Маленькая услуга

Болтовня людей смешивалась с криками продавцов фруктов, но все это заглушала песня на редкость ужасного уличного музыканта. Казалось, что каждая живая душа в Лондоне пришла именно на эту улицу, кипящую жизнью. Правда, Герману было не до того, чтобы обращать на это внимание – вес небольшого пакета в кармане гарантировал, что он не забудет о своем задании на сегодня. Если все пройдет хорошо, он сможет вернуться в свою резиденцию к ча… – Гринхилл! – Знакомый голос пронзил его барабанные перепонки. – Что ты здесь делаешь? Зеленоглазый юноша обернулся. Перед ним стоял не кто иной, как бывший префект Алого лиса – он тоже изменился и выглядел теперь еще более экстравагантно, чем прежде, если только такое вообще было возможно. Наверняка влияние его дяди. – Я… – Я иду в публичный дом затем, чтобы проститутка перестала шантажировать бывшего школьного товарища. – Я улаживаю кое-что для старого знакомого. Редмонд хихикнул, запуская тонкие пальцы в волосы. – Имеешь в виду Томаса? При виде ошарашенного выражения лица Германа старый приятель рассмеялся. Конечно же, еще в школе остальные префекты – в основном Вайолет – обожали дразнить спортсмена именно потому, что его было так легко смутить. В этот день, однако, Эдгар счел нужным проявить милосердие и объяснил: – Он приходил ко мне тоже, но мне… было чем заняться тогда. Ах, спустя столько времени я встречаю тебя как раз тогда, когда ты собираешься навестить очаровательную мисс Тайлер. Как насчет того, чтобы пойти вместе, а потом посидеть где-нибудь, поболтать? Я хочу знать, что у тебя нового. Парень колебался. Прошлая встреча была неловкой, но, может быть, теперь, спустя некоторое время, будет лучше. Кроме того, он соскучился по своим друзьям и их проделкам. – Можно так сделать – если только ты не занят. – Судя по его наряду, можно было догадаться, что он шел на званый вечер. В особенности если сравнивать с простым, строгим стилем одежды Гринхилла. Тот лишь едва заметно пожал плечами в ответ. – Да нет, не особо. Они шли молча практически все время, пытаясь найти безопасную тему для разговора. Несмотря на их искренние попытки, это давалось с трудом. Добравшись до гостевого дома, они почувствовали облегчение. Хозяйка стояла перед дверью, пытаясь отпереть ее, удерживая при этом в руках множество пакетов из разных магазинов. Пот стекал струйками по ее покрытому пятнами лицу. Заметив пару, она, развязно ухмыляясь, поприветствовала их. – Не ожидала вас так скоро, сэр. Вы даже привели с собой друга. Снова к мисс Тайлер, полагаю? Только что вернулась с рынка, принесла кусок торта на десерт. Я хожу по магазинам каждую субботу, миссис Лэндселл всегда оставляет мне отличный кусочек. – К мисс Тайлер – хотелось бы увидеться с ней лично, – ярко улыбаясь, ответил Редмонд на несвязную болтовню Дженни. – Идите прямо наверх – она будет там. – Наконец она отперла дверь, открывая ее перед двумя блондинами. Герман кивнул женщине и, не говоря ни слова, пошел наверх. Чем быстрее они закончат с этим, тем лучше. Что-то было не так, но он понятия не имел, что бы это могло быть. Те же цветочные обои, тот же сильный запах переваренной капусты, те же пятна крови на лестнице… Погодите. Он легонько толкнул локтем товарища, указывая на покрытую пятнами древесину. Бросив друг на друга ошеломленный взгляд, они бросились наверх. Дверь была заперта. Герман выломал ее. Слишком поздно. Мария растянулась на кровати, уткнувшись лицом в вязаное покрывало, окрашенное в алый от крови. Резко втянув носом воздух, Герман ощутил, как его ноздри заполнил липкий запах, и он вновь оказался в ловушке воспоминаний об ужасной ночи, перевернувшей всю его жизнь с ног на голову более года назад. Другие актеры, другая сцена – но все тот же смрад железа и боли, повисший в воздухе. Словно ведомый невидимым кукловодом, он приблизился к мертвой женщине. Эдгар только что догнал его и стоял на пороге, хватая воздух ртом. Герман заметил крохотный ключ, который сжимали ее длинные пальцы. Все заставляло предполагать, что она пыталась запереться от нападающего в комнате, но тщетно – кухонный нож торчал из ее спины, словно заводной ключ. Из-за месива следов от ножевых ранений на ее руках, кистях и спине экс-префект не был уверен, которая из ран привела мисс Тайлер к столь ужасному концу. – Я сообщу хозяйке, – пробормотал Редмонд, разворачиваясь на каблуках. – И на твоем месте я бы ничего не трогал.

