Strut on a Line, its Discord and Rhyme

Они находят кошку, когда выезжают со двора. - Стой! – говорит Дерек. – Там кошка! - О боже, - говорит Стайлз. – Я таких раньше не видел. Тиган фыркает. Уолш останавливает машину. Дерек бежит к забору, который отделяет собственность Стилински от пустых участков, которые граничат с домом, и только когда они оказываются в нескольких футах от нее, Стайлз, наконец, видит животное. Это не кошка. Это даже не котенок. Оно размером с банку из-под содовой, и ему каким-то образом удалось влезть в ячейку забора из железной сетки. Дерек приседает, поправляет очки и издает звук подозрительно похожий на воркование: - Шшш, - говорит он, когда рот котенка розово-широко открывается в вопле бедствия. – Мы тебя вытащим. Не волнуйся. Стайлз никогда раньше не обращал особого внимания на руки Дерека, однако довольно сложно не делать этого сейчас, когда он медленно извлекает крошечный мяукающий комок шерсти из забора. Объективно говоря, руки красивые. Большие. Нежные. Пожалуй, жилистые и загорелые и… Дерек подхватывает теперь свободного котенка в ладони и подносит маленькое животное к лицу, улыбаясь. - Привет, маленькая леди, - бормочет он. Котенок головой бодает его в нос. - Нет, - говорит Стайлз. – Ни за что. Дерек оборачивается и смотрит на него, широко раскрыв глаза: - Что? - Ты точно хочешь оставить его. - Ну, мы же не можем оставить ее здесь! Посмотри, какая она крошечная. Она не выживет сама. - Дерек. Это ребенок. Мама, наверное, неподалеку, э-э, - он жестом показывает вокруг, - где-то. Дерек поднимает бровь, которая говорит, что Стайлз бессердечный кретин. Стайлз вздыхает: - Я ненавижу кошек. - Конечно, зато смертельные змеи они замечательные, - говорит Дерек. - Заткнись. Мои змеи полезны. - Как и кошки. - Ага. - Эй! – орет Уолш из машины. – Вы двое, поехали! Дерек встает, покровительственно прижав котенка к груди, и Стайлз стонет, откидывая голову назад. - Так что мы забираем его с собой, - говорит он. – Чтобы оставить. В доме, полном оборотней. - Ведь никто не собирается ее съесть, - бормочет Дерек. - Эрика может, - возражает Стайлз, забираясь в машину. – Она, кажется, способна на это. - Эрика любит кошек, - говорит Тиган. – У нее дома две. Дерек ухмыляется. Стайлз вздыхает снова: - Отлично. Но мы остановимся у Walmart за кошачьим лотком. Дерек слишком занят, закрывая котенка внутри своей куртки, чтобы ответить. Стайлз не считает это очаровательным. Он так не считает. *** Тиган проводит целых пять минут, осматривая Скотта, прежде чем, пожав плечами, еще раз заявить яростным глухим тоном, что ей «надо сделать несколько звонков» и исчезнуть на следующие несколько часов в гостевом доме вместе с Уолшем. Дерек играет с котенком, Стайлз взбивает яйца, бормоча о большом количестве шерсти на мебели, а Скотт и Айзек в разгаре жаркой игры в монополию, когда Патрик, Бойд и Эрика возвращаются из своей поездки. Эрика выглядит восторженной, Бойд стоическим, а Патрик смирившимся. - Они полностью совпали, - говорит Эрика, запрыгивая на диван. – И вы никогда не догадаетесь, что еще. - Что еще? – говорит Скотт, останавливаясь посреди броска кубиков. - Умерший парень был фэйри. Все в комнате сразу же смотрят на Стайлза. - Вот дерьмо, - говорит Айзек. – Это значит, что они знают, что Стайлз тоже, да? И рука в шкафчике была определенно угрозой? - Мы уже работаем над этим предположением, - холодно произносит Скотт. - Да, - вмешивается Патрик. – Теперь мы можем быть уверены, что они нацелены на Стайлза. - Но почему? – спрашивает Стайлз. – Я даже не участвовал в сражении, когда была убита вся наша семья. Я прятался наверху. И тогда я не знал, что я был фэйри. Являюсь, э-э, фэйри. - Да, - соглашается Скотт. – Если на то пошло, они должны были охотиться на меня. Стайлз вздыхает, выключая конфорку и добавляя яйца со сковороды к уже впечатляюще полной миске. - Ладно. Если мы хотим продолжить обсуждение трупов, то ужин готов. - Ням-ням, - говорит Эрика, плутовато улыбаясь. - Я схожу за Тиган и Уолшем, - говорит Айзек, обращаясь ко всем в комнате, - не позволяйте Скотту жульничать, пока меня нет. - Как будто мне это нужно! – кричит