Хроники Анкарии

      Лес быстро кончился, и вокруг маленького отряда раскинулся сочный изумрудный луг, переливающийся яркими красками цветов и сияющий каплями не высохшей росы. Солнечный свет разогнал остатки тумана, а вместе с ним сбросил сонливость с окружающей природы: зачирикали воробьи, закаркали вороны, в воздухе разлилось жужжание множества насекомых. Новый день вступал в свои права.       К полудню луг пересекла Искрица, несущая свои воды от Бельвью на юг. Спокойная в истоке, здесь она петляла между скалами, звонко журча и пенясь на солнце, оправдывая своё название. На другом берегу виднелась дорога, её вид заметно обрадовал Д’Бре’Синтеля — пробираться сквозь сплошные заросли доходящей до пояса травы было для него крайне утомительно. Гудение мошкары, вязкие мясистые стебли, норовящие оплести руки и ноги — будь у эльфа свободное время, он бы выместил злобу и перебил здесь всякую жизнь, оставив позади лишь широкую просеку. Однако он старался не показывать нрав, а на все вопросы Мегалькарвен лишь скалился в усмешке или иронично спрашивал, не желает ли спутница перевести дух.       — Я же вижу, что тебе непросто, ты весь побледнел, — осаживала его эльфийка, но тёмный воин пропускал её слова мимо ушей.        Вскоре они дошли до первой разделительной гряды: луг резко обрывался вниз каменными обрывами, идущими с запада на восток. Дорога петляла между нагромождениями скал, а затем вновь выпрямлялась и лентой змеилась дальше сквозь пёстрые луговые просторы, постепенно теряясь вдали.       — Если верить карте, впереди у нас ещё один подобный спуск, — заметила Мегалькарвен, достав подарок Анжелы. — А там и до Ручья совсем недалеко.       — О, ты купила карту? — оживился тёмный эльф.       — Это от кузнеца и его жены, — отозвалась эльфийка. — Карта, кольчуги и немного провизии. — Она постаралась произнести это легко и непринуждённо, но в груди всё равно кольнуло неприятной болью. Видимо, нечто похожее испытал и эльф.       — Что за кольчуга? — тем не менее спросил он. — О, а кузнец хорош. Лёгкая и прочная… Пожалуй, не буду потрошить его при следующей встрече.       — Потрошить того, кто помог тебе спастись? Очень великодушно, сударь Д’Бре’Синтель! — последние слова девушка почти выкрикнула. Эльф вздрогнул и сощурился, но не произнёс ни слова.       Молча они прошагали какое-то время.       — Интересно, почему эти поля никто не распахивает? — попробовала вновь начать разговор Мегалькарвен.       — А я почём знаю? Может, земля не подходящая, — буркнул эльф. Он весь съёжился и нахохлился, взгляд стал холодным и раздражённым. — Лучше дай посмотреть, сколько нам ещё тащиться.       — Недалеко. Я думаю, что к ночи мы успеем добраться.       — Постараемся, — буркнул Д’Бре’Синтель и захромал дальше.       До самого вечера путешествие проходило без приключений и практически молча. Тёмный эльф, страдающий от болящих ран, не поддерживал новых попыток Мегалькарвен начать разговор и всё больше сбавлял скорость. Долгое движение болезненно сказывалось на нём, вызывая тупую боль при каждом новом шаге, усугубляя и без того непростой нрав. Несколько раз в глубине луга Мегалькарвен замечала силуэты гоблинов, но те, едва завидев путников, быстро скрывались из глаз. Солнце постепенно клонилось к земле, начинало смеркаться, а до города было ещё довольно далеко. Эльфы подошли к барьерным скалам — ещё одной череде обрывов, между которыми извивалась дорога. Внизу располагалась обширная долина, а вдали, у самого горизонта в лучах заката виднелись неяркие блики — это показалось Белое озеро, в которое впадал Серебряный ручей.       — Совсем немного осталось, — скрипнул зубами тёмный эльф. — Ускоримся, доберёмся уже ночью.       — Я не согласна. Ты и так еле стоишь, а здесь ещё немалый путь. Опять будешь отлёживаться целую неделю!       — Глупости. Пошли!       — Я сказала: «Нет»! Остановимся в поле, а с рассветом двинемся дальше. Будешь упрямиться — удержу силой.       — Пользуешься тем, что я сейчас не в форме… Посмотрим, что ты скажешь, если на нас нападут.       — Я смогу защитить нас, — сталь в голосе Мегалькарвен сменилась более тёплыми нотками. — Пойдём, нужно выбрать удобное место.       Д’Бре’Синтель с неохотой подчинился. Когда было нужно, его спутница, обычна мягкая и послушная, становилась твёрдой и упорной, подобно самому эльфу. Но, даже зная это, его мучительно жгло осознание собственной никчёмности.       Место для ночлега выбрали в густой траве — она полностью скрывала путников от чужих глаз. Вокруг расставили небольшие растяжки, способные предупредить о появлении незваных гостей, рядом, в случае чего, был присмотрен спуск по обрыву — при нападении можно было быстро отступить вниз, после чего получить некоторое преимущество. Разожгли костёр. Наскоро приготовив ужин, Мегалькарвен сходила с котелком к реке и принялась готовить лечебный отвар. В закипающую воду отправились пучки листьев и корешков, взятых у лекаря, часть из них Мегалькарвен разминала пальцами, часть резала маленьким ножом. Понаблюдав за ней, Д’Бре’Синтель фыркнул.       — Делать тебе, что ли, нечего?       — Скажешь тоже. Отвар поможет быстрее восстановить силы.       — Так уж и поможет, — саркастически усмехнулся тёмный эльф.       Мегалькарвен проигнорировала колкость и вернулась к своему делу. Вскоре внутри котелка томно задымился светло-багряный настой.       — Вот, выпей. И раздевайся, я перевяжу тебя.       Тёмный эльф скрипнул зубами, но подчинился. Травяной завар оказался приятен на вкус, хоть и слегка щипал язык. Затем пришла очередь перевязок — бросив в огонь старые тряпицы, Мегалькарвен достала из котомки свежие, завернула в них размякшие листья и ловко обработала раны.       — Так-то лучше, — улыбнулась она.       Последние всполохи заката неспешно тлели, уступая место наползающей с востока ночи. На безоблачном небе разгорался новый, холодный голубоватый огонь, питаемый от мириадов сверкающих звёзд. В их свете долина внизу казалась диковинной серебряной гладью, переливаясь под дуновениями лёгкого ветерка.       — Посмотри, как красиво! — обратилась эльфийка к своему спутнику. — Давно такой ночи не было.       — Слишком светло, мы прекрасная мишень, — угрюмо отозвался эльф в ответ.       — Довольно, прекращай Д’Бре’Синтель. Я тоже боюсь, что нас настигнут. Но так получилось, что за один переход мы не осилили весь маршрут. Но мы ведь старались, верно? Приложили все усилия, какие могли. Остаётся надеяться, что на нас не нападут, а завтра двигаться дальше.       — Все усилия? А где же город, до которого мы бы наверняка дошли? Нужно было потерпеть и идти дальше.       — А ты уверен, что вообще смог бы дойти до города, а затем продолжить путь завтра-послезавтра? Я не уверена. Поэтому мы здесь.       — Проклятое ранение, — вместо ответа зарычал тёмный эльф. — Всё было бы нормально, не будь я столь слаб!       — Ты не слаб, дорогой мой Д’Бре’Синтель. Ты пытаешься всегда быть вооружённым и готовым ко всему, даже если всё выскальзывает из рук. Это как стоять в боевой позиции, натянув лук — но сколько ты так продержишься? Всё равно рано или поздно руки устанут и отпустят тетиву. Так и здесь — не кори свою слабость, лучше выздоравливай. А пока сильной буду я.       Д’Бре’Синтель не ответил, закрыл глаза и погрузился в свои мысли. Видимо, он обдумывал сказанное эльфийкой.       Ночь окончательно накрыла землю. Вдалеке слышались вопли гоблинов, но потом все стихло и погрузилось в тишину.       — Наверное, ты в чём-то права, — отчётливо прозвучал негромкий голос эльфа. — Мне не нравится это признавать, но в твоих словах есть истина… Спокойной ночи, Мегги.       Эльфийка знала, что признание своей неправоты было для эльфа подобно пытке, а потому просто сказала:       — И тебе. Набирайся сил.       Ночёвка прошла на удивление тихо. С юга наползли косматые тучи и стремительно погрузили мир в непроглядную тьму. Глухо и прохладно было в эту ночь. Туман бесшумно полз по полю, срываясь затем с каменистого уступа и растекаясь по долине. Тёмный эльф, вздрагивавший поначалу от каждого шороха, заснул ближе к утру, когда небо на востоке начало светлеть, но и сон его был неспокойным. Д’Бре’Синтелю приснились родные пещеры, орды собратьев, потрясающих оружием и факелами.       — Смерть, смерть, смерть, — кричали они, обступая тёмного эльфа со всех сторон.       Д’Бре’Синтель пытался укрыться, спрятаться, но огни были всё ближе, всё жарче. Растянутые в злобной гримасе лица сородичей меняли очертания, превращаясь в одинаковые рогатые морды огненных демонов. Жар стал нестерпимым. Тянущей болью отозвалась раненная рука, эльф застонал и…проснулся. Сумрачное утро уже накрыло луга, и хотя солнце уже приподнялось над горизонтом, мрачные серые тучи не спешили уходить с небосклона, удерживая сырую прохладу. Мегалькарвен спала — усталость возобладала верх над осторожностью. Под обрывом перед эльфом открылось пышное море густого серого тумана. Туда и предстояло держать путь.       — Просыпайтесь, госпожа соня, — ехидно начал будить он эльфийку. — А то совсем всё проспишь.       — Ох, что такое? — сонным голосом выговорила Мегалькарвен.       — Ты ещё спрашиваешь! Вся ночь без караула! Ладно, чего уж там, — добавил он, увидев виноватое и заспанное лицо эльфийки. — Нужно двигаться дальше.       Вернувшись на дорогу, путники умылись в Искрице и наскоро позавтракали. Утро постепенно разгоралось, первые лучи пробились сквозь облака, растекаясь по земле теплыми пятнами и приветливо грея всё вокруг.       — Смотри, какой туман в долине! — воскликнула эльфийка, впервые обратив внимание на серое море. Туман, хотя и обмелел, но всё равно колыхал свои волны под скалами, закрывая землю от солнечного света.       — Видел уже, надо спускаться туда, — отозвался тёмный эльф, поправляя свои клинки. — Пойдём, до полудня будем в городе.       — Пойдём, — согласилась Мегалькарвен. — Хотя нет, смотри! Там, внизу!       Зоркий глаз девушки разглядел какое-то движение в глубине серой хмари. Вскоре на подъёме показалось существо, похожее на человека, но без одежды, полностью покрытое густой коричневатой шерстью. Мускулистые лапы заканчивались толстыми пальцами с острыми когтями, в них существо держало увесистый древесный сук.       — Да это же орк! — прокомментировал тёмный эльф. — Он-то тут откуда?       Между тем вслед за орком — а это определённо был орк — из тумана гуськом выскользнуло три гоблина. Пока они не замечали эльфов, но встреча была неизбежна.       — Приготовь свой лук, — рыкнул Д’Бре’Синтель и достал один из своих клинков правой рукой — левую он использовать пока не мог.       Тем временем процессия добралась до вершины обрыва и заметила готовых к бою противников. Орк, сдавленно хрюкнув, побежал вперёд, угрожающе размахивая своей палкой, гоблины же, как по команде, бросились врассыпную, мгновенно потерявшись в просторах луга.       — Прочь! — Д’Бре’Синтель скривился от боли, отклонив удар дубины, а затем стремительно атаковал. Противник, не успевший осознать случившееся, мешком рухнул на землю. Из груди его тёмной струйкой текла кровь.       — Что ж, теперь вместо безумных родственников на нас будут нападать орки, — мрачно резюмировал тёмный эльф, вытирая запачканный клинок. — Пойдём, пока ещё кого-нибудь не принесла нелёгкая.       Умиротворение после спокойного сна растворилось, словно сдутое порывом ветра. Впереди могли быть враги. Мегалькарвен несколько раз встречалась с воинами пустыни — грубые и дикие, эти враги всегда придавали сражениям большое значение, а потому не убегали, подобно гоблинам, предпочитая любую форму боя. Встреча с большими отрядами орков сулила серьёзные проблемы.       Путники осторожно двинулись вперёд, держа оружие наготове. Туман окончательно исчезал, открывая вид на прекрасный цветочный луг.       — Я слышала, что раньше эти места покрывали воды Белого озера, но потом оно обмелело, оставив после себя обширные просторы.       — Возможно, так и было, — задумчиво протянул в ответ эльф и снова затих, погрузившись в свои мысли.       Мегалькарвен решила не беспокоить его, поэтому дальше они шли молча. Но вскоре девушка вновь подала голос:       — Скажи мне, Д’Бре’Синтель, а могли твои собратья оставить преследование?       — Оставить? — усмехнулся эльф, обернувшись к спутнице. — Пару дней не появлялись, и уже такие мысли? Нет, невозможно это. Хотя, — почесал он больную руку, — если только не случилось чего-то более значимого, что потребовало их внимания. Да и то, это отсрочка, а не отказ от задуманного.       — Я поняла. Что ж… Будем надеяться на лучшее. А пока я просто рада, что мы попали в такое красивое место! Настоящий праздник вокруг!       И Мегалькарвен запела:

Прошла зима, как страшный сон, Забыт капели перезвон, Вокруг зелёная трава, Прекрасна летняя пора! Лазурь небесный свод зальёт, Взволнует душу, позовёт Туда, где есть мечтам простор, Где есть мальчишеский задор, Цветут как сад луга, поля. И, словно южные моря, Они пленяют всякий взор О, дивный край, о, сладкий сон! Печаль и грусть ты сокруши И в танце быстром закружи!

