когда я выплюнула зуб на землю вместе с насыщенно-красной жидкостью. В нескольких футах товарищи Рудольфа подбадривали его, смакуя мои страдания. Я похлопала по карманам, надеясь, но не ожидая, найти свою волшебную палочку. Рудольф лишь усмехнулся. - Ее там нет. Артур был достаточно любезен, чтобы конфисковать ее, пока ты была без чувств. – Он поднял мою палочку и помахал ей передо мной. Я ненавидела видеть ее в руках кого-то столь отталкивающего, внешне и внутренне. Это было абсолютно незаконно. Он крутил ее в своих пальцах, пока рассматривал, кивая одобрительно. – Это хорошая палочка. Тис, если я не ошибаюсь? Я не ответила. - Палочка Темного Лорда тоже была сделана из тиса, - произнес он с фанатичным блеском в глазах. – Не многие выбирают тисовые палочки. Знаешь ли ты, что сок тиса ядовит, и что дерево, таким образом, становится символом смерти? Я не знала, что подразумевал Рудольф, но я не оценила сравнение с Воландемортом. - Сердцевина? С особой ненавистью я посмотрела на Пожирателя Смерти. Его волосы выглядели так, словно они были покрыты жирной стружкой, и вообще он был похож на идиота. Он выгнул бровь, с нетерпением ожидая моего ответа. - Волос единорога. - Ах, я вижу… Интересно. – Его взор еще раз остановился на моей палочке, пока, наконец, не вернулся к моему лицу. Я стояла на своем, когда его улыбка превратилась в уродливую насмешку. – Невинная сердцевина за такой темной оболочкой. Что бы это могло значить? - Я знаю, что это значит, - усмехнулся Долохов. – Под этим холодным фасадом есть испуганная девочка. Интересно, что заставит ее кричать. Улыбка Рудольфа стала шире. – Давай выясним, а? Я отказывалась показать свой страх, когда он поднял свою волшебную палочку в моем направлении. Попытка побега была бессмысленна. У меня не было шансов. Я была одна против дюжины, по крайней мере. Время от времени мне удавалось находить выходы из самых невозможных ситуаций, но я не могла предвидеть, что произойдет сейчас. - Что же мы будем делать с ней? – спросил Селвин, его глаза сверкали в жадном ожидании. - Я могу думать о нескольких вещах, - смеялся Долохов. От его слов крупная дрожь прошла по моему позвоночнику. Он напомнил мне голодного крокодила, а то, как его взгляд медленно скользил по моему телу, оценивающий и ненасытный, заставил меня чувствовать себя куском мяса, в который ему не терпится погрузить свои зубы. - Давай начнем с малого, хорошо? – улыбнулся Рудольф. Вдруг я была подброшена в воздух, прежде чем невидимая сила резко опустила меня обратно вниз. Черные пятна замелькали у меня перед глазами. Столкновение с землей выбило из меня дух, и я не могла закричать, даже если бы захотела. - Теперь, грязнокровка, давай посмотрим на эти симпатичные пальчики. Хотя самосохранение было невозможно в данный момент, я все же сделала над собой усилие, хоть и слабое, чтобы защитить свои руки от жестокого Пожирателя Смерти. Спрятав их в карманах, я почувствовала, что моя правая кисть уперлась во что-то холодное и гладкое. Через секунду я вытащила заколдованное зеркало и ощутила, что надежда забрезжила в моей груди. Очевидно, мистер Уизли не увидел никаких причин, чтобы забрать что-то столь безобидное, как зеркало. Селвин выразил одобрение. – Знаешь… зеркальце – это не подходящий атрибут. Мы должны помочь ей с этим, Рудольф. - Согласен. Я закричала в знак протеста, когда он наклонился, чтобы вырвать устройство из моих дрожащих пальцев. Помимо моего обручального кольца, оно было моей единственной связью с Эдвардом, так что я кричала сильнее, чем когда-либо, когда оно было отобрано. – Эта молодая сливочная кожа у тебя просто уж слишком безупречна, если ты спросишь меня, - произнес Рудольф. – Несколько несовершенств добавит… отличительных признаков человеку. Я с ужасом наблюдала, как он волшебным образом увеличивает зеркало. Затем с большим рвением он поднял его напротив большого валуна, повесив его так, чтобы у меня было четкое представление о моей верхней части тела. Потом он развернулся обратно ко мне лицом. В