***

Сначала Дженни не могла поверить в услышанное, но в скором времени она уже была на улице и отчаянно пыталась отыскать полицейского. В конце концов она вернулась вместе с пожилым полисменом, который явно предпочел бы держаться подальше от настоящего преступления. Эдгар и Герман оставались здесь, в комнате, которую Дженни позволяла себе называть гостиной. Юноши уже ответили на несколько стандартных вопросов полицейского, поскольку они были теми, кто обнаружил труп. Дженни сделала им крайне мерзкий чай, напоминающий грязь по цвету и на вкус. – Если бы я знала… никуда бы не пошла, – причитала она, потрясенно качая головой. – У нее было много посетителей, но она была хорошим постояльцем. Всегда платила вовремя. И такая опрятная девушка. Где я найду такую? Экс-спортсмен не реагировал, но Эдгар, по крайней мере, кивал, слушая женщину с выражением сочувствия на лице. – Что за люди пошли! Ни разу еще такого не случалось. Бедная девочка. Позор тому, кто сделал это! Эдгар поднес чашку к губам, но затем передумал и отставил ее в сторону. – Я уверен, полиция все выяснит. – Как будто их это заботит! Закону наплевать на таких девушек, как она – но я говорю вам, она была порядочной как всякая благородная леди, если не больше! Но кого заботит? Они не станут утруждаться искать что-то. Для таких тупоголовых это слишком. Возможно, Дженни и была старой распутницей, но Редмонд не мог не признать, что ее слова были в значительной мере правдивы. Проведя несколько минут наверху, полицейский присоединился к ним – его победная улыбка грозилась разорвать лицо на две половины. – Тут и думать не о чем. Когда вы нашли ее? – Примерно в половину четвертого. Полисмен помахал письмом перед ними. – Некий Томас написал ей, что зайдет в три часа. Найдем его – и получим убийцу. Парни бросили быстрый взгляд друг на друга. Герман сомневался, что Лок был их преступником. Он позволял этой женщине делать с ним все, что вздумается, без единой жалобы – и лишь за намек на возможную привязанность. Пакет, обжигающий его сквозь карман, служил надежным доказательством этого. Впрочем, сейчас казалось разумным молчать о том, что он знает его, пока у полиции нет ничего, кроме его весьма распространенного имени. Хозяйка постукивала ногой по полу и кусала губу. Такие люди, как она, не слишком хорошо относились к легавым в их доме. – Это все? – рявкнула она. – Похоже на то. Ну, я должен доложить об этом всем. Позже кто-нибудь придет забрать тело. Вас могут вызвать в участок позже, но тут все ясно. Дженни поднялась, поспешно выпуская его из дома. – Спасибо, сэр, хорошего дня, сэр. – После она захлопнула дверь за ним, облегченно вздыхая. – Псины. Как будто у меня есть время на это. Как мне теперь найти нового постояльца? Никто не захочет постель после трупа! – Я знаю кое-кого, кто захочет, – выпалил Гринхилл, не вполне понимая, что взбрело ему в голову. – Просто придержите эту комнату до завтра. Позже, гораздо позже он пытался ответить на простой вопрос. Что побудило его сказать это? Проституткой больше или меньше – без разницы, и убийство совершенно его не касалось. Однако из-за одной лишь реплики он был вовлечен. В свою защиту он мог сказать, что и вправду был кое-кто, кто мог бы заинтересоваться – но только если упомянутая личность наконец прекратит избегать их.

