Dear God

      Падение кубарем с горы никак не способствует укреплению здоровья. Талии пришлось в этом убедиться на собственном опыте. Мантикора в этот раз была слишком зверская. И, видимо, очень голодная, потому что такого количества вытекающей слюны Талия не видела давно. Во время бега монстр оставил за собой неплохую такую слюнявую дорожку, но девочка надеялась, что смертные примут это за обильно прошедший дождик.       Обрыв перед ней был неожиданный, но другого пути не было. Впереди виднелось море, и единственное, что оставалось полукровке, понадеяться на возможность скрыться в нем. Так что зажмурив глаза, Талия резко прыгнула вперед, группируясь в подобие колобка. Обрыв был, зараза, каменистый. Множество камушков впились в хрупкое детское тело, дырявя его не хуже клыков чудовища. В нос ударил запах соли. Видимо, она прикатилась на берег. Рядом шумело море, а позади послышался злобный рык. Это заставило Талию вздрогнуть и открыть глаза. Рука сильно болела, видно, она ее сломала. Вся футболка была в крови, тело полностью изрезано. В дополнение она тряслась от чертового яда, который монстр плюнул ей прямо в лицо.       «Черт, ну нет, — девочка перевернулась, сделав попытку поползти. — Я не могу умереть».       Топот сзади прошелся к ней по земле мягкой вибрацией. Она сделала рывок вперед.       «Нет, — поджав губы она потянулась к воде. — Ну пожалуйста».       Облизывание мантикоры она услышала слишком четко. Монстр был буквально в шаге от нее.       «Помогите мне, — она коснулась рукой воды, как утопающий хватается за соломинку. — Пожалуйста, помогите мне».       Наверное, дочь Зевса не должна просить кого-либо о помощи. Но если ты ребенок, и в спину тебе дышит голодный монстр, разве нельзя хоть раз нарушить правило?       «Умоляю вас, — она обернулась к чудовищу, не желая быть к смерти спиной. — Спасите меня».       Мантикора испустила победный рык и набросилась на маленькое тело. Талия инстинктивно моргнула, и за это миллисекунду, из воды в монстра воткнулся железный трезубец. Она смотрела на него с не меньшим изумлением, чем девочка. Мантикора удивленно вякнула, прежде чем рассыпалась пылью. Талию кто-то подхватил на руки, но рассмотреть спасителя она не успела. Потеряла сознание.

***

        — Нечасто дети моего брата молят меня о помощи.       Эти слова вывели Талию из небытия. Она лежала на чем-то твердом, но, как ни странно, очень удобном. Тело не болело, порезы не чувствовались. Девушка попыталась приподняться, и руку резко прострелило сильной болью. Со стоном она опустилась обратно.         — Не советовал бы так резко вскакивать. Многие раны я тебе залечил, но перелом — это куда сложнее. Придется тебе с ним разобраться самой.       Талия перевела взгляд на своего спасителя. Рядом с ней сидел мужчина лет тридцати в синих шортах и серой футболке. Он задумчиво смотрел на море, куря трубку с изображением дельфина.         — Посейдон? — спросила она чисто для подтверждения.         — Ты молилась мне, — не отрывая взгляда от воды, ответил он. — Я был рядом и решил откликнуться. Тебе повезло, что именно сегодня я решил проверить свои владения.         — Спасибо, — ответила ворчливо девочка, приподнимаясь. — Мне пора.   — Вся в отца, — хмыкнул бог, выдыхая дым. — А как же благодарность?         — Благодарность? — склонила она вопросительно голову. — Но как я могу вас отблагодарить?       Посейдон обернулся к ней, пристально вглядываясь в ее глаза. Талия застыла, завороженно вглядываясь в густую зелень перед ней. Такого насыщенно цвета не было даже у ее отца. Девочке неожиданно стало интересно, а почему все же Посейдон не захотел повоевать с братом за Олимпийский престол? Он же явно не слабее. Просто принял как есть, довольствуясь подаренным?         — Нет, мне просто было лень, — ответил со смешком бог морей, глядя на краснеющую девочку. — Есть кое-что, что ты в силах для меня сделать, Талия Грейс. Окажи мне услугу.         — Услугу?         — Очень скоро с тобой случится беда, — выдохнул бог струйку дыма. — На долгие годы ты окажешься в заточении. Когда тебя вызволят из него, сделай все, чтобы спасший тебя оставался в живых.         — Долгие годы заточения? — нахмурилась Талия. — О чем вы?       — Кто знает? Может, для тебя все это обернется одним днем. — море неожиданно заволновалось. Сильные волны ударили берег, разбиваясь тысячью капель. — Помни о своем долге, дочь Зевса. Надеюсь, ты сдерживаешь слова лучше, чем твой папаша.       Талию окатило водой. Когда она проморгалась и откашлялась, бог пропал.         — Чтоб вас всех! Я только высохла, — начала выжимать на себе футболку девочка, но не решаясь ругаться в сторону бога, которому обязана жизнью.       Она серьезно посмотрела в сторону моря и тихо произнесла:         — Даже не сомневайтесь.