следующие несколько мгновений все, кажется, происходило в замедленном темпе. Мутнеющие глаза Рудольфа. Мучительное спокойствие поселяется на его лице. Я могла бы справиться с возбужденным состоянием, но его резкая потеря эмоций ужаснула меня сильнее, чем что-либо. Здесь был психопат, насколько я могла судить. Вдруг он высоко вскинул руку над головой, после чего опустил ее вниз, словно кнутом рассекая воздух. С жестким треском проклятие врезалось в мое тело, проникая сквозь кожу так же легко, как нож проходит сквозь масло. Громкий стон слетел с моих губ, когда острая и страшная боль разлилась в груди. Я замотала головой, пока мучения продолжались, только чтобы столкнуться со своим жалким отражением. Кровь окрасила мою белую школьную блузу, а под большим разрезом ткани находилась страшная рваная рана – от этого же проклятия страдал Драко Малфой, когда Пожиратели Смерти пытали его в гостиной Слизерина. Я едва успела морально подготовиться, прежде чем волшебная палочка обрушилась вновь, и новый глубокий порез появился на моем животе. Потом еще один на бедре. - КРУЦИО! Мир погрузился в огонь и сильную боль, как только проклятие врезалось в мое тело. Была только одна вещь болезненней, чем это. Только яд вампира мог принести больше мучений, чем Круцио. Было ощущение, словно меня облили маслом, крепко привязали к столбу и, наконец, подожгли. Мой позвоночник невольно выгнулся, подчиняясь мощной агонии. Вновь Пожиратели Смерти ликовали и смеялись. - Не убивай ее слишком быстро, Рудольф, - усмехнулся Трэверс, отвлекая своего друга и непреднамеренно давая мне небольшую передышку. – Остальные из нас тоже хотят своей доли. Рудольф засмеялся и произнес: - Поверь мне, после того как я видел убийство ею моего брата, у меня нет никакого намерения подарить ей быструю смерть. Измученная, моя голова повернулась на бок. Я просто хотела закрыть глаза и лишиться чувств; конечно же, все изменилось в секунду, что я увидела красивое лицо Эдварда, разгневанное и славное – ангел мести и разрушений – когда он смотрел на меня из зеркала, незамеченный отвлекшимися Пожирателями Смерти. Мой следующий крик не имел ничего общего с проклятием бичевания от Рудольфа; я взвыла потому, что загорелая кожа, рыжеватые волосы и холодные глаза сменили образ моего любимого вампира. Брон, враждебно настроенный аврор, взглянул через стекло, окинув взором сцену перед ним. Психопат повернулся к своим друзьям. – Кто еще хочет поучаствовать? – крикнул он весело. Они ответили с очевидным энтузиазмом и вышли вперед. - Я собираюсь насладиться этим, - хихикнул Долохов. – Я действительно, действительно собираюсь насладиться этим. Пожиратели Смерти сформировали полукруг в трех метрах от моих ног, их волшебные палочки были подняты наизготовку. Смирившись со своей судьбой, я поклялась прожить последние минуты моей жизни так мужественно, как могу. Крепко сжав челюсти и плотно закрыв глаза, я ждала своего конца, стараясь не закричать. После одного финального гогота Рудольф предложил мне попрощаться, а потом… Сцена повернулась. С простым хлопком и порывом воздуха все изменилось. Звуки ударов и тревоги наполнили воздух, а затем Пожиратели Смерти отступили! Их непосредственные крики предшествовали хору глубокого, свирепого рыка, предвещавшего хаос и кровопролитие. Мои волосы хлестнули по моему лицу, когда четыре вампира – Эдвард, Джаспер, Элис и Эммет – пролетели над и рядом со мной, направляясь к темным магам, обнажив свои зубы, готовые на убийство. Брон бросился за ними, бросая одно заклинание за другим, на его лице было выражение ярости. Пожиратели Смерти падали, как кегли, разбитые дикой силой бессмертных родственников. Нижестоящие по рангу были первыми, попавшими под удар; их нелояльные товарищи толкнули их под ноги вампирам, в попытке обеспечить себе шанс улизнуть. Я с трепетом наблюдала, как Элис, моя крошечная, эльфоподобная подруга, сворачивает шею Хэлдону, словно спичку ломает, а Джаспер и Эммет решают судьбу Роула и Макнейра. Мое сердце упало, когда