***

– Ты знаешь кого-то такого? – спросил Редмонд после того, как им наконец удалось найти предлог, чтобы уйти из притона Дженни. – Ты не перестаешь поражать меня. – Я думал о Вайолете, – ответил он, избегая взгляда друга. – Ты не думаешь, что с него уже хватит этого? К тому же, он вроде был не очень заинтересован встречей с нами в прошлый раз. Помнишь? – Как бы я мог забыть. – Он понимал художника. Он и сам точно так же хотел забыть о случившемся, но все же ощущал горечь во рту каждый раз, когда вспоминал об их расставании. Друзья, которые убивают вместе, остаются вместе – разве не должно было так продолжаться дольше? Это кислое настроение сопровождало его на протяжении всего пути к особняку их отчужденного друга – изящному строению недалеко от реки. Герман приходил сюда несколько раз до инцидента, и его всегда поражало то, насколько пустым казался дом – даже до смерти мистера Вайолета. Лакей, открывший дверь, был удивлен при виде гостей, тем более так поздно вечером. Прежде чем он успел что-либо сказать, Эдгар сунул визитную карточку ему в лицо. – Нам нужно поговорить с Вайолетом. Грегори. Он дома? Нам нужно увидеться с ним по крайне важному вопросу. Поколебавшись секунду, слуга провел их в холл – великолепную эстетическую мечту архитектора. Здесь он поклонился неожиданным гостям, держа перед собой бумажку, словно щит. – Я сообщу ему о вашем прибытии. Когда они остались одни, Эдгар позволил себе удобно расположиться на софе, расположенной под большим венецианским зеркалом, постукивая наманикюренными пальцами по подлокотнику. – Мне не терпится увидеть Вайолета снова. Можешь поверить в это? – Если он еще согласится встретиться с нами, – подметил Гринхилл, шагая по холлу. – Я уверен, он не выгонит нас после того, как мы столько прошли… а впрочем, погоди, мы же о Грегори говорим. Они ждали и ждали – о, как же бесконечно долго ждали. Большие напольные часы напротив окна пробили восемь, и Герман уже развернулся, чтобы уйти, но тут дверь открылась – правда, вместо эксцентричного художника явилась пожилая горничная. – Прошу вас, джентльмены, следуйте за мной в гостиную. – Вайолет согласился встретиться с нами? – удивился бывший префект льва. Это было воистину неожиданно, но приятно слышать. Горничная закусила губу. – Если вам угодно выразиться так, сэр. И действительно, вскоре Вайолет – сейчас он был меньше и бледнее, чем помнил Герман – присоединился к ним в гостиной. Кто-то невидимый втолкнул его туда. – В чем дело. – Я так счастлив видеть тебя, Редмонд, ты выглядишь чудесно! Я скучал по вам, ребята, как вы? Простите, что прятался от всего мира, словно отшельник, заставляя всех волноваться обо мне! – воскликнул Эдгар, разводя руки в таком жесте, какому позавидовала бы всякая оперная актриса. Грегори был ни разу не оперный певец, поэтому он проигнорировал это и плюхнулся в кресло у окна. – Ну? – Нам нужна твоя помощь, – потирая шею, объяснил Герман. Это, конечно, не самое лучшее начало, но Вайолет никуда бы не пошел, если бы это было лишь ради удовольствия составить им компанию. – Помогать вам не входит в мой список разумнейших идей, – фыркнул темноволосый юноша, обнимая свои колени. – Не после прошлого раза. Прямо в сердце. Да, у Вайолета было право быть расстроенным – в конце концов, благодаря Гринхиллу их всех исключили перед окончанием обучения, не говоря уже о… кое-чем другом. Но в то же время его замечание разозлило парня. Никто не приставлял пистолет к их головам, когда они обещали поддержать своего несдержанного друга; они приняли участие в преступлении по собственной воле, хоть он и хотел признаться и отдать свою жизнь в руки правосудия. – Забудь о моей просьбе, – огрызнулся он. Раздраженно вздохнув, он развернулся к двери, чувствуя на своих плечах вес дружбы, рухнувшей без возможности восстановления. Эдгар покачал головой. Он был очень разочарован столь холодной реакцией. Может ли быть, что остальные так мало значили для него? Относился бы он к ним хоть немного иначе, если бы инцидента не было? Теперь сложно сказать. Шепот – достаточно громкий, чтобы звучать самодовольно – остановил их. – Но продолжайте. Звучит интересно.