Хроники Анкарии

      Добраться до Мистдейла оказалось неожиданно сложнее, нежели предполагал Совлемир — кто-то заблокировал портал, не давая открыть пространственные врата. Безрезультатно повторив нужное заклинание несколько раз, боевому магу пришлось использовать другую руну, создающую путь в столицу королевства, замок Брейврок.       Огромный город жил спокойной и размеренной жизнью, слухов о войсках Валора или предательстве ДеМоррдри пока не было, а потому Совлемир не мешкая начал собираться в путь. Память смутно подсказывала, что помимо основной дороги, ведущей в сторону приграничной заставы Брейвуол, имелась другая, позволяющая обогнуть опасные земли тёмных эльфов и быстро попасть на территорию магического анклава. Пешком он достиг бы родного края ближе к середине осени, с лошадью мог бы успеть к самому концу лета. По расчётам мага, он успевал встретить друзей в Маскарелле, но следовало подстраховаться на случай непредвиденных задержек. Кроме лошади требовалось пополнить припасы провизии и купить подробную карту региона, но кое-что ещё могло помочь в долгой дороге.       При королевском дворе всегда жило несколько придворных магов, и одного из них Совлемир знал. Кроткий и покладистый Релмин, имеющий профиль магии жизни — исцеляющих и укрепляющих заклинаний — был знаком Совлемиру ещё со времён академии, позже талантливый целитель уехал в столицу, где впоследствии и стал королевским врачом. И хотя с тех пор прошёл не один год, боевой маг был уверен, что сможет найти его.       Город делился на несколько ярусов, опоясанных толстыми стенами, и чем выше был ярус, чем богаче и благороднее были жившие на нём люди. Исключение составляла только базарная площадь — тут можно было встретить кого угодно. Быстро купив на ней всё необходимое, Совлемир задержался в небольшой лавке вблизи портала, приобретя руны к аркам Маскарелля, Хеджтона и, на всякий случай, Мистдейла, а затем спустился в предместья, где по слегка завышенной цене приобрел неплохого жеребца. Конь тотчас проникся к магу симпатией и всю дорогу норовил дотронуться до него своими губами. А дорога оказалась не столь простой — Релмина следовало искать на самых верхних уровнях, и Совлемир немало поплутал, прежде чем прогуливающийся дворянин указал ему на крепкий дом, окрашенный голубыми и серыми цветами. Совсем рядом возвышалась ещё одна, последняя стена — за ней располагался королевский дворец.       Целитель узнал боевого мага не сразу. Нахмурившись, чародей всматривался в прибывшего юношу, а потом морщины разгладились, а на лице заиграла радостная улыбка.       — Совлемир, ты возмужал, я помню тебя совсем подростком, — воскликнул он. — Какими судьбами ты появился на крыльце моего дома? Всё в порядке?       Последние слова целитель произнёс так же весело, но глаза сверкнули настороженностью.       — Здравствуй, Релмин, я, как и ты, здесь по королевскому поручению.       — Ты тоже перешёл на службу к королю Аарнуму? — изумился тот. — Значит, ты закончил академию? Поздравляю! Да ты заходи, чувствуй себя как дома. Сейчас я поставлю чай.       — Прости, но я вынужден отказаться от твоего гостеприимства, добрый друг, — Совлемир закрыл за собой дверь, понизил голос и коротко описал свои приключения. — И теперь, когда портал не работает, мне нужно как можно скорее попасть в Мистдейл. Мог бы ты помочь мне?       — Ох, если твои вести правдивы, это большая угроза для королевства. Не хватало только братоубийственной войны… Я сообщу королю, хоть он и слаб телом, но по-прежнему мудр и твёрд. Что до помощи… Можно зачаровать твоего коня. Я изготовлю эликсир выносливости, он даёт временный прилив сил и позволит скакать на пределе возможностей. Но будь осторожен, снадобье заглушает естественные чувства, и он может умереть от усталости прямо на скаку, даже не поняв этого.       — А если выпить эликсир самому?       — К чему такое геройство? Можно, конечно, но лишь как самое крайнее средство, а потом несколько дней не сможешь даже шевельнуться.       — Благодарю тебя, — боевой маг от души пожал руку, но целитель только отмахнулся. Поговорив ещё немного, чародеи расстались.       — Удачи, Совлемир, пусть твой путь будет прямой и лёгкий, — напутствовал его Релмин.       Портал в Мистдейл по-прежнему не отвечал, поэтому боевой маг открыл проход в Хеджтон — он находился в неделе пути, поэтому сокращение пути пришлось как нельзя кстати. Торговый город встретил настороженной предгрозовой атмосферой. Жители смотрели на прибывшего с подозрением, несколько раз мага останавливали патрули.       — Контрабанду, надеюсь, не провозишь? — хмуро поинтересовался один из солдат.       Вскоре удалось выяснить, что город, как и вся территория герцогства, находится в состоянии торговой войны.       — Дворяне Севера объявили, что не будут продавать свои товары Югу, что повлекло за собой ответные запреты. Самим-то им ничего, а нам страдай! — возмущался один из крестьян в трактире, лихо налегая на пиво. — Вот дождутся, зерно на полях поспеет, а продавать на Север нельзя. Начнётся голод!       Совлемир слушал эти новости молча, но в душу закрадывалась тревога. Орки на юге, предательство на севере, бессмысленные войны купцов на востоке… Что-то назревало в Королевстве, и теперь боевой маг боялся, что и его анклав не сможет остаться в стороне.       Вскоре жеребец, зачарованный эликсиром выносливости, пересёк реку, делящую Хеджтон на северный и южный берег, и стремглав поскакал дальше, в сторону восточных лесов. Поначалу путь был действительно лёгким, не считая никуда не исчезнувших трудностей — профессиональным наездником Совлемир так и не стал. В остальном же никто и ничто не чинил ему препятствий — лента дороги вела одинокого всадника через поля и небольшие леса, постепенно уклоняясь к югу — в сторону Гриффинбурга. Это поселение было одним из древнейших, первые жители появились здесь ещё до владычества тёмных эльфов, а ныне герцог Вонгель, преемник Вержака Хеджтонского, правил отсюда своими владениями. За Гриффинбургом почти сразу начинался лес, который, согласно карте, можно было пересечь за несколько дней и выбраться в край болот. Впрочем, Совлемир двигался чуть южнее, оставляя малую столицу в стороне. Дорога, долгое время ровная и ухоженная, превратилась в изломанную тропу, петляющую между камнями и деревьями, точно проложил её какой-то пьяница, а затем впереди показалась зелёная стена деревьев.       