Рудольф бросил струю огня в направлении Эдварда. Однако его рефлексы были слишком быстры, и он легко увернулся, прежде чем схватил Нотта за его мантию и бросил того на товарища. Двое со свистом отлетели назад и упали возле одного из многочисленных валунов в карьере. Нотт был нокаутирован при ударе, но Рудольф остался в сознании и быстро откатил своего друга в сторону. Он был в процессе посыла другого заклинания, когда шум в небе привлек внимание группы. В пятидесяти метрах, где заканчивался лес, летчики на метлах вынырнули из-за листвы с громкими воинственными криками, что вырывались из их груди. Они, ускоряясь, летели к своим целям. Первым шел Гарри, возглавляя группу; затем Джинни, догоняемая Роном, который вез Гермиону позади себя на Молнии. Крича позади них, как разъяренные сумасшедшие, какими они и являлись, были Джордж, Перси, Чарли, Билл и Флер; потом МакГонагалл, Флитвик, Синстра и Хуч, Мартин и Вектор, Слагхорн и Стебель. Ближе и ближе они подлетали, и из их волшебных палочек сыпался поток сердитых красных вспышек. Фулплум появилась из ниоткуда и присоединилась к борьбе, сражаясь бок о бок с Броном, который боролся с Пожирателем Смерти всего в пяти метрах или около того от места, где лежала я. - ЭТО ДЛЯ ТЕБЯ, ФРЕДДИ-БОЙ! – смеялся маниакально Джордж с безумным взглядом. – ТЕБЕ ЛУЧШЕ НАБЛЮДАТЬ! ЗАДАДИМ ИМ ЖАРУ! И Фредди-Бой действительно гордился бы своим близнецом, который трансформировал руки Крэбба в наковальни. С этой огромной и неподъемной ношей Пожиратель Смерти упал вперед, встав на четвереньки, представляя сейчас легкую цель. Это был момент, который я буду вечность лелеять в своих воспоминаниях, подобно хору ангелов, празднующих на небесах эту чистую, полноценную победу: Джордж, спускаясь с неба со скоростью ста миль в час, истерически смеялся, прежде чем при посадке встал своими ботинками прямо на спину Пожирателю Смерти. Последующие завывания были музыкой для моих ушей, и я знала, что если переживу это, я определенно проживу эту минуту, когда воспользуюсь своим Омутом Памяти. Мои друзья и учителя продолжали применять свои навыки и далее разили одного врага за другим. В разгар всего этого хаоса я боялась даже пошевелиться; кроме того, у меня не было палочки, поэтому я не могла в действительности посодействовать. Я просто, в конечном счете, мешалась бы под ногами. Большинство Пожирателей Смерти было выведено из строя, Рудольф был одним из трех оставшихся. Эдвард злобно улыбнулся и уклонился от еще одного потока огня. Пожиратель Смерти, должно быть, давно понял, что его положение безнадежно, потому что безумный взгляд его глаз вдруг превратился в нечто, напоминающее отставку. Я знала, что он собирается аппарировать. Однако он вдруг повернул голову в мою сторону. Всеобъемлющий рев – смесь ярости и ужаса – вдруг заглушил все остальные звуки. Рудольф поднял палочку, и прежде чем у моего вампира был шанс выхватить ее, полоса фиолетового пламени вылетела из кончика. Ужас на лице Эдварда был последним, что я видела, прежде чем Брон метнулся наперерез – прежде чем он охотно принял проклятие, которое всецело предназначалось для меня. С негромким вздохом он упал навзничь. Перси и Билл, оба из которых приземлились рядом, подхватили его прежде, чем он смог удариться о землю. Держась за свое располосованное тело, я проигнорировала собственную боль и поспешно встала, чтобы добраться до волшебника, мое сердце бешено колотилось внутри грудной клетки. - О, Боже! – заплакала я, когда увидела кровь, идущую у него изо рта. – Ох, нет. КТО-НИБУДЬ, ПОМОГИТ ЕМУ! Без своей волшебной палочки я была бессильна. Билл разорвал рубашку аврора, но не обнаружил никаких следов повреждений. Эдвард оказался рядом со мной в одно мгновение. Джаспер схватил Рудольфа, одной рукой сдавив трахею Пожирателя Смерти, и теперь шипел что-то ему в ухо, в то время как свободной рукой превращал волшебную палочку в пыль. Брон кашлянул, и еще больше крови выплеснулось из его рта. Перси как раз собирался произнести заклинание – понятия