Пряничный ДОМ

«Волнуешься, медлишь, стоишь на распутье,

Пока выбор не сделан ты свободен от судей».

Следующие несколько дней Арсу казалось, что он попал в этот дурацкий фильм, где ты все время куда-то спешишь, пытаясь все успеть, непрерывно думаешь, думаешь, думаешь. Потом заваливаешься в комнату, не чувствуя ног от усталости, мгновенно проваливаешься в сон, просыпаешься и… начинаешь все сначала. Чертов «День сурка» (читайте «сука»). Уроки требовали сильной концентрации, а после интерактива на вечерних занятиях говорить не хотелось вовсе. Он уж было думал, что такой плотный график будет у него постоянно. Но профессор Афанасьев, уже ему полюбившийся, невзначай обмолвился, что повода для истерик нет. Мол, это обычная проверка на их выносливость и стрессоустойчивость. Ребята полностью разделяли участь Арсения, поэтому места, где им удавалось пересечься полным составом, ограничивались столовой и стойкой расписания. Вообще доска с расписанием была негласным местом встречи всех студентов ДОМа. К тому же, тут был огромный перечень послеурочных занятий на выбор, по интересам и предпочтениям каждого. Арсений который день подряд ходил на актерское мастерство. Он там отдыхал душой, отдавался делу, что ему действительно нравится. Пять лет обучения на экономическом факультете по настоянию родителей почти полностью убили его надежду играть на сцене. Но судьба, видимо, решила дать ему, как актеру, еще один шанс… Их режиссер ставил постановки, которые он и так знал наизусть — «Гамлет», «Превращение», «Ромео и Джульетта», «Пигмалион». Арсений участвовал во всех и, по скромному мнению куратора их импровизированной труппы, справлялся лучше всех. А по мнению Сережи — был в каждой бочке затычкой. Брюнет всегда взахлеб рассказывал ребятам, что они практиковали сегодня, и на подколки Матвиенко, конечно, не обижался. Арсений человек духовный, а вот Сережа пробовал себя в катании на скейтборде и весьма успешно, к тому же. Захарьин решил следовать выражению «В этой жизни нужно попробовать все» и пустился в долгосрочное и тщательное исследование всех предложенных внеурочных занятий — живопись, скульптура, макраме, вокал, музыка… один раз даже вместе с Арсом сходил на театралку. А сегодня у Антона намечался день спорта. Возможно, повезет в футбольной команде ДОМа. Арсений также интересовался, чем заняты Лёша и Оксана. В последнее время они стали общаться чаще. Возможно, это было ожидаемо, ведь они учатся в одном классе, но им за короткое время стало комфортно с друг другом по-настоящему. Они стали меньше пререкаться, больше шутить, лучше работать в команде и узнавать друг друга. Леша обожал фотографировать и поэтому был вне себя от счастья, когда узнал, что тут есть уроки фотографии. Он часами мог рассказывать о ракурсах, вариантах съемки, освещении. Он будто светился, когда говорил о фотографии. А со старой ретро-камерой, которую, по подозрениям Попова, Алексей даже в душ таскал, он словно сросся. Камера была старого образца, как из 60-х годов, и фотографии получались теплыми и атмосферными. Арсений узнавал в горящих глазах Леши себя, когда речь заходила о театре, чувствовал его эмоции и невольно проникался к нему симпатией все больше. Оксана же для ребят стала неземным прекрасным ангелом, поскольку посещая курсы кулинарии, она никогда не оставляла этих оболтусов без свежеприготовленной вкусности. Арс тысячу раз успел поблагодарить судьбу за то, что он познакомился с этой солнечной девушкой, которая, к тому же, еще и щедрая на угощения. Вчера эти мысли натолкнули Арсения на решение познакомить одногруппников со своими сожителями и создать одну большую компанию. Он был уверен, что это самая лучшая идея, посетившая его светлую голову, поэтому, не раздумывая, обратился к ребятам: — Слушайте, есть предложение, — Леша отложил фотоаппарат в сторону, обращая внимание на Арса, а Оксана отвлеклась от рисования в своем дневнике, — Вы не хотите после вечерних занятий сходить прогуляться? — Я только «за», а то последние дня два я просто падаю лицом в подушку, как только переступаю порог комнаты. — Куда пойдем? — поддержал собеседницу Леша. — Можем