Этот лес отличался от того, где Совлемир бывал прежде. Тёмный и нелюдимый, он тянулся по обе стороны высокой стеной из разлапистых елей и величественных дубов, ветви загораживали и без того закрытое облаками серое небо, отчего подлесок казался ещё более мрачным, и лишь иногда расступались перед поваленными стволами. Вырванные из земли корни походили на иссохшие лапы монстров, отчего Совлемиру хотелось как можно скорее повернуть коня назад.       «Как странен мой путь», — думал он. — «Ещё совсем недавно светило солнце, а теперь повсюду сумрак, а впереди ждёт ночь. Так и эта история с ДеМоррдри. Мог ли я подумать, что угожу в лапы к оркам, встречу эльфов, буду свидетелем предательства, и затем — одним из тех, кто сможет сообщить эту важную весть? Как устроены законы мира, что я был избран судьбой на подобное? Смогу ли я справиться?»       Совлемир сомневался. Безусловно, он мечтал стать героем, мечтал использовать свои способности в полную силу, без остатка, мечтал о хитрых навыках, способных поразить всех вокруг. Но жизнь отличалась от мечтаний. В ней были трудности и неожиданные препятствия, не говоря уже о том, что не каждая задумка могла обернуться успехом.       В тон мыслям с неба заморосил въедливый дождик. Казалось, природа стремилась удержать внезапно нахлынувшее уныние, ввергнуть юного чародея в отчаяние, утопить его в серой хмари мыслей.       «Взять хотя бы магию земли. Разве годится, что я до сих пор не могу осилить эту головоломку? Как мне быть героем, если я не могу стать полноценным боевым магом? А тот чёрный колдун? Мне до его уровня ещё так далеко…»       Тут Совлемир отвлёкся, потому что дорога привела его на обширную лесную поляну. Долгий день клонился к вечеру. В предвечерних сумерках всё вокруг погрузилось в слабую дымку. Впереди же возвышались исполинские дубы, своей кроной словно подпирающие небо. Чуть в стороне негромко журчал ручей. С шумом взлетела и скрылась в зарослях какая-то птица, а затем наступила тишина.       — Вот и место для ночлега, — пробормотал маг и принялся за дело. Поначалу он облюбовал низину между корней, но отскочил назад, когда увидел подёрнутое сетью трещин древнее надгробие, почти полностью покрытое мхом. Надпись свидетельствовала о лежащем здесь Торвине, рядом лежала увесистая булава. Поначалу маг принял её за ещё один корень, но теперь, очистив оружие от грязи и растений, поразился сохранности — нигде не было видно ни следов ржавчины, ни иных повреждений, какие обычно бывают у вещей, долго лежавших в земле.       — Значит, палица Торвина? — хмыкнул маг, но на душе было по-прежнему серо. Ему уже не нравилась эта поляна, этот ручей, тоскливая тишина и аспидное небо, нависшее, точно мраморный монолит.       Сумерки всё гуще подступали со всех сторон, когда на горизонте проблеснуло солнце. Своими последними лучами оно обагрило облака, окрасив их в неожиданный розовый цвет, и весь мир, точно по волшебству, преобразился. Полыхнули багрянцем старые ели, заблестел с новой силой ручей, сам воздух, казалось, пропитался этим неожиданным нежным оттенком.       «Вот так чудеса», — поразился маг. — «Всего лишь немного света, а всё вокруг уже совсем другое».       Блеснув последний раз, небесное светило скрылось, вновь полезли тревожные сумерки, но что-то в душе мага шевельнулось, и теперь его настрой был иной.       «Рано списывать меня со счетов. Я не старец, у меня ещё есть время и силы, много сил, чтобы стать лучше, умнее, мудрее. Кто меня остановит? Нужно лишь приложить ещё больше усилий, и тогда я действительно стану героем, величайшим магом Мистдейла!»       Юноша заулыбался, но потом смутился, словно бы кто-то мог подслушать его мысли, усмехнулся и принялся за работу. Чары земли должны были раскрыть свои секреты!       Время перевалило за полночь, когда обессиленный чародей в изнеможении откинулся на спину. Хотелось кричать, поджечь всё вокруг, разрушить, выместить своё гнев на невинной зелени.       Неудача. Снова. Казалось, он нащупал нужный путь, вложил в заклинание необходимую силу, сконцентрировал волю, а магические нити растянулись, точно были естественным продолжением его тела. Но земля не хотела подчиняться, не хотела слушать чужую волю, не хотела служить. Вместе с тем, она не хотела и властвовать, принимая в свои глубины щедро растрачиваемую силу юного мага.       Словно в насмешку, где-то рядом ехидно заухала ночная птица.       Маг слепо смотрел на небо. Порывы ветра с юга прогнали облака, и теперь над ним сияло мириадами огоньков бездонное покрывало. Оно казалось бесконечным, затягивая в себя крохотную песчинку по имени Совлемир, и чуть более крупную песчинку, имя которой — мир. Боевой маг глядел на звёзды, перебирая в голове слова знакомой с детства песни:

Небо, расскажи мне, кто же я такой? Солнце, подскажи мне верную дорогу! Ветер, ты направь меня, где верный путь? Выдержу ли я? Развей мою тревогу! Страшно мне по ночам, хоть бы мне проснуться, Страшно мне за друзей, хоть бы им вернуться. Страшно мне за себя, кто же я такой? Люди скажут «подлец», или же «герой»? Кто я, вольный огонь, или просто пепел? Кто я, вихрь степной, или воздух в склепе? Кто я, крепкий гранит, или грязь сырая? Кто я, зоркий орёл, или вошь слепая? Кто-нибудь, скажите, где я нахожусь? Для чего я создан, что я представляю? Где пределы силы, для чего гожусь? Верю ли я сам в себя, чего желаю? Страшно стало идти, хоть бы не свалиться, Страшно стало дышать, хоть бы мне не сбиться. Кто меня ободрит, если ошибусь? Кто заплачет обо мне, если не вернусь? Кто я, вольный огонь, или просто пепел? Кто я, вихрь степной, или воздух в склепе? Кто я, крепкий гранит, или грязь сырая? Кто я, зоркий орёл, или вошь слепая? Что теперь — настоять? Или отступиться? Своё сердце открыть или затаиться? Свой предел пересечь или снова сдаться? Помириться с судьбой или с ней подраться? Кто я, вольный огонь, или просто пепел? Кто я, вихрь степной, или воздух в склепе? Кто я, крепкий гранит, или грязь сырая? Где ответ мне сыскать, я кричу, взывая…

