Металл

Звук шагов от лёгких девичьих ног разносится по коридору. Зоки идёт, не разбирая дороги, просто идёт и всё, пытаясь успокоить нервы, ступая в ритм биению сердца. Внезапно она врезается в кого-то, поднимает взгляд и видит знакомые пустые голубые глаза. – Долго тебя искать не пришлось, – усмехнулась Кира. – От тебя я бы и не стала прятаться, – съязвила прародительница. – Очень зря... – блондинка ухмыльнулась. Сейчас, Цукинами заметила двух парней за спиной бессмертной. – Это мои друзья. Юмэ и Юору Но. Вообще, они здесь не живут, но я попросила их помочь мне... Тёмноволосая перевела взгляд на парней. Они чем-то похожи друг на друга... На лице чёрноволосого заиграл садистский оскал, а серые глаза загорелись недобрым огнём. А вот, лицо его брата не изменилось. Тот лишь зачем-то поправил свои взъерошенные голубые волосы, убирая мелкие пряди от золотых глаз. – А это, – раздалось лязганье, режущее слух. – Серебряные цепи. Через пару минут Кинзоки оказалась закованной в жгущие кожу цепи и прижатой к стене. Она изрядно изцарапала всех троих и, даже, оставила им много синяков, но всё тщетно... Эти братья слишком сильные. <POV Кинзоки> Чёрт! Ну почему я не могу использовать свои силы?! Моя вторая кровь пригодилась бы сейчас!.. У-у-уф... <Автор> – Зачем тебе это? – холодно обратилась к Нано зеленоглазая. – Потому что я тебя ненавижу, – она с презрением осмотрела девушку с ног до головы и продолжила. – Я вижу, тебя уже немало раз кусали... Что ж, готовься почувствовать в своём теле клыки этих двоих. Но сначала... – светловолосая подошла к Кин. – Я попробую, – и она, развернув спиной к себе, укусила девушку в шею, под волосами. – Ужасный вкус... – Да ладно тебе, Кира, – начал Юмэ. – Она безумно сладко пахнет... Тебя это просто бесит. Брюнет подошёл к зеленоглазой и провёл подушечками пальцев от её виска до самой шеи. Первородная с ненавистью и злобой посмотрела на него. Юношу позабавила эта реакция и он прижал большой палец к нижней губе Цукинами. – Никого красивее не видел... Я понимаю, что у Киры много причин ненавидеть тебя. От внешности до характера... Один взгляд будоражит мой рассудок. – Надоело... Я ухожу, – как-то брезгливо бросила одноклассница Цукинами. – Помните, ребята, у вас времени только до конца занятий. Что ж, Камиширо, удачи тебе! – самодовольно ухмыляясь, голубоглазая испарилась. – Ну, что, Юору, пойдём в подвал или в заброшенный класс с замечательной звукоизоляцией? – Пошли в класс, неохота в подвал... – лениво и, даже, как-то безразлично ответил золотоглазый. ......................... В мгновение ока все трое очутились в одном из классов. Все парты были сдвинуты к одной из стен, в конец кабинета, пара целых, но не новых стульев стояли рядом, по обе стороны. Учительский стол был же придвинут к противоположной стене, ближе к тёмно-зелёной чистой пустой доске. Вся атмосфера была угнетающей и, словно давящей на психику. Белые стены и потолок, как в палате псих-больницы, не очень яркие, но не моргающие лампы, стол, предназначеный для преподавателей изготовлен из крепкого почти чёрного дуба. Пол застелен серым линолеумом. От обстановки девушка поёжилась. Ком подступил к горлу. Ей противно здесь находиться... И сама эта ситуация ей противна. Юмэ резко подхватил бессмертную с пола и усадил прямо на стол. Он снова прижал к мягким губам Цукинами свой бледный палец. – Ну, что, маленькая? Как ты?.. – слышна издёвка, чувство полного контроля и власти над жертвой. Палец парня скользит по губе жертвы. – Нежные губки... Хочешь, я тебя поцелую? – Заткнись! – не способная хорошенько пошевелиться, она укусила брюнета за палец и ощутила на языке железный привкус. <POV Кинзоки> Как же он мне противен! И его брат тоже. Садисты чёртовы! Я ему не послушная куколка и терпеть не хочу. <Автор> Лицо сероглазого на секунды исказилось от жгучей боли, но быстро вернулось в нормальное состояние. "Плохая девочка. Не стоило этого делать..." Тёмноволосая почувствовала на шее холод и ужасную дикую боль.... Ещё одна серебряная цепь, словно ошейник. Яркие искристые глаза первородной впились в лицо мучителя. – Ну-ну, не смотри на меня