Скотт ему вслед. - Дети, - говорит удрученный Патрик, - можем ли мы, пожалуйста, перенести это на кухню. Они впихиваются в обеденную зону с минимальными боями, и помогает то, что Уолш, снова в волчьей форме, растягивается под столом, покусывая лодыжки тех, кто становится слишком буйным. - Нам нужно начать делать что-то вроде перечня покупок, - говорит Скотт, тыкая в свой тост. – У меня такое чувство, что мы вообще едим только пиццу и еду для завтраков. - О, прости, - говорит Стайлз. – Разве этот прекрасный ужин, который я сделал, не оправдал твоих ожиданий (начальные буквы слова заменяются на слово «яйцо» (egg): expectations (ожидания) - egg-spectations)? - Стайлз, - вздыхает Дерек. Эрика фыркает. - Ты должен признать, что он не очень… впечатляющий (exciting - egg-citing), - говорит она. - Я думаю, что он великолепный (excellent - egg-cellent), - возражает Стайлз. - Но это может стать утомительным (exhausting - egg-sausting). - Серьезно? – произносит Дерек. - Я думаю, ты преувеличиваешь (exaggerating - egg-saggerating), - говорит Стайлз. - Я думаю, ты должен это признать (accept - egg-cept), - возражает Эрика. - Может быть, тебе стоит взглянуть на жизнь с немного более солнечной стороны (яичницы-глазуньи). - Теперь ты просто подначиваешь (смазываешь яйцом) ее, - глубокомысленно встревает Патрик. - Пап, - говорит Дерек. - Я, конечно, не против потратить (очистить от скорлупы) немного дополнительных денег на продукты, - бормочет Скотт с полным ртом тоста. - Положись (нести яйца) на меня, - соглашается Патрик. - Эй, - говорит Стайлз, - вы, парни, уводите (варите яйца-пашот) все хорошие шутки. - Я закончил, - вздыхает Дерек, отодвигаясь от стола. Стайлз наблюдает, как Дерек кладет свою тарелку в раковину, затем подхватывает спящего котенка с дивана. - Ну, - говорит Стайлз. – Думаю, это все желтки (шутки). - Видишь, - бормочет Дерек котенку, поднимаясь по лестнице. – Вот почему мне нравится твоя компания. Никаких каламбуров. - Змеи тоже не каламбурят! – кричит Стайлз ему вслед. *** Через три часа семеро оборотней и двое людей оказываются разбросанными по гостиной, поочередно просматривая полицейское досье Джона Доу (нарицательное наименование лица мужского пола, чьё имя неизвестно): фэйри. Желтая папка с документами переходит из рук в руки, пока Скотт и Айзек продолжают тихо спорить над своей игрой в монополию. - Почему ты не понял, что рука принадлежала фэйри? – спрашивает Айзек, поедая инжир из стеклянной банки на коленях. – Я имею в виду, разве она не пахла так же, как тело? - Нет, перед тем, как ее поместили в шкафчик Стайлза, она была в хлорированной воде, - отвечает Патрик, наклоняясь, чтобы свистнуть инжир, - и большая часть крови вытекла. Это совершенно скрыло запах. - Да, - бормочет Скотт, как будто вопрос Айзека был прямой критикой его способностей. Айзек закатывает глаза и передает папку через Уолша, который в человеческой форме заплетает французскую косичку Тиган, Бойду. - Никто не против, если я разложу фотографии? – спрашивает Бойд. Он начинает до получения ответа, и все встают, придвигаясь ближе, чтобы, по крайней мере, выглядеть полезными, пока он тщательно выстраивает шесть фотографий руки, затем двенадцать - тела в морге. - Ну, - произносит Бойд, закончив, через несколько секунд тишины. – Это мертвый парень. - О, милый, - мурлычет Эрика, - твои дедуктивные способности такие сексуальные. Он спихивает ее с дивана. Скотт вздыхает, жестикулируя пригоршней фальшивых разноцветных денег: - Здесь действительно не густо. Отпечатков пальцев нет в базе, парень не соответствует ни одному гражданскому, пропавшему без вести, и ни одна из резерваций в Калифорнии не заинтересована в обсуждении того, действительно ли у них отсутсвует постоянный житель фэйри. Единственное, что перспективно, это татуировка. - Татуировка? – Уолш заканчивает заплетать волосы Тиган и постукивает ее по боку, после чего она протягивает руку, позволяя ему снять резинку для волос с ее запястья, чтобы закрепить косу. - Да, - Скотт указывает на одну из фотографий отрезанной руки, и Уолш тянется через плечо жены, чтобы взять фотографию, о которой идет