не имею, какое – когда был остановлен ирландским магом. - Н-не надо, - прошептал он. Сначала Перси посмотрел так, словно собирался возразить, складка залегла между его глаз. В конце концов, однако, он смирился и печально кивнул головой. Брон повернулся, чтобы посмотреть на Эдварда. Я не была точно уверена, что произошло между ними, потому что аврор не произнес ни слова. Он так сильно пострадал от проклятия, что продолжительные речи, я думаю, были выше его сил. Несмотря на это, и судя по взаимной интенсивности их взглядов, я была уверена, что он общался с Эдвардом. Брон натянуто улыбнулся, и Эдвард кивнул, прежде чем взял руку мага в свою. - Спасибо, - произнес он, передавая в одном простом шепоте благодарность невообразимых масштабов. Взгляд моего спасителя затем переместился ко мне, и, как и Эдвард, я нагнулась, чтобы переплести свои пальцы с пальцами его свободной руки. Он улыбнулся шире, и в первый раз, с момента как я встретила его, светловолосый волшебник выглядел по-настоящему счастливым. - Ох… Исолт. – Слеза скатилась по моей щеке, когда Брон, последняя жертва тирании Пожирателей Смерти, испустил свой последний вдох. С золотистым светом заходящего солнца на его лице, свет покинул его глаза, и он умер. Тишина окружила меня, когда я продолжила сидеть у павшего героя. Те люди, которые не находились, приклонив колени, рядом с Броном, нависали над травмированными Пожирателями Смерти, их палочки прижимались к глоткам наших врагов. МакГонагалл осматривала мистера Уизли, который, кажется, не имел понятия о том, что происходит и смотрел на сцену в полном замешательстве. - Белла. – При звуке моего имени я повернулась к Эдварду, вздохнув с облегчением, когда он быстро заключил меня в свои объятия. - Ты пришел, - прохрипела я. После стольких криков мой глосс осип. Эдвард кивнул головой и оставил поцелуй на моем лбу. Кроме этого, ничего не было сказано, мы были задеты за живое последствиями сражения и гибелью Брона. Эдвард понес меня обратно в Нору, пока прибывшие авроры арестовывали Пожирателей Смерти. Мой желудок урчал весь обратный путь, а учитывая, что только что произошло, я не могла не чувствовать себя виноватой за голодную реакцию моего тела. Два часа, проведенных в теле свирепого хищника действительно нагуляли девушке аппетит. Я не могла вспомнить, когда была настолько же голодна. Карлайл ждал нас в Норе, он пришел к выводу, что одной ночи пребывания в больничном крыле Хогвартса будет достаточно для моего выздоровления. Я была перевезена туда незамедлительно. Эдвард остался со мной, в то время как мадам Помфри возилась с моим раненым телом. Во-первых, она скормила мне зелье, восполняющее потерю крови; затем, после того как взмахнула своей волшебной палочкой несколько раз над окровавленными рваными ранами, которые зажили по большей части, она намазала меня бадьяном. К сожалению, восстановление после проклятия бичевания требовало много времени. Раны затянулись, но остались ожоги. Я все еще чувствовала следы кнута на своей коже, и я знала, что в то время как я буду в состоянии передвигаться, не беспокоясь, что раны откроются вновь, боль останется со мной, по крайней мере, на неделю. То же самое касалось и Драко Малфоя после пыток Пожирателей Смерти в гостиной Слизерина. Он ощущал ожоги на своей коже в течение целых двух недель и был так тяжело ранен проклятием бичевания, что игру Гриффиндора и Слизерина отложили до конца года. Окончательное лечение от ведьмы пришло в форме ложки зловонной жидкости. Она, по-видимому, использовалась для повторного выращивания зубов, и так как меня не прельщала идея провести вечность без полного набора, я выпила это с удовольствием. Мадам Помфри пошутила о зубной фее один раз, но я, честно говоря, не могла найти никакого энтузиазма для ее слабого чувства юмора и впоследствии сделала вид, что уснула. Я пробежала более пятнадцати миль, чтобы найти мистера Уизли; меня пинали ногами, избивали и пытали, и я видела, как мужчина принял на себя проклятие, предназначавшееся