собраться на футбольном поле, я договорился встретиться там с Антоном и Сережей, как раз и познакомлю вас. Нормально? Леша энергично закивал, а Оксана сложила руки в молебном жесте, театрально вздохнув: — Подождете меня с полчасика. Сможете? Просто занятие в другом корпусе, — девушка подключила в игру свой козырь — огромные светлые глаза, как у всем известного кота из «Шрека». Ребята сдались, даже не пытаясь бороться, чем нереально обрадовали Оксану. Ей уже не терпелось узнать, кто же эти загадочные соседи Арса, о которых он без устали болтает, и познакомиться с ребятами получше. Оксана ведь больше не знала никого здесь, всегда спешила на уроки к Арсу с Лешей. Ее соседки не в счет, мило здороваться по утрам ничего не значит. Они и не знают друг друга вовсе. Оксана даже иногда посмеивалась про себя, что она оказалась в чертовом Хогвартсе и стала Гермионой Грейнджер для этих двух несерьезных мальчишек. Несмотря на отсутствие подруг, ее радовала мысль — Гермиона ведь нашла свое место в жизни, и она не хуже. Из размышлений ее вытянул хлопок двери и шаги их преподавателя по риторике. Стук каблуков красивой стройной женщины был единственным звуком на данный момент. И вовсе не потому, что она выглядела строгой или недовольной. Совсем нет, ее теплая энергетика в секунду заряжала позитивом всю аудиторию, улыбка располагала к себе, а приятный заливистый смех заставлял чувствовать себя нужным. Все еще с первой лекции прониклись глубокой симпатией к этой женщине. Она могла легко и доступно преподносить информацию, уважала любую точку зрения, если та была достаточно аргументированной, давала качественный и интересный материал. Первые уроки были вводными. Преподаватель объясняла, что такое риторика, её структуру и роль в разных сферах деятельности. Пока они владели только общим пониманием о предмете, но сегодня они должны были прийти к практическим занятиям. — Всем доброе утро! — Ляйсан приветливо поздоровалась с учениками, откинув длинные каштановые волосы, которые волнами распределились по оба изящных, как у гимнастки, плеча, и положила какие-то папки на стол, — Сегодня попробуем применить ваши знания на практике. Осталось хоть что-то в головах от нашей предыдущей лекции? Не надейтесь, что сейчас я дам вам написать эссе и эмоционально зачитать его в слух. Мы же не на выборах, — по классу прошла волна тихого смеха. — Я решила, будет занятнее подискутировать с интересной темой. Тема сложная, предупреждаю сразу — беременным и слабонервным отойти от экранов. Правильного ответа на заданную тему я не в праве от вас требовать, ведь правильного ответа попросту нет. Но давайте все же отложим ненадолго тему нашей дискуссии и запишем название нашего урока: «Эристика — искусство ведения спора». — Для начала разберем, кто же участвует в споре, — Ляйсан прошла к доске и аккуратным почерком вывела: пропонент, оппонент, аудитория, — А теперь попытайтесь определить их роли по порядку. Рука Оксаны незамедлительно взметнулась вверх, чем нисколько не удивила Ляйсан. Она уже давно отметила смекалку девушки, поэтому спрашивала её только тогда, когда вопрос был достаточно сложным. Преподаватель дала возможность ответить другому ученику с задних парт: — Пропонент выдвигает точку зрения при обсуждении. Логично, что оппонент стремится опровергнуть первоначальную тезу, аудитория же наблюдает и реагирует, — Ляйсан одобрила ответ парня легким кивком и продолжила начатую мысль. — Из этого следует логический вывод, что все участники в этой ситуации — активны. Аудитория тоже реагирует на ваши аргументы недовольством или одобрением, осуждением или поддержкой. Поэтому она очень важна, чтобы демонстрировать отношение к тому, о чем вы говорите. Немного отвлекаясь от темы, вы можете использовать силу аудитории, как рычаг вашей собственной силой уверенности. Ведь почему в спорте матч без зрителей считается мерой наказания? Потому, что без зрителей нет того запала, мотивации и, что научно доказано, эффективности результатов. Так что не стоит недооценивать эффект аудитории в споре. А теперь ответьте на простой вопрос: вам больше импонируют конструктивные