речь, прежде чем резко остановиться. - Ти, - говорит Уолш. Она откидывается на него с хмурым видом, начиная сдвигать брови: - Что? - Татуировка. Она на предплечье. Бледно-голубая, возможно серая. Она едва заметна, но она есть. - Что там? - Это круг, внутри которого, я более чем уверен, нарисовано созвездие Близнецов. - Черт. Все в комнате замирают. Тиган тянется к лицу Уолша: - Мне нужно это увидеть. Он засовывает фотографию в ее левую руку, а правую ставит на свою щеку. Его глаза становятся пустыми, когда вытатуированный волк на ее руке потягивается и движется, чтобы обхватить ее вокруг шеи. Тиган сосредотачивается на фотографии, разместив ее на коленях, поэтому она может проследить линии вытатуированного созвездия своими пальцами. Глаза у нее ясные, широко раскрытые и очень возможно испуганные. - У нас проблема, - говорит Тиган. - У нас уже есть проблема, - говорит Стайлз. - Ну, теперь эта проблема посерьезнее. - Фантастика. Дерек, который был очень осторожным, не двигаясь, предоставляя свои колени спящему котенку, перекладывает его, чтобы иметь возможность сесть на пол рядом со Стайлзом. - В чем дело? Тиган продолжает прослеживать татуировку на фотографии кончиками пальцев. - Он был фэйри, половиной пары близнецов. - Он был кем? – спрашивает Стайлз. - Частью пары близнецов, - повторяет Тиган. – Они невероятно редки, и их очень трудно убить. Все выглядит озадаченными. - Возможно, ты могла бы просветить нас, - негромко произносит Патрик. - Верно, простите, - Тиган делает вдох, - пары близнецов делаются, когда ребенка-фэйри связывают вскоре после рождения с ребенком-оборотнем. Это позволяет фэйри проявить свои способности на очень высоком уровне, выше, чем у большинства магов, даже без использования рун. Это своего рода магические паразитические отношения, в которых фэйри разделяет жизненную силу, так сказать (если угодно), волка, которой они связаны. Конечно, если связанный фэйри становится магом, то они очень сильны. - Черт, - говорит Стайлз. – Это звучит… почему это настолько редко? Разве тогда не все фэйри хотят связать своих детей? - Многие этого хотят, но найти стаю, готовую пожертвовать своим ребенком очень сложно. - Пожертвовать? Что происходит с волчьим ребенком? – спрашивает Эрика. - Пары близнецов выгодны отдельным фэйри и стае в целом, - бормочет Тиган. – Я сказала «паразитические отношения», потому что, на самом деле, это приносит волку, который связан, больше вреда, чем пользы, но фэйри должен защищать волка, это необходимо, чтобы сохранить это состояние повышенной силы, и поэтому фейри, в свою очередь, должен защищать волчью стаю. Волчья стая должна защищать фэйри, потому что в случае смерти фэйри, волк тоже умрет. В большинстве случаев пары близнецов создаются, когда у эмиссара стаи есть ребенок, и понято, что ребенок вырастет, чтобы в какой-то момент занять место нынешнего эмиссара. - Ослабляет ли это волка? Эти… паразитические отношения? – спрашивает Уолш. - Не напрямую, но это может быть смертельно, если фэйри утратит контроль или попытается подпитаться от связи, вместо собственной силы. Самое опасное заключается в том, что когда ребенок-фейри проявляет свои способности, он может легко убить волка, с которым связан, совершенно случайно, пока он еще никак не может контролировать себя. - Черт, - говорит Скотт. - Да. - Эта татуировка, - внезапно произносит Стайлз. – Она делается фейри, когда он ребенок и тогда эти… узы создаются? - Да, - соглашается Тиган. – Проводится церемония, на которой у обоих детей берется кровь, смешивается с различными ингредиентами, и соответствующие татуировки наносятся на оба детских запястья, пока идет чтение обряда. Однако чернила исчезают в течение следующей недели и не появляются до тех пор, пока фейри не выявит свои способности, после чего татуировки будут видны постоянно до смерти одного из них или обоих. - О боже, - говорит Стайлз и Дерек автоматически придвигается ближе, реагируя на панику в голосе. - Эти пары близнецов, - говорит Стайлз, бросая взгляд на Скотта. – Может ли фейри заимствовать трансформацию волка? Тиган сглатывает, бледные глаза встречаются с его: - Да, да он может.