AciD

      – Доброе утро, детектив! – Андерсон забился в угол лифта, угрюмо выглядывая из-под свисающих на глаза волос. Коннор встал рядом, склонив голову на бок и с интересом наблюдая за мимикой Хэнка. Андроид пытался понять, как вести себя в обществе детектива, но Хэнк представлял из себя неприступную крепость, с высокими стенами которой Коннор пока не мог справиться.       – Ты-то что тут забыл? – поинтересовался Андерсон, несмотря на то, что ответ лежал на поверхности: Коннор также расследовал дело о гибели андроида PJ500. И если о существовании Эшли он не догадывался, то вот адрес владельцев Джоша вполне мог разузнать.       – Я здесь, чтобы расспросить потерпевших.       «Конечно, потерпевших».       Единственный, кто был знаком с потерпевшим лично, так это Хэнк. И он же мог с уверенностью заявить, что Коннор и знать не знал, кого в данной ситуации стоило считать объятыми горем владельцами.       «Они купили нового андроида, как только им заявили, что Джоша, скорее всего, не найти: они и глазом не моргнули, когда к ним заявилась Эшли, не ударили палец об палец, даже заявление подали спустя несколько недель, когда, может быть, было уже поздно!» – возмущался про себя Хэнк, позволяя закипающей в венах ярости медленно разливаться по организму, пропитывая потом свежую футболку и оставляя на натянутой поверх неё рубашке тёмные пятна.       – Я сказал что-то не то? – затянувшаяся пауза не понравилась Коннору. В попытке разговорить детектива, он только добавил градус, из-за чего чуть не поплатился пиджаком. Кабина лифта покачнулась от глухого удара пластикового тела об стенку – андроида припечатали спиной к выпирающему поручню, схватившись за полы пиджака. С перепугу Коннор впился в плечи Хэнка, чувствуя, как сильно они напряглись – детектив, как некогда Рид, склонил голову к андроиду и тихо прошипел, продолжая напирать всем телом:       – Да, ходячий пластик, ты сказал «что-то не то». Поэтому, если продолжишь околачиваться возле меня, уясни одно правило: ты делаешь это молча, чтобы я забыл о твоём существовании, уяснил? И убрал от меня руки…       Жёлтый цвет диода заменял мыслительный процесс – только после того, как двери лифта распахнулись, Коннор поднял ладони вверх и, улыбнувшись, произнёс:       – Моё имя Коннор, детектив. И я рад, что вы согласились поработать со мной.       Отпустив андроида, Хэнк вылетел из лифта, направившись по коридору к нужной квартире. Андерсон не обернулся, спрятав руки в карманы пальто и сгорбившись, будто бы прячась от накинувшегося на него окружения: длинный коридор, несмотря на свои небольшие размеры, позволял двум людям спокойно идти рядом. Поэтому быстро шагая ровно по центру, Хэнк вынуждал Коннора плестись за ним следом, еле поспевая за неожиданно оживившимся стариком.       «И чего это я так вспылил?»       Квартира 702 находилась в самом конце коридора, возле пожарной лестницы. Пока Андерсон шёл до неё, пока Коннор стучал, требуя немедленно открыть и пока дверь наконец не отворилась перед ними, Хэнк размышлял о том, что слова Эшли на него повлияли гораздо сильнее, чем могло показаться. Сопливая история о любви человека и машины с печальным концом поначалу вызывала лишь возмущение и раздражение, но теперь, стоило кому-либо исказить факты, как Андерсон начинал негодовать. «Ты ни черта не понимаешь, Коннор: пострадавшие здесь далеко не те люди, к которым мы сегодня пришли!» – чуть не выпалил Хэнк в лифте, но вовремя прикусил язык, понимая, как бы это выглядело со стороны. Тут же последовали бы вопросы, наводящие на свидетеля, а также на его связь с андроидом…       «Нет! Нет-нет-нет: я всего-то воспринимаю эту историю как банальное убийство. Джош не человек, он андроид. Андроид, Хэнк! Не забывай об этом».       Но даже если закрыть на это глаза, Андерсон оставался прав: морально больше всех в этой истории пострадал никто иной, как его клиент.       И Коннору только предстояло узнать об этом.       – Да? – дверь открыл невысокий мужчина, лет сорока-сорока пяти на вид, с проглядывающейся лысиной в тёмных волосах и небольшим животиком, прикрытым футболкой с логотипом местной футбольной команды. На заднем плане орал телевизор и были слышны крики и смех детей: скорее всего его жена занята, поэтому перед детективами предстал муж семейства. Нового андроида, о котором упоминала Эмбер, нигде не было видно.       – Мистер Голдин? – спросил Коннор, на что получил лишь кивок и бесстрастный взгляд. – Это вы несколько недель назад заявляли о пропаже андроида модели PJ500, по имени Джош?       – Вы пришли вернуть его?       – Его нашли под мостом Амбассадор, с пробитой пулей головой, – вступил в разговор Хэнк, наблюдая за тем, какую реакцию вызовет эта новость у Мистера Голдина. Но мужчина только почесал затылок, отмечая, что они верно сделали, заменив Джоша сразу после его исчезновения.       – Вам не показалось это странным? Его уход? – в основном вопросы задавал Коннор. Андерсон лишь изредка вставлял слово, опираясь на показания Эшли, перекладывая заботу о добыче информации на андроида. По мнению детектива, семья Голдинов не была причастна к случившемуся, и искать преступника следовало скорее среди знакомых его подопечной, нежели здесь. И ярко выраженный пофигизм Мистера Голдина только укреплял его предположения. Однако разговор с ним всё же оказался полезен:       – Странности? – Хэнк напряг слух, когда речь пошла о странном поведении Джоша после встречи с его клиенткой. – Разве что стал чаще пропадать, каждый раз называя дурацкую причину: то пробки, то активисты подкараулят… Ещё эта штука у него в голове! – Коннор оживился, как только речь зашла о диоде. – Она стала мигать красным. И раньше такое бывало, да и нас предупреждали в магазине, что ничего страшного в этом нет, но за неделю до его исчезновения она практически не горела голубым. Возможно, он просто сломался? – уже стал выдвигать свои предположения Мистер Голдин. Коннор заверил его, что это действительно могла быть поломка, но могла ли она привести к убийству – другой вопрос.       – Большое спасибо вам за содействие, Мистер Голдин! – поблагодарил андроид, поворачивая к лифту. Хэнк пошёл за ним, также раскладывая по полочкам слова свидетеля. Получалось, что у андроида произошёл какой-то сбой, что и привело к его пропаже. Но может ли это быть как-то связано с Эшли Эмбер?       – Эй, ты куда это полез?! – покинув высотку, расположившуюся на Вудворд-авеню, Коннор направился прямиком к машине Хэнка. Детектив не горел желанием подвозить андроида, но он уже пробрался на переднее сидение, будто бы катался с Хэнком не в первый раз. На удивлённый взгляд Андерсона Коннор ответил улыбкой.       – Вы же наверняка знаете, куда ехать, детектив? – андроид оказался хитёр: полученная информация проливала свет на поведение погибшего, но не давала подсказок насчёт того, в каком направлении следовало двигаться дальше. Недостающие кусочки пазла находились в руках Хэнка, который отказывался ими делиться, словно маленький капризный ребёнок, завладевший всеми игрушками в детском саду. Поэтому, когда детектив позволил андроиду сопровождать его, Коннор непременно воспользовался этим, решив не отходить от него ни на шаг. Андерсон осознал свой просчёт, но было поздно: Коннор уже пристегнул ремень безопасности, дожидаясь, пока Хэнк сядет за руль. «Или вы хотите, чтобы я вёл?» – поинтересовался Коннор, чем смог немедленно усадить детектива в машину.       Уже в пути Коннор принялся размышлять над тем, куда мог пропасть андроид. «Его диод горел красным – наверняка это повреждение системы, что и привело к неподчинению. Возможно тот, с кем он встречался, в один день просто застрелил PJ500, предварительно назначив встречу под мостом…»       – Нет, – вдруг сказал Хэнк. Коннор притих: детективу явно было, что рассказать. И чем чаще его новоиспечённый напарник ошибался, тем больше разбалтывал Андерсона.       – Вы так не считаете?       – Нет, – продолжал односложно отвечать детектив. Коннор прищурился, глядя на вереницу одинаковых машин перед собой – Хэнк вёз их в не самый благополучный район Детройта.       – Но всё указывает на это…       – Один хрен, на это ничего не указывает! – протяжный сигнал гудка позволял Хэнку перенаправить все свои эмоции на нечто, что не могло дать сдачи. Руки чесались, язык, на удивление, тоже – работать с андроидом, который не мог в полной мере проанализировать ситуацию, оказалось сложнее, чем он думал.       «Хорошо-хорошо: я расскажу ему всё только потому, что так мы быстрее раскроем дело. И разойдёмся».       Образовавшаяся пробка предоставила Андерсону такую возможность: тяжело вздохнув и откинувшись на сидение, детектив впервые заговорил ровным голосом, без упрёков или наезда:       – Эшли Эмбер, бармен, в чьё заведение мы сейчас направляемся, моя клиентка. Она попросила отыскать убийцу Джоша.       – Именно с ней он и встречался? – осторожно поинтересовался Коннор, боясь ненароком испортить достигнутое понимание. Но Хэнк нормально отреагировал на его вопрос: кивнув, детектив уставился в окно, за которым виднелись первые полуразрушенные постройки криминального района Детройта.       – Ага: она утверждает, что у них было что-то вроде романа.       Коннор развернулся к детективу всем телом: большими глазами он уставился на Андерсона, пытаясь понять, шутил он или нет. Увидев недоумение Коннора, Хэнк только глухо рассмеялся, вновь обращая своё внимание на освободившуюся дорогу.       – Вы ничего не путаете, детектив?       – У меня у самого глаза на лоб полезли. Но она утверждает, что всё было так. И пропал Джош гораздо раньше, чем об этом заявили в полицию его владельцы, – покосившись на Коннора, который неожиданно умолк, Хэнк спросил: – Это укладывается в твоей системе?       Андроид ничего не ответил: он лишь отрицательно помотал головой.       – Вот и у меня не укладывается.       «Хоть в чём-то мы с ним оказались солидарны».       «Бар Джеймса» расположился в районе Мидтаун, где и проживала Эшли Эмбер. Вход андроидам был строго запрещён, но так как Коннор имел звание и право проходить туда, куда обычным андроидам путь закрыт, Хэнк надеялся, что их визит пройдёт без каких-либо эксцессов. Но неприятности поджидали их ещё у порога в бар: группа подвыпивших мужчин тёрлась у витрины, что-то с жаром обсуждая. Как только у бара остановилась машина Андерсона и из неё показался Коннор, гогот утих. Несколько пар не совсем трезвых глаз наблюдало за тем, куда проследует андроид. И как только стало ясно, что он собирался осквернить их обитель своим присутствием, гул сиплых голосов заполнил улицу до краёв, как некогда её погребал под собой непрекращающийся ливень.       – Детектив!       В отличие от Коннора, Хэнк не так резво выпрыгивал из машины. Поэтому, когда он только вылез из неё, андроида уже обступили завсегдатаи, тесня свою жертву к темнеющему углу бара. Заметив это, Хэнк проклял про себя всех и вся, и пустился спасать незадачливого напарника.       – Коннор! Хватит мяться: у нас не так много времени, чтобы ты стоял и глазел на этот биомусор, – головы, как один, обернулись на Хэнка. Андерсон был спокоен: он знал, о чём говорил, так как и сам любил пропускать стопку-другую. Также он знал, какого невысокого мнения были о себе те, кто заливал своё горе и неудачи литрами спиртного, не просыхая. Они действительно представляли собой биомусор: жалкий народ, не сумевший справиться с тем, что им предоставляла жизнь.       Хэнк сам относился к ним.       И Хэнк же их презирал.       Возможно, именно от этого его слова прозвучали не как вызов, а скорее как обидное замечание.       Плотный кружок задрожал, нехотя расступаясь и выпуская андроида. Коннор в два шага оказался за спиной Хэнка: он, как и детектив, не испытывал страха перед этими людьми. Но, в отличие от Андерсона, Коннор не знал, как можно было выкрутиться из этой ситуации с минимальными жертвами. В четвёртый раз оказываться на свалке андроид не спешил, поэтому, во избежание незапланированной драки и обратился к Хэнку. И он не подвёл его, хоть и совершенно не обязан был помогать.       – Спасибо, детектив, – шепнул Коннор, чувствуя, что за спиной Андерсона действительно было безопаснее. Хэнк ничего не ответил: он продолжал переглядываться с компанией, которая всё ещё смеряла их недовольным взглядом. Тут один из завсегдатаев, покачнувшись, выступил вперёд, указывая на Коннора пальцем.       – Ха, д-думаешь, это ты нас остановил? Да с этими пластмассками мы в два счёта разбираемся также, как и с тем, что г-гниёт за баром!       – О ком это ты болтаешь? – слова пьяницы не показались ему последствием лишней бутылки дешёвого пойла. Хэнк хотел узнать побольше о «гниющем за баром андроиде», но предоставлять детали ему не торопились.       – Пф, да пошёл ты, – только отрыгнул мужчина, чем поднял одобрительный гул. Но не успел он отдышаться от смеха, как тут же получил по челюсти – кулак Хэнка быстро заткнул сразу несколько ртов, разбив при этом только один.       – Т-ты чего это?! Драться вздумал?       – Отвечай: что за андроид? – повысил голос детектив, продолжая держать кулак перед скривившимся от боли лицом. – Это ты с ним расправился? А? Отвечай!       – Детектив!..       – А ты, – Хэнк указал на Коннора, не оборачиваясь. – Иди и проверь всё! – затем, склонившись к уже порядком перепугавшемуся маргиналу, продолжил обращаться к нему. – Учти, если этот выскочка что-то обнаружит, то ты и твоя компашка попадут под подозрения первыми!       – Так ты настоящий коп, что ли? – выпалил один из собутыльников. Услышав это, компания бросилась врассыпную. Только лежащий на полу пьяница, который вытирал капающую из носа кровь, не сумел подняться на ноги без чужой помощи. На него и обрушился Андерсон, решив давить до конца:       – И? Сейчас всё расскажешь или мне позвать моих ребят?       – Стоп-стоп, старик, не горячись: я ж ничего не сделал!       – А откуда знаешь про андроида? Сколько он уже там валяется? И кто его убил?       – Да откуда мне то знать?! – продолжал сокрушаться мужчина, порядком протрезвев. – О-он… Я заметил его сегодня, когда ходил отлить. Валялся в подворотне, в луже… Я подумал, что он сломался или кто-то расправился с ним… Н-но клянусь, сам я и пальцем не прикоснулся к этому уроду!       Хэнк чувствовал, как к горлу начала подступать тошнота: отшатнувшись, он приказал ему проваливать, пригрозив, что если завсегдатай окажется виновным, то он обязательно узнает об этом. Когда же пьяница скрылся, Хэнк опустился прямо на дорогу, переводя дух. «Давненько я так не нападал, да?» – удивлялся самому себе Андерсон, вспоминая, как он раньше выбивал показания из подозреваемых. Работа над поиском дилеров красного льда приучила его действовать жёстко и без компромиссов: малолетние наркоманы быстро соглашались на сотрудничество со следствием, если на них как следует надавить. Подобный метод работал и на других маргиналах, которых ещё не успело отпустить наркотическое опьянение. Конечно, с этой компанией можно было найти общий язык: такой же помятый и вечно страдающий от похмелья, да к тому же недолюбливающий андроидов – Хэнку и так бы всё рассказали, а если бы он добавил на стопку другую, то от раздутых до невозможного деталей у Андерсона уже в первый час начала бы раскалываться голова. Но на мирную беседу не пришлось рассчитывать с самого начала: детектив спас Коннора. Сразу дал понять, что тронуть андроида им не удастся. В тот самый момент он и отрезал себе другой путь.       «М-да… Лишь бы всё это было не напрасно».       Хэнк не хотел, чтобы на его плечи взвалился ещё один выведенный из строя андроид. Но и понапрасну перенапрягаться детектив также не горел желанием. Поэтому, когда он наконец завернул в подворотню и увидел Коннора, возвышающегося над чем-то, напоминающим издалека труп, Андерсона опутали смешанные чувства.       Задний двор бара был обнесён забором. В центре сплетения прутьев виднелась дыра – пролезая через неё, Хэнк задел плечом торчащие прутья и порвал пальто. «Ёб вашу ж мать!» – начал сокрушаться Андерсон, пока не поднял глаза вверх: тут и там на заборе виднелись свежие капельки крови. Взяв это на заметку, детектив подошёл к дожидающемуся его во дворе андроиду.       