споры или громкие скандалы? — Если мы являемся непосредственными участниками спора, то, конечно, предпочтительнее конструктивный. Но, как правило, за скандалом публика больше любит наблюдать, — Арсения она тоже успела запомнить. Он говорил всегда грамотно и объективно, иногда каламбурил с ответами, чем разряжал напряженную обстановку, когда они слишком долго говорили на серьезные темы. — Абсолютно. «В споре рождается истина», как нам известно со слов греческого философа Сократа; но он вел речь о конструктивном споре. А в реалиях, мы чаще встречаем неконструктивный тип. Как думаете, от чего это зависит? Почему обычная дискуссия может за считанные секунды стать полемикой? — Аргументы оппонента могут не соответствовать нашим убеждениям, — ровный голос девушки с передних парт уверенно высказал первый аргумент. — Немного не то. Это даже наоборот может стать причиной завершения дискуссии. Еще варианты? — Участники спора могут начать переходить на личности, — Леша был вторым в своих предположениях. — Т-а-а-к, уже что-то. А перейдя на личности, что мы чаще всего задеваем? Особенно, когда делаем это публично? — Ляйсан только и успевала, что указывать рукой на желающих ответить, а те оживленно выдвигали свои идеи. Можно было подумать, что они играют в словесный пинг-понг: — Гордость? – Вряд ли это подходящее слово. – Самооценку? – Слишком глубоко. Одно чужое мнение не сможет разрушить годами выстроенное мнение о себе. — Достоинство. — Лучше. Развивайте эту мысль. — Авторитет. — Вот! Арсений снова попал в десяточку. Пока другие судорожно предлагали варианты, он воспользовался ситуацией и моделировал. Ведь, если подумать, то все просто. Когда тебе публично заявляют, что ты неправ, то на лбу как будто бы написано: «не думайте обо мне, как об идиоте». Ляйсан продолжила: — Своим заявлением о том, что мнение человека ошибочно, вы ставите под сомнение его образованность, уровень развития, положения в обществе и так далее. Люди начинают думать: «Может, он в самом деле не разбирается в этой теме? Возможно, у него недостаточно много опыта? Наверное, мне не стоит прислушиваться к его словам». Уличив ошибку противника в споре, вы подрываете его авторитетность… У вас же были уроки моделирования? — все активно закивали в знак согласия, — Тогда перенеситесь в подобную ситуацию. Что вы чувствовали? Это и есть ответ. Если подрыв авторитетности является только предпосылкой к полемике, то что же тогда становится ее причиной? Всего одно слово. — Проигрыш, — Арсений, казалось, даже не думал, а просто выпаливал правильные ответы. — В точку. Артур Шопенгауен называет два природных недостатка человека, которые мешают конструктивному ведению спора: первое — нежелание проигрывать в споре, так как это приводит к снижению самооценки, это то, о чем вы говорили, а также потеря имиджа и положения в обществе. Второе — несостоятельность привести все возможные аргументы в защиту вашей позиции. — То есть, сейчас нам нужно вести диспут, не допуская скандала? Это же нереально. Особенно, если тема очень обсуждаемая в мире. Тут никак не избежать криков и разделения мнений на два фронта, — девушка с передних парт зачастую относилась ко всему со скептицизмом. Вернее, всегда. — Потому мы с вами и учимся. Естественно, когда ведут диалоги, затрагивающие острые темы, иногда скандалы являются полезными. Но, согласитесь, осадочек от тяжелого разговора остается у всех участников. А наша задача — научиться максимально безболезненно и правильно доказывать свою точку зрения, — Утяшева подошла к доске и взяла кусочек мела. — В риторике разделяют два вида влияния: психологический (убеждение, внушение, давление) и физический (насилие). — Основным выступает убеждение. Вариативность этого метода предполагает рассмотрение сквозь призму трёх средств воздействия на наш мозг, — Ляйсан наскоро вывела три пункта — логос, этос, патос. — Как вы могли догадаться из названия, первый метод отвечает за логику. То есть, мы пытаемся убедить оппонента в своей правоте с помощью данных, статистики. Сами этого не подозревая, мы попадаемся на такие фразы как «британскими учеными было