Lust

Хэнк вернулся в церковь, когда был на 100% уверен в том, что этот чертов псих не вернется в церковь по крайней мере ближайшие трое суток. Он надеялся, что сам он такого, будучи пьяным, не позволял. Да и вообще, какой смысл вообще драться со святыми отцами, они же все как барашки, опасности от них... разве что не благословит. Хэнк уверял себя в том, что эта драка была всего лишь случайностью, а не знаком судьбы (хотя в них он не верил, но был готов, лишь бы не идти в церковь). Сегодня он был порядочно трезв и даже использовал старый одеколон. Это стоило того. В конце-то концов, он должен слушать советы психолога. По крайней мере, чтобы не потерять работу. Это вообще было единственным стимулом для его существования. Он несколько секунд простоял перед исповедальней и вошел внутрь. Комнатка показалась ему крохотной и неуютной, но отступать было некуда. Хэнк нехотя встал на колени, хотя последний раз в религиозных целях делал это лет сорок назад, не меньше. В комнате повисла тишина. - Святой отец, - тихо проговорил Хэнк, кашлянув. - Позволите один вопрос перед тем, как мы начнем? Фигура за решеткой немного пошевелилась, негромко вздохнув. Хэнку показалось, что вздох был какой-то судорожный, будто святой отец за решеткой сильно нервничал и пытался восстановить дыхание. - Да, сын мой, - прозвучал негромкий, достаточно низкий, мягкий голос. Такой голос успокаивает, его приятно слушать. Хэнк подумал о том, что обладатель такого голоса удачно выбрал себе профессию. - Со священником... на того, на кого сейчас напали... С ним все хорошо? - Да, со мн...- святой отец запнулся. - По божьей воле с ним все в порядке. - И за что он вас так? - Хэнк сразу понял, что за решеткой от него сидит пострадавший, который пренебрег тем, что его не хило так приложили. Лейтенант в глубине души сильно завидовал стойкости этого человека. Святой отец задумался. - За то, что я не был врачом, - тихо и философски произнес Коннор, прижав к носу салфетку, поскольку у него опять пошла кровь. - И вы не держите на него зла и вините себя? - Хэнк усмехнулся, подумав о том, что этот человек сможет научить его чему-то новому, но священник его удивил. - Я никого не виню. На то была воля Божья, чтобы он пришел ко мне за помощью, а я не смог ему помочь. Быть может, ему бы и следовало не мешать... - И даже после того, как вас, священника, побили, вы до сих пор верите в Бога? То, что он не забил на наш мир хер? - Хэнк рассмеялся. - Позвольте тогда узнать, за какие грехи? За что столько людей гибнет? За то, что папочке стало скучно?! - А разве это противоречащие друг другу утверждения? Разве за грехи наказывать нас будет Бог, когда мы все падем в Геенну огненную, разве Бог будет расскалять пламя? Разве Бог вливает в людей алкоголь, засыпает греховные мысли в их головы и наливает их тела желаниями? Бог давно уже не наказывает нас, мы уже с вами не дети, - Коннор говорил все так же тихо, хотя интерес его рос с каждой секундой. - Это не работает так, как вы себе думаете. Бог не наказал меня за мой грех, позволив этому мужчине разбить мне нос. - И даже если на ваших руках погибнет ваш любимый человек, вы не будете винить в этом бога? - тихо спросил Хэнк. - Винить кого-то - это искать выход в тупике. Не найти. Сесть в нем, и начать изъедать себя. Это и есть вина. Ведь именно это и разъедает вас изнутри, правда? - Хэнк захотел посмотреть на собеседника, но столкнулся глазами с решеткой. - Вы верите в Бога? - тихо поинтересовался Коннор. - После того дерьма, что я насмотрелся в этой жизни... убитые, растерзанные, измученные, изнасилованные, погрызанные то ли такими же, как и они, то ли своими домашними роботами. Разве после этого можно верить в Бога? Коннор прислонился лбом к решетке, неожиданно почувствовав к этому человеку сильное сострадание, и понимая, что скажи он что-то не так, и этот посетитель вцепился бы в него точно так же. Просто потому что знал, как еще заглушить свою боль. - Вы правы, - неожиданно для себя проговорил священник. - После этого сложно верить в Бога. Но поймите. Верить в Бога и винить кого-то - это разные вещи. И чтобы вам освободиться и выйти из тупика... - Мне надо перестать всех винить, - закончил за него Хэнк, несколько секунд помолчав. - А психолог говорит делать совершенно наоборот, - добавил он. - Помогло? - поинтересовался Коннор. - Хреново, - ответил Хэнк, становясь на ноги и уже собираясь уходить, но неожиданно останавливаясь. - Святой отец? - Да?.. - Но заметив, как прихожанин замешкался, Коннор добавил. - Если вы хотите еще поговорить, я буду здесь послезавтра. Хэнк буркнул "спасибо" и поспешил выйти из кабинки прочь, хотя святой отец мог бы добавить еще немного напутствий. Вернувшись домой, Хэнк по привычке стащил с себя тяжелые ботинки и куртку, бредя на кухню. В голове все вертелся голос этого молодого священника, его слова, и их не хотелось выбить из головы. Впервые за последние несколько недель. Впервые Хэнк за последние несколько недель лег в кровать трезвым.