мне, что привело к потере его жизни. Голодная и измотанная, это было незадолго до того, как я на самом деле погрузилась в бессознательное состояние. Рука Эдварда, которая гладила меня по щеке, была последним, что я почувствовала, прежде чем закрыла глаза. Джордж был первым, кого я увидела, когда проснулась. Он склонился надо мной с любопытным выражением на лице, вероятно, ищу признаки жизни. - Хммм. - Эй, она не спит! – весело произнес он. – Думал, что это уже никогда не произойдет, ленивая ты козявка. Как ты себя чувствуешь, Беллси? - Хммм! - Это плохо, да? - Нет, я просто в отчаянии по поводу состояния твоих ноздрей. Джордж засмеялся. – Эй, есть причина, почему я не почистил их. Я делаю заготовки основных ингредиентов для Всевозможных Вредилок. - Фу! Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь, - добавила Гермиона, стоявшая слева от Рона, Гарри и Джинни. Каллены заняли место справа от моей койки. Карлайл был единственным вампиром, который отсутствовал. Он по-прежнему должен был быть в больнице. - Как ты себя чувствуешь, Белла? – спросила Элис. Я пожала плечами и с легкостью приняла сидячее положение. – Помимо небольшой зубной боли, не так уж и плохо. – Конечно же, я лгала. Под пижамой мое тело было в огне. Эдвард не упустил из виду, как я вздрогнула, и морщинки из-за волнения залегли между его глаз. - Я в порядке, - попыталась заверить его я, посылая ему широкую улыбку. Он не должен был страдать вместе со мной. Громкий смех Эммета вдруг нарушил тишину. Он согнулся пополам и ударил ладонями по коленям. Рядом с ним Розали и Джаспер честно пытались подавить собственный смех. Когда они не смогли просветить меня по поводу источника их веселья, вмешался Эдвард. - Просто игнорируй их, Белла. Ничего страшного. - Если бы! – воскликнул его брат. – Ее зубы практически светятся! Моя рука автоматически подлетела к моему рту. Эммет только сильнее засмеялся на мой жест. - Как я уже сказал, - вздохнул Эдвард, хмуро глядя на своего брата, - игнорируй его. С тобой нет абсолютно ничего плохого, Белла. Зелье, которое ты приняла, чтобы вырастить зуб, дало вторичный эффект, вот и все. - Вторичный эффект? - В принципе, - улыбнулся Рон, - твои зубы столь белоснежны, что мы могли бы использовать их в качестве драгоценностей. Даже Каллены не могут конкурировать с тобой. Выражение ужаса, что поселилось на моем лице, вызвало волну тихого смеха. Я метнулась к зеркалу на моей тумбочке, игнорируя протестующую боль в животе, и взглянула на отражение. - НУ И ГАДОСТЬ! - Белла, - поморщился Эдвард, - это действительно не так уж и плохо. - Плохо? Эдвард, я выгляжу так, словно у меня полный рот волшебных огоньков! – Неестественно белоснежная улыбка знаменитости - с этим я могла бы жить, но эта была настолько яркой, что отражала свет подобно тому, как это делает вампирская кожа. У меня были блестящие зубы! - Я никогда впредь не смогу улыбнуться на публике, - простонала я. - О, чепуха, мисс Свон, - упрекнула мадам Помфри. – Несколько кружек кофе, и они будут привычного оттенка. – Ведьма, которая сидела в большом кожаном кресле, читая любовный роман, в противоположном конце комнаты, обычно не была так равнодушна к толпам в больничном крыле. Так уж получилось, что я в настоящее время была единственным ее пациентом, а, отодвинув в сторону боль в деснах, где рос мой новый моляр, и болезненные розовые шрамы, покрывающие мое тело, я была готова вернуться к нормальной жизни. Мои посетители покинули палату, пока я переодевалась из пижамы. Мадам Помфри хотела, чтобы я задержалась здесь, пока боль от рваных ран не уменьшится, но я не собиралась провести неделю в постели. Я бы в конечном итоге сошла с ума. Элис вручила мне наряд на день, прежде чем они вышли из палаты. Он состоял из обрезанных узких брюк, изготовленных из шелка цвета хаки, с тонким коричневым поясом, кремовой блузы без рукавов с винтажными оборками, туфель-лодочек цвета коричневого металика и, конечно же, шарика Ньютона – моего личного защитника от присущей мне