      «Послезавтра я должен буду добраться до болота», — спустя какое-то время подумал чародей и закрыл глаза.       Ночью Совлемир проснулся от неожиданного шороха. Постепенно светало, но стоящие рядом дубы серебрились в свете луны, отчего выглядели призрачно и таинственно. Было тихо, совсем рядом перешёптывался ручей. А затем из леса вновь донёсся шорох — скрипели сучья, похрустывали ветки, как будто кто-то пробирался через чащу напрямик, спасаясь от чего-то.       Остатки сна как рукой сняло, боевой маг поднялся и закинул вещи в котомку — кто знает, кого принесла эта обманчиво-спокойная ночная пора? Шорох повторился совсем близко. Юноша напряжённо всматривался в темноту, силясь разглядеть там незваного гостя, но тот, видимо, заметил, что на поляне кто-то есть, а потому предпочёл бесшумно скрыться по своим делам. Постояв ещё какое-то время, боевой маг устало зевнул и принялся умываться — раз уж он проснулся, можно было не ложиться вновь.       Конь с неодобрением фыркнул, когда Совлемир предложил ему очередную порцию эликсира выносливости. Молочно-белая жидкость в длинной стеклянной колбе была приятна на вкус, но жеребец смутно понимал, что зелье опасно. Поколебавшись, он всё же слизал снадобье с рук боевого мага.       — Вперёд, к болотному краю! Прощай, Торвин! — воскликнул маг и поскакал вглубь леса.       День прошёл в монотонном движении сквозь заросшие тропы, то и дело приходилось возвращаться, чтобы найти потерянный путь или же расчищать дорогу от завалов. Совлемир устал, но он уже чувствовал, что близок к своей цели. И действительно, на следующий день мир вокруг начал стремительно меняться. Исчезли густые заросли, на их месте кое-где стали появляться нагромождениями глыб — горный хребет, защищающий от прямых ударов тёмных эльфов, здесь исчезал, постепенно превращаясь в отдельные скалы. Земля под копытами становилась всё более влажной, то и дело путь преграждали перевитые мхом болотистые низины и гнилые топи, попадались заболоченные пруды и вязкая трясина. Конь замедлил шаг, осторожно ступая вперёд, а Совлемир внимательно смотрел по сторонам, опасаясь встретиться с отрядом тёмных эльфов.       На закате лес окончательно остался позади, и перед взором чародея открылась великая топь — бескрайние восточные болота. Из-за спины светило багряное низкое солнце, отчего впереди до самого горизонта виднелись кровавые водные протоки. Надоедливо жужжала мошкара. Пейзаж был однообразен: серо-бурая земля, редкие деревья и громадное облако болотных испарений, придающих таинственный и немного пугающий вид.       Потянулись однообразные дни путешествия. Конь, поначалу недовольно фыркавший, теперь смирился со своей судьбой и бежал изо всех сил, желая поскорее покинуть это неприветливое место. А может, дело было в эликсире выносливости… Сам Совлемир не терял времени и использовал каждую остановку для чтения отданной Д’Бре’Синтелем книги и новыми попытками освоить магию земли. Юный маг запретил себе думать о поражении и прилагал все усилия, чтобы разгадать загадку.       На третий день ландшафт немного изменился — теперь повсюду были широкие водные просторы, топкие, с длинными изгибами жидкой грязи и неровными красно-бурыми лужами, где не могла расти никакая трава. Кое-где вода была покрыта тонкой плёнкой, она переливалась и играла синеватым блеском под лучами скудного солнца, перемежалась с тиной и болотным мусором. Кое-где торчали уродливые коряги. Путь петлял между кочками, норовя обмануть, переломать коню ноги или же завести в трясину и навеки похоронить в склизкой мути. Где-то неподалёку должна была проходить мощёная дорога — единственный тракт, надёжно соединяющий магический анклав с остальным миром, но боевой маг пока не находил подходящей тропы, способной вывести на твёрдую землю. Впрочем, знал Совлемир, даже в подобном запустении можно было найти хорошие места. То и дело встречались родниковые ямки, надёжно питаемые подземными ключами, вода в них была чистой и прозрачной, так что юноша и конь не раз останавливались, чтобы утолить жажду и освежиться. Встречались и скалы — вросшие в землю валуны, усыпанные бурыми пятнами мха, в болотном мареве они казались фигурами таинственных тварей.        Новый день с самого утра принёс на сырую равнину дождь, к вечеру он прекратился, и теперь повсюду стояла нестерпимая духота — испарения дурманили сознание, хотелось вдохнуть свежего воздуха, но его не было, не было на многие километры вокруг.        Для ночлега Совлемир заблаговременно нашёл небольшую скалу, густо поросшую мхом, так что на камне было не холодно сидеть. Кое-как приготовив ужин, юноша принялся за дело. Прочитав ещё несколько страниц книги, маг полностью сконцентрировался на магии земли. Он продвинулся на один шаг, осталось немного, но что-то ускользало, подобно скользкой жиже. Случайный успех при отражении атаки в «Скале Воронов» боевой маг повторить так и не смог. Земля ходила ходуном, трескалась, твердела и размягчалась, но красиво сложенное заклинание разваливалось, не успев подействовать.        «Больше силы? Нет, тот же результат… Меньше рассеивания? Мимо… Сконцентрировать в точке? Ослабить захват? Нет, всё не то!», — отчаянно пытался юноша, терпя неудачу за неудачей.        «Интересно, а как там мои эльфы?», — перешёл он на новую мысль. — «От Порто-Валлума путь не близкий, скачут ещё, поди. А я, глупая голова, не удосужился сделать руны для всех порталов. Вот и приходится тратить время, когда оно так драгоценно. Стоп… Снова шум?».        Белёсое марево вокруг гасило или искажало большинство звуков, но сейчас Совлемиру отчётливо послышался лёгкий скрип железных доспехов. За ним последовал слабый шорох и чавканье шагов, хотя и осторожных, но всё же различимых. Некто подбирался к чародею всё ближе. Недоумённо фыркнул конь — и он почувствовал незваных гостей.        «Эльфы?» — Совлемир вскочил на ноги и изготовился к бою, но в этот момент раздался холодный голос:        — Постой! Мы не желаем тебе зла. Сейчас мы покажемся.        Чиркнул кремень, и в нескольких шагах от мага зажёгся факел. Он осветил группу тёмных эльфов, стоящих словно в ожидании. Вооружённые и одетые в крепкие доспехи, они походили на элитный отряд убийц.        — Теперь ты видишь нас, — продолжил говорить один из них. — Мы не будем нападать, но хотим договориться.        — Договориться? Я без оружия, вы же вооружены до зубов, — юноша дрожащей рукой указал на обнажённые кастеты и клинки.        — Будь по-твоему. Предаю свою жизнь твоей воле, — процедил тёмный эльф ритуальную фразу и положил оружие на землю. За ним последовали и остальные.        — Доволен? Теперь мы можем подойти и поговорить?        — Подходите, но я буду настороже. Что вы хотите? — ответил боевой маг, прикидывая, много ли он успеет наколдовать, захоти эльфы напасть.        — Моё имя Хурон. Это Друниэль, Борг’Лей, Эригилл, Д’Бре’Данрис, Храг, Тол-Зрид и Корделл. Мы хотим заключить сделку.        — Я слушаю, — только и нашёлся Совлемир.        — Нам необходимо добраться до Мистдейла. Помоги нам сделать это, а мы защитим тебя от наших собратьев и других опасностей болота.        — От собратьев? С чего бы тёмным эльфам враждовать между собой? — юноша искренне не понимал, зачем его неожиданным собеседникам позарез понадобилось добраться до магического анклава.        — Многое изменилось в Жураг-Наре, — загадочно ответил назвавшийся Хуроном. — Так что? Ты согласен, маг?        — Я понял ваше желание, но не ваши мотивы, — юноша движением руки разжёг уже затушенный костёр и сел так, чтобы его и эльфов разделяло пламя. — Нельзя ли немного подробнее?        — Сначала поклянись, что поможешь нам, — отрывисто бросил командир отряда.        — Я приму решение, когда узнаю вашу историю, — Совлемир постарался придать голосу всю возможную твёрдость.        — Мерзкий человек, с кем ты собрался торговаться? — резко выкрикнул один из эльфов, и витавшее в воздухе напряжение тотчас нашло выход: Совлемир прыжком отскочил в сторону, готовясь пустить вперёд волну огня, ночные пришельцы отскочили к отложенному оружию, послышалась приглушённая ругань, а затем — всё тот же холодный голос.        — Не в нашем положении вспоминать о низости людей, Тол-Зрид. — Командир обратился к своему собрату на тёмноэльфийском, но Совлемир, уже успевший освоить некоторые фразы, смутно понял смысл. — Успокойся и не подводи, иначе я уничтожу тебя. Мы бы не обратились к тебе, не будь на то веской причины, — это уже говорилось на общем языке. — Но не в нашем положении торговаться, ведь мы предали нашего Матриарха и нуждаемся в надёжном убежище, пока не соберёмся с силами.        — Так вы беженцы, — Совлемир начал понимать, что привело к нему этих воинов.        — Мы предали её, — вступил в разговор другой эльф. — Её, но не наш народ. Матриарх ведёт всех к гибели ради собственных амбиций, а жизнь всё более теряет смысл.        — Около полугода назад, — продолжил Хурон. — Брат Д’Бре’Данриса неожиданно покинул нашу твердыню вместе с рабыней, убив и оглушив нескольких стражников. Матриарх была в ярости и приказала принести ей их головы. Был послан крупный отряд убийц. Но это было лишь начало. Владычица призвала Д’Бре’Данриса и близких изменника и лично допрашивала их, выбивая доказательства соучастия.        — Разными способами, — вставил Д’Бре’Данрис, как бы невзначай почесав протянувшийся по руке шрам.        — После этого нам было объявлено, — продолжил Хурон, — что подобное отступничество — результат слишком размеренной и спокойной жизни, что необходимо готовить оружие для решительной атаки на королевство людей. «Мы утопим их земли в крови, сожжём их поля и отравим реки!» — возглашала Матриарх. Мы воодушевились от её призыва, хотя некоторые и сомневались. Мы трудились не покладая рук, ковали оружие, копали глубокие туннели, отбирали лучших боевых варгов. Но судьба была не на нашей стороне. Подземные туннели обваливались так часто, что пошли слухи о возвращении гномов, а попытки сокрушить людей разбились о мощные стены крепостей. Мы гибли, но не могли одолеть врагов. Приказы Владычицы выполнялись, хотя для многих стало очевидным, что прямая атака обречена на провал. Мы голодали и страдали от холода, хотя зима уже закончилась. Некоторые роптали, но их быстро призывали к порядку. И тогда Матриарх сообщила о тайном оружии в нашей войне. Её жрицы научились брать под свою власть законы жизни, с помощью магии выращивая новых воинов. Но они не были нашими собратьями — рождаясь взрослыми, они не имели иных устремлений, кроме как воли Матриарха. Как насекомые, они стали размножаться в коконах в глубинах пещер. А мы продолжали погибать под градом стрел у неприступных бастионов.        — Мы роптали всё громче, — перебил Хурона другой эльф, кажется Друниэль. — Нас истребляла наша госпожа, подыскав замену в виде бездушных рабов. О, это были идеальные солдаты! Ни капли сомнений, ни мига раздумий. И мы были такими, пока нас не отправили на убой!        — Теперь недовольных было много, — вновь заговорил Хурон, — и однажды мы собрались перед Владычицей, чтобы сообщить о своём недовольстве. Но она не стала слушать, объявив нас предателями, недостойными потомками Багамута, а затем приказала убить. Выращенные зомби учинили настоящую бойню, не всем удалось выжить, бунт был подавлен. Мы чудом спаслись бегством.        — И теперь вы хотите укрыться в магическом анклаве? — уточнил маг. Услышанные новости будоражили разум. Выращивание армии воинов! До каких же глубин ненависти упала владычица тёмных эльфов, если её извращённый разум смог придумать подобное?!        — Не спастись, а лишь собраться с силами. Наш народ накрыла смертельная угроза, а будущее слишком туманно. Мы хотим поднять восстание и спасти тех, кто ещё способен внимать голосу разума.        — Теперь ты видишь, мы открылись тебе без утайки, хотя и видим впервые, — сказал Хурон. — Я не рассказал бы ничего, не будь ситуация так опасна. Каков будет твой ответ теперь?        «Интересно, если я откажусь, меня просто оставят в покое?», — пронеслась мысль в голове Совлемира и тотчас исчезла. Эльфы рассказали слишком много, зная, что в любой момент они могут избавиться от мага, сбросив тело в болото. Его передёрнуло.        — Если этот выродок откажется, я лично порублю его на похлёбку, — словно в подтверждение пробормотал на тёмноэльфийском названный Тол-Зридом. Похоже, он и не догадывался, что боевой маг понимает его.        — Тот выродок не хотеть стать похлёбка и согласен помочь, — ответил юноша, надеясь, что произнёс фразу правильно.        Реакцией эльфа можно было насладиться сполна. Он кашлянул и отступил назад, весь его вид выдавал сильную досаду.        — Моё имя Совлемир, — добавил между тем боевой маг.        — Откуда ты знаешь нашу речь? — наконец спросил эльф.        — Один из вас назвал меня своим другом, — отозвался маг. — К слову… Д’Бре’Данрис, верно? — юноша на мгновение задумался. — Как зовут твоего брата?        — Какая разница? — вмиг насторожился тот, а голос стал холоднее льда. — Он давно мёртв вместе со своей эльфийкой.        — Значит, рабыня была лесным эльфом? Если моя догадка верна, это Д’Бре’Синтель, — пряча улыбку, воскликнул Совлемир. — И он живее всех живых, убить его не так-то просто.        — Не верю! — тёмный эльф вскочил на ноги и прыжком оказался рядом с магом. «Как я и думал, захоти они напасть, даже одного бы не убил», — отстранённо подумал юноша.        — Откуда ты знаешь его?! — насел на него Д’Бре’Данрис, глаза его расширились, ноздри с шумом выдыхали воздух. Хурон сделал неуловимое движение, и два других воина оттащили тёмного эльфа назад.        — Спокойнее, — Совлемир предостерегающе поднял руку. — Волею судеб мы повстречались с твоим братом в Порто-Валлуме, где он спас меня от орков. Сейчас он должен быть где-то в том регионе.        — Похоже, ты не врёшь… Слава Мортис, он жив!        — Скорее, благодарить стоит Кибелу… — ответил маг, поморщившись от имени богини смерти. — Впрочем, это не важно. Предлагаю отдохнуть, а завтра двинуться к Мистдейлу.        — Благодарю за помощь, маг, — эти слова явно давались командиру беглецов нелегко. — И за добрые вести про Д’Бре’Синтеля.        — Я помогу добраться до анклава, но решать вашу участь будет совет магов. Сказанное вами очень тревожно.        — Мы просим помощи лишь потому, что сейчас нас объединила общая угроза, — заметил Д’Бре’Данрис. — Нам тоже тревожно за будущее тёмных эльфов, маг Совлемир.        Ночь прошла тихо, но юный чародей так и не заснул — хотя он и нашёл общий язык с беглецами Жураг-Нара, недоверие пока оставалось.        К утру с болот наплыл густой туман, насквозь пропитав воздух удушающим запахом гнили. Позавтракав, боевой маг оседлал коня и направился дальше, стараясь выйти к дороге. Теперь, когда с ним пешком путешествовал хорошо вооружённый отряд, путь по твердым камням был наиболее правильным решением. Эльфы легко бежали чуть позади, но теперь Совлемир не мог скакать без остановок постоянно. Новые спутники замедляли движение.        Болота простирались во все стороны, удручая своей серостью и однообразием. По обе стороны до самого горизонта растеклась топь, прерываемая редкими возвышенностями да извилистыми тропками, идущими в неизвестном направлении. Низкорослые корявые деревья изо всех сил стремились вверх, к солнечным лучам, но свет угасал из-за витавшего над трясиной марева. Густой туман бродил над этой унылой долиной, иногда накрывая двигающийся отряд, пытаясь сбить с пути, искажая тусклый свет солнца и превращая редкие крики болотных тварей в рёв неведомых чудищ. Несколько раз Совлемир замечал полупрозрачные фигуры призраков и яркие точки болотных огней, словно завлекающих вглубь — туда, откуда не смог бы выбраться никто. Иногда дорога действительно терялась, но боевой маг с каждым шагом ориентировался всё лучше и лучше. Он проводил спутников по едва заметным тропам, среди которых тёмный отряд едва бы нашёл нужную, обходил сокрытые от взгляда опасные участки трясины и вновь выводил их на ровную дорогу. Других эльфов или иных врагов не встречалось, лишь болотные обитатели с интересом рассматривали из тёмной воды спешащий вперёд отряд, да комары, словно в преддверии скорых холодов, спешили насытиться кровью.        Вместе с тем близился Мистдейл — твердыня магии в защищённой от всего мира Долине Звёзд. Совлемир читал, до прихода первых волшебников здесь жили разумные ящеры, враждовавшие с кланами козлоподобных тварей, пришедших из другого мира. Впрочем, вполне возможно, что это были лишь красивые легенды. Первые изгнанные маги нашли эту долину пустой и затопленной водой. Ночью звёздное небо отразилось от земли, и долина получила своё нынешнее название. Спустя многие годы из ничего здесь и поднялся величественный замок, всё более распространяя своё могущество на окрестные земли.        — Почему вы решили пойти именно к магам? — решил он спросить своих неожиданных спутников. Эльфы ответили не сразу.        — Наилучший вариант, — коротко бросил Хурон. — Земли королевства закрыты для нас, из одной беды мы попали бы в другую. На востоке болота и дремучие леса, а до поселений, где мы могли бы остановиться, многие недели ходьбы, к тому же, они отрезаны морем. С магами же есть шанс договориться и получить временную защиту.        — Да, там вы будете в полной безо… Берегись!        Заговорившись, Совлемир не заметил противника — огромную гору мяса, с невероятной скоростью выскочившей из серого кустарника. Это была разновидность гигантской пещерной рыбы, которая, не смотря на название, обитала в этом регионе. Громоздкая и неповоротливая, она могла отталкиваться ластами и бросаться вперёд в одном стремительном рывке, и прежде чем жертва успевала прийти в себя, огромные челюсти сжимались мёртвой хваткой.        Но в этот раз противники рыбы оказались ей не по зубам. Как один, эльфы среагировали мгновенно, и вместо мягкой плоти монстр получил острые ядовитые клинки. Полетели клочья мяса, эльфы, поддавшись зову своей крови, с торжествующей яростью покрошили рыбу в мелкую кашу.        — Здесь могут быть и другие, будьте настороже, — коротко заметил маг, подумав, что он не ценил миролюбие Д’Бре’Синтеля, пока не увидел других тёмных эльфов.        Дальнейший путь проходил без происшествий. Земля вокруг постепенно становилась суше, болота отступили перед каменистой равниной и вскоре отряд пересёк каменный мост через реку — дальше лежали земли магов.        — Завтра вы увидите красоты нашего дома, — посулил Совлемир, прикинув расстояние.        — Мы не ради красот проделали такой путь, — пробормотал Друниэль, но маг не услышал его.        К вечеру отряд достиг скалистой гряды, за которой и расположилась Долина Звёзд. Тут и там виднелись нечеткие силуэты призраков, привлечённых аурой магического места и теперь бесцельно блуждающих среди тумана. Глядя на их мерцающие в темноте тела, Совлемир незаметно для себя заснул.        Рассвет настал, но не принёс света — с севера наползли чёрные изорванные облака, плотно закрывая небеса. Погода обеспокоила мага, наскоро собравшись, он собрался в путь. Теперь эльфы бежали быстрее, ожидая близкое окончание пути. Скалы кончились, их сменил тёмный лес — в отличие от ясных зелёных деревьев Тир-Харада, эти были словно объяты вечной осенью: потемневшие стволы, укрытые бурой листвой, корявые ветви, хаотично торчащие в разные стороны.        — Ты поможешь нам договориться? — спросил Совлемира Хурон. Несмотря на бег, он даже не запыхался.        — Боюсь, что нет, — ответил маг, заметив, что глаза эльфа тотчас сверкнули огнём. — Я отведу вас к Совету, после чего мы расстанемся. Меня ждут неотложные дела.        — Чего тогда тратишь на нас своё время? — съязвил тёмный эльф.        — Я свободен в своих решениях. Тем более, моя задержка оказалась незначительной и стоила того.        — Что ж, спасибо и на том, — помолчав, бросил Хурон и сосредоточился на беге.        — Не за что. А вот и Мистдейл! Полюбуйтесь!        После скитаний по топям, боевой маг и тёмные эльфы, наконец, добрались до анклава магов. Совлемир жил здесь почти двадцать лет, и потому не очень удивился, лишь улыбка тронула уголки его губ. Дом! Знакомые с самого детства виды, запахи и ощущения нахлынули на юношу, заставляя вспоминать всё, что связывало его с этим местом. Эльфы же, не бывавшие здесь никогда, только и могли, что раскрыть рот. И было от чего: над тёмным лесом возвышались башни и башенки, купола и шпили, флаги и гербы. Вдалеке виднелся заклинательный покой, где маги практиковали новые виды чародейства. Иногда слышались странные звуки — несмотря на расстояние, обитатели магического зоопарка давали о себе знать во всей долине.        — Я был неправ, красоту этого места нельзя игнорировать, — прошептал Друниэль.        — А сколько здесь магической силы, чувствуете? — произнес Корделл, глубоко втягивая воздух.        — Маги, — оповестил остальных Хурон, указывая вперёд.        На пути появилась группа из десяти волшебников. Совлемир не сомневался, что их давно заметили, и сейчас были готовы обратить в пепел. Он предостерегающе поднял руку.        — Я — Совлемир, боевой маг и ученик Алкалаты Мудрого, — представился юноша, спешиваясь. — Со мной несколько тёмных эльфов, изгнанных Матриархом из Жураг-Нара. Они могут быть полезны, и я хочу представить их совету.        — Полезны?! Нас никто не использует по своему желанию! — вскипел Хурон, обнажая клинок. — Ты решил предать нас!        Эльфы, как один, выхватили оружие, маги в свою очередь приготовили боевые посохи. Дело могло принять скверный оборот.        — Спокойно! — Совлемир возвысил голос, унимая пробившую его дрожь и надеясь, что попытку решить дело миром хотя бы заметят. — Не бросайтесь в бой, если в этом нет необходимости. Хурон, я не хотел оскорбить вас. Я имел в виду, что ваш рассказ может быть полезен для нашего анклава. Никаких насильственных действий. Даю слово боевого мага!        — Да будет так, — спокойный голос дался предводителю отряда не сразу. — Мы доверимся тебе. Сложите оружие! — приказал он остальным.        Разоружившись, эльфы под охраной двинулись вперёд. Они скрипели зубами от подобного унижения, но были вынуждены смириться. Задуманное было ценнее гордости. Совлемир шёл рядом.        — Скажите, где сейчас Алкалата? — спросил он магов.        — Его вызвали несколько дней назад в Дракенден к Лоромиру. Обнаружили что-то интересное. С тех пор я его не видел, — ответил один из них.        — Снова в дорогу, — задумчиво протянул Совлемир. — Но это после.        Они достигли главного здания — Башни Совета. Сделанная целиком из белого мрамора, она уходила ввысь, точно огромный ствол невиданного дерева.        На ступенях уже стояло двое пожилых волшебников. Совлемир знал их — один из старейших членов Совета Беренике вместе со своим младшим братом Элохиниром, бывшим одним из наставников юного мага. Одетые в классическую одежду с капюшоном, они наблюдали за процессией, поглаживая серебристые бороды.        — Совлемир, мы рады приветствовать тебя дома, но недоумеваем, что же привело тебя сюда?        — Здравствуйте, почтенные, — маг поклонился. — О целях моего прибытия должен знать лишь мой наставник Алкалата. Я поспешу к нему, как только закончу ещё одно дело. Он обернулся к эльфам.        — Я встретил их, когда двигался через болото. У них есть ценные сведения, и им нужно убежище. Они просили меня помочь, и вот я исполнил обещанное. Надеюсь, вы примете их. Если это имеет значение, один из эльфов — брат моего друга.        — Что ж, мы рассмотрим этот вопрос. Алкалату ты найдёшь в Дракендене. Ступай. Господа, — Беренике обратился к эльфам. — Прошу заранее простить, если чем-либо оскорблю вас — к сожалению, мы не большие знатоки тёмноэльфийских обычаев. Поправьте нас, если сказанное будет обидным, а я постараюсь, чтобы наш диалог был плодотворным. Пройдёмте внутрь.        И маги неспешно двинулись вверх по ступеням.        — Ещё раз спасибо за помощь, — слегка кивнул головой Хурон.        — Ты ведь ещё увидишься с моим братом? — спросил Д’Бре’Данрис. — Передай ему вот это, — он указал на мага, держащего ножны с мечом. — Он ценил это оружие, а клинок платил верностью в бою. Убегая, он оставил его в Жураг-Наре.        — Обязательно. — Совлемир тоже слегка поклонился. — Прощайте.        Дракенден располагался у западных границ анклава, там, где в старинных книгах отмечался водопад древнего озера, превративший восточный край в болото. Теперь это место располагалось на возвышенности, а потому и привлекло людей. Небольшая деревенька жила спокойно, не смотря на обитающих неподалёку гигантских пауков и иных болотных тварей, и дело было в её необычной защите — здесь обитал мудрый дракон Лоромир, считающий своим долгом испепелить любую нечисть, попавшуюся ему на глаза. Кроме того, он обучал воинов со всего королевства старинным рыцарским манерам, а потому защитников всегда было в избытке.        Проехав Дракенден насквозь, Совлемир подъехал к скалам, где обитал дракон. У входа в огромную пещеру сидел летающий ящер — похожий на уменьшенную копию своего хозяина, он был для Лоромира кем-то вроде слуги. Боевой маг вспомнил его имя и, поклонившись, обратился к нему:        — Приветствую тебя, Глип. Сообщи своему господину, что я, боевой маг Совлемир, ищу Алкалату Мудрого.        Ящер внимательно слушал, чуть склонив на бок голову, а затем мотнул ей и зашлёпал внутрь. Маг, подождав немного, стал прогуливаться туда-сюда, раздумывая над тем, что он должен рассказать.        — Совлемир? Ты ли это? — раздался из сумрака пещеры знакомый голос. — Рад видеть тебя целым и невредимым.        На свет выступил облаченный в голубое одеяние маг. Длинная борода говорила о почтенном возрасте, но глаза по-прежнему искрились задорными огоньками. У Совлемира защемило сердце.        — Учитель Алкалата, — юноша низко поклонился. — Я принёс тревожные вести с севера и юга.        — Хм, мы всё обсудим. Но прежде пройдём внутрь — невежливо гостям шептаться без хозяина.        Внутри пещера раздавалась вширь, освещаемая несколькими кристаллами. Совлемир воочию увидел Лоромира — золотистый дракон возвышался, словно диковинная гора, острые когти вгрызались в каменный пол, как в мягкую землю, а в глазах горело яркое пламя.        — Совлемир, — прогудел дракон и кивнул головой, изобразив что-то вроде поклона. — Добро пожаловать в моё скромное жилище. Прошу простить за то, что не встретил лично. Чувствуй себя как дома.        «Да уж, настоящий образец старинного этикета», — подумал маг и осмотрелся внимательнее.        Пещера простиралась глубоко вглубь горного хребта, конец её терялся в темноте. По стенам стояло несколько сундуков и оружейных стоек, книги и свитки. «Здесь обучаются рыцари», — сообразил юноша.        Но тут Совлемир увидел слабый всполох и, повернув к дракону голову, увидел его источник. Позади Лоромира в воздухе висел красивейший посох ослепительно-белого цвета с небольшим отливом зелёного. Навершие украшал тёмно-синий шар. Периодически вокруг него вспыхивали небольшие разряды, и тогда весь посох на несколько мгновений темнел. От него веяло скрытой мощью, но Совлемир поначалу не различил её, приписав самому дракону. Вокруг была начертана переливающаяся пентаграмма, удерживающая посох в вертикальном положении.        — Мы ещё вернёмся к этому артефакту, — поймал его взгляд Алкалата. — А пока рассказывай, что привело тебя сюда?        И Совлемир начал говорить. О пленении и освобождении в Порто-Валлуме, о вторжении орков и путешествии на север, о злоключениях в землях ДеМоррдри и о его предательстве.        — Я бы добрался гораздо раньше, если бы смог использовать портал. Но какая-то сила словно закрыла этот проход. Сколько я не пытался, портал в Мистдейле не отвечал.        — Ты верно заметил, что перемещению мешала какая-то сила, — неторопливо начал Алкалата. — Мы столкнулись с этой проблемой не более месяца назад, но, несмотря на все усилия, пока не смогли разобраться в причине. Это похоже на каменную стену, возникшую в пространственном коридоре. Откуда она взялась и что с ней делать — нам ещё предстоит решить. Впрочем, теперь я склонен думать, что это тоже часть плана барона. Информация о тёмных волшебниках на службе ДеМоррдри очень тревожна… Похоже, Владимир пересмотрел отношение своего рода к магии…        — Впрочем, это далеко не единственная тревожная новость, — продолжил он. — Я получал сведения от наших братьев из всех уголков королевства до того, как портал перестал работать. Большинство аристократов запуганы, подкуплены или лояльны к дому ДеМоррдри. Владимир давно затеял эту сложную интригу, но мы — маги — вполне можем разрушить всё в мгновение ока. Потому-то и нужна эта поломка — таким образом, наше влияние на центральные регионы будет ограничено, что отдаст инициативу в его руки.        — Тогда необходимо как можно скорее найти другой выход, — заметил Совлемир. — Построить новую арку, в конце концов, и подключить к общей сети порталов.        — А ты убеди совет, что это действительно стоящее дело, — усмехнулся Алкалата, но усмешка вышла грустная. — Сейчас продвигаются планы по укреплению уже достигнутых рубежей анклава, а не вмешательство в политику Королевства.        — Вы должны помнить об угрозе с юга, — решил высказаться и дракон, до того внимательно слушавший двух магов. — Даже если тёмный барон придёт к власти, королевство устоит. Но если орки прорвутся через границу, множество земель запылают огнём, прежде чем они получат достойный отпор. Нужно быть готовыми принять беженцев. Алкалата! — дракон сощурился. — Скажи совету, что необходимо починить портал, и это говорю я, Лоромир, защитник чести!        — Я сделаю всё что смогу, мудрый дракон, — ответил пожилой маг.        — Чем я могу помочь? — спросил Совлемир.        — Ты? Я полагаю, тебе следует отправиться к друзьям и помочь принцу Валору. Там ты будешь гораздо нужнее. А пока скажи, что ты видишь?        И Алкалата вместе с драконом обратились к белоснежному артефакту.        — Хм, древний посох, белое дерево, кобальтовые вставки… Делали эльфы? — Совлемир нахмурился. — Позвольте посмотреть поближе.        Подойдя к артефакту, маг решил исследовать его с помощью своего изобретения — магических нитей. Привычно сформировав поток, он мысленно устремился вперёд.        Посох был поистине уникален. Внутри маг обнаружил усиливающие кристаллы, облегчающие использование даже самых трудных заклинаний. Ещё ему бросились в глаза три пульсирующие точки — словно три дупла в ровном стволе дерева. На поверхности в этом месте действительно были углубления, но они не имели ничего общего с магическим обликом артефакта.        — Я вижу, твои навыки заметно возросли, — услышал Совлемир голос наставника. — Ты свободно манипулируешь магическим потоком по своему желанию. И к этому я тоже вернусь, но сначала скажи, что ты увидел?        — Это прекрасный посох, — искренне ответил маг, не скрывая своего восхищения. — Но он… не доделан? Нет, скорее не полный. Не хватает трёх элементов, вот здесь.        — Неплохо, юный волшебник, — одобрил дракон. — Эта реликвия была найдена в руинах храма, обнаруженного волею случая пару недель назад. Её создали во времена моей молодости умельцы Альянса Света — союза гномов, эльфов и серафимов. Надписи свидетельствовали, что посох явится миру в миг крайней нужды. И что-то о кольцах, образующих нерушимую связь.        — Очень интересно… — задумчиво проговорил Совлемир, не в силах оторваться от белоснежного древка. — Как вы планируете использовать его?        — Пока мы об этом не думали, но, скорее всего, оставим в архиве Мистдейла, пока не поймём всех его свойств. Да и пожелай я, совет не одобрит никакой самодеятельности. «Эх, ну что за глупости… Лучше бы использовали по назначению», — отчаянно подумал юноша, но вслух произнёс другое:        — Не самое разумное применение.        — Что поделать, — в тон ему ответил Алкалата, внимательно глядя на юношу. — Что ж, теперь подумаем о твоём перемещении. Мы с Лоромиром можем открыть временный портал на одну из арок и поддержим переход до полного перемещения.        — Вот о чём я забыл сообщить, — спохватился боевой маг и поведал о красноватом портале в лесах Тир-Харада.        — Из другого мира? Хм, как бы там ни было, тот, кто пытался проникнуть в наш мир, не смог достигнуть своей цели, — Алкалата потер переносицу, и Совлемиру показалось, что маг что-то недоговаривает.        — Надеюсь на это, — помолчав, ответил он и вернулся к предыдущей теме. — Мне нужно попасть в Маскарелль, сможете переместить меня туда?        — Думаю, что лучше будет использовать старую арку печально известного Уркука, — отозвался пожилой маг. — Так ты сам встретишь своих друзей, а быть может, даже войска самого принца.        — Пустыня велика, но из ущелья ведёт лишь одна дорога, — подтвердил дракон. — Я начну готовить перемещение.        — Ты ведь не возражаешь? — участливо спросил мага Алкалата. — Мы даём совет, но окончательное решение — за тобой.        — Нет, ваши слова мудры, как и всегда, учитель, — рассеяно ответил Совлемир, слегка склонив голову и раздумывая над услышанным. «Может попросить посох? Хотя нет, он ведь сказал, что никакой самодеятельности…», — проносились в голове юноши мысли.        — Да какой я теперь учитель, — рассмеялся волшебник, возвращая Совлемира в реальность. — Ты и сам уже многое познаёшь. Так вот, ты уже освоил магию земли?        — Почти, но это все равно что «нет», — признался маг, наконец отрываясь от артефакта. — Я гораздо лучше чувствую стихию, сворачивая поток и рассеивая его по поверхности, но когда дело доходит до воздействия — всё выходит из-под контроля.        — Ты далеко продвинулся, однако нельзя забывать об основах. Кое-что упущено, — лукаво улыбнулся маг. — Подумай, что же это?        — Есть стихия, есть магический поток, — озвучил свои мысли юноша. — Сверни поток в нужную форму и направь в стихию, чтобы получить опять-таки нужную форму. Больше нет никаких составляющих. Учитель, проблема в другом. Земля не хочет подчиняться, не хочет слушаться, а если просто вливать в неё магию, она лишь с жадностью впитает её.        — Нет других составляющих? — Алкалата посмотрел боевому магу в глаза. — А кто же направляет магический поток в нужное русло?        — Сам колдующий…        — И?        — Он придумывает форму… а потом создаёт… Я должен добавить в заклинание частицу самого себя?        — Почти так, дорогой Совлемир, — торжествующе заключил Алкалата, поднимая вверх указательный палец. — Когда мы произносим заклинание, слова оставляют в сознании некоторый образ. Именно он и является связующим звеном любой волшбы. Но когда нет конкретной формулы, её заменяет воля мага. Ты прав, землю нельзя перебороть или же подчиниться ей. Нужно стать с ней единым целым — вложить свою волю и взять в себя волю земли. Это непросто и требует куда большего усилия, поэтому у всех магов есть свой предел — более сложные формы требуют больше собственных сил. Ты пока встречался с усталостью от работы с большими объёмами магии. Теперь основной трудностью будет не исчерпать себя досуха.        — Кажется, я понял, — юный маг уже едва слушал наставника, сворачивая магические нити и рассеивая их по скале. «Вот что случилось в «Скале Воронов! Я так хотел остановить кинжал, что вложил в заклинание свою волю. А ну-ка, попробуем».        Кусок скалы с шорохом откололся от стены и, перелетев пещеру, с громким стуком рассыпался о противоположный свод.        — Великолепно, — облегчённо пробормотал Совлемир, чувствуя, что с него как будто свалился тяжкий груз. Хотя заклинание сработало не совсем так, как он рассчитывал, это был настоящий прорыв!        — Поздравляю, теперь ты стал магом земли, — Алкалата широко улыбнулся и похлопал его по плечу. — Я всегда был уверен в твоём таланте, мой дорогой ученик.        — Это замечательно, но если ты продолжишь громить моё жилище, я буду вынужден вызвать тебя на дуэль! — пророкотал дракон, раздражённо махнув хвостом. — Я готов, Алкалата.        — Приступим, — отозвался маг. — Совлемир, мой мальчик, ты отправляешься в суровый и жаркий край, но я уверен, что погода тебе нипочём. Открыв портал, мы ничего не сможем сделать до его закрытия.        Совлемиру показалось, что Алкалата сделал упор на слове «ничего» и как будто покосился на мерцающий недалеко посох. Было ли это безмолвным одобрением?        Между тем маг и дракон принялись за дело. Совлемир почувствовал, как ровный поток исказился, сворачиваясь в плотное кольцо. Воздух заколебался, замерцал, начали проявляться очертания голубоватого овала. Совлемир внимательно наблюдал за дальнейшим процессом.        «Вот энергия сфокусирована и закольцована. Посыл куда-то вовне. Куда? Ага, это поиск точки выхода», — догадался он. — «А вот арка найдена!»        Сфокусированная энергия распрямилась в узкий коридор, уходящий далеко на запад. С двух сторон в него втекали две струи — дракон и маг тратили свои силы, чтобы тот не закрылся. Портал принял окончательную форму, заискрившись голубым сиянием в полную силу.        — Готово! — крикнул Алкалата. — Вперёд, мой ученик, долго держать его мы не сможем.        — Был рад встрече, господин маг, — вторил ему дракон. — Мой дом всегда открыт для тебя.        «Безумие, но отчаянные времена требуют отчаянных решений!», — наконец решился Совлемир. Заклинание само сформулировалось в его голове.        — Наставник Алкалата, мудрый дракон, надеюсь, вы поймёте меня и не будете гневаться, — скороговоркой сказал он, выпуская чары на свободу. Пол под магическим посохом вздыбился, выстреливая вверх и вбок куском камня. На полной скорости он толкнул артефакт по направлению к Совлемиру. Разъятая пентаграмма перестала удерживать его, и тот, описав дугу, замерцал в руках мага.        — Что ты делаешь?! Остановись! — закричал Алкалата, на лице его застыло удивление и недоумение.        — Я предупреждал! — рыкнул Лоромир, угрожающе расправив крылья. — Защищайся!        Но прежде чем дракон успел выдохнуть пламя, дерзкий волшебник скрылся в голубоватом сиянии.        — Фуух, — перевёл дыхание Алкалата, глядя, как гаснет портал. — Я думаю, он ничего не заподозрил.        — Всё прошло превосходно, — кивнул головой дракон, пуская из ноздрей струйки дыма. — Но признаюсь, я не уверен, что затея хороша.        — Увидим, старый друг, — слабо улыбнулся пожилой маг. — Увидим, пройдёт ли Совлемир своё испытание.        А молодой маг в это время слеповато щурился, привыкая к яркому палящему солнцу. Он — в Уркуке.        «Хорошо, что лето на исходе, иначе лучше бы меня поджарил Лоромир», — подумал он, но в этот момент заметил следы недавнего побоища.        — Значит, битва всё же случилась, — пробормотал Совлемир, оглядывая заваленную трупами площадь. — Стоп, нежить?!        От ближайших руин к нему брёл один из убитых солдат. Уставившись на мага невидящим взглядом и слепо протянув вперёд одну руку, он медленно двигался вперёд, издавая низкие гортанные стоны. Кровь забрызгала всю одежду, а теперь из широкой раны на груди медленно стекала вниз зеленоватая слизь. Вторая рука мертвеца держала подобранный здесь же меч, что красноречиво говорило о его намерениях.        Передёрнувшись от столь нелицеприятного зрелища, юноша запустил вперёд огненный шар. Вспыхнуло подаренное Байлетом кольцо, посох увеличил вливаемую мощь, и зомби опрокинулся на спину от плотного сгустка энергии.        «Ничего себе», — подумал про себя Совлемир. — «Ну и сила у этого артефакта. Нужно будет освоиться с контролем».        Зомби затих, превратившись в обугленную массу, и на руины вновь упала тишина.        — И где здесь прикажете искать моих друзей? — вслух пробормотал боевой маг и направился вперёд. Не особо представляя, что ему нужно, он бродил среди развалин до тех пор, пока не услышал негромкий шорох.        «Новый зомби?», — промелькнуло в голове мага, но обернувшись, он увидел смуглого воина в запачканной одежде.        — Я Ворон из пограничной стражи, — коротко представился он. — Как ты здесь выжил?