      — Пей, пляши, вокруг ни души, — саркастически отозвался эльф. — До тех пор, пока не выбегут орки. По мне, так лучше болота Жураг-Нара.       — Ну и глупости же ты говоришь! Твоё ранение не даёт отвлечься на мир вокруг. Лучше погляди! Город совсем близко. Ещё немного и можно будет передохнуть.       — Нет, это лишь предместья, — вздохнул Д’Бре’Синтель. — Вон, видишь громоздкое здание? Оно отмечено на карте отдельно, это гладиаторская арена. За ней будет мост через реку, а там уже и город.       — Арена… Что за варварские развлечения у здешних людей, — вмиг помрачнела эльфийка. — Такие просторы, душа радуется, а они смотрят кровавые побоища.       — Кому как, — усмехнулся Д’Бре’Синтель. — Как говорится, о вкусах не спорят.       К большой радости Мегалькарвен, массивное сооружение при ближайшем рассмотрении оказалось в запустении, зато за ним оказался небольшой базар. Многие прилавки пока стояли без товаров, но продавцы постепенно появлялись, надеясь выручить несколько монет за своё добро. Не задерживаясь в этом месте, путники подошли к берегам реки. Здесь, вблизи своего устья, она разливалась на десятки метров, лучезарно переливаясь в солнечном свете. Через водный поток был проложен изящный мост, охраняющийся немногочисленной стражей.       — Как же здесь чудесно! Ну согласись, Д’Бре’Синтель, куда там твоим болотам. Простите, почтенный, — обратилась эльфийка к солдату, — знаете ли вы подходящее место для остановки двух путников?       — Место-то знаю, да только нынче не лучшая это затея. И вообще, кто вы и по какому делу? Я не пропускаю всех, кому вздумается пройти.       — Мы не проходимцы, нам нужен отдых, перед тем как продолжить путь, — эльфийка несколько опешила от такого неприветливого тона.       — Последнее время на нас нападают гоблины, в городе небезопасно, поэтому я не рекомендую вам останавливаться здесь, — упорствовал стражник, задержавшись взглядом на вооружении путников.       — Отдохнули, — раздражённо пробормотал Д’Бре’Синтель. Он вновь вскипел от слов несговорчивого стражника, но до поры решил сдержаться. — Вот письмо от капитана Роматы, командующего гарнизоном Бельвью, — холодно отчеканил он, доставая из-под плаща сверток бумаги. — Мы двигаемся в Порто-Валлум, чтобы поступить на службу короне. Скажи, где находится твоё подходящее место и прочь с дороги, мы разберемся сами.       — С этого и надо было начинать, — огрызнулся солдат, разглядывая свиток. — Через мост, дальше прямо, на площади повернёте налево. Желаю удачи, — последние слова он процедил сквозь зубы. Мегалькарвен только вздохнула и последовала за прихрамывающим спутником.       Город встретил путников тишиной и настороженностью. Когда-то, должно быть, это был процветающий край, одинаково свободный от интриг власти и военных испытаний, но сейчас какая-то особая ветхость и заброшенность пронизывала все вокруг: каменные дома покрылись трещинами, и теперь из них лукаво поглядывали молодые побеги плюща и камнеломки, деревянные срубы стояли тёмными нагромождениями старых брёвен, многие крыши походили на решето или вовсе провалились внутрь, обнажая полное безразличие хозяев. Особняком смотрелись двухэтажные дома — здесь можно было рассмотреть следы ремонта и обновления, но и эти следы неумолимо таяли среди желтоватых пятен, грязи и пыли, местами заменяя когда-то покрывавшую стены краску. Казалось, что город пережил некий катаклизм, отчего пошатнулся и накренился набок, да так и застыл во времени, терпя лишения от череды зноя, дождей, снежных буранов и неистовых ветров.       — Ты чувствуешь? — спросила Мегалькарвен, осматриваясь по сторонам. — Повсюду светло и солнечно, а здесь как будто царит вечная осень.       Д’Бре’Синтель не ответил. Он уже успел бегло пересчитать количество горожан на улице и соотнести их с количеством домов. Если он не ошибся, город, по всей видимости, медленно вымирал.       — Жарко и душно, а ты говоришь — осень! — наконец буркнул он. — Чем скорее мы покинем это место, тем спокойнее мне будет.       Осматриваясь, они вышли на главную площадь города. Дома, как и в Бельвью, обступили её со всех сторон, и лишь несколько узких улочек извивались между ними в сторону окраин. В центре на гранитном постаменте стояла статуя человека. Своим грозным взором он смотрел на город, сжимая в правой руке серебряный меч, а в левой — серебряную ветвь. Эльфы остановились, разглядывая статую. Величественный вид портила только запущенность монумента: меч и ветвь потемнели, покрывшись чёрным налётом, а монумент густо зарос колючими кустами и вьюном.       — Как великолепно она сделана, словно живая, — помолчав, озвучила свои мысли Мегалькарвен. — Жаль, что жителям нет дела до такой красоты. А ну-ка…. Эльфийка выступила вперёд, шепча простое заклинание. Миг — и вьюн зашуршал, медленно распутывая свою цепкую хватку. Кусты стали опадать, как будто рост пошёл вспять. Ещё немного — и под памятником остались лишь небольшая поросль.       — Хоть немного, но лучше, — улыбнулась девушка. — Пойдём, Д’Бре’Синтель.       — Достопочтенные, подождите немного! — неожиданно окликнул их чей-то голос. Из дальнего дома появился необычного вида человек, неуклюже побежавший в сторону эльфов. Одетый в балахон и сандалии, с остроконечной шляпой и густой белой бородой, он был похож на диковинный гриб, вздумавший шататься по городу. В руках старец держал целый ворох свитков, частью рассыпавшихся по мостовой во время бега. Впрочем, не заметив пропажи, он остановился перед удивлённой парой.       — Здравствуйте, достопочтенные! Меня зовут Заман, и я мастер по магическим навыкам и заклинаниям. Я увидел незнакомцев на площади, а затем вы, милая леди, — тут он поклонился, выронив еще пару свитков, — вы очистили нашу прекрасную статую от сорняков. Этот монумент был построен основателями поселения, символизируя его славу и процветание. Ах! Как раньше был красив город! К сожалению, смутные дни коснулись и нашего края. Эта статуя — последний лучик закатившегося солнца. А посему — спасибо вам, милая леди, за то, что вы не преминули использовать свои навыки.       — Добрый день, уважаемый Заман! Это такая малость, не стоит благодарности.       — Пусть же эта малость станет новым светлым утром в жизни Серебряного ручья!       — Надо полагать, вы проделали такой длинный путь, исключительно чтобы воздать хвалу моей спутнице? — За насмешкой в голосе тёмного эльфа явственно чувствовалось недоверие.       — Простите? Ах да, верно. Простите мою рассеянность. — Старый мастер, похоже, не обратил внимания на неприветливый тон. — Я хотел попросить вас о помощи.       — Конечно, продолжайте, — быстро проговорила эльфийка, бросив гневный взгляд на тёмного эльфа. Тот, уже собравшись язвительно закончить разговор, прикусил язык.       — Что ж, я потерял очень важный для меня свиток…       — Так вон же лежат, на любой вкус, — всё же не сдержал насмешки Д’Бре’Синтель.       Старичок растерянно обернулся, вздохнул и бросился собирать упавшие рукописи.       — Подождите, я вам помогу, — последовала за ним эльфийка, бросив на эльфа ещё один испепеляющий взгляд. Тот, хотя и ощутил укол совести, остался на месте. Между тем Заман, как оказалось, нисколько не смутился.       — Был я могучим, а стал песком сыпучим, — засмеялся он и медленно выпрямился. — Прав ваш друг, рассеянный я теперь. Но прошу вас о другом. Свиток Мудрости — не простой пергамент. Там указаны способы изучения наиболее трудных и могущественных заклинаний. Его ценность велика. Поэтому-то его и украли оркские бандиты! За такую вещицу можно выручить немалое состояние, и ведь найдутся вероломные, которые пойдут на такую сделку.       — Я не против, но, видите ли, мой друг ранен и вряд ли сможет помочь, пока не восстановится, — развела руками эльфийка. — Не уверена, что я справлюсь одна.       — Ах да, ранение, а я и не заметил. Пройдемте в мой дом, уважаемые. Подлечим, потолкуем, да жару переждём.       Старичок поманил путников за собой, двинувшись к дому, из которого он недавно выбрался, но через мгновение вновь замер на месте.       — Ах да, ещё кое-что. Как мне обращаться к вам?       — Мегалькарвен, а это Д’Бре’Синтель.       — Вот и славно, весьма рад нашему знакомству, — улыбнулся Заман, затем, на миг задумавшись, добавил. — Я ведь представился? Моё имя — Заман.       — Попытайся быть повежливее хоть немного, — шепнула девушка на ухо эльфу, когда пожилой мастер засеменил дальше. — Незачем показывать свой характер.       — Вот ещё, — буркнул тот в ответ. — Разве обязательно идти за этим стариканом?       — Конечно, не обязательно. Но обидеть его отказом будет неправильно. В конце концов, мы не настолько спешим.       — Ладно, ладно, идём.       Внутреннее убранство дома оказалось под стать своему хозяину: груды бумаг и свитков, древних книг и фолиантов возвышались то здесь, то там, как диковинные горы. Некоторые громадины заросли пылью и паутиной, некоторые, по всей видимости, часто переносились Заманом с места на место. Окна были закрыты покрывалами, из-за чего в комнате, не смотря на разгар дня, царил полумрак.       — Ну и ну, — воскликнула эльфийка. — Ты только подумай, сколько секретов таят эти книги.       Эльф в ответ только хмыкнул.       — Сюда! — послышался голос откуда-то из глубины жилища. — Проходите сюда!       Дальше дом уже в большей степени походил на место обитания. Солнечный свет проникал через широкое окно, заливая просторную комнату, служившую, по всей видимости, одновременно кухней и гостиницей. Заман исчез в следующей комнате, откуда доносилось его приглушенное бормотание и звон стекла.       — Забавный дед, — пробормотал Д’Бре’Синтель. — Старый комбо-мастер… Я слышал, что они умеют изобретать различные заклинания, которые впоследствии может изучить кто угодно.       — Ах да, хотите чаю? — вернулся в комнату Заман. — А вам, господин, я бы рекомендовал выпить вот это снадобье, — тут он протянул небольшой пузырек с ярко-красной жидкостью. — Эликсир исцеления, собственного производства. Ускоряет заживление любых ран, насыщает тело бодростью и энергией!       — Ооо, спасибо вам большое, — воскликнула Мегалькарвен, пока тёмный эльф с подозрением изучал содержимое склянки. — От чая я не откажусь, но позвольте сначала узнать поподробнее о вашей просьбе с возвращением свитка.       — Конечно, сейчас, сейчас. Присаживайтесь.       Шустро растопив камин, Заман поставил чайник на подставку, и устроился в широком кресле.       — Как я уже говорил, свиток попал в лапы орков. В последнее время в наших краях частыми гостями стали орки, но до недавнего времени они всё кочевали, мешая торговцам перевозить своё добро. Впрочем, некоторые решили осесть на одном месте. Ах, мы и глазом моргнуть не успели, как в лесах появилось их становище. Теперь они раз за разом приходят к городу, выискивая лёгкую добычу. Охранники им не ровня, да и боятся они драться с орками. Ах, на прошлой неделе эти бандиты пустыни совершенно потеряли страх, вломились глухой ночью в самое сердце Ручья, ограбили несколько домой. В том числе и меня. Другие украденные рукописи я могу восстановить, но они не имели особой ценности, в отличие от Свитка Мудрости.       — Брр, ну и вкус! — кашлянул Д’Бре’Синтель, выпив снадобье. — Если орки без разбору утащили разные бумаги, возможно, они не понимают их ценности, и ваш свиток без каких-либо трудностей закончит свой путь в выгребной яме.       — Ах, и всё же нельзя полагаться на это. Знания свитка в недобрых руках способно сотворить большую беду.       — Что же там за заклинания?       — Ах, я не могу сказать об этом. Скажу лишь, что изначально планировалось использовать эти чары в горном деле, взрывать породу, разрушать завалы… Но почти всякое заклятье можно использовать в качестве оружия. Представьте себе: любые стены, любые укрепления могут быть сметены в мгновение ока. Поверьте, это настоящая угроза.       — Так уж и угроза? Ну ладно, допускается. Похоже, зелье действительно отлично восстанавливает, — хищно ухмыльнулся тёмный эльф, пошевелив раненой рукой.             — Сколько орков в отряде? Где их лагерь? Мы получим чью-то помощь или можем рассчитывать только на себя? И награда, хотелось бы получить что-то кроме благодарностей.       — Д’Бре’Синтель! — возмущенно окликнула его эльфийка       — Ах, да-да-да, конечно, детали. Помочь смогут наши дровосеки, может быть, добровольцы, желающие вновь сделать лес безопасным. Количества я не знаю, спросите у Аликея, главного лесоруба. И он же знает, где их лагерь. Пойдёмте, я покажу дорогу к его дому.       — Вы забыли о последнем вопросе, о награде, — тёмный эльф позволил себе небольшую ухмылку.       — Память-памя́ть, где б её занять. Что ж, — старичок нахмурился, — чем бы мне вам отплатить… У меня ведь в основном книги да свитки, да и те не всегда на понятных языках. Эльфийские трактаты, повести людей, летописи гномов… А может, я дам вам несколько эликсиров? Дорога у вас, надо понимать, не близкая, глядишь, пригодятся.       — А нет ли книг о твердынях древности? Например, о Гнарлстате, ныне называемой Жураг-Нар.       — Ооо, да вы любитель истории? Кхм, возможно, у меня найдутся кое-какие записи.       — Тогда за возвращение свитка мы ожидаем эти книги и десяток эликсиров. Ведите к лесорубу, посмотрим, что скажет он.       Путники вышли из дома и последовали за старым мастером в жилой квартал города. Вокруг по-прежнему царило запустение, оживляемое проросшими то тут, то там деревцами, шелестящими на ветру зелёной кроной. Жителей было немного, и все они казались вялыми и уставшими, точно все как один перегрелись на солнце.       — Как твои раны, Д’Бре’Синтель? Кажется, эликсир действительно помог? — спросила Мегалькарвен вполголоса.       Вместо ответа тёмный эльф зубами подцепил и дёрнул повязку на правой руке, где еще с утра красовалась широкая рана. Сейчас же от неё остался незначительный порез да красноватое пятно на коже.       — Не хочу этого признавать, но зайти к этому дедуле было отличной идеей. Давно себя не чувствовал так хорошо. Поэтому я и согласился взять в награду ещё немного эликсиров.       — Кстати о награде, почему ты спросил про книги? Не знала, что тебя интересует подобное.       — Пустой интерес, — отмахнулся эльф. — Его слова напомнили детские годы там… дома. Помнится, тогда случился прорыв воды, и все повторяли это слово «Гнарлстат». Я был мал, но позже узнал, что так называлась крепость гномов. А сейчас как-то само пришло мне на ум.       — Интересно… Я слышала о подгорном племени множество слухов, но никогда не встречала живых гномов.       — Вымерли все наверняка, стараниями моих собратьев, — то ли усмехнулся, то ли вздохнул эльф. — Долго ещё идти? — возвысив голос, обратился он к старику.       — Несколько минут, господин…эээ… Д’Бре’Синтель? — скорее спросил, чем ответил Заман. — Сюда, сюда, — замахал он рукой, маня за собой. Мегалькарвен про себя отметила, что комбо-мастер внешне был схож с городом: потрёпанный временем, странный и обветшавший, но хранящий в себе целый кладезь знаний — бери, если сумеешь.       Солнце постепенно двигалось по небосводу, и хотя полдень уже миновал, его лучи всё так же немилосердно припекали, яркими бликами отражаясь от железных предметов. Путники двигались к окраине города. Обойдя торговые ряды, они увидели широкий простор водной глади, виднеющегося между домами.       — Почти пришли, — Заман направился в сторону реки, еще раз взмахнув рукой.       — Эй, здорово, мастер Заман, не ко мне ли собираешься? — неожиданно окликнул их весёлым голосом выходивший из таверны мужчина. Пожалуй, это был первый человек, отличавшийся от других настолько, что это бросалось в глаза. Низкорослый и коренастый, весь покрытый густыми волосами, отчего невольно приходило сравнение с медведем, он весело поблёскивал глазами из-под густой бороды. Движения его были быстры и резки, а сам он дышал скрытой до поры готовностью к какой-нибудь кипучей деятельности на грани собственных сил. — Как поживаешь? — воскликнул он снова, подобравшись ближе. — Гости-то какие с тобой!       — Ах да, Алексар, здравствуй! Идём мы не к тебе, к Аликею.       — Так он нынче здесь. Эй, Аликей, к тебе гости! — прокричал Алексар внутрь таверны.       — Аликей у нас начальник первой бригады лесорубов, а вторая под руководством Алексара, — объяснил Заман эльфам.       — Моё почтение, красавица, — широко улыбнувшись, Алексар сделал легкий поклон, а затем протянул Д’Бре’Синтелю руку. — Здоро́во!       Тёмный эльф нехотя протянул свою руку и тотчас отдёрнул назад.       — Мегалькарвен, — представилась в свою очередь эльфийка. — Рада нашему знакомству. Интересное название у таверны, как тебе? — легонько толкнув своего спутника, она указала на табличку.       — «Медяница», по названию прекраснейшей медовухи, которую готовит Евгес, хозяин здешний, — сообщил начальник второй бригады, жестом приглашая внутрь.       — Хм, очень интересно, — пробормотал Д’Бре’Синтель, неодобрительно косясь на нового знакомого.       Внутри таверны царил легкий полумрак. Сквозь закопченные окна внутрь проникали солнечные лучи, в свете которых кружилась в хороводе многочисленная пыль. В середине дня здесь было немноголюдно, около десятка мужчин, сосредоточенно опустошающих увесистые кружки. Один из них при виде вошедших поднялся и пошёл навстречу. Высокий и статный, с обветренным лицом и внимательными холодными глазами, его можно было принять за зашедшего сюда по ошибке аристократа, и только испещренные мозолями руки выдавали в нём работника.       — Аликей, к вашим услугам, — поклонился он, перед этим оценив взглядом каждого: слегка растерянного Замана, улыбающегося Алексара, прищурившегося Д’Бре’Синтеля и доброжелательную Мегалькарвен.       — Ну, давайте, рассаживайтесь, рассказывайте, — позвал к столу Алексар, одновременно дав знак хозяину, и тот незамедлительно принес пять кружек с янтарным напитком.       — Рассказывать? — усмехнулся между тем тёмный эльф. — А мы разве тебя искали?       — А я и говорю, у вас дела к нашему начальнику. Я с вами послушаю, — не смутился тот.       — Ах да, Аликей, мы по следующему вопросу — взял слово старый мастер. — Эти двое, — он обвел руками, указывая на эльфов, — согласились помочь прогнать орков и вернуть мой Свиток.       — Вы уверены, что им можно доверить такое дело? — спросил командир первой бригады, как бы невзначай глянув на тёмного эльфа. Тот чуть прищурил глаза. В самом деле, идея использовать свиток комбо-мастера в своих целях пришла ему в голову почти сразу, как Заман закончил говорить про ценность и опасность заклинаний. «Выходит, не все люди в этом городе настолько легкомысленные», — хмыкнул эльф.       — Эээ… — похоже, Заман подумал об этом только сейчас. — На самом деле я об этом не подумал… Но полагаю, что можно, ведь так? — спросил он, переводя взгляд с эльфа на эльфийку и обратно.       — Конечно, мы не будем пренебрегать вашим доверием, — искренне сказала девушка. — Даю вам слово лесного эльфа. Так что же вы можете сказать, Аликей?       — Это будет нелегко, — пожал плечами командир первой бригады. — Орков там несколько сотен, все прекрасно вооружены, и это одни только орки. Вместе с гоблинами против нас настоящая армия.       — Значит, противников много, — заметил тёмный эльф. — Кто-то ещё пойдёт с нами?       — Я, и мои ребята с тобой, — воинственно поднял кружку Алексар. — Я как считаю, если их не прогнать, они нас со свету сживут. Вот этими руками их собственноручно и перебью.       — Что ж, неплохо, — проговорил Д’Бре’Синтель без всяких эмоций. — Что на счёт вас, Аликей?       Командир пристально посмотрел на эльфа, а затем отвёл взгляд.       — Я готов внести свой вклад. В ближайшее время я опрошу своих, но думаю, что они также присоединятся. Это еще человек пятнадцать.       — Есть ли карта местности? Я хочу увидеть местонахождение лагеря и окрестностей, — продолжил спрашивать эльф.       — Один из моих парней раньше увлекался картографией. У него замечательные карты, но живёт он на другом конце города. Я провожу вас.       — Так, а что на счёт Игника? — неожиданно воскликнул Алексар. — У него самая многочисленная бригада.       — Да что же тут у вас, весь город лес рубит? — не удержалась Мегалькарвен. — Подумать только, сколько людей убивают деревья.       — Не сердитесь на нас, госпожа, — Аликей слегка опустил голову. — Торговля последнее время не приносит желаемых доходов, а Серебряный ручей постепенно перестаёт быть серебряным. Песок, что мы добывали, год из года блекнет, за это лето мы намыли едва ли больше сотни вёдер. Нам приходится приспосабливаться. Если вас это утешит, мы рубим лес осторожно, по возможности высаживая новые побеги на местах вырубок.       — Что ж, спасибо и на этом.       — Вернёмся к более важному вопросу, — вновь будничным голосом проговорил тёмный эльф. — Значит, сейчас мы можем рассчитывать на тридцать человек. Надо полагать, Игник — командир еще одной бригады?       — Верно, — ответил Аликей. — Но я бы не стал рассчитывать на кого-то из его работников. Они слабые и трусливые, а от орков убегут без оглядки. Поговорите с ним, если хотите, а завтра с утра мы подготовим окончательный план.       — Завтра? О, нет, мы выступим сегодня же ночью. Я лишь выясняю детали, чтобы лучше представлять картину.       — К чему такая спешка? — если Аликей и удивился, то внешне остался совершенно невозмутимым. — Не лучше ли распланировать атаку, подготовить к ней людей, а не бросаться в бой, очертя голову? Или это единственный план, который вы можете предложить?       Эльфийка затаила дыхание, переведя взгляд на своего спутника. Тот также оставался внешне невозмутимым, но в глазах загорелся недобрый огонёк.       — Если долго готовиться, будет время на раздумья, за ними возникают сомнения, сомнения — ключ к поражению. К тому же мы спешим, верно, Мегги?       — Ну… эээ… да, но…       — Это значит, что если вы не поторопитесь, то решать проблему сами. Не думаю, что в городе сыщется хоть кто-то, способный достойно сражаться с орками. Такой ответ утроит?       — Нет, — отозвался Аликей. Он по-прежнему выглядел спокойным, но на щеках появились багряные пятна. — Если у вас принято заливать врагов собственной кровью, то мы, люди, побеждаем смекалкой и находчивостью!       — Да неужели? — казалось, внутри таверны смолкли все иные звуки кроме холодящего голоса тёмного эльфа. — Это вашей смекалкой город походит на руины древнего царства? Вашей смекалкой у этих руин толпится целое стадо хищников, готовых убивать, а у вас из защиты только стайка пугливых детишек во главе с самым находчивым лесорубом? Этому старику, как и остальным жителям, нужна помощь. Хотите её получить — подчиняетесь мне. Не хотите — завтра утром мы продолжим свой путь, а вы подыхайте, как свиньи под ножом мясника. Или сдохнуть — и есть твоя смекалка, человек?!       В звенящей тишине стало слышно, как жужжит где-то под потолком одинокая муха. Все разговоры в таверне стихли и теперь взгляды были устремлены к столу, где стоял тёмный эльф, один из тех, о ком рассказывали страшные сказки, один из тех, кого боялись и проклинали жители северо-восточных регионов, и теперь по какой-то прихоти судьбы он стоял здесь и прожигал взглядом главного дровосека Ручья. От этого взгляда было неуютно и окружающим, чего уж сказать о самом Аликее — тот сник и вжался в стул, точно наткнулся на прочную стену.       — Д’Бре’Синтель, довольно, — тихо шепнула Мегалькарвен, глубоко вздохнув. Эльф тотчас вздрогнул, расслабился, но не сразу выпустил Аликея из-под своего цепкого взгляда.       — Что ж… — прочистил горло Алексар, разряжая обстановку. — Тогда мне следует оповестить своих?       — Оповещай, — мотнул головой Д’Бре’Синтель, залпом опустошая кружку. — Сбор на закате на главной площади.       — Тогда я побежал, бывайте, — мигом вскочил с места Алексар, залпом осушил кружку и, бросив несколько монет на стойку, скрылся на улице.       — Я считаю это безумием, — наконец ответил Аликей. — Но препятствовать не буду. Сейчас соберу своих работников. Мы подойдём к главной площади, но не думаю, что хоть кто-то поддержит эту затею. — Он начал подниматься, но Д’Бре’Синтель жестом остановил его.       — Повремени. Заман, — обратился эльф к комбо-мастеру и тот вздрогнул, словно пробудившись ото сна. — Начинайте готовить свои зелья, заклинания, что угодно, что может нам помочь. Мегги, ты сходи за картой, а потом бегом на площадь, Аликей, проводишь её?       — Хм, да, конечно, я покажу дорогу.       — Прекрасно. А я пойду вместе с Заманом, подлечусь ещё немного.       — Хорошо, тогда не будем терять время, — поддержала его эльфийка, поднимаясь из-за стола. Остальные последовали её примеру и покинули «Медяницу». Тёмный эльф и старый мастер пошли по уже знакомому пути, в то время как Мегалькарвен и Аликей вышли к реке и пошли вдоль берега.       — И откуда вы взялись в нашем городе? — первым начал разговор дровосек, но вопрос не застал эльфийку врасплох, и она ответила привычным объяснением. Аликей какое-то время молчал, а потом заговорил снова.       — Я слышал, что тёмные эльфы были в союзе с орками в войне против людей. Откуда мне знать, что весь этот план — не хитрая ловушка?       — Возможно, вы также слышали, что лесные эльфы сражались на стороне Короны и внесли большой вклад в общую победу, — отозвалась Мегалькарвен. — Да и орки никогда не объединялись в подобный союз, к эльфам у них старая обида. Разве вы не знали, что они долгое время были рабами тёмных эльфов?       — Нет, этого я не знал, — отозвался Аликей и вновь замолчал.       — Красиво, не правда ли? — сменила тему эльфийка, глядя на сверкающие блики. Голубой поток не спеша нёс свои воды за их спины, пузырясь легкими водоворотами. Впереди Мегалькарвен заметила уже знакомый мост, через который они недавно вступили в город.       — Да, пожалуй, что так, — не сразу ответил её спутник. — Серебряная река, Серебрица, Серебрянка — как только не называют её, зачастую не различая с самим Серебряным ручьём. Она красива, но мне, живущему здесь всю жизнь и видевшему расцвет и угасание города, река не кажется таковой. Сейчас это место доживает свои последние годы, ещё немного — и оно исчезнет от ударов извне, а если нет, то рассыплется изнутри. Я живу один, а потому вижу это гораздо чётче.       — Довольно грустное предсказание. Но ведь нельзя сдаваться, пока город стоит. Было бы желание и воля жителей, и уверяю вас, Ручей заиграет такими красками, о которых он не мог и мечтать.       — Вы оптимистка, это ценно, — усмехнулся Аликей. — А я всё же предпочитаю смотреть на жизнь рационально. И стараюсь выжить, — помолчав, добавил он.       Что-то в его голосе не понравилось Мегалькарвен, а потому она перевела разговор на тему леса. Здесь дело пошло бодрее — Аликей был не только прекрасным лесорубом, но и большим знатоком лесных обитателей, их повадок, полезных свойств растений и кустарников.       — Тысячелистник скоро зацветёт, это, скажу вам, весьма полезно при всяких ранах. А мы на рубке часто получаем травмы. Поэтому и собираем его, — оживлённо делился он с эльфийкой своими познаниями. И хотя большую часть сказанного Мегалькарвен знала давно, она не смела перебивать и внимательно слушала.       — Впрочем, мы уже дошли, — взгляд Аликея вновь стал пристальным и сосредоточенным, словно он оторвался от дивного сна и вновь вернулся в окружающую реальность. — Вот дом Антола, проходите.       Антол оказался молодым парнем, радушно встретившим своего командира и его спутницу.       — Господин Аликей, рад вас видеть! И вы, сударыня эльфийка! Для меня большая честь принять вас. Однако прошу соблюдать тишину, мои родители не любят шум, да жена только-только уложила ребёнка.       — Мы не задержимся надолго, есть важные дела. Принеси нам любую из твоих карт. Нам нужен подробный план леса.       — Да, конечно, сейчас, — Антол пропал и вскоре вернулся с небольшим свитком. Внутри оказалась прекрасно нарисованная карта лесного массива, подробно отображённые дома и улицы, главная площадь и сельские угодья. По низу протянулся извилистый кусочек Серебряного ручья.       — Ты позволишь? Вот здесь они разбили свой лагерь, — указал на густую чащу Аликей. — К ней ведут вот эти тропы, но они обрываются вот здесь. А отсюда подход защищает течение Серебряного ручья — там он заболочен и трудно проходим. К тому же нужно идти через бурелом несколько сотен метров. Что ж, теперь мне пора, нужно оповестить всех моих ребят. Счастливо, Антол, ещё увидимся.       С этими словами Аликей развернулся и едва ли не выбежал из дома.       — А в чём, собственно, дело? Это как-то связано с вами? — спросил он эльфийку.       — Боюсь, что так, — улыбнулась она. — Мы планируем разбить вставших лагерем орков, чтобы лес снова стал безопасным. Для этого нужно собрать всех, кто может помочь нам.       — Даже тааак, — протянул Антол в ответ и озадаченно почесал голову. — Дело конечно хорошее… Но орки — яростные воины, а вернуться домой всё же хочется.       — Если их не отбросить, может так случиться, что будет некуда возвращаться. Впрочем, у тебя есть время подумать. На закате мы собираемся на главной площади. Приходи, если считаешь нужным. Никто насильно заставлять не будет. А я последую за Аликеем. До встречи.       Немного удивлённая такой реакцией, Мегалькарвен оставила недоумевающего Антола размышлять одного, а сама решила свериться с картой. К сожалению, этой части города на ней не оказалось. Идти напрямик по незнакомым улочкам эльфийка не решилась, а потому двинулась в обход, вдоль берега до моста, и далее на площадь. К тому времени на ней уже собралось несколько крепких мужчин, имеющих с собой внушительных размеров топоры.       «Неплохая подмога. Жаль, что эти топоры гораздо чаще рубят деревья», — подумала Мегалькарвен, и постучала в дверь комбо-мастера.       — Ах да, входи, входи, твой друг тебя уже ждёт, — на всю площадь крикнул Заман, открыв ей дверь и торопливо затянув внутрь.       — Вот ты и вернулась. Твой друг просил меня передать следующее: «Когда вернёшься, иди к опушке леса, там и встретимся».       — Погодите, так его здесь нет? — изумилась Мегалькарвен.       — Тише. Да, он сказал, что так нужно для дела. Я должен создать видимость, что вы двое находитесь у меня, в то время как вы не здесь. Ах да, он также сказал, чтобы вы вышли из дома не через дверь.       — Всё это довольно странно… А как же я должна выйти? Вылететь как птичка из окна?       — Ах, нет, ни в коем случае. Хотя, наверное, если умеете, можно и так. Здесь есть лестница на чердак, а оттуда — на крышу.       — Очень странно, но раз он так сказал… Тогда до встречи, я пойду.       Легко и грациозно Мегалькарвен взобралась на чердак и, осторожно ступив на черепицу, оказалась на самом верху. Отсюда можно было осмотреть город: изломанный и перештопанный полосками улиц, он казался пустынным и забытым, несмотря на самый разгар дня. Дома, избы и срубы протянулись в сторону леса причудливой вереницей, местами плотно примкнув друг к другу, местами отступая в стороны. Кроме того, крыши не везде надёжно защищали их внутренний покой, так что о лёгкой прогулке можно было забыть.       — Ну, дружок, задам я тебе жару, если это такая шутка, — вздохнула эльфийка и двинулась вперёд.       Южная окраина города быстро переходила в сельские угодья — поля с пока ещё зелёными колосьями, загоны для овец и коров. За полями начинался лес, вдоль него шла дорога, уводящая за горизонт.       Незаметно спрыгнув с последнего дома, Мегалькарвен растеряно замедлила шаг, а затем и вовсе остановилась.       — И куда дальше?       — Пссс! Сюда, быстро! — послышался знакомый голос из растущего овса.       Мегалькарвен последовала совету и зашла на поле. Двигаясь на звук голоса, она наткнулась на Д’Бре’Синтеля, сидящего прямо на земле.       — Вот и ты. Садись, Мегги, — сказал он довольным голосом, отхлёбывая из ещё одного пузырька алое зелье. Мегалькарвен про себя отметила, что эльф держал склянку раненой левой рукой.       — Ты в прятки играть решил?       — Как же прятки, я вытащил нас из города. Сейчас незамедлительно двинемся дальше, в Порто-Валлум.       — Что за глупости?       — Это шутка. Но до сих пор не понимаю, с чего нам сдалось это дело. А дело серьёзнее некуда, — усмешка сошла с лица эльфа. — Недавно мимо меня в лес убежал человек. Надо полагать, предупредить орков спешил. Внезапности не получится.       — Предупредить? Зачем? Я не думаю, что это так, Д’Бре’Синтель.       — Когда старикан рассказывал про Свиток, я подумал, что недобрые руки могут оказаться куда ближе, чем он предполагает. Горожане могли узнать о ценности некоторых его вещей, а после ограбления орков постараться выкупить их. Или даже не так, действовать с орками заодно ещё до нападения. Это многое объяснило бы.       — И поэтому ты решил прийти сюда?       — Да, ведь о нашем плане на тот момент знали немногие — только мы, Заман и два этих командира. А исключая нас и старикана — только двое. Сейчас, конечно, уже больше, но главное, что я успел дойти сюда раньше. А кто предатель — узнаем потом, когда разберемся с орками.       — Как ты узнал, куда идти? И Алексар покинул нас раньше…       — Я что же, без карты и леса не найду? То, что ты пошла с Аликеем было скорее отводом глаз. Он непрост, но я переиграл его. Что же до Алексара… Мне такие не нравятся, но не думаю, что он с орками сдружится. Характер у него простой и прямой, это сразу видно.       — Всё же это кажется мне очень неправдоподобным…       — Конечно, предательство всегда кажется невозможным до последнего момента. Посидим ещё немного и пойдём на площадь. Теперь уже не по крышам, к чему таиться.       Ожидание не принесло никаких плодов — на окраине города появлялись люди, но никто из них не уходил в лес, наоборот, горожане сторонились зеленеющей стены, опасаясь тамошних обитателей. Возвращаться стали, когда солнце начало клониться к западной части леса.       — Скоро вечер, пойдём, — поднялся на ноги тёмный эльф, растирая раненную руку. — Посмотрим, кого позвали наши доблестные командиры.       Городская площадь встретила эльфов встревоженным после сна муравейником. Сновали люди, слышалась перекличка, между домами бегали дети. Не понимая, что происходят, они, тем не менее, хотели поучаствовать в этой непривычной суматохе, но для этого следовало избегать бдительных матерей, уже сграбаставших нескольких сорванцов.       Помимо простых горожан на площади появились дровосеки, особняком стоял небольшой отряд солдат и охранников города, с собой они принесли оружие.       — Позови Замана, он ведь так и будет изображать, что мы внутри, — шепнул эльф и повернулся к толпе. — Ну что ж, начнём… — пробормотал он, заметив, что к дому приближаются трое.       Первым к нему подскочил разгорячившийся Алексар, за ним проследовало двое незнакомцев. Один из них был одет в военную форму, второй держал в руках небольшой топор.       — Игник, к вашим услугам.       — Оро, лейтенант стражи. Что всё это значит, сударь?       — А где Аликей? — вместо ответа спросил эльф.       — Пока мы его не видели, — ответил Алексар. — Из его ребят только двое пришли. Может, задержался?       — Может… — проговорил Д’Бре’Синтель. — Ладно, начнём. Сколько у нас человек? Каково вооружение?       — Двенадцать моих парней, тридцать семь у Игника и двадцать солдат у Оро, — тотчас отрапортовал Алексар. — Есть топоры, немного мечей и копий, три десятка арбалетов, деревянные щиты. И каски, целая гора касок, — лесоруб махнул рукой в сторону памятника, под ногами которого блестела целая гора потрепанных шлемов.       — Позвольте, — вмешался лейтенант. — Я пришёл сюда, не имея представления о происходящем. Объясните, что вы задумали? И как к вам обращаться, сударь?       — И на счёт моих ребят, — подал голос Игник. — Мы простые лесорубы, не обученные сражаться. Какой от нас толк?       Дело приобретало скверный, но ожидаемый поворот.       — Называй меня Д’Бре’Синтель, — отозвался тёмный эльф и посмотрел на Игника. — Толк, говоришь? А какой толк, если вы останетесь здесь?       — По крайней мере, останемся живы… — буркнул он в ответ и сплюнул на мостовую.       — Вот значит как? Интересно… — голос эльфа понизился почти до шёпота. — Вы боитесь орков и гоблинов? Боитесь умереть? Эти твари будут грабить и убивать ваших соседей, родственников, а вы будете жаться по углам, надеясь, что вас это не коснётся? Всех коснётся, — последней фразой эльф резанул, точно ножом, а затем обвёл он взглядом стоящих поблизости горожан. — Если не выжечь эту напасть, она сожжёт вас сама. Так что сидите и дрожите, надеясь на чудо.       Эльф вернул взгляд на командира третьей бригады, и тот смущённо потупил взор. Люди на площади поутихли, передавая друг другу слова эльфа и осмысливая сказанное. Удовлетворившись таким раскладом, Д’Бре’Синтель обернулся к Оро.       — Я уже говорил, что требую подчинения. В противном случае разбирайтесь с проблемой сами.       — Я подчиняюсь только Короне, король Аарнуму, да будет его век долог, и принцу Валору, молодому наследнику, — возразил воин. — Вы, сударь Д’Бре’Синтель, предлагаете опрометчивый план, но не имеете ни соответствующего распоряжения, ни указа старосты, ни рекомендации. Или я неправильно понял вас?       — Прошу простить, — холодно улыбнулся эльф, уловив интонацию. — Я понял, что ситуация требует немедленного вмешательства. Если это не так, я со спутницей уже завтра покину город. Не так ли, Мегги? — добавил он, заметив, что эльфийка вышла на площадь.       — Ты о чём? — удивилась та. — Заман варит зелья, говорит, что окажет всю возможную помощь.       — Этот… сударь, он утверждает, что мы не можем вмешиваться в дела города.       — Нет, я имел в виду несколько другое, — смутился Оро, но его перебил Алексар.       — У тебя есть мы, тёмный. Ребята! Покажем оркам, кто здесь хозяин?!       Возглас поддержали некоторые из дровосеков, другие в смятении замерли, солдаты же безучастно взирали на происходящее, ожидая приказов командира.       — Простите, — прервал его робкий голос, — а что делать нам?       — Антол, ты всё же решился! — воскликнула эльфийка, узнав лесоруба-картографа. — Я была уверена, что у тебя храброе сердце!       — Спасибо, госпожа. Я зашёл по пути к Дилу, он также согласился пойти. Но кроме нас никого из первой бригады нет…       — Интересно, — зловещая ухмылка промелькнула по лицу эльфа. — Знаешь, где живут остальные? Сообщи им о предстоящей вылазке. Сдаётся мне, Аликей так спешил, что забыл это сделать сам.       — Ты думаешь, это он ушёл в лес? — негромко спросила Мегалькарвен.       — Скоро узнаем. Оро, Алексар, зайдём в дом. Обсудим план.       — Так что же ты задумал, тёмный? — настороженно спросил лейтенант.       — Устроим охоту на охотников, — загадочно ответил Д’Бре’Синтель и отворил дверь.       Народ на площади продолжал прибывать.