неуклюжести. Согласно школьной медсестре, сейчас было десять утра. Предыдущий день вымотал меня настолько, что я проспала в течение четырнадцати часов. Мистер и миссис Уизли присоединились к остальным, когда я вышла из больничного крыла. Они ждали меня в коридоре снаружи, который был в значительной степени пустым, в связи с тем, что большинство студентов разъехались по домам на Пасху. Миссис Уизли была первой, кто обнял меня. Она заключила меня в крепкие объятия, как только я вышла из-за дверей, и поблагодарила меня от души за обнаружение ее мужа. Я не могла остановить стон, который сорвался с моих губ. Поняв свою ошибку, ведьма сделала шаг назад и быстро извинилась, прежде чем отошла в сторону, чтобы освободить место для своего мужа. - Мне очень жаль, Белла, - пробормотал он, положив руку мне на плечо. – Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня за то, что произошло вчера? - Мистер Уизли, это не ваша вина, - настаивала я. Маг покачал головой и вновь заговорил: - Я должен был быть достаточно сильным, чтобы бороться с этим. Я… я пытался. - Я знаю, иначе, зачем бы вы бродили так далеко? Волшебник кивнул. Он, казалось, постарел на годы в течение последних нескольких месяцев. Бремя проклятия легло тяжким грузом на его здоровье, и теперь его виски посеребрила седина. - Я все еще не могу поверить, что это ты, папа, - усмехнулся Джордж. – Кто бы мог подумать? Мистер Уизли не выглядел так, словно он оценил забавное отношение своего сына к произошедшему, и вместо этого проигнорировал его. – Я пытался рассказать Рону в больнице, - произнес он, обращаясь к волшебнику, что задал вопрос. – Я пытался предупредить вас, после того как я… Он не смог закончить фразу, но я могла и сама догадаться обо всем остальном. Это было заклинание мистера Уизли, что заставило камни и щебень упасть на моих друзей по квиддичу. Под влиянием проклятия Империус он чуть не убил своего сына. - Карьер был нашим местом встречи, - продолжил он, бледнея, пока говорил. – Пожиратели Смерти приказали мне убить вас, если представится возможность, но я сопротивлялся, и вместо этого они сказали мне заставить вас прийти к карьеру и связаться с ними, когда мы будем на месте. - Связаться с ними, как? – спросила я. Эдвард ответил на мой вопрос, он продемонстрировал маленький серебряный сотовый телефон. Сначала я смотрела на него, словно ожидала окончания фразы. Когда же я поняла, что этого не будет, моя челюсть почти отвисла до земли. – Ты это серьезно? Он кивнул. – Министерство осуществляло мониторинг каналов связи волшебников в течение всего года. Совы перехватывались, а каминная сеть постоянно находилась под наблюдением. Пожиратели Смерти даже боялись использовать патронусов. - Именно поэтому они прибегли к мобильным телефонам, - продолжил, краснея, мистер Уизли. – Я, гм, я, возможно, был тем, кто предложил эту идею. Они довольно сильно противились сначала, но, в конце концов, они не могли отрицать преимущества. Для Министерства не было никакой возможности перехватить такой тип передачи данных. Думаю, что я даже предложил электронную почту, как вариант, но она была отвергнута. - Ну, это довольно справедливо, - произнесла я, - но телефоны не работают в районах с высокой магической активностью. Как вы обошли это? Мистер Уизли снова покраснел. Он закусил губу и опустил свой взгляд на ноги. – Руквуд приказал Макнейру заняться административной работой. Они поселили его в заброшенном сельском доме. - Макнейр? Макнейр, что был… палачом? - Тот самый, - фыркнул Рон, обняв одной рукой за плечи Гермиону, которая, в свою очередь, обвила своей рукой его талию. – Пытался убить Клювокрыла, помнишь? Я кивнула. Да, я вспомнила его. – Так или иначе, мне не кажется, что он похож на секретаря. - Как и мне, - ухмыльнулся Джордж. – Интересно, была ли юбка частью его рабочей формы. Мистер Уизли закатил глаза. – Нет, но мне сказали, что он провел большую часть своего рабочего времени, играя в тетрис. Судя по всему, он стал тем еще наркоманом. - Что такое «тетрис», папа? - Это… Ну, это игра, которая… Не бери в голову. Поскольку мистер и миссис Уизли были вызваны для дачи показаний в Министерство, они были вынуждены уехать прежде, чем смогли полностью удовлетворить мое любопытство. К счастью, Эдвард был там, чтобы заполнить пробелы для меня. Он поведал все детали, как только мы вернулись обратно в его спальню. Пожиратели Смерти наложили проклятие Империус на мистера Уизли осенью прошлого года. Он, в свою очередь, наложил проклятие на Трелони, чтобы она позволила Пожирателям Смерти пройти мимо Дракучей Ивы в ночь бала-маскарада. Он использовал блевательные батончики из забастовочных завтраков, чтобы сбежать из Большого зала. Не доходя до уборной, он принял сладкий антидот, нашел свою цель и наложил проклятие. Наконец, он вернулся в уборную, съел третью конфету и провел следующие пять минут в обнимку с унитазом в одной из кабинок, пока не пришла его жена. Совсем недавно он сообщил Сейберу, что Эдвард шпионил за ним, пока тот был занят, держа под конфундусом Элфи Трумэна. Эдвард поведал о своем открытии и плане по противостоянию магу во время нашей поездки в больницу Святого Мунго. Уизли были там, чтобы присматривать за Гарри и Роном; я там была, потому что Пол и Лия чуть не убили меня, приняв за вампира. Мистер Уизли узнал о намерениях Кингсли и Эдварда от своего сына, Чарли. Первоначально мы думали, что это Кормак МакЛагген проговорился, но оказалось, что мы были неправы. После того как Яго Каллидон узнал, что он был главным подозреваемым, он приготовил зелье, меняющее естественный аромат, и когда он в следующий раз встретился с Калленами, они не могли отрицать, что его личный запах находится в миле от того, что принадлежит напавшему в Хэллоуин. - Таким образом, каждый раз, когда Пожиратели Смерти оказывались хитрее авроров, все это было потому, что мистер Уизли сливал информацию? - В значительной степени. Обычно он слышал обо всех планах по поводу засад от самого министра. Кингсли не подозревал Артура, и поскольку они доверяли друг другу на протяжении долгого времени, министр продолжал делать это даже после смерти Воландеморта. Я покачала головой. Эдвард притянул меня ближе к себе. Было облегчением находиться так близко к нему. Каллены не последовали за нами в общежитие. После испытаний последних двадцати четырех часов, думаю, что они поняли, что мы нуждаемся в некотором пространстве. Эдвард молчал, пока смотрел на потолок. Взгляд его глаз цвета морской волны был интенсивным, но не в фокусе, и было ясно, что он погрузился в свои мысли. Его пальцы невесомо скользили вверх и вниз по моей спине, то и дело очерчивая конуры моих лопаток. - О чем ты думаешь? Полуулыбка заиграла в уголках его губ. – Разве это не я обычно спрашиваю? – Он вздохнул, пока я ждала, что он продолжит, в конечном итоге встретившись с моим взглядом. – Я думал о Броне. При упоминании о погибшем авроре я была немедленно погружена в водоворот десятка различных эмоций. Я не могла отделить их друг от друга. Мои мысли были пойманы в ловушку от абсолютного столпотворения. Я едва знала волшебника, и все же он бросился между мной и Пожирателем Смерти, который в противном бы случае уничтожил меня. Болезненное воспоминание было невозможно избежать; оно крутилось в моей голове, как буйное завывание шторма, навязчивое и коварное. Я в мгновение узнала фиолетовую вспышку; точно такое же заклинание использовал Долохов, чтобы госпитализировать Гермиону. Единственная причина, почему моя подруга избежала смерти, в первую очередь объясняется тем, что Пожиратель Смерти был лишен возможности произнести проклятие вслух, упав из-за оглушающих чар. Брону так не посчастливилось. - Я не понимаю, почему он это сделал, - прошептала я, склоняясь над Эдвардом, чей остекленевший взгляд, наконец, вернул сосредоточенность. – Я имею в виду… он не знал меня. У него не было никаких оснований. - У него были все основания, - утверждал Эдвард тихо. Он поднес свою руку моему лицу и позволил своему ледяному пальцу двигаться вдоль