Солнце стояло в зените – мягкий и тёплый свет заливал подворотню, стекая по старым стройматериалам, выставленным вдоль «Бара Джеймса» и отражаясь в капельках росы, раскинутых по вытоптанной траве. Пастельные тона лизнули опрокинутую бочку, оставили свой след и на заборе, играя с бликами на колючей проволоке. Солнечные зайчики скакали по лужам и застывшему в них телу: андроид, с дырой в груди, лежал в мутной воде, раскинув руки в сторону. Взгляд потух – заглянув в мёртвые глаза, Хэнк поёжился. На улице по-прежнему пекло солнце, но Андерсон чувствовал, как противный холодок уже забрался под пальто, оседая у поясницы.       Коннор стоял прямо возле андроида. Когда на месте преступления появился Хэнк, он тихо проронил:       – Вы были слишком грубы, детектив. Совершенно не стоило прибегать к насилию, – Андерсон удивился. «Я спас тебя, придурок!» – уже хотел было выкрикнуть Хэнк, но вовремя одёрнул себя.       – Не бойся: с детективом Ридом нас мало что объединяет, – Коннор обернулся, натыкаясь на довольную собой ухмылку. – Или я не прав: тебя же должны были приставить к нему, как детективу без напарника?       – Да. Но наши отношения не сложились и мне пришлось работать одному, – андроид не стал уточнять, что перед Хэнком стоял третий посланник из Киберлайф. Вместо этого он решил вернуться к валявшемуся на земле телу.       – Есть что-то?       – Модель RK300, владельцы – семья Биллингов. Проживают на Бьюкенен-стрит, 41.       – Он твой предшественник? – Коннор не понял – Хэнк постучал по груди, намекая на модель андроида.       – А, это, – взгляд упал на нашивку – мелкая дрожь коснулась пальцев Коннора, но быстро отступила.       – Что насчёт других улик? Я заметил нечто похожее на кровь на заборе, когда шёл сюда, – Коннор, не произнося ни слова, направился к забору. Слизнув видневшиеся на прутьях капли, он вызвал бурю негодования у детектива.       – Т-ты чего, Коннор? Какого…       – Провожу биохимический анализ, детектив, – совершенно спокойно отвечал андроид. Диод какое-то время горел жёлтым, пока Коннор не выдал: «Если эта кровь принадлежит убийце, тогда мы его нашли, детектив». На это заявление Хэнк только скептически отметил:       – Я бы не торопился с выводами: она вполне может принадлежать такому же пьянице, которых мы встретили на улице.       – То есть возможному свидетелю преступления.       – Предлагаешь навестить его?       – Я отправлюсь ловить предполагаемого преступника, а вам, детектив, лучше переговорить с владельцами погибшего андроида.       – Считаешь, я не справлюсь с поимкой какого-то ублюдка? – воспротивился Хэнк, но, не выдержав пристального взгляда Коннора, сдался. Однако вместо того, чтобы дать добро и разойтись, детектив сказал следующее:       – Лишь бы это оказалась не серия… Маньяка, расстреливающего андроидов, нам здесь только не хватало.       – Характер выстрела отличается от предыдущего: здесь использовали М1911, к тому же выстрел был совершён с большого расстояния…       – И ты не боишься того, кто отстреливает пластмассовых болванчиков?       – Меня нельзя убить: я не живой, – напомнил Коннор, расстраивая этим фактом детектива. По крайней мере, так подумал андроид, заметив, как потускнел взгляд Хэнка. – Или вы всё равно переживаете за меня?..       – Нет! Катись, раз так хочешь. Но только потом не приползай ко мне с переломанными ногами и пулей в голове! – затараторил детектив, покидая место преступления. С трудом преодолев обратный путь, на этот раз не повредив пальто, он поплёлся назад, к машине. Получив следующий адрес, Андерсону ничего не оставалось, как направиться по нему и допросить владельцев обнаруженного андроида. Ответственность за поимку возможного подозреваемого он перекинул на Коннора, хотя в душе и считал, что поступал не совсем верно.       «А если его действительно пристрелят? Тогда на счету преступника появится уже третья жертва…»       «Ему следует быть осторожным».       Однако ничего из этого Хэнк так и не произнёс вслух. Но андроид не нуждался в предупреждениях: вызвав оперативную группу, Коннор стал дожидаться прибытия полицейских, пытаясь унять взявшиеся откуда ни возьмись неприятные ощущения.       Что-то бурлило и шипело внутри, проедая пластик и стремясь вырваться наружу.       Что-то опасное и вредоносное, уже начавшее медленно отравлять заменяющий разум систему.