доказано…», — по классу снова прошлась волна смеха. — Идем дальше: этос. Это взывание к моральным нормам, традициям, авторитетам для необходимого влияния. Апелляция к этосу присуща людям высокого общества, так что не забывайте им пользоваться в своих аргументах. — И последний в нашем списке — патос. Жалость, угроза, обещания — это все, что вам нужно знать по поводу него. Вопросы? — Как нам это использовать в одной коммуникации, если все эти средства убеждения очень разнятся между собой? — девчушка с первых парт никак не унималась, — Нам нужно давить на один из них, так ведь? — С чего вы взяли? Наоборот, выгодней использовать все три. Таким образом, охват представителей аудитории преумножится. Вы привлечете сентиментальных и скептиков, консерваторов и идущих в ногу со временем… Разберем все на простом примере. Вы хотите собаку, но родители не хотят вам ее покупать и приводят достаточно резонные аргументы. Что-то вроде: «с ней некому гулять, а шерсть будет загрязнять всю квартиру». Но вы вооружены другими аргументами: Логос: учеными доказано, что пребывание собаки в квартире снижает риск страдания депрессией; если выбирать гладкошерстную собаку, то она линяет меньше обычной. Этос: собака требует огромного внимания хозяина, коим являетесь вы, а значит, уход за собакой поможет вам стать ответственнее и внимательнее. И патос: вы обещаете исполнять все, что связано с вашим питомцем, — до всех начала понемногу доходить суть их практического занятия. — Да, это сверхлегкий пример, вам предстоит задачка посерьёзнее. Но для начала попробуем аргументировать так, как вы привыкли это делать. Выскажите свою позицию, а потом объясните почему. Ни один аргумент не должен повториться. И еще, советую вам внимательно слушать друг друга. — Тема на обсуждение: «Эвтаназия: освобождение или убийство?». Все пребывали в легком шоке. Они ожидали чего-то проще. Например, «вы узнали, что невеста вашего друга изменила ему. Ваши действия: рассказать и стать разлучником, или промолчать и стать плохим другом». Но чтобы так серьезно… Ляйсан заметила переменившееся настроение учеников, поэтому добавила: — Не думайте, что ваши ответы будут характеризовать вас как сволочь или этического героя. Споры на дилеммы подобного рода ведутся очень давно, и, открою вам секрет, правильного ответа попросту не существует. Перед вами стоит задача доказать свою правоту, какой бы она не была. Даже если вашей версией будет убить врача вместе с пациентом. Если вы сможете доказать логическую связность своего решения, то вы справились с заданием. Пока ученики думали над аргументами, преподаватель вынула из папки лист со списком класса и что-то отмечала на нем карандашом. Через несколько минут она закончила свое занятие и подняла взгляд на студентов. — Думаю, пора приступать. Давайте отвечать по рядам, — она многозначительно посмотрела на ученицу с первых парт, которая сидела ближе к окну. Девушка поняла, что ей придется отвечать первой. Она прочистила горло, чтобы как-то забить паузу и обвела взглядом аудиторию, ища поддержки, но никто даже не думал подставляться вместо нее. Поэтому она начала отвечать: — По моему мнению, человек должен сам распоряжаться своей жизнью. Если он реально мучается, с сильными болями… Знает, что умирает, почему он не может уйти из жизни? — Значит, вы «за»? — встретив слабый кивок девушки в знак согласия, Ляйсан обратилась ко всем присутствующим, — Пожалуйста, для начала выскажите свою позицию: «за» или «против». Научитесь четко и ясно давать понять, что вы защищаете. Но аргумент действительно весомый: «Человек — хозяин своей жизни». Давайте следующий. — Я «за». У человека может не быть средств на лечение, — преподаватель молча кивнула и перевела взгляд на следующего студента. И так продолжалось почти три ряда. — «Против». Больной может быть не в себе и делать поспешные выводы. — Моя позиция «за». Никто не знает, что чувствует больной, так почему за него должны решать? — «За». Становиться обузой для родственников, друзей и волей-неволей заставлять их наблюдать за своей смертью — кощунство. Арсений поражался количеству людей, согласных, по его