моей щеки. Мое тело отреагировало на это обычным образом, и, несмотря на холод его прикосновения, тепло разливалось под моей кожей, которой он в настоящее время уделял так много внимания. Я покраснела, а он наклонился, чтобы поцеловать меня. Мое сердце дико стучало в груди от контакта, и я была возмущена тем, что у меня так мало контроля над реакцией моего тела. Наконец, Эдвард вздохнул и отодвинулся, опускаясь вниз, пока его голова не коснулась подушки цвета слоновой кости. - Как я могу объяснить это? – угрюмо задался он вопросом. – Брон был… он устал. Он потерял жену из-за безнравственного вампира. Ненависть и ярость поглотили его, да так, что его одержимость стала единственным смыслом, из-за чего он продолжал жить. А затем он узнал, что мы расправились с Джеймсом, и вся его надежда на месть вылетела в окно. Проще говоря, он потерял причину для жизни. - Брон знал, чем он жертвует, когда он прыгнул наперерез проклятию, Белла, - произнес Эдвард. Его взгляд был настолько интенсивным, что я едва могла удержать его. Объяснение, или то, что он хотел сказать, звучало как «не напрасно». Кроме того, он чувствовал себя в долгу перед нами, и он ненавидел это – быть в долгу перед семьей вампиров. С другой стороны, я думаю, что он понял, наконец, что мы не были злыми существами, за которых он принял нас первоначально. Вся печаль мира, казалось, лежала на плечах Эдварда, когда он объяснял мотивы Брона. Он поведал мне, что в последние минуты самым большим страхом волшебника было то, что кому-то еще придется страдать от столь же ужасного конца, что судьба припасла для него и Исолт – что молодая девушка в самом расцвете сил должна быть убита столь жестоко, и что, казалось бы, хороший мужчина должен потерять смысл своего существования. - Мы были в четырех милях от места, когда я увидел карьер в поле зрения. Я, возможно, не оказался бы там вовремя, если бы не было Брона. Он использовал твой подарок, чтобы построить изображение в своей голове, а затем он перенес нас туда… Я обязан ему всем… - прошептал Эдвард, его глаза горели. – Всем, что у меня есть… Всем, что у меня будет. Рвение в его словах застало меня врасплох. Я не заметила движения его руки, но я вдруг почувствовала прикосновение на своем бедре. Мурашки разбежались под моей рубашкой, когда его пальцы переместились к центру моего живота. - Что ты имеешь в виду? – выпалила я внезапно, прежде чем потеряю ход мыслей. К сожалению, я не получила никакого ответа. Широкая улыбка появилась на лице моего жениха, которая коснулась его глаз, и охватившая его радость была настолько очевидной и сильной, что это лишило меня дара речи. Это было искренне, а еще скрытно, как если бы он владел конфиденциальной информацией. Наконец, потрясающий вампир издал серию низкого, музыкального смеха, достаточно теплого, чтобы растопить масло. Он потрепал меня за волосы и произнес: - Свадьбу, конечно же. Что еще я мог иметь в виду? По некоторым причинам, однако, этот ответ оставил меня неудовлетворенной, и Эдвард продолжал улыбаться, что заставило меня еще больше поверить, что он что-то скрывает. Вновь его пальцы с любовью пробежались по моему животу, возводя мои беспорядочные мысли на новый уровень нелогичности. Когда мгновение спустя он приблизил мое лицо к своему, вся надежда на ясное мышление была разрушена. Независимо от его секрета, почему-то я была уверена, что однажды он поведает его - это же был Эдвард, в конце концов – просто придется подождать еще какое-то время. От автора: Это предпоследняя глава данной части трилогии. «Хранитель секретов» была первой частью, «Ловец мудрости» - второй, а после следующей главы, которая будет отмечена последними месяцами Беллы в Хогвартсе, я планирую написать собственную интерпретацию «Рассвета». Я надеюсь, что окончание этой истории удовлетворит вас. Я всегда знала, как хотела бы закончить ее, и я завязала концы, как могла. Комментарии приветствуются, и заранее спасибо тем из вас, кто будет любезен, чтобы их оставить. А далее у нас… КВИДДИЧ!