так, маленькая. Если будешь послушной девочкой, я буду мягче... – И не надейся, – прорычала в ответ старшеклассница. – Как знаешь, – шёпот парня обжёг ухо прародительницы и он приспустил ткань кофты, обнажая её плечо. Через секунду Цукинами уже чувствует в своей плоти клыки садиста. Дальше всё было, как в тумане. Старшеклассница не помнит ни то, как её мучили братья-вампиры, ни то, как она смогла схитрить и, вырвавшись из ненавистных цепей, вернуть боль Юору и Юмэ, не в том размере, в каком получила, но всё же эти двое оставили девушку раньше, чем планировали. .................................... После уроков Кинзоки спустилась на крыльцо школы и там уже стоял один из братьев-вампиров. – Канато до сих пор не приехал? – девушка просто хотела заполнить давящую и угнетающую тишину хоть какими-то словами и фразами. – Нет. Да и больше не вернётся... – вампир нервно выдохнул. Снова тишина. – Как же это раздражает, – неосознанно пробормотала Цукинами. – Даже бесит!.. – Ты о чём? И тут до брюнетки дошло, что она выразила свою мысль вслух. – Не важно... <POV Кинзоки> Меня это бесит... Бесит Аято, бесят слова Шу!.. Раздражает то, кто я сама, на самом деле. Идиотское бессмертие. Не хочу я иметь ничего общего с теми, кто живёт вечно! Я уж не думаю о тех двух братьях... <Автор> [В салоне лимузина Сакамаки] Девушка сидела между Аято и Райто. Её крайне раздражает подобная компания, но двум вампирам нет до этого абсолютно никого дела. Через считанные минуты Цукинами уснула. Её бессознательное тело наклонилось в правую сторону и голова первородной опустилась на крепкое плечо Райто. Он краем глаза посмотрел на лицо жертвенной невесты и понял, она спит. Левая рука парня приобняла бессмертную и его холодные пальцы стали поглаживать спину прародительницы, не скрытую серой тканью. Рыжеволосый мягко выдохнул Цукинами на ушко, чуть его прикусив. <POV Кинзоки> Что это такое?.. Меня кто-то гладит по спине. Стоп! Кто прикусил моё ухо?!.. Я приоткрыла правый глаз и увидела расслабленное лицо пятого Сакамаки. Ну это уже перебор!.. <Автор> Девушка повторила то, что минуту назад проделал изумрудноглазый, – прикусила его ухо, но не мягко, совсем не так... – Ау! – бессмертный зашипел от боли, а Кинзоки вскочила с сидения. – Сам виноват. Я просто сделала тоже самое, что и ты. – Ого! А у нашей вертихвостки, оказывается, острые зубки, – усмехнулся Аято. Больше ничего не сказав, брюнетка пересела в самый конец салона и снова погрузилась в царство Морфея. С левой стороны от неё появился третий Сакамаки. Машину тряхнуло и тело Стального ангела припечаталось к телу красноволосого. Юноша взял лицо девушки большим и указательным пальцами, поворачивая его к себе. <POV Аято> У неё очень красивое лицо. Маленькая вертихвостка чем-то на нас похожа. Только вот... Чем же? Может, просто тем, что нет таких красивых смертных?.. Пальцами второй руки я убираю шелковистые пряди волос, спадающие на её плавные скулы. <Автор> Пять минут обладатель глаз таких же искристых и ядовито-ярких, как и у Цукинами смотрел на её лицо. Но всё имеет свой конец... И девушка очнулась. Первородную разбудила прохлада прикосновений другого бессмертного. Секунда, и на правой руке Аято уже красуются три длинные полосы, – раны. Багровая кровь капает с белой холодной, как лёд кожи. "А теперь запомни, у меня не только "острые зубки", но и ногти...". С кончиков пальцев Кин, вниз стали ползти змейками струйки крови высокомерного Сакамаки. К девушке были прикованы взгляды остальных четырёх братьев. <POV Кинзоки> У этого горделивого нарцисса даже кровь холодная. Идиотское ощущение... Не хочу, чтобы его кровь окрашивала мою кожу. Пусть, это и всего лишь пальцы. От этого мне не по себе... <Автор> Сев подальше от красноволосого, но ничуть не ближе к остальным братьям, прародительница стала медленно слизывать алую жидкость. Никто не сводил с неё глаз, но тёмноволосая не обращала на это никакого внимания. Закончив, жертвенная невеста посмотрела на свои худые, уже чистые, пальцы. Удивление плещется в глазах вампиров. Ни один из пяти парней этого никак не ожидал. Тишину нарушил тихий голос Кин: "Ужасный вкус...".