мнению, на убийство. Он разрывался от осознания, что у тех, «согласных», тоже есть весьма резонные доводы и их логика ответов ясна. Но, как бы там не было, ведь если есть шанс вылечиться или дожить отмерянное, то зачем вмешиваться в эти процессы преждевременным убийством? Поэтому он сформулировал свой аргумент достаточно быстро. И очень вовремя, потому что очередь перешла на четвертый ряд. — «Против». Никто не имеет права вмешиваться в такие процессы, как течение жизни. Все случится, когда придет время. Подумайте, если через три года изобретут лекарство против этого заболевания? Тогда эвтаназия станет случайным самоубийством, а не избавлением от страданий, — Арсений говорил уверенно и спокойно, с долей грусти в голосе. Если такие вещи понимает так мало людей, то совсем скоро современной медициной будет яд. Попов повернул голову в сторону рядом сидящей Оксаны. Он почему-то очень хотел услышать, что она «против». Может, просто убедиться, что она такой же пацифист, что чужая жизнь для нее также имеет ценность. И девушка, отчасти, подтвердила его мысли. — «Против». Это перекладывание ответственности на тех, кто дает «лекарство от жизни». Нельзя обременять другого человека своим выбором, кто бы это ни был: родственник, друг, любимый человек, врач, прохожий… — было видно, что Фролова целиком и полностью разделяла точку зрения брюнета, но за аргумент выбрала именно второстепенных участников эвтаназии, что немного удивило Арса. Пока Леша следом отстаивал ту же позицию, что и ребята, Попов незаметно наклонился к девушке и шепотом спросил: — Почему ты выбрала именно этот аргумент? — Потому что против него сложно что-то выдвинуть. Одно дело говорить о выборе, а другое — о причастности к этому выбору. Если человек решил умереть, то он найдет любой способ это сделать; если не эвтаназия, то прыжок с окна. А что делать врачу, который подчиняется воле выбора пациента пойти на смерть? Как ему потом спать спокойно, зная, что он убил человека, которого мог спасти, будь воля больного чуть сильнее, — она сделала паузу и глубоко вздохнула, — Ты не думай, что мне наплевать на людей, которые просят об этом, ни в коем случае. Но, в то же время, я понимаю, что для кого-то уже все закончилось, а у кого-то жизнь разделилась на «до» и «после». Об этом тоже нужно думать, — девушка удивляла его с каждым разом все больше и больше. Он просто еле заметно кивнул в знак согласия. К концу их диалога остальные студенты уже высказали свои аргументы. Ляйсан, поблагодарив всех за хорошую работу, приступила к объяснению следующего задания. – Сейчас вам предстоит сложная задача — отбросить все ваши эмоции. Вы часто будете сталкиваться с ситуацией, где придется пренебрегать своими моральными принципами ради достижения цели. Это неприятно, но для вас должно стать естественным. Сейчас вы разделитесь на две команды: «за» и «против» и совместно выберите по одному самому сильному аргументу на логос, этос и патос. После попробуем устроить небольшой диспут, чтобы проверить, как вы можете совладать со своими мыслями и эмоциями в стрессовой ситуации. Студенты быстро организовались в две группки «по интересам» и собирались приступить к обсуждению, но настойчивый голос Ляйсан в корне поменял их планы. — Отлично. А теперь… поменяйтесь точками зрения. Аудитория пребывала в полнейшем шоке. Никто и подумать не мог, что им придется защищать точку зрения противника. Отстаивать то, с чем ты согласен — естественно, а тут нужно практически ломать себя, чтобы привести аргументы ПРОТИВ своего устоявшегося мнения. Но Ляйсан, видимо, ничего в этом сверхестественного не видела, поэтому продолжила объяснения. — Это то, о чем я вам говорила. Иногда придется пересиливать, переступать через себя, доказывать то, с чем вы можете быть не согласны. Не сможете сейчас — дальше будет еще сложнее. Приступайте. Арсений, Оксана и Лёша, естественно, были в одной лодке, вместе с еще несколькими ребятами. Они легко нашли общий язык, по большей части из-за того, что прислушивались к мнению троицы, уже зарекомендовавшей себя как самых лучших студентов группы. — Итак… Что будем делать? — Арсений первый нарушил затянувшуюся тишину. — Нам нужен аргумент на логос. То есть: статистика, цифры, если есть, и апеллирование фактами. Есть у нас такие? — Лёша обвёл взглядом их команду и обратил внимание на худощавого парня, который старательно выписывал что-то в блокноте. Он помнил его. Этот парень всегда сидел на первой парте, которая ближе к двери. Он всегда был робок в своих ответах, но на удивление точен. Поэтому Леша попросил его (кстати, было бы неплохо узнать его имя) выдвинуть свою версию. — Насколько я могу помнить статистику полугодичной давности, то согласно данным общероссийских опросов, значительное число россиян лояльно относятся к подобной практике и считают, что в законе должно быть предусмотрено право человека прибегать к помощи врачей, чтобы добровольно уйти из жизни. Подобную позицию вполне разделяют и многие активные российские интернет-пользователи. Так, согласно результатам проведенного онлайн опроса, около тысячи пользователей Рунета, почти 50% респондентов, рассматривают практику эвтаназии в целом положительно, и лишь около 20% — в целом отрицательно. Если первые склонны рассматривать эвтаназию, как медицинскую процедуру ускорения смерти или прекращения жизни, 65% среди них придерживаются данного мнения, то вторые, 54%, напротив, склонны считать эвтаназию преступлением, — он закончил зачитывать свои записи и, громко захлопнув блокнот, ждал реакции ребят. — Это же просто отлично! — Лёша радостно ухмыльнулся, — Наличие информации, а не эвтаназия, я имею в виду. Тебя как зовут? — Андрей. — Очень приятно, Андрей. Что ж, с твоей помощью — минус один аргумент. Следующий по списку — этос. Предлагаю апеллировать к авторитетам. Для Арсения все было не отлично. Далеко не отлично. По жизни он был человеком с принципами и стойким устоявшимся мнением по поводу многих аспектов. И не в его характере было так легко уступать, причем уступать не на добровольных началах, а из-под палки. Это доставляло массу дискомфорта в данный момент. Но что еще хуже — он ломал себя. Пытался приступить к работе, но внутренний голос бунтовал и не давал сконцентрироваться. Он честно пытался понять, что люди чувствуют в такой ситуации. Понимал, что сам бы боролся до последнего, пока болезнь не возьмет верх. Но если болен не он сам, а кто-то ему близкий? Арсений сорвался бы. Не смог причинять боль другу, запрещая умирать. Он бы сделал все, чтобы облегчить его последние дни, а не усложнить. Эта внутренняя борьба длилась всего пару минут, но Арсению они казались вечностью. Он не мог принять сторону, и это невероятно изматывало. С выбором всегда так… Когда он не сделан — все возможно. Рассуждать и копаться в собственных мыслях, продумывать варианты и анализировать. Но когда выбор сделан — назад пути нет. Единственно верным решением для него сейчас было остановиться. Принять все как есть и на время отпустить. Он вернется к этому, но позже. Подумает об этом завтра, как чертова Скарлетт О’Хара. А сейчас нужно думать. — Нет. Лучше взывать к моральным нормам. Это более действенно, — Арсений сделал попытку вклиниться в работу, перебив Лешу, — Давай лучше скажем о том, что эвтаназия — это все-таки осознанный выбор, и не каждый может понять, что именно испытывает пациент. Так будет легче воздействовать на аудиторию. Все согласно кивнули и отнесли аргумент Арсения к этосу. Брюнет облегченно выдохнул, посчитав, что на этом выполнил свою миссию и больше вникать не станет. Ляйсан, взглянув на циферблат маленьких наручных часиков, сообщила студентам, что их время на обдумывание уже вышло. Все судорожно пытались закончить обсуждение и поставить точку в своей работе. — Мы на патос ничего не придумали. Бегом накидывайте идеи, — Оксана попыталась исправить ситуацию, применив мозговой штурм, но Ляйсан напомнила, что их лимит времени исчерпан. — Мы уже не успеем. Так что будем импровизировать. — Надеюсь, вы успели обсудить аспекты вашей командной точки зрения, — все студенты согласно кивнули на её предположения, хоть и было видно, что они не полностью готовы отвечать. Команды рассредоточились таким образом, что класс условно можно было поделить на две части. Кто-то сидел на парте, кто-то за ней, а половина вообще стояла, скрестив руки на груди. Все признаки нежелания идти на контакт налицо. Поэтому Ляйсан в который раз выступила мотиватором. — Я не в праве указывать, кому отвечать, так как это считается подавлением воли к ответу других. Но у меня есть другой вариант, — тишину резанул звонкий стук каблуков преподавателя. Она прошла к столу и рывком взяла ровный белоснежный лист, — Если вы не забыли свое первое занятие, то должны помнить о группе прогресса, в которой только пять человек имеют возможность перевестись на уровень выше раньше положенного срока. Четыре претендента уже внесены и подтверждены всеми преподавателями с вашего курса. Но одно место еще свободно, — Ляйсан взглянула в перепуганные глаза своих студентов и поспешила их заверить, — Только не думайте, что это манипуляция… Всего-то небольшая мотивация для того, кто не боится попробовать свои силы на новом уровне. Суть ясна — кто первый начинает, тот и занимает место. — Я начну, — решительный и непоколебимый голос, который так часто прерывал лекции и перебивал преподавателей. Обычно его всегда было слышно с передней парты с определенной приглушенностью, так как девушка никогда не поворачивалась к аудитории, а обращалась непосредственно к учителю, не пытаясь донести свои мысли одногруппникам. Иногда создавалось впечатление, что она не воспринимает присутствующих вовсе. Но на деле это было не так. Она всеми силами привлекала внимание. Каждый раз. Будь-то острое словцо или порция скептических замечаний, все равно. А сейчас она оказалась в эпицентре внимания, пока аргументировала в защиту чужой точки зрения. Закончив свою театральную миниатюру под названием «Я умнее всех», девушка ждала слов Ляйсан. — Благодарю за достойный ответ. Своевременность, реакция и, видимо, желание обеспечили Вам путь в группу прогресса. Поздравляю, — Ляйсан достала тонкую серебряную ручку из нагрудного кармана пиджака и занесла её над последней строкой таблицы, — Имя? — Ирина Кузнецова, — победная ухмылка уже красовалась на ее лице. Девушка с вызовом глянула на своих (уже) новых коллег и от их вида ее улыбка становилась шире и самодовольнее. Она сложила руки на груди и спокойно наблюдала за дальнейшим развитием дискуссии. Ничего необычного дальше не произошло, ребята просто обменивались продуманными аргументами и старались поверить в свои же ответы. За последний аргумент команды боролась, как всегда, Оксана. Получилось у нее, кстати, неплохо. Она просто перефразировала свой первый ответ так, что он приобрел совершенно другой оттенок. Когда у всех закончились любые мысли по этому поводу, Ляйсан решила подытожить их результаты. — Думаю, все понимают, что в этой дискуссии нет «победителей» и «проигравших»? Это решение каждого человека, как думать и как поступать. Так что могу только сказать, что с аргументацией, несмотря на сложности, справились все. Поэтому развивайте этот навык и не бойтесь становиться на сторону, которая выгоднее вам, даже если иногда вы противоречите своим принципам. Звонок, оповещавший о конце урока, стал завершающей точкой в речи преподавателя. После дежурного «всем спасибо, все свободны» Ляйсан покинула кабинет с внушительной кипой бумаги. Арсений, Оксана и Лёша вернулись на свои места и неторопливо собирали вещи, перекидываясь последними уточнениями по поводу их планов на сегодняшний вечер. Их беседу невежливо прервали: — Что ж, теперь будет вдвойне интересно перейти на ступень выше, зная состав конкуренции. — Не спеши, еще никто ничего не знает. То, что твоя фамилия красуется перед конечной чертой списка, не значит, что перед тобой именно мы. — Какая вера в себя, Попов, прям завидую! — Ира состроила обиженное лицо и нарочно повысила голос до противно-писклявого. До обеда еще пятнадцать минут, а его уже чуть не стошнило от этой картины. И больше созерцание подобного он выносить не желал. Брюнет, закинув сумку на плечо, выплюнул ядовитое «зависть, похоже, твое ведущее чувство» и направился к выходу. Звук хлопнувшей двери раздался эхом по пустому